Wild Child

      Впервые за неделю студенты проснулись не от оглушающего звонка.       Нил открыл глаза, размеренно дыша и прислушиваясь к внутренним ощущениям. Он все еще чувствовал себя слегка неважно, однако намного лучше, чем вчера. Особенно после долгого сна без кошмаров.       У него было время подумать и переварить несущественные угрозы Рико, как он теперь осознал. Нил пережил своего отца и его дружков не для того, чтобы поджимать хвост от слов какого-то малолетнего психа.       Хоть Натан Веснински был не совсем безызвестной фигурой в определенных кругах, особенно в криминальных сводках Балтимора, с Нилом Хэтфордом его ничего не связывало. Стюарт об этом позаботился.       Нил сам убедился, когда искал информацию о своем отце после подслушанного разговора матери и дяди. Он пробрался в кабинет Стюарта, пока того не было дома, и изучал интернет-пространство. Все, что ему удалось найти, — репортаж об аресте его отца за налоговое мошенничество, отчет о тюремной потасовке, в результате которой тот и умер, и всего одну статью. В ней предполагалось, что за душой Натана Веснински стоит не только мошенничество, однако официально догадки не подтверждены, и что его безымянные жена и ребенок пропали без вести.       Так что, если Рико собирается копаться в этом дерьме в поисках хоть какого-то намека на Нила Хэтфорда, он мог лишь пожелать ублюдку удачи.       С кряхтением Нил приподнялся в постели, оглядывая комнату, залитую нещадным утренним солнцем. Он заметил, что Жан и Ники, едва разлепив веки, уже уткнулись в свои телефоны. Теперь, когда Нилу сообщили правду, телефоны стали мелькать в руках его соседей удручающе часто.       Не говоря ни слова, чтобы не нарушить хрупкое спокойствие субботнего утра, Нил напялил свои кеды и вышел в пустынный коридор. Без привычной суеты и спешки это место казалось крайне безлюдным. На пути к ванной комнате — такой же пустой, без обычных по утрам очередей — он столкнулся лишь с несколькими заблудшими душами.       — Все как будто вымерли, — произнес Нил, вернувшись в комнату, значительно посвежевший.       Жан и Ники, бросив свои телефоны, переодевались, а только очнувшийся Мэтт неудержимо зевал и по-совиному моргал, сидя на краю кровати.       — Студенты ранним утром в выходной не сильно отличаются от мертвых, — усмехнулся Ники, затягивая шнурки спортивных шорт.       Нил не видел смысла переодеваться, учитывая, что планировал весь день провести здесь.       Дождавшись, когда Мэтт обуется и наденет хоть что-нибудь на свой обнаженный торс, они вчетвером отправились в столовую. Кевин по выходным пропускал завтрак, как Нилу объяснили, когда он указал на огромный, храпящий комок одеял. И стало очевидно, что Кевин такой не единственный, если судить по скудно заполненной столовой.       Им подали овсянку с малиной и черникой, тост с арахисовым маслом и джемом и то, что американцы называют чаем — какая-то пыль, засыпанная в пакетик, с гордой надписью «Эрл Грей». Нил уже не раз задавался вопросом, что бы на это сказал дядя.       — Нилио, предлагаю обмен.       Нил поднял голову от стола, встречая сморщенную гримасу на лице Ники. Тот поднял ложку с кашей над тарелкой и наблюдал, как вязкая субстанция стекала вниз.       — Я отдам тебе все ягоды, а взамен, так уж и быть, — Ники глубоко вздохнул, — съем твой сэндвич.       Нил был не против ягод, пусть и не свежих, а замороженных. А вот сэндвич, который, по рациональным предположениям, должен был оказаться нежно-маслянистым с легкой кислинкой, Нил уже имел несчастье опробовать. Ему казалось, что он до сих пор чувствует хруст сахарных кристалликов между зубами.       Поэтому Нил кивнул, пододвигая овсянку Ники ближе, и стал тщательно вылавливать ягоды к себе в тарелку.       — С вами приятно иметь дело, сэр, — улыбнулся Ники, снимая воображаемую шляпу.       Рядом с ним фыркнул Жан:       — Глупец.       Даже обычно неприветливый утренний настрой Жана этим утром чуть смягчился.       — Смотри за своей едой, багет, — отмахнулся от него Нил. Он закончил перетаскивать ягоды и вернул кашу Ники.       Мэтт поделился скромными планами с Дэн, а вот Ники воодушевленно щебетал, как они с Нилом повеселятся. Жан же молча расправлялся с завтраком.       Когда они вернулись в комнату, Кевин уже исчез. Ники изъявил желание принять долгий душ, прежде чем направить все свое внимание на Нила. И тот, в ожидании неизбежного, решил скоротать время. Его рука потянулась к книге, что все еще лежала на прикроватной тумбе. Он не спешил читать, сперва изучая обложку и пролистывая страницы. Нил обнаружил несколько картинок, в том числе и с Чеширским котом, о котором Нил слышал, но понятия не имел, откуда тот взялся.       Пока Нил был занят разглядыванием картинок, комната постепенно пустела. Сперва ушел Мэтт, пожелав всем хорошего дня, с сумкой, полной конспектов, а затем и Жан. До этого он, полностью одетый для улицы и с красными конверсами на ногах, лежал на застеленной постели, шустро печатая в телефоне. И, в одно мгновение, Жан выскочил за дверь, не сказав ни слова. Так что Нил остался совершенно один.       Он успел прочесть тридцать восемь страниц (что заняло безбожное количество времени), когда в комнате наконец появился Ники. Его смуглая кожа раскраснелась, и Нил был уверен, что если по нему провести пальцем, он заскрипит. С влажных кудрей на воротник футболки капала вода, а по лицу Ники была размазана непонятная жижа.       — Ну что, малыш Нилио, готов культурно просвещаться? — улыбнулся Ники, скидывая свои ванные принадлежности на кровать, а полотенце повесив на дверцу шкафа.       — Нет, — хмыкнул Нил, откладывая книгу.       Он созерцал, как Ники порхал по комнате: расстелил на полу плед Мэтта, вытащил из-под подушки ноутбук Кевина, с которым Нил видел того пару раз, и выудил из тумбочки небольшую сумочку. Сбросив свою ношу, Ники уселся по-турецки и похлопал рядом с собой, молча приглашая Нила.       Он сполз с кровати и, скопировав позу Ники, плюхнулся рядом, наблюдая, как тот разбирается с ноутбуком. На экране высветилось поле для пароля, однако Ники, не задумываясь, ввел правильный.       Нил склонил голову набок:       — Ты знаешь его пароль?       — Ага, — усмехнулся Ники, улыбаясь ему через плечо. — Мы с Жаном взломали его еще год назад с четвертой попытки.       Нил поднял брови в ожидании продолжения. Однако его так и не последовало, поэтому он протянул:       — И какой?..       Ники фыркнул:       — Год создания экси.       Нил, то ли от предсказуемости, то ли от одобрения, тоже фыркнул.       Ники открыл браузер, и перед ними предстало несколько десятков незакрытых окошек.       — Господи, — пробормотал Ники, бегло их просматривая, — лучше бы это было порно.       Нил подался вперед, вглядываясь в экран. Ему было любопытно, чем занимался Кевин с сосредоточенным лицом, обращенным к ноутбуку, в наушниках. И теперь, узнав правду, Нил почувствовал укол обиды — этот засранец все это время смотрел матчи экси и ни разу не предложил Нилу присоединиться.       — Ладно, — Ники тряхнул головой и ловкими пальцами включил фильм.       Нил нахмурился:       — Что это?       — Это классика, — Ники отодвинулся от ноутбука и начал рыться в бездонной сумочке. — Про вампиров и оборотней. Тебе понравится.       Нил сомневался.       — Дай руку, — потребовал Ники, подняв одну ногу в колене, а другую вытянув; возле его бедра лежало всякое барахло.       Нил опасливо протянул ему ладонь, и тот, уложив ее на свою коленную чашечку, взял маленькие ножницы.       — У тебя такие красивые руки. А ногти как у бездомного, — причитал Ники, разглядывая вполне себе обычные руки; Нил заметил, что жижа на его лице начала засыхать и трескаться.       Нил не понимал, что не так с его ногтями: он подстригал их по мере необходимости и никогда не грыз. Да, иногда он сдирал кожу вокруг до крови, когда нервничал, что она краснела и слегка опухала, но это лучше, чем тащить грязные пальцы в рот. Так ему говорила мать.       Нил без особого интереса наблюдал за происходящим в фильме, искоса посматривая за сосредоточенной работой Ники, когда тот внезапно спросил:       — Ты когда-нибудь оставался у друзей с ночевкой?       Нил обернулся к Ники: тот старался изобразить незаинтересованный вид, удаляя с ногтей Нила то, что он назвал кутикулой. Но Нил этому виду не поверил.       — Нет.       До того, как они переехали, ему бы ни за что не разрешили остаться на ночь в чужом доме. А после — Нилу уже и не хотелось.       Ники засиял:       — Нам необходимо устроить тебе ночевку.       — Мы и так спим в одной комнате.       — Ох, Нилио, — Ники скорчил жалостливую моську, возвращаясь к делу.       Прошло около половины фильма, когда Ники наконец закончил отрезать Нилу кожу.       — Так, теперь самое главное, — он разложил перед ним много стеклянных разноцветных баночек. — Выбирай, какой нравится.       Нил оглядел их без особого энтузиазма.       — А оранжевого нет?       Ники со смешком покачал головой:       — Я смотрю, ты уже проникся лисьим духом.       Он обвел взглядом имеющиеся варианты и, бросив что-то вроде «Секунду», вылетел из комнаты. Нил не понял, что пришло тому в голову, поэтому повернулся к экрану.       Ники вернулся спустя десять минут, с вымытым лицом, победно продемонстрировав Нилу флакончик с красным лаком.       — Но это же не оранжевый.       — Нет, Капитан Очевидность, — согласился Ники, усаживаясь напротив него. — Но у меня есть желтый.       Нил поднял брови, как бы говоря: «И?».       Ники прищурившись, вглядывался в его глаза, а затем выдохнул:       — Ты уверен, что тебя воспитывали не волки?       Нил не стал на это отвечать, однако полагал, что тот не далек от истины.       Ники объяснил:       — Мы смешаем красный и желтый и получим оранжевый.       Когда пошли финальные титры фильма, Нил уже сидел со свеженакрашенными ногтями, нелепо держа руки в воздухе, широко растопырив пальцы, как указал Ники.       К тому времени, как Ники закончил красить ногти себе — в нелепо большое количество цветов — пришло время обеда. В столовой за их столиком они обнаружили только Мэтта и Дэн. Девушка, завидев их, улыбнулась:       — Ники, Нил, как проходит мальчишник?       — Отпадно, — ответил ей Ники с широкой улыбкой.       — Ники накрасил мне ногти, — пожаловался Нил.       — Можно взглянуть?       Нил вытянул руки и уложил на стол ладони с блестящим оранжевым лаком прямо перед их носами. Мэтт весело фыркнул, а Дэн, усмехнувшись, подняла на него глаза:       — Вот это преданность. Мне нравится.

* * *

      После обеда Нила хватило на еще один фильм, прежде чем он начал жаловаться на головную боль. Нил не ожидал, что существует несколько частей, и больше не мог притворяться, будто понимает, что происходит.       Ники сжалился над ним.       Хоть вслух Нил бы и ни за что в этом не признался, но сегодняшний день не был настолько ужасен, как он ожидал.       Когда распахнулась дверь, впуская Кевина, Нил с силой захлопнул книгу и уставился на него с самым суровым выражением, на какое был способен.       — В следующий раз, когда будешь смотреть матч экси, ты мне скажешь?       Кевин непонимающе уставился на него, замерев на полушаге, хлопая глазами, а затем его лицо покраснело:       — Вы что, рылись в моем ноутбуке?       Ники предательски взглянул на Нила:       — Брось, Кеви, мы просто посмотрели фильм.       — Так что? — Нил не желал отступать: если есть возможность уделить больше времени экси, он ее не упустит.       — Ладно, — уступил Кевин. — Мы будем смотреть матчи наших соперников, и я ожидаю, что ты извлечешь полезную информацию и изучишь их стиль игры. Экси — это не…       — Это не развлечение, да-да, Кевин, — закончил за него Ники, закатывая глаза. — Как будто можно думать иначе.       Уже лежа в кровати, Нил пожалел, что ранее не сходил на пробежку. Он весь день провел, сидя на одном месте, и ему хотелось выплеснуть накопившуюся энергию. К тому же, в преддверии сезона, было необходимо приобрести лучшую форму, и регулярные пробежки пришлись бы очень кстати.       Отбой был час назад, но, к сожалению, учитывая, что завтра воскресенье, его соседи не торопились укладываться. Жан сидел в телефоне, улыбаясь, когда думал, что его никто не видит; Кевин читал учебник при свете настольной лампы; Ники и Мэтт, сидя на полу у кровати второго, играли по очереди в портативную игровую консоль, как они объяснили на любопытствующий взгляд Нила. Они смеялись, издеваясь друг над другом, и Жану приходилось шикать на них, когда те становились слишком громкими.       Нил знал, что не дождется, пока они все заснут, поэтому откинул одеяло и достал из-под кровати кроссовки.       — Ты куда? — Жан опустил телефон, нацелив на него свой пристальный взгляд.       — На пробежку, — выдохнул Нил, завязывая шнурки.       — Сейчас? — Ники, поставив игру на паузу, в удивлении вскинул брови.       — Да, сейчас.       В комнате повисло молчание, пока Мэтт не произнес, вырывая консоль у Ники из рук:       — Иди, приятель. Мы тебя прикроем, если что.       Нил благодарно кивнул, собираясь проскользнуть в коридор, однако его задержал голос Жана:       — На кухне есть черный выход. Дверь рядом с кладовкой.       Нил знакомым маршрутом добрался до кухни. Он понятия не имел, которая из дверей ведет в кладовку, но методом исключения в итоге нашел нужную. Он провернул замок и, отперев дверь, оказался на улице.       В темноте, освещенной лишь тремя жалкими уличными фонарями, Нил не сразу понял, где именно находится. Но постепенно глаза привыкли, и он понял, что был на углу корпуса, на самом краю внутренней лужайки.       Нил осторожно обошел здание, двигаясь вдоль стены, а затем прошел вглубь внешней территории, наконец почувствовав себя свободнее, и побежал. Он петлял по дорожкам, рассекающим зеленый газон, его кроссовки топали по камню, а ночной воздух будоражил легкие.       Нил закончил бегать, когда луна находилась высоко в небе, догадываясь, что время уже перевалило за полночь. Он потянулся, сделал последний вдох свежего воздуха и вернулся на кухню тем же путем, каким вышел.       Помещение освещал слабый настенный светильник, который Нил не помнил, чтобы включал. Но, не придав этому значения, он двинулся к стойке, где сушилась посуда, и взял чистый стакан. Нил наполнил его водой и, оперевшись бедрами о столешницу, обернулся.       От испуга он чуть не выпустил стакан из рук, когда наконец обнаружил, что не один.       — Черт, — выругался Нил.       На одном из столов восседал Эндрю. Его волосы в тусклом свете казались практически белыми, резко контрастируя с черной одеждой. Он ел печенье с шоколадной крошкой (ужасно приторное, если спросите Нила) прямо из огромной коробки.       Взгляд Эндрю уже был прикован к нему, когда Нил наконец его заметил.       — Опять заблудился.       Осушив стакан и отставив его подальше от неуклюжих рук, Нил подошел ближе к Эндрю и прислонился к столу напротив. Тот продолжал следить за ним и методично жевать печенье.       — Вроде того, — усмехнулся Нил, переводя дыхание. Он утер влажный лоб рукавом, глядя на Эндрю из-под ресниц:       — А ты?       Эндрю моргнул и громко потряс упаковкой с печеньем в воздухе. Действительно, как будто Нил мог не заметить эту гигантскую коробку с сахарной бомбой внутри.       — Так печенье — причина, а не сопутствующий ущерб?       Он не смог сдержать гримасу, исказившую лицо, судя по тому, как Эндрю показательно, с явным трудом, запихнул в рот целое печенье. Повисло молчание, пока он тщательно пережевывал. Когда казалось, что Эндрю не собирается ничего говорить, он нарушил тишину:       — Я увидел, как кто-то шныряется вдоль стен. Решил, какой-то бродяга обчистил нашу кухню.       Нил улыбнулся:       — Это всего лишь я.       Эндрю окинул его долгим взглядом.       —  Не велика разница.       Нил замер, а затем разразился тихим смехом:       — Сочту за комплимент.       Эндрю закатил глаза и спрыгнул на пол. Он прошел к угловым ящикам, намереваясь положить печенье обратно. Нил с удовлетворением отметил, что ему пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться. Он успел стереть ухмылку до того, как Эндрю заметил.       — Тебе пора.       Эндрю отсалютовал ему двумя пальцами и скрылся за дверью, через которую Нил попал на кухню, предположительно, чтобы выкурить еще одну сигарету. А Нил поплелся назад в комнату.       Сперва он решил, что у него нет сил на такой подвиг, как душ, и собирался просто лечь в постель. Однако желание вонять и чесаться было еще меньше, поэтому пришлось поменять свое мнение.       Открыв дверь в комнату, он обнаружил, что его соседи уже улеглись. В темноте Нил вытащил из тумбочки вещи на ощупь и направился в душевые. Комната встретила его блаженной тишиной и горячей водой. Мыться по вечерам в будни было настоящим адом: душевые были полны народа, а воды едва хватало, чтобы смыть шампунь с волос.       Натянув футболку и шорты на влажное тело, Нил приблизился к зеркалу, рассматривая свои волосы. В последний раз он подкрашивал корни еще в Лондоне, за неделю до отъезда. Хоть у Нила в запасе и было еще около недели до того, как рыжий цвет едва ли начнет проглядывать, ему все же стоило заняться этим в ближайшие дни. К счастью, Нил догадался взять с собой краску.

* * *

      Следующей ночью Нил вновь улизнул под предлогом пробежки, однако обнаружил себя вылезающим из окна ванной на четвертом этаже. На том же месте, что и в прошлый раз, он нашел курящего Эндрю. Нил присел рядом, вытягивая руку в молчаливой просьбе. Пусть в темноте сложно было различить микровыражения на равнодушном лице, Нил убежден, что уловил легкое недовольство, и, будь Эндрю более экспрессивным, он бы цокнул языком. Однако ему все же протянули пачку сигарет и зажигалку.       — Зиппо, серьезно? — усмехнулся Нил, подкуривая сигарету и возвращая все Эндрю. — Это же неэкономично.       Нил знал, о чем говорил: у его дяди была бензиновая зажигалка, которую необходимо было заправлять практически каждый день. А бензин для зажигалок стоит в пятнадцать раз дороже автомобильного топлива.       Эндрю ничего не ответил, его взгляд метнулся к пальцам Нила, обхватившим фильтр. Он повернул руку, замечая, как огонек сигареты отражается от блестящей поверхности лака. Нил усмехнулся:       — Это от Ники.       Он оглядывал свои ногти с уже чуть потрескавшимся лаком.       — Я был у него в плену всю субботу. Он заставил меня смотреть какой-то абсурдный фильм про девушку и вампиров, — Нил заметил, что начал болтать. Наверняка, это побочный эффект от долгого нахождения рядом с Ники.       — Но цвет я выбрал сам, — гордо заявил Нил, вдыхая едкий дым.       Эндрю едва слышно фыркнул:       — Разумеется.       Нил находил молчаливую компанию Эндрю комфортной. Не было неловкого напряжения, пауз, которые требовали заполнения. Нил знал, что может говорить, но от него этого не требовали и не ожидали.       Поэтому они сидели в тишине, пока сигарета Нила не стлела до фильтра. Эндрю потушил свою о поверхность крыши:       — Бесполезная трата хорошей сигареты.       — Мне нравится запах.       Сигаретный дым выступал в той же роли, что и его плейлист с избранными песнями — приятные воспоминания, связанные с матерью. Он помнил о тех редких вечерах, когда лондонская погода позволяла Мэри и Стюарту устроиться на веранде с виски и сигаретами. Нил иногда присоединялся к ним, и те времена всегда мягко отзываются в его груди.       — Никому не нравится запах.       Возможно, он почувствовал себя щедрым, а возможно, сам Эндрю со своей непоколебимостью располагал к доверию, но Нил решил поделиться частичкой правды.       — Он напоминает мне о матери, — Нил встал и отряхнул штаны.       Эндрю бросил на него изучающий взгляд, но его лицо не поменялось, и он ничего не ответил. И это именно то, на что рассчитывал Нил.       — До завтрашней тренировки.       Улыбнувшись, Нил отсалютовал двумя пальцами в фирменном жесте Эндрю.