a soul that's born in cold and rain/knows sunlight

Было бы желание, решение найдется.

      Оби-Ван проснулся. Он чувствовал себя ужасно.       Хуже, чем в тот раз, когда они с Квинланом напились после сложного задания, хуже, чем когда его отравили и он проснулся в медотсеке Переговорщика, вырывая кровью. Хуже головной боли, которую он получил, когда Энакин вбил себе в голову, что ему нужно научиться играть на холиксете.       Он ощутил общую тревогу и панику, быстро открыл глаза и сел, ударившись головой о потолок спального места на корабле. - Оой, - сказал он отчасти из-за сотрясения мозга, которое устроил себе, отчасти из-за всего тела, которое болело до кончиков пальцев ног. Потом он посмотрел на группу людей, смотрящих на него с пола у его койки, и обалдел.       Квай-Гон выглядел так, будто только что проснулся, максимум за секунду до Оби-Вана. Остальные – Ксанатос, Квинлан, мастер Толм и Эйла, собрались вокруг, глядя на него с удивлением и предвкушением. - Эм, - сказал Оби-Ван. – Привет. - Оби-Ван! – с облегчением сказал Квай-Гон. – Ты знаешь, где находишься? - Не… совсем? – сказал Оби-Ван. – На корабле? Как я сюда попал?       Его мастер испытывал облегчение. - Ты упал лицом в спайс, - сказал Квинлан. – Я никогда не думал, что в семье ты будешь наркоманом. - Очень смешно, - сказал Оби-Ван и пнул его. - Разве можно так обращаться с человеком, который только что спас тебе жизнь? – спросил Квинлан. – Ты такой неблагодарный… - Ладно, ладно, - сказала Шми, проталкиваясь вперед. – Оставьте мальчика в покое, - она отогнала их, махнув рукой. – Выпей немного воды, - сказала она, передавая ему чашку.       Кроме того, она накинула одеяло ему на плечи, что смутило его, пока он не понял, что на его волосах тает иней.       Он в замешательстве посмотрел на Квай-Гона. - Она права, отойдите, - сказал Квай-Гон, и чувствительные к Силе, ворча, разошлись по кораблю. - Спасибо, - сказал Оби-Ван Шми за воду и одеяло.       Она ему улыбнулась. - Больше так не делай, - сказала она и вернулась в переднюю часть корабля, где Джанго Фетт держал Энакина. - У вас бледный вид, - сказал Квай-Гону Оби-Ван, и тот засмеялся.       Оби-Ван подвинулся, завернулся в одеяла и похлопал по койке рядом с собой. Квай-Гон залез на койку, и ему пришлось подобрать под себя ноги, чтобы они не торчали с края. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Квай-Гон, подтягивая его к себе. - Хорошо, - сказал Оби-Ван. Квай-Гон фыркнул. – Я дезориентирован, - признался Оби-Ван. – Мы были на базе хаттов, а потом… - это было похоже на Мустафар, но, очевидно, им не было. Он думал, что вспоминал и другое – Войны клонов, Мелиду/Даан, неудачные миссии, которые он пережил будучи падаваном. – Я не знаю. - Ты пропустил захватывающую погоню на спидерах, - сказал Квай-Гон. – И короткую экскурсию в твою голову.       Наверное, Оби-Ван выглядел встревоженно, потому что Квай-Гон хихикнул. - Мы поговорим о ненужной силе твоих щитов позже, - сказал Квай-Гон. – Но, в конце концов, ты меня впустил. Я видел немного – только короткие образы, - Оби-Ван ощутил легкую вину за то, какое облегчение он при этом испытал. – Я смог вытащить тебя наружу. - Что ж, тогда спасибо, - сказал Оби-Ван.       По крайней мере, Квай-Гон не выглядел так, будто он в шаге от нервного срыва. Но и Брук Чан не стал злым, только мастер Сей, которая вскоре превратилась в Дарт Инимик. Возможно, дело было не в том, что они видели, а в том, как решили с этим поступить. Это немного успокаивало.       Ему все еще было больно. Видимо, он инстинктивно вывел остатки спайса из крови, когда понял, что ему нужно очнуться. Он устал. - Мне нужно минут пять на медитацию, - сказал Оби-Ван. – Вы заплетете мою косичку? - Это честь для меня, - сказал Квай-Гон и начал расплетать растрепанную падаванскую косу. Казалось, он нуждается в привычном, расслабляющем занятии так же, как и Оби-Ван.       Оби-Ван закрыл глаза и скользнул в медитацию.        ***       Каждый джедай в определенный момент жизни засыпал во время медитации. Оби-Ван не делал этого с того времени, как действительно, по-настоящему был подростком. Он уснул сейчас, но по крайней мере, когда он очнулся, Квай-Гон спал на его плече.       Он открыл глаза, чтобы посмотреть, что его побеспокоило, и увидел стоящего рядом Джанго. Он держал шлем подмышкой. Оби-Ван удивленно поднял бровь. - Прости, что разбудил, - сказал Джанго. – Но я подумал, что ты захотел бы увидеть, что будет дальше.       Когда мандалорец слишком сильно радуется по какому-то поводу, вы знаете, что должны это увидеть.       Оби-Ван разбудил своего мастера, который поднялся только после ворчания и жалоб. Сам Оби-Ван после медитации и отдыха чувствовал себя намного лучше, о его недавних злоключениях напоминали только продолжающая болеть голова и ломота в шее. Когда они перешли в переднюю часть корабля, все остальные тоже собрались в рубке, глядя в лобовое окно. Квинлан поднял Эйлу, чтобы она могла посмотреть наружу.       Оби-Ван тоже выглянул. - База хаттов? – спросил он. - Они собираются сбежать, - сказал Джанго, усаживаясь в кресло второго пилота, Шми уже сидела за штурвалом. - Это нехорошо, - сказал Оби-Ван, наклоняясь, чтобы увидеть землю внизу.       Ангар, который они разрушили, находился не на открытом воздухе, а внутри здания, с большой ангарной дверью, которая позволяла вылетать наружу. Сейчас дверь была открыта, и судя по пару – создаваемому, когда выхлопные газы выталкивали теплый искусственный воздух в холодную окружающую атмосферу – корабли готовились к вылету. - Эти работорговцы не сбегут в мою смену, - сказала Шми. Она подняла корабль высоко в воздух и запустила… сигнальную ракету?       Не просто ракету, понял Оби-Ван, начиная улыбаться. Сигнальную ракету мандалорской охоты. Очень немногие не-мандалорцы видели этот сигнал и остались живы. - Что?.. – спросил Квай-Гон, когда с неба на них посыпалось подкрепление. Мандалорские корабли, как минимум шесть или семь.       Джанго широко улыбнулся. - Мы вызвали их подобрать первоначальных пленников, поскольку они могли добраться сюда намного быстрее, чем Республика, которым придется лететь из Ядра.       Затрещал коммуникатор.       В нем раздался женский голос с мандалорским акцентом. - Готовы приступить к своим обязанностям, ‘alor, - сказала она. – Готовы надрать несколько задниц или уничтожить несколько человек. И то, и другое. - Слизняки будут в любую секунду в спешке выползать с этой базы, - весело сказал Джанго. – Убедитесь, что они этого не сделают. - Принято, - сказала капитан. – Я передам по цепочке.       Джанго разорвал соединение. - Погоди, - сказал Квай-Гон. – Как ты узнал, что они торопятся?       И, кстати, где был Ардва? Оби-Ван начал догадываться, где тот мог быть.       Ксанатос ухмыльнулся. Внизу, из строения потянулся дым. Отсюда, сверху, нельзя было ничего услышать, но Оби-Ван уловил общее ощущение хаоса и разрушения.       Две вещи произошли одновременно: из ангара начали вылетать корабли так, будто за ними гонятся адские гончие, и какие-то невезучие идиоты попытались ускользнуть через главный вход на большом количестве спидеров.       Их со впечатляющей решимостью преследовал отрад дроидов во главе с R2-D2. Это были те дроиды, с баржи, и парочка по виду уборщиков. Что бы они ни делали, они определенно заставили тех, на ховерспидерах, бежать.       Похоже, что хатты по большей части бросили свою охрану, оставив их на планете в одиночестве – вероятно, потому что количество кораблей теперь было ограничено. На хаттов всегда можно было рассчитывать в плане эгоистичного выбора.       Дроиды гнали их, как догадывался Оби-Ван, со злым умыслом. Им было за что мстить. Вероятно, они так же были причиной дыма и быстрого побега хаттов.       Хаттские корабли взмыли в небо только для того, чтобы столкнуться с суднами мандалорцев. Большинство из них быстро свернули в сторону, пытаясь уйти с их дороги и выбраться в открытый космос, где они могли бы перейти в гиперпространство и сбежать.       Некоторые пытались выстрелами проложить себе дорогу – это было явной ошибкой. Мандалорские корабли были хорошо обучены и более, чем полны решимости сбить нескольких хаттов. С обеих групп кораблей в воздухе велся огонь. - Ооо, могу я пострелять из нашего оружия? – спросил Квинлан. - Нет, - сказал Толм. - Ууу, - сказал Квинлан. - Все это не имеет значения, если мы не схватим старейшин, - сказала Шми. – Они могут самостоятельно контролировать все хаттские системы. - На котором они? – спросил Джанго. - Вон на том, - сказал Оби-Ван, указывая на обзорный экран.       Хатты были известны тем, что их сложно почувствовать в Силе, но он встречал хатта, которая называла себя Мама, на Нал Хатта, когда он и – будущий – Квинлан преследовали Зиро. Он прекрасно знал ее Силовую подпись, и чувствовал ее сейчас. Также он ощущал несколько похожих личностей вокруг нее, темных и думающих только о себе.       Джанго снова включил коммуникатор. - Оставьте Драгоценность торговца, - сказал он. – Этот наш.       В коммуникаторе раздался хор lek. Шми ловко развернула корабль и устремилась к Драгоценности, где старейшины хаттов пытались организовать свой побег. Кто бы ни управлял кораблем, не был хорошим пилотом, Шми удалось оказаться перед ними и физически протаранить их генераторы поля, выведя их из строя.       Ксанатос снова занял место стрелка.       Джанго активировал межкорабельную связь. - Хочешь взять инициативу? – спросил он Шми, и она улыбнулась.       Перед группой возникла голографическая голубая фигура хатта. Он был очень крупным и тучным – определенно, одним из старейшин. - Говорит леди Скайуокер, - вежливо сказала Шми. – Я призываю картель хаттов сдаться, или вас заставят это сделать. Вы под арестом. Спасибо.       На секунду на другом конце воцарилось недоверчивое молчание. - Я не знаю, кем вы себя возомнили и почему считаете, что сможете избежать ярости семьи, - сказал хатт на бейсике, - но вы совершаете ошибку, которая будет преследовать вас до конца вашей жизни, которая, уверяю вас, будет очень короткой. - Хорошо, - сказала Шми. – Так значит, вы не намерены сдаться?       Хатт засмеялся. - Наша империя сильнее, чем когда-либо будешь ты, человечка. Я знаю этот акцент. Это рабский акцент. - Так и есть, - спокойно сказала Шми.       В атмосфере планеты шли все более напряженные боевые действия. С некоторым удивлением Оби-Ван отметил, что мандалорцы заставляют корабли опуститься, по возможности, без смертельных потерь. Видимо, приказы Шми. - У вас нет полномочий, - сказал хатт. – Какое преступление мы совершили? - Наихудшее, - сказала Шми. – И если сейчас у меня нет полномочий, я сделаю так, что они появятся. Хорошего дня.       Она отключила связь.       Явно разозленная Драгоценность открыла огонь. Шми увела корабль с траектории и отошла назад так, чтобы у Ксанатоса появилась возможность стрелять. Ксанатос выстрелил, как только корабль хаттов двинулся вперед, пытаясь сбежать, не взлетая, а двигаясь вдоль поверхности.       Выстрел попал в двигатели, и кормовая часть корабля накренилась. Этот корабль был больше, чем их, но Оби-Ван брал верх над гораздо более крупными крейсерами всего одним-двумя истребителями. - Возможно, вам стоит пристегнуться, - сказал Джанго, когда корабль содрогнулся у них под ногами – хатты открыли шквальный огонь. - Они не пытаются попасть в нас, - сказал Оби-Ван, задумчиво глядя на Драгоценность и игнорируя предупреждение Джанго. Что же они пытались сделать?       Он понял это немногим позже, когда двери ангара на Драгоценности открылись и выплюнули разношерстную группу наемников. Они двигались как насекомые прямо по борту корабля – магнитные ботинки. Они все еще находились в атмосфере Нал Хекка, так что могли дышать без масок или шлемов.       Это была не та группа трандошанцев, с которой они сцепились на базе – большинство из них, как решил Оби-Ван, не выжило. Вместо этого это была группа, должно быть, лучших телохранителей разных видов, которых хатты могли собрать за столь короткий срок. Элита элит.       Наемники, уверенно закрепившись на внешней части корабля, открыли огонь; не из бластеров, а из каких-то особых пушек. Один из кораблей мандалорцев подошел слишком быстро, и его ударило взрывом.       Пушки были не слишком дальнобойными, но невероятно мощными и эффективными. Корабль, в который попали, сразу же загорелся и начал терять воздух. Пилот явно был опытным и сумел наполовину приземлиться, наполовину врезаться в землю без дальнейших происшествий. Но это показало, на что способно это оружие. - Любой корабль, который подойдет слишком близко, окажется в опасности, - сказал Толм. – Мы не сможем сдерживать их вечно, если нам придется держать дистанцию. - Это корабль должен держать дистанцию, - сказал Квай-Гон со знакомой сумасшедшинкой во взгляде. К сожалению, безумие заразно. - Звучит очень весело, - сказал Оби-Ван. - Что именно? – настороженно спросил Квинлан.       Осторожность, вероятно, была мудрой. ***       У Джанго и Шми, как у мандалорцев, были запасные магнитные ботинки и, как выяснилось, джетпак. - Ты действительно уверен, что знаешь, как пользоваться этой штукой? – нервно спросил Квай-Гон, когда Оби-Ван застегивал его на себе. - Конечно, - сказал Оби-Ван. – Как я выгляжу?       Квай-Гон скептично посмотрел на него. - Да, - сказал Оби-Ван. – Я знаю, как пользоваться джетпаком.       Честно говоря, для того чтобы научиться пользоваться им безопасно, не обжигая ноги, одежду или другие важные части тела, требовалось немало времени. Просто у Оби-Вана было много практики.       Джанго, конечно, полностью облачился в beskar’gam и надел реактивный ранец, а Шми добавила несколько частей к своей минимальной нагрудной броне, плюс buy’ce – шлем. Оби-Ван почему-то этого не ожидал и воспользовался моментом, чтобы понаблюдать. Ее шлем был немного уже, чем у Джанго, а наглазные пластины были более круглыми. Он был окрашен в золотисто-оранжевый цвет, а вокруг верхней части шла надпись. Это был не хаттес или мандо‘а, это был один из очень старых языков рабов, из тех, на котором на Татуине говорили только низшие классы, и его не использовали, чтобы сказать что-то не важное.       Оби-Ван мог читать на нем. Мерцающими золотыми буквами шла надпись: «Я так же свободна, как звезды. Я так же текуча, как песок. Я разбила свои цепи, и они не будут выкованы вновь. Я свободна». Оби-Ван вежливо отвернулся.       На лице Джанго появилось хитрое выражение. - О нет… - сказал Оби-Ван, когда Джанго нахлобучил шлем на его голову. – Мне не нужен buy’ce, - сказал Оби-Ван модулированным голосом, но был уверен, что донес свое отвращение.       Его падаванская косичка свивала из-под шлема. - Двадцать минут назад ты разглядывал розовых бант, танцующих в комнате, - сказал Джанго. – Прости, если у меня сложилось впечатление, что ты притягиваешь неприятности.       Оби-Ван повернул голову, чтобы бросить на мастера негодующий взгляд из шлема, и был предан смехом Квай-Гона. - Я бы намного меньше переживал, если бы твою твердую голову что-то защищало, - сказал Квай-Гон и постучал по шлему костяшками пальцев. - Очень смешно, - сказал Оби-Ван. Где-то далеко в Силе смеялся Коди. - Готовы? – спросила Шми, но язык ее тела выдавал ее веселье. – Хорошо.       Она повернулась и передала Энакина в руки Эйле, потом поцеловала обоих в лоб и усадила Эйлу на спальное место, где они будут в безопасности. Квинлан и Толм будут вместе пилотировать корабль, Ксанатос – стрелять.       Шми нажала на кнопку открытия дверей грузового отсека, и вокруг них начал громко свистеть воздух. - Да пребудет с вами Сила, - сказал Джанго, иронично салютуя. - Oya, - сказал Оби-Ван, и Джанго засмеялся.       Оби-Ван выпал из корабля спиной вперед, поймал поток ветра и включил реактивный ранец. Он стабилизировал полет как раз в тот момент, когда наружу выпрыгнули Шми и Джанго. Джанго нес Квай-Гона, поскольку больше никто из них ни за что не смог бы поднять его вес.       Оби-Ван активировал в воздухе свой меч как раз вовремя, чтобы принять на лезвие один из снарядов. Столкновение было гораздо более сильным, чем с обычным бластерным зарядом, от чего у него задрожали руки, но выстрел отразился точно так же.       Неудачливый наемник, выстреливший в него, получил удар в лицо и свалился с борта корабля.       Оби-Ван благополучно приземлился на корпус и ощутил, как его товарищи через мгновение сделали то же самое. Ботинки Оби-Вана примагнитились к металлу.       На самом деле ботинки с магнитным замком были не идеальны в ближнем бою. Обычно они использовались членами команды, которым приходилось делать внешний ремонт посреди космоса, в паре с костюмом. Они прикреплялись ко всему, к чему бы вы ни захотели, но весь смысл был в том, что они не так-то легко отсоединялись от поверхности. В рукопашном бою это могло пригодиться.       Они были слишком близко к наемникам, чтобы те использовали ракетницы – не без риска подорвать себя, своих друзей или корабль, на котором они стояли.       Драгоценность все еще была в атмосфере, которой прекрасно можно было дышать, хотя и немножко тяжело для легких без помощи шлема с ребризером. Корабль все еще пытался двигаться вперед, но из-за сильного повреждения двигателей все, что он делал в данный момент - висел в воздухе, время от времени дергаясь вперед на несколько футов перед тем, как снова зависнуть.       Из-за этого опора под ногами была неустойчивой, и в сочетании с пронизывающим ветром было почти невозможно удержаться на ногах, если не закрепиться.       Родианская наемница заметила Оби-Вана и зарычала, убирая большую пушку за спину и вместо этого вытаскивая маленький ручной бластер. Она выстрелила и одновременно шагнула вперед – один ботинок размагнитился, потом опустился на пол, потом второй. Утомительный процесс.       Оби-Ван, с другой стороны, отсоединил оба ботинка одновременно и воспользовался реактивным ранцем, чтобы рвануться вперед и выбить бластер из ее рук. Он приземлился на ноги, снова примагнитился и уклонился от удара родианки.       Он отсоединил ботинки, не потрудившись снова включить джетпак и прыгнул, сделал сальто в воздухе и использовал световой меч, чтобы срезать подошвы с ее ботинок. Она споткнулась и упала с края. Оби-Ван вытянул руку и поймал ее Силой, опустив ее почти до уровня земли перед тем, как уронить в сугроб.       Он снова включил ботинки, как только коснулся ногами корабля. Он приземлился рядом с Квай-Гоном. - Выпендреж, - сказал тот.       Оби-Ван бросил на него невинный взгляд.       Джанго и Шми использовали ранцы с похожей эффективностью, время от времени подхватывая наемников, чтобы сбросить их на землю, как гигантские хищные птицы. Квай-Гон, как и Оби-Ван, часто отключал магнитные ботинки, но вместо того, чтобы использовать джетпак для управления полетом, он в той или иной мере падал на различных врагов. Поскольку он был очень крупным, это было довольно эффективно.       Битва в воздухе вокруг них продолжалась. Поскольку наемники достаточно отвлеклись, остальным кораблям не приходилось волноваться о слишком большом сближении. Они могли – и делали это – отстрелять оставшихся хаттов в воздухе. Один за другим оставшиеся корабли начали падать.       Оби-Ван снова воспользовался Силой, чтобы поднять обшивку под ногами наемника-человека, и ветер немедленно потащил того назад. Но наемник сумел вцепиться в обшивку одной рукой, а другой, и это впечатляло, выстрелить в Оби-Вана. Заряд пролетел мимо его головы.       Ему пришлось повернуться, чтобы посмотреть, куда он летит – проклятый шлем – и не попадет ли в кого-то из его союзников. Он пролетел рядом со Шми, но она подняла руку и отразила его перчаткой, когда Оби-Ван выкрикнул предостережение.       Вот почему Оби-Ван ненавидел носить полный доспех, а не по какой-то из причин, по которым некоторые любили его дразнить – основная теория говорила о простом упрямстве. Было трудно ощущать связь с Силой, когда лицо было скрыто под слоями искусственного металла или пластистали. Вот почему джедаи предпочитали носить одежду, изготовленную из мягкого, натурального хлопка, а другие аксессуары – из кожи.       Отвлечение Оби-Вана сыграло против него. Джанго, занятый одновременно всем, умело отстрелил руку мужчины от корабля и тот упал, но с Оби-Вана уже не сводил глаз кое-кто другой. Бесалиск, то есть четыре руки, ладонь шириной с голову Оби-Вана, и примерно вдвое шире, чем он. - Будет больно, - сказал Оби-Ван.       Бесалиск рванулся вперед, схватил за плечи и попытался раздавить его грудную клетку. Было больно. - Ну же, - прохрипел Оби-Ван, - если ты хотел обнимашек, надо было так и сказать.       Бесалиск сдавил сильнее и убрал одну руку от Оби-Вана, чтобы взять вибронож. Это позволило Оби-Вану вырваться из его хватки. Оби-Ван размагнитил ботинки и с бешеной надеждой пнул по ножу. Тот прилип к подошве ботинка.       Надо признать, это было вроде как круто.       Следующим шагом Оби-Вана было попытаться снова размагнитить ботинок и стряхнуть нож с корабля, но бесалиск схватил ботинок в попытке вернуть свой нож. Оби-Ван пнул его в лицо. Бесалиск дернулся.       Ботинок слетел. - Теперь это просто нелепо, - сказал Оби-Ван и с разворота пнул ботинок и нож в руках бесалиска, и они упали за борт.       Бесалиск слегка отшатнулся назад, но у него все еще были оба ботинка, и на этот раз они работали в его пользу, он врос в поверхность, как дерево.       Он снова потянулся к Оби-Вану. Оби-Ван был не в настроении, чтобы ему сломали ребра, и он отчаянно бросился головой вперед, шлем встретился со лбом. Поцелуй келдабе, сопровождаемый громким треском, так как шлем Оби-Вана явно что-то сломал в лице его противника.       Оби-Ван отключил оставшийся ботинок и дал ветру отнести себя назад, он сделал заднее сальто в воздухе и аккуратно приземлился в нескольких футах дальше. Квай-Гон сражался – сейбер против посоха – в нескольких футах от него. Джанго явно развлекался, отстреливая наемников со своего места, а Шми быстро летала, проскакивая между своими противниками с такой скоростью, что они практически ее не замечали.       Теперь уже разъяренный бесалиск начал бежать вперед. Оби-Ван снял шлем и швырнул в него. Удар попал в цель, и бесалиск упал назад, пока его ботинки были отключены.       Оби-Ван надавил на пуск и рванулся вперед на реактивном ранце, врезавшись бесалиску в центр тела и отбросив их обоих назад. Они с силой столкнулись с корпусом.       Эта внешняя часть корабля находилась внутри искусственной атмосферы купола. Это означало, что когда Оби-Ван начал чувствовать холод, его снова забросило в тепло. Их одежда слегка парила, а палуба под его спиной была горячей. Оби-Ван изогнулся, перекатился и пнул бесалиска в сторону края.       Бесалиск тремя руками вцепился в обшивку, а четвертой ударил Оби-Вана в живот. Оби-Ван с уханьем выдохнул и снял с пояса световой меч.       Раздался громкий треск и корабль накренился набок. Битва наверху становилась все яростнее – шальной снаряд попал в Драгоценность. Оби-Ван увидел, как в небе Ксанатос выстрелил в корабль, который это сделал, но было уже поздно, Драгоценность падала.       Двигатели снова включились и корабль двинулся вперед, снова вернув их из искусственной атмосферы в настоящую, ледяную. Это уже становилось нелепым. Оби-Ван зажег меч и отрезал руку бесалиску. Когда тот в агонии схватился за обрубок, Оби-Ван пнул его в колено и, наконец-то, скинул с края корабля. Оби-Ван повторил свой трюк с мягким приземлением, хотя и чувствовал себя не в своей тарелке, учитывая, насколько избитым теперь было его тело.       Корабль снова повернул в жару, потом обратно. Оби-Ван осторожно поднялся на ноги, закрепив оставшийся ботинок на обшивке корпуса, и держа голую ногу над ледяной поверхностью.       Оби-Ван не задумываясь отразил заряд бластера, и посмотрел, в кого он был нацелен – Шми, которая пролетала над ним на реактивном ранце, когда отраженный заряд нашел свою цель и еще один наемник упал. - Спасибо, - сказала Шми. - Не стоит благодарности, - устало сказал Оби-Ван.       Двигатели корабля издали пугающий скрежещущий звук. - Это не хорошо, - сказала Шми. – Этот корабль упадет. - В таком случае, думаю, нам стоит с него убраться, - сказал Оби-Ван       Шми покачала головой. - Старейшины хаттов должны выжить, чтобы предстать перед судом. Это должно быть настолько законно, насколько это в наших силах.       Оби-Ван опустил взгляд на корпус, с которого стала сыпаться обшивка, когда корабль начал вибрировать и разваливаться на части. Это была не совсем Невидимая длань, но… - Да, мы можем справиться, - сказал Оби-Ван и опустился на колени, чтобы вырезать дыру, через которую они смогут залезть внутрь.       Крики наемников стихли. Оби-Ван все еще чувствовал своего учителя и Джанго, живых и здоровых. - Можешь сказать остальным, чтобы шли сюда? - Где твой buy’ce? – спросила Шми, но передала сообщение по внутренней связи. - Где-то потерял, - сказал Оби-Ван, и с помощью Силы небрежно отбросил круглый металлический лист в сторону.       Без шлема он немного вспотел и покраснел из-за резких перепадов температуры. Косичка прилипла к его лицу, и он отбросил ее назад.       Он помог Шми залезть на корабль сквозь дыру, а потом ловко спрыгнул сам. Через секунду к ним присоединились Квай-Гон и Джанго. - Спасибо, что подождали, - сказал Джанго. – Не мог оставить все веселье вам двоим. - Что случилось с твоим ботинком? – спросил Квай-Гон. - Думаю, в следующем году на Корусанте это будет в моде, - сказал Оби-Ван.       Корабль затрещал и наклонился, коридор стал слегка наклонным. Они поднялись на ноги. - Времени немного, - сказала Шми и повела их.       Здесь все разваливалось на части, время от времени рассыпаясь искрами и издавая тревожные скрипучие звуки. Должно быть, хатты отправили на свою защиту всех телохранителей, потому что сейчас их никто не останавливал. В коридорах была странная температура – смесь жаркой искусственной атмосферы хаттов и естественной холодной атмосферы планеты. По углам начал скапливаться туман.       Когда они добрались до рубки управления, джедаи отступили назад. Теперь это был не их бой – они были только для поддержки.       Их появление немного разочаровало, потому что когда они вошли внутрь, хатты были слишком заняты, паникуя из-за крушения корабля, чтобы вообще заметить их прибытие. Это была рубка управления, но похоже, никто не управлял кораблем или не пытался отключить системы или сделать хоть что-то в попытке спасти судно. Видимо, своих пилотов они тоже отправили в бой. Они кричали друг на друга в какофонии голосов.       Джанго решил эту проблему, выстрелив в воздух.       Выстрел прожег дыру в перекрытии, но не прошел насквозь, также ему удалось напугать всех хаттов до безумия. Они прижались друг к другу, толкаясь, каждый из них старался оказаться подальше от линии огня. - Спасибо, что уделили мне внимание, - сказал Джанго. – Шми? - Здравствуйте, - сказала Шми. – Я леди Скайуокер. Полагаю, теперь вы захотите сдаться?       Ее слова вызвали нервное бормотание. - Корабль все равно упадет, - сказал один смелый хатт, складывая руки на груди и выпрямляясь. Ему не удалось принять устрашающий вид. – Мы все умрем. Почему мы должны вас слушать? - Не знаю, заметили ли вы, но с нами пара джедаев, - сказал Джанго.       Оби-Ван помахал им пальцами. - Я слышал, джедаи умеют творить чудеса, - сказал Джанго. – Думаю, они могли бы починить ваш корабль. - Если, - сказала Шми, - вы подчинитесь нам и согласитесь тихо отправиться в заключение в Республике.       Казалось, это должно было вызвать больше споров, но взорвалась еще одна часть корабля, корабль вздрогнул и резко упал на пару футов. Недостаточно, чтобы вообще приблизиться к земле или вызвать значительный перепад давления, но этого хватило, чтобы снова напугать хаттов.       Так они действительно разобьются. Оби-Ван незаметно двинул пальцами и начал заниматься навигационным оборудованием. Ни один из хаттов не смотрел на панель управления, но судя по всплеску веселья его товарищей, люди видели, как кнопки и переключатели двигаются сами по себе. - Вы не можете этого сделать! – сказал хатт. – Вы хотите денег? Мы заплатим. У нас с собой много денег. - Вы заплатите за свои преступления, - сказала неподкупная Шми. – Не волнуйтесь об этом.       Еще один хатт возмутился, прищурившись, глядя на Оби-Вана и Квай-Гона. - Вы не оставите нас тут умирать, - сказала она. - Не думаю, что кто-нибудь сможет обвинить нас, что мы покинули корабль в том состоянии, как он есть, - совершенно искренне сказал Оби-Ван.       В конце концов, вот прямо сейчас они не терпели крушение. - Что… вы не можете! – сказала хатт.       Оби-Ван одарил ее своей улыбкой переговорщика, той, которая вселяла ужас даже в сердца политиков.       Это напугало хаттов, которые стали совещаться вполголоса, на этот раз гораздо больше ругаясь на хаттском. Они терпеливо ждали, когда криминальные лорды закончат. Корабль, как в кино, содрогнулся снова. - Ладно, хорошо! – взвизгнул хатт, который так грубо ответил на вызов Шми раньше. – Хорошо! Мы сдаемся! Спасите нас! - После вас, - сказал Джанго, жестом приглашая их пройти к пульту управления, пока он прикрывал им спины с бластерами наготове. - Ты же сможешь починить этот корабль, да? – тихо спросил Квай-Гон у Оби-Вана, пока они шли к пульту. - Да, наверное, - сказал Оби-Ван.       По какой-то причине это его не слишком убедило.       Системы корабля были спроектированы для пилотов-гуманоидов. Хатты редко делали что-то сами, если могли для этого кого-то нанять или, даже лучше, взять раба. Оби-Ван сел в кресло пилота, Шми – на место второго пилота. - Никто даже не продул двигатели, - проворчала Шми, лихорадочно нажимая на кнопки.       Оби-Ван проверил показания – как он и думал, они падали. Вопрос был только в том, как они это сделают. - Может немного потрясти, - сказал он. – Вам, возможно, стоит за что-нибудь ухватиться.       У Шми, как и у ее сына, были летные способности от природы – или, скорее, у него были, как у нее. Она нахмурилась, сосредоточенно и немного обеспокоенно, но она сохраняла спокойствие, и ее руки были тверды. - Высота уменьшается, - сказал Оби-Ван. – Мастер, вы можете посмотреть нашу скорость?       Квай-Гон встал за прибором. Все было не так уж плохо. Точно не настолько плохо, как в тот раз, когда они с Энакином нанесли ущерб в несколько миллионов кредитов посадочной площадке Корусанта.       Оби-Ван оглянулся, и ему показалось, что он уловил тень хитрой усмешки Энакина в улыбке Шми.       Пришлось потратить время на хитрое пилотирование – они со Шми отсоединили задний воздушный шлюз, выполнили несколько маневров, которые были совершенно не рекомендованы с их расходом топлива. Но они нашли чистую снежную прогалину. Квай-Гон зачитал скорость. Немного быстрее нужного.       Оби-Ван прикусил губу. Что ж, он делал это раньше, пусть и в меньшем масштабе. - Ах, не хочу тебя беспокоить, Оби-Ван… - сказал Квай-Гон. - Я и не беспокоюсь, - сказал Оби-Ван.       Он закрыл глаза, чего, как правило не делал, когда он отвечал за полет многотонной кучи металла. Но для этого ему была нужна большая концентрация. К счастью, он привык отключаться от гораздо более стрессовых ситуаций, таких как военные действия, воздушные бои и его ученик, пытающийся приготовить ужин в соседней комнате.       Он позволил миру раствориться и дал Силе наполнить себя. Оби-Ван никогда этого не знал, но Сила его любила. Она пришла к нему, когда он мягко позвал. Энакин, сияющий наверху, как маяк. Его мастер, тихо поддерживающий и сильный. Его союзники. Он растянул свои ощущения, чувствуя все и каждый угол, трещину и винтик корабля.       Он отключил двигатели.       Затем, когда все запаниковали – кроме Шми, на лице которой было интересное выражение – Оби-Ван подхватил корабль Силой и взял его под контроль. Он управлял каждой частью, наполняя ее Силой и позволяя говорить с собой. Это было тяжело, но Сила была с ним и подтолкнула корабль, когда силы Оби-Вана начали иссякать. Он помог ему опуститься на землю всего лишь с небольшой встряской и более сильным, чем обычно, ударом.       Они приземлились на снежном поле.       Там уже ждала команда, чтобы взять хаттов под арест, не мандалорцы, как ожидал Оби-Ван, но первая группа пленников, которых они спасли от Контролеров. Они были вооружены и выглядели готовыми заключить хаттов под стражу.       Все уставились на Оби-Вана. - Еще одно счастливое приземление, - сказал Оби-Ван и провел рукой по волосам. – О, Сила, - сказал он, - думаю, я потянул мышцу.