Бетельгейзе

Капитанский мостик базы «Дицзян» пульсировал приглушённым гулом. Восстановленные панели скрывали следы прошлых повреждений, создавая иллюзию нетронутой целостности, тонкую, вымученную гармонию. Семь стандартных циклов пронеслось с той ночи, что превратилась в легенду, сплетённую из обрывков слухов и корпоративного фольклора. Системные журналы, подобно могильщикам, безвозвратно стёрли правду, а криволинейный дефект на терминале А7 был устранён с фирменным, безжалостным совершенством «Эндфилд Индастриз». Под ступнёй Син Ву, металл пола отражал холодный свет голограмм. Откинувшись в кресле, он скользил затянутыми в тонкие перчатки пальцами по фантомным чертежам АПК, но взгляд его был прикован к незримой точке, растворённой за пределами схем и расчетов. И всё же, эти холодные линии стали его единственным убежищем в этой новой, подозрительно вылизанной реальности. Ардашир, облачённый теперь в безупречную униформу «Эндфилд», склонил голову с формой раболепного почтительного поклона, рапортуя Перлике о показателях энергосети. Его платиновые волосы, как и всегда, были аккуратно уложены, а под высоким воротником скрывались следы синяков. Он ловил каждое неосторожное движение бровей Перлики, и в его глазах не плескался прежний яд сарказма, а горел ледяной, расчётливый огонь преданности, от которого Син Ву невольно сжимал челюсти. В конце концов, он видел в глубине этих глаз тлеющий отблеск безумия, которое сам, вогнал в него неделю назад. «Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, ага… Но почему это меня так… раздражает?», — мелькнула остро отточенная мысль. Он уловил, как взгляд Ардашира на долю секунды скользнул в его сторону — не вызов, но молчаливое обещание, предвкушение обладания. Перлика, закончив диалог, приблизилась к Син Ву. «Стабильность системы восстановлена на 98%, Эндминистратор. Благодаря… стараниям Ардашира.» В её голосе всё ещё таилось смятение, но враждебность, что прежде читалась в каждом её слове, исчезла без следа. Син Ву лишь отстранённо кивнул, вновь погружаясь в свои схемы. Однако внимание его привлекло не столько изображение очередного изящного механизма, сколько едва уловимое движение за иллюзорной стеной наблюдательной площадки. Там, в полумраке замер силуэт Ардашира, упёршись ладонями в прочный сплав. Его плечи напряглись, и отражение на стекле на мгновение исказилось — не маской покорности, а хищной, голодной гримасой, направленной непосредственно в спину Син Ву. В конце концов, Ардашир не присягал на верность корпорации, по крайней мере внутренне. Так что будет правильнее сказать, что он поставил на кон всё, чтобы остаться в поле зрения Син Ву. И тот, ощущая знакомый холодок, пробегающий по коже, понимал — всё это было неслучайно. И пока Син Ву задумчиво кусал щёку изнутри, Ардашир медленно провёл языком по своим губам, оставляя лёгкий след пара на стекле. В отражении он поймал взгляд Син Ву, задержал его на миг, прежде чем вновь стать идеальным винтиком корпоративной машины. «Wo Cao!» Син Ву нервозно перевёл взгляд на чертежи, но эта картина, точно ядовитый цветок, расцвела в его сознании. Щёки предали его, вспыхнув ярким румянцем. Благо, спасением служила чёрная маска, скрывающая его пыл. Он открыл интерфейс внутренних каналов, ища хоть малейшую трещину в безупречном фасаде Ардашира, но данные были шокирующе нелогичны для того, кто ещё вчера считал «Эндфилд» раковой опухолью на теле Талоса II. У Ардашира, чей коэффициент конфронтации неуклонно держался на отметке 1.87, теперь красовался нулевой показатель несанкционированной активности. Более того, его взаимодействие с корпоративными протоколами было безупречно, вызывая полное доверие: добровольные диагностические работы, своевременные отчёты по анализу руды и прочих компонентов. Формально — идеальный сотрудник. И даже вечно бдительная Перлика, неприязнь которой к Ардаширу была всем известна, в отчёте №69 выразила удовлетворение, отметив «неожиданную, но весьма позитивную коррекцию поведенческих алгоритмов сотрудника»… «Да чтоб его!» Син Ву резко отбросил чертежи. Синий свет голограмм мерцал на его лице. Эта показная лояльность была более тревожным сигналом, чем открытая враждебность. И Син Ву понимал — это не было признаком капитуляции, а хитрым манёвром, стратегическим перегруппированием сил. Ардашир адаптировался, сменив тактику прямого столкновения на изощрённое проникновение в самые глубины корпоративной матрицы. Каждый его «послушный» ход был звеном в цепи, рассчитанной на постепенное стирание границ, на легитимизацию его присутствия. — Терминал, — голос Син Ву прозвучал тихо, но весомо в пустом, гулком пространстве. — Вывести на главный экран логи доступа к архивам протоколов «Предел» за последние 72 часа. Выделить все попытки, санкционированные или нет. Монитор ожил, мгновенно заполнившись потоком данных. Имя Ардашира не мелькнуло ни в одном подозрительном запросе, ни в одном сером пятне. Его чистота была пугающей, стерильной. «Ха? Да что за чертовщина? Как такое возможно? Неужели он даже не попытается пошатнуть опоры компании? Этот жалкий недо-шпион, точно ли у него всё в порядке с головой?» Иронично пробормотал Син Ву, устало потирая загривок. «Не мог же он забыть, в конце концов, на чьей стороне находится?» И вновь, Син Ву ощутил знакомое холодное напряжение у основания черепа. Его месть, попытка вызвать в Ардашире отвращение к себе, обернулась парадоксом — она создала противника куда более совершенного и опасного. «Так… И чтобы это могло значить для меня?» Син Ву задумчиво склонил голову набок, а затем мысленно подозвал Бетельгейзе. Система: [Слушаю вас?] «Помнишь то, что я попросил у тебя в прошлый раз?» Система: [Безусловно. Вы выбрали Ардашира своим любовным фаворитом. Хотите проверить количество набранных очков?] Син Ву кивнул. «Я же правильно помню, что для того, чтобы Ардашир навсегда исчез из списка фаворитов, количество очков должно быть отрицательным?» Система: [Всё верно. Однако, стоит учитывать, что Ардашир тот, кто может нарушить законы этого мира. Иначе говоря, если его любовь сильнее ненависти к вам, то никакая игровая условность не сможет его остановить.] Система: [Так же я хочу поздравить вас! Вы набрали +1000 любовных очков! Желаете перейти к процессу обмена в нашем магазине?] Син Ву: «.......» Син Ву: «Невозможно!» «Нет, нет, нет! — возразил он внутренне. — Никакого обмена! Я хочу, чтобы Ардашир исчез из списка, понимаешь? Ноль очков, минус тысяча, минус миллион, лишь бы его там не было! И уж точно я не буду тратить эту… э-э-э… тысячу на что-то там.» Он картинно поморщился. — «Может, мне лучше обменять её на новую партию антидепрессантов?» Бетельгейзе, казалось, хихикнул, его синтезированный голос звучал с оттенком иронии. «Как скажете, Эндминистратор. Однако, помните, Ардашир — это не просто набор цифр. Его чувства… они реальны. Или, по крайней мере, достаточно реальны, чтобы влиять на игровую механику.» Син Ву напрягся. Чувства Ардашира? Ему было совершенно плевать на чувства Ардашира! Он хотел видеть его исчезнувшим, стёртым, как тот криволинейный дефект на терминале А7. Но эта мысль о «реальности» чувств… это было тревожно. «Ты ведь не хочешь сказать, что если я…» Бетельгейзе: [Син Ву ver.1.0: «Именно это я хотел сказать.»]

***

Спустя час, мир Син Ву был снова нарушен без предупреждения. «Чёртова дыра, почему здесь нет дверей?!» — возмущался он про себя, периферийным зрением улавливая знакомый, до дрожи раздражающий силуэт. — Син Ву, — голос Ардашира был бархатным, почти ласковым. — Отчёт по стабилизации периметра. Он положил планшет на консоль, но его рука замедлилась, мизинцем едва коснувшись тыльной стороны ладони Син Ву. Движение было настолько лёгким, что его можно было счесть случайностью, если бы не эта крошечная, но нарочитая задержка. Син Ву не дёрнулся. Он лишь медленно поднял глаза. — Ты забыл протокол обращения, — произнёс он, и его голос прозвучал низко, без эмоций. — Простите, — Ардашир склонил голову, но уголки его губ дрогнули. — Эндминистратор. Он не отошёл. Вместо этого Ардашир облокотился о спинку кресла, наклонившись так, что его губы оказались в сантиметре от уха Син Ву. Дыхание было тёплым, пахнущим дорогим кофе и скрытой угрозой. — Капитанский мостик отремонтировали досконально, — прошептал он. — Но я до сих пор чувствую холод того корпуса на своей спине. Это… навязчивое воспоминание. Его рука опустилась на подлокотник, пальцы лежали в опасной близости от бедра Син Ву. Тот замер, глядя прямо перед собой на мерцающие экраны. Адреналин, знакомый и ядовитый, заструился по его венам. — Убери от меня свои грязные лапы, — сказал он, но в его тоне не было прежней безапелляционности. — Или что? — Ардашир выдохнул ему в ухо. — Вы снова намереваетесь проучить меня? Син Ву двинулся резко, словно стальная пружина, его рука молниеносно сомкнулась на запястье Ардашира. Хватка была железной, прижимающей тонкую кожу к холодному полимеру подлокотника. — Намереваюсь сломать кости, которые ты так любишь демонстрировать, — его голос был низким шипением, предназначенным только для двоих. Ардашир не сопротивлялся. Напротив, он расслабился в этой хватке, позволив весу своего тела чуть сместиться вперёд. Его губы почти касались щеки Син Ву. — Вы попробовали однажды. Я лишь стал сильнее. Устойчивее. Ваше наказание… закалило меня. — Его свободная рука легла на напряжённое предплечье, палец провёл по узлу вен под перчаткой. — Оно стало фундаментом. И теперь я здесь. На вашей территории. В ваших правилах. Неужели не хотите… увидеть результат? По спине Син Ву пробежала волна невыносимого жара, смешанного с леденящим отвращением. Он видел в зеркальной поверхности консоли их отражение — свою скованную ярость и безупречную, хищную позу Ардашира. — Отчёт принят. Убирайся. — Он резко отпустил запястье, оттолкнув Ардашира прочь. Тот сделал шаг назад, поправил манжет. На лице — маска почтительной учтивости, но глаза горели триумфом. — Как прикажете, Эндминистратор. — Ардашир сделал безупречный поклон, но на прощание его взгляд упал на губы Син Ву, задержался на долгую, тягучую секунду. — Но знайте… я всегда к вашим услугам, когда вы устанете от своих чертежей. Он развернулся и вышел, оставив после себя шлейф вызова и тяжелый, густой воздух. Син Ву сжал кулаки так, что кожа на перчатках натянулась. — Стой! — Выкрикнул он, точно зная, что Ардашир наверняка ещё не ушёл. Тот лишь сладко протянул: — Слушаю вас, Эндмин? Лицо Син Ву стало угрюмым: — Проведи меня в свой жилищный отсек. Ардашир на мгновение замер, а затем подозрительно прищурился. После чего его лицо украсила короткая услужливая улыбка: — Могу ли я узнать причину, по которой вы хотите посетить… кхм, стан своего врага? — Причина? — Син Ву встал, и тень от его фигуры накрыла консоль. — Ты же так любишь демонстрировать свою новообретённую лояльность. Кто, как не идеальный сотрудник, проведёт инспекцию? Безопасность превыше всего. Ардашир рассмеялся — коротко, тихо, и этот смех был похож на мурчание кота, которого не обделили лаской. — О, я польщён таким «доверием». Прошу, — он жестом указал на коридор. Дорога была тихой, если не считать навязчивого гула вентиляции. Син Ву шёл позади, изучая спину «гида» — каждый мускул под формой был напряжён. — Знаете, — нарушил тишину Ардашир, не оборачиваясь, — в моей уютной комнате уникальная система кондиционирования. Иногда кажется, будто она… облизывает меня по спине холодным языком. Напоминает кое-что. Син Ву стиснул зубы, но промолчал. Дверь в личный отсек Ардашира открылась беззвучно, обнажив аскетичное пространство. И вот он, тот самый «холод корпуса» — на стене висел увеличенный снимок капитанского мостика после стычки, с едва заметным отпечатком на полу. — Сувенир, — пояснил Ардашир, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. — Для мотивации. Или для ностальгии. Как посмотреть. — Я даже не хочу знать откуда это у тебя. — прошипел Син Ву, делая шаг вперёд. Его напряжённый взгляд, скользнул от фотографии к узкой койке. На подушке покоился планшет, экран которого был заполнен не скучными отчётами, а причудливой схемой… его собственных передвижений по станции, испещрённой нежными сердечками в местах их мимолётных, случайных встреч. — Обожаю коллекционировать редкие моменты, — голос Ардашира прозвучал прямо у его плеча, наполняя воздух зловещим шёпотом. Он подошёл так близко, что едва уловимое тепло его тела превратилось в ощутимое, подавляющее давление на спину Син Ву. — Особенно те, где вы теряете дар речи. Хотите добавить в коллекцию новый экземпляр? Син Ву резко развернулся, адреналин вновь хлынул в кровь, смешиваясь с чем-то, что он с трудом мог идентифицировать как… возбуждение? — О, знаешь, если эта коллекция не включает твою отсечённую голову, — холодно усмехнулся он, и голос его стал опасным, — то можешь не беспокоиться. Он шагнул вперёд, сократив расстояние между их лицами до нескольких дюймов. И Син Ву, к собственному удивлению, отметил, что его тело не выразило явного отторжения. Ардашир прищурившись также подался вперёд: — У тебя было столько безграничных возможностей свести меня в могилу, но ты ни разу пальцем не пошевелил. Боишься запачкать руки, или же… на самом деле, тебе просто невыносима мысль о жизни без меня? — Жизнь без тебя? — Син Ву скривился, словно попробовал уксус, но его предательская правая рука уже обвила шею Ардашира. Не сдавливая, но нежно удерживая на опасном расстоянии от губ. Его левая рука потянулась к тому чешуйчатому, тонкому хвосту, который радостно извивался в этот момент. — Скорее уж без этой надоедливой вентиляции, что имитирует дыхание трупа. — Он ухватился за хвост, проводя по нему большим пальцем. Голова Син Ву склонилась к той самой родинке на шее Ардашира. — А твоя голова? Ты настолько самовлюблён, что думаешь, будто я хочу любоваться ею даже в таком состоянии? — Само собой, — Ардашир расплылся в лукавой улыбке, которая, казалось, зажгла тусклый свет в его каюте. — Разве не очевидно? Ты ведь сам держишь меня здесь. — Его руки властно легли на талию Син Ву. Син Ву дважды выдохнул, прежде, чем его веки томно опустились. — Только для того… — прошептал он, проводя кончиком языка по шее Ардашира. И, сильнее, игриво дразня, надавливая пальцами на хвост, стремясь к тому самому чувствительному кончику, который от чего-то в прошлый раз показался ему пушистым. Хотя на самом деле, он скорее выглядел как нечто металлическое на вид, но на ощупь податливо мягкое. — Чтобы ты… — А-ах! П-постой! — вырвалось у Ардашира, голос на октаву выше обычного, а надменная улыбка сменилась жалобной гримасой. Казалось последнее, он даже не расслышал. — О, ты, похоже, наслаждаешься? — хмыкнул Син Ву, уже сознательно проводя подушечкой большого пальца по тому самому месту, где чешуйки сменялись чем-то удивительно мягким и бархатистым. — А я думал, ты закалённый, устойчивый. Фундаментальный. Ардашир прикусил губу, пытаясь вернуть себе контроль. Его руки на талии Син Ву сжались. — Это… тактическая уязвимость, — выдавил он, но его дыхание сбилось, когда Син Ву повторил движение. — О которой, я замечу, ты узнал исключительно грязным путём… — Вся наша история — один сплошной грязный путь. — Парировал Син Ву, и его собственный голос звучал хрипло и непривычно. Чувство отвращения отступило, уступая место азарту охотника. Он наклонился ближе к родинке на шее, чувствуя, как под губами бьётся учащённый пульс. Он нежно, почти неосязаемо, прикоснулся губами к коже, а затем — осторожно впился зубами. Не кусая. Просто обозначая возможность. Ардашир издал звук, средний между смешком и стоном. Его хвост бессильно обвился вокруг ноги Син Ву, больше не извиваясь, а цепляясь. «Но скоро… Эта история подойдёт к концу». Мысленно добавил Син Ву. Затем, он подозвал Бетельгейзе, и когда та откликнулась на зов, перед ним вспыхнул интерфейс. «Где сейчас находится женская версия Эндмин?» Система: [Высылаю координаты.] Син Ву отстранился, оставляя Ардашира тяжело дышать, его приоткрытые губы были влажными, а глаза сверкали возбуждением, смешанным с лёгким недоумением. Он наблюдал, как Ардашир пытается восстановить прежнее самообладание, но дрожь в его теле и сбитое дыхание выдавали истинное состояние. — Похоже, твоя тактическая уязвимость тебе не по нраву, — промурлыкал Син Ву, отступая на шаг. Его собственный пульс забился быстрее, голова закружилась от опьяняющего осознания: он может управлять даже его чувствами — смятением Ардашира. Но сейчас, поняв, что любое его усилие вызвать ненависть к себе лишь крепче привяжет Ардашира, Син Ву решил, что его самым разумным решением будет — это отступить, оставив всё на самотёк. И плевать, если потом будет мучительно жаль. — Я убедился в безопасности. Так что инспекция окончена. — Нарочито холодно произнёс Син Ву, направляясь к двери. Он бросил последний взгляд на Ардашира, чьи глаза провожали его взглядом, полным растерянности. — И всё же… — Тонкая улыбка украсила его губы. — Ты непростительно очарователен, когда совершенно не понимаешь того, что происходит. Син Ву вышел, оставив Ардашира в его аскетичном личном отсеке, с его трофеями и чертежами, как будто ничто из произошедшего не имело значения. Но когда он шёл по мерцающим коридорам, в голове у него звучал лишь сбитый, влажный вздох Ардашира. Он не направлялся к координатам. Вместо этого он свернул в технический отсек, где низкий гул механизмов заглушал любой звук. «Идиот», — мысленно выругался он, прислоняясь к прохладному корпусу реактора. Его пальцы сами потянулись к губам, будто пытаясь стереть ощущение той кожи, того пульса. Тело предательски отзывалось на воспоминания жаром. «Нужен был последний толчок. Теперь он точно полезет за мной». План был прост и жесток: спровоцировать одержимость, а затем исчезнуть, оставив Ардашира в петле бессмысленных поисков. Идеальная месть за все ловушки. Но в тишине отсека его уверенность дала трещину. Воспоминание о выражении лица Ардашира — не триумф, а растерянная, жадная уязвимость — било сильнее любой ярости. Син Ву дважды вздохнул с мыслью: «Сейчас не время для самобичевания», прежде чем оттолкнуться от стены и активировать интерфейс Бейкера. Набрал сообщение Фионе, сотруднику по коммуникациям, с просьбой проложить оптимальный маршрут до координат. И, спустя пару минут её голос раздался в наушнике Син Ву: «Эндминистратор, местом, которое указано в ваших координатах, является заброшенная база С.О.Р.Т. Там, где вы с Вульфгардом проводили операцию «Одинокий волк», по поиску предателя в Стае.» Син Ву иронично усмехнулся, тому как Фиона обозначила название игрового квеста, но затем задумчиво протёр виски, удерживая наушник, чтобы его лучше было слышно: — Какова вероятность, что там всё ещё остались Землекрушители? Фиона на мгновение зависла в эфире, её голос стал серьёзнее. «Примерно 87%, Эндмин. Сканеры так же фиксируют остаточную моровую активность. Но есть нюанс: база, похоже восстановила свою работу. Биосигнатуры аномальны, для того, чтобы быть заброшенной базой.» Син Ву ухмыльнулся. Идеально. Он обожал всё странное. — Отправь мне всё, что есть по аномалиям. И… Фиона? «Да, Эндминистратор?» — Если Ардашир спросит, где я, скажи, что развлекаюсь с одной красноволосой женщиной с очень злобным взглядом. Син Ву злобно посмеялся в мыслях и уже направлялся к телепротоколу, но за спиной уже раздавался знакомый голос: — Красноволосая женщина? Осмелюсь предположить, что ты говоришь о Неферит. Как трогательно было пытаться заставить меня ревновать. Син Ву горько усмехнулс Ардашир стоял в проёме, опираясь на косяк. Теперь на нём был тот безупречный костюм тёмно синего цвета, а на шее краснел едва заметный след. — Ты следишь за мной. — Констатировал Син Ву. — Не смог иначе. Ты оставил мне… воспоминания, требующие осмысления. А я… оставил жучок с трекером в подкладке твоей куртки. «Чёрт, остроумно», — Син Ву мысленно похвалил его, но отчего-то именно в этот самый момент он не ощущал себя беспомощным. Напротив, ему казалось, что он воспитал в себе некоторую беспечность по отношению к выходкам Ардашира. — Что ж. Раз уж ты здесь, — он широко жестикулировал в сторону телепротокола. — Пойдёшь со мной собирать новый «сувенир». Говорят, там есть призрак одной словоохотливой дамы… Глаза Ардашира вспыхнули азартным огнём. Он сделал шаг вперёд, и его хвост плавно извился, задевая ногу Син Ву. — О, так ты предлагаешь свидание? — Его губы растянулись в восторженной улыбке. — Я в деле. Только давай договоримся: если тебя схватит женщина со злобным взглядом, я забираю твой… свитер. Он мне всегда нравился. — Договорились, — Син Ву фальшиво улыбнулся, ощущая, как хвост Ардашира скользит по его икре. — Только этот свитер тебе на три размера велик. Он активировал телепортационный протокол, и пространство вокруг них завихрилось. Последнее, что он увидел перед прыжком, — это торжествующий блеск в глазах Ардашира.

***

Заброшенная база «С.О.Р.Т.» встретила их ледяным воздухом, пахнущим озоном и ржавчиной. Пол был усыпан битым стеклом от мониторов. — Романтика, — прошипел Ардашир, тут же спрятав руки в карманы. — Напоминает наш первый совместный проект. — Тише, — Син Ву приложил палец к губам. Из глубины коридора донёсся металлический скрежет и… бормотание. Низкий, механический женский голос настойчиво повторял: «…а в протоколе 7-Б явно указано, что для инициализации нужны не два, а ТРИ кристалла феррия…» Они крались на звук. В разрушенном центральном зале, среди искорёженных консолей, стояла фигура в потрёпанном плаще Эндминистратора. — О, гости! — Девушка, теперь казавшаяся призраком былого величия, резко обернулась, и в её глазах вспыхнул отблеск безумия. — Идёт проверка системы! Скажите, у вас случайно нет при себе трёх кристаллов феррия? Или хотя бы чашечки кофе? Я тут уже… не сосчитать. Ардашир сжал губы, его взгляд метнулся к Син Ву. — С того момента, как она сама появилась перед нами, излив всю твою запретную историю, бывшая Эндмин начала медленно погружаться в бездну. Теперь от неё остались лишь осколки памяти, проносящиеся сквозь сознание, словно миражи. В нас она видит сотрудников, которым нужно помочь, и делает это исходя из своих возможностей. И хотя я говорил, что её силы дитя Ориджиния иссякли, её обширные знания всё ещё никуда не делись. Неферит, несомненно, пользуется этим. Более того… Она больше не узнает тебя, Син Ву. Син Ву нахмурился, сделал шаг вперёд, но в этот момент с потолка рухнула ржавая балка, едва не задев его. Из тени за консолью вышла высокая женщина с огненными волосами и взглядом, способным расплавить титан. Та самая Неферит. В её руках дымился портативный плазморез. — Значит, слухи верны. Нынешний Эндмин пришёл поклониться призраку своей предшественницы, — её голос был холоднее вакуума. — С тобой твой… питомец? Ардашир возмущённо выпрямился. — Я не питомец, я тактический актив! — Который мурлыкал, когда его чесали за ухом, — парировал Син Ву, не отводя глаз от Неферит. — Что вы сделали с ней? Неферит оценивающе посмотрела на них, затем на черноволосую девушку, которая увлечённо пыталась починить несуществующую консоль. — Ничего, из того, что ты мог бы посчитать противозаконным, Син Ву. — произнесла она. Её голос смягчился, а взгляд потеплел, когда она приблизилась к бывшей Эндмин, ласково убирая непослушную прядь за ухо. — Персик, ты голодна? Девушка застенчиво рассмеялась, пробормотав что-то невнятное, когда Неферит тихо продолжила. — Более того, я даже отправляла запрос Перлике, чтобы она убедилась в том, что в мире существует два Эндминистратора. Но лишь для того, чтобы они смогли восстановить её рассудок. И как ты думаешь, что Перлика ответила? У Син Ву нервно дёрнулся глаз. Казалось, ещё немного, и начнется паническая атака. — И что же? Неферит бросила на Син Ву проницательный взгляд: — Перлика сказала, что она всегда знала об этом. Что до того, как в этом мире появился ты — Син Ву, бывшая Эндмин попросила Перлику об одной деликатной услуге…

***

«Когда в этом мире появится кто-то совершенно не похожий на меня, и будет делать что-то совершенно странное, то пожалуйста, примите его как меня. И ещё… пусть никто не сможет узнать о подмене. Тебе ведь это под силу, моя милая Перлика?» «Но… Что происходит, Эндмин? Куда ты уходишь? Почему именно сейчас, когда мы собираемся отправиться на Улин?» Эндмин покачала головой: «Так нужно. Просто сделай это хорошо?.. Ах, и ещё… Однажды мой рассудок точно помутнеет, так что когда это произойдёт не пытайся меня найти. К тому моменту, у меня вероятнее всего не останется сил… Знаешь, я уже давно мечтала жить обычной жизнью, и это мой шанс, мой личный выбор.»

***

Неферит медленно улыбнулась. Её пальцы всё ещё нежно перебирали пряди волос Персика, которая теперь смотрела на Син Ву с туманным любопытством. И тогда его настигло тошнотворное понимание. Всё это время он был не самозванцем, а запланированной заменой, тем самым идеальным кандидатом. Его свобода, его мятеж — часть чьего-то давнего замысла. — Значит, я всего лишь резервная копия, — выдохнул он, и его голос прозвучал непривычно плоско даже для него самого. Ардашир резко повернулся к нему, хвост замер в напряжении. — Не смей так говорить. Ты — тот, кто может пойти против законов мироздания. Та девушка, — он кивнул в сторону беззаботно бормочущей Персик, — на такое никогда бы не пошла. «Вот как… Значит, ты всё ещё влюблён в мою силу», — пронеслось в мыслях Син Ву, его взгляд стал меланхоличным, правда всё под той же чёрной маской, что скрывала половину его лица. Но эта мысль заставила его невольно улыбнуться. — «Что ж, так даже лучше.» Он медленно поднял голову, устремив взгляд на Неферит: — Ты каждый раз зовёшь меня дитя ориджиния… Осмелюсь предположить, что тебе ведомо, что я из себя представляю. Однако, я пришёл сюда только за тем, чтобы вернуть этот мир в своё изначальное положение до моего прибытия. И я хотел узнать это у той, кого ты называешь… Персиком. Но теперь… Теперь я спрашиваю у тебя, Неферит. Неферит усмехнулась. — Ты очень наивен. Думаешь, я бы просто так помогла тебе? Я, как и ты, ищу способ вернуть всё на свои места. Только мои методы несколько… радикальнее. Однако, почему бы тебе не спросить у того, кто переписал законы мироздания?.. Син Ву замер. «Чёрт возьми, Бетельгейзе!» Система незамедлительно отозвалась интерфейсом и голосом в его голове: [Слушаю вас?] «Свяжи меня с… Син Ву ver 1.0!» [Инициализация данных…] [Хотите использовать награду возможности поговорить с Бетельгейзе?] «Да, чёрт возьми, да!» [Живая память Син Ву ver.1.0 активирована.] Внутри разума Син Ву зашумел статический хаос, который внезапно отступил, уступая место голосу — ясному, но будто призрачному, словно доносящемуся из другого измерения: «Ты, должно быть, доведён до крайности, раз осмелился обратиться к самому себе, к своему прошлому «Я». Какая жалкая картина…» Голос был насмешлив, но Син Ву не дрогнул. «Ты знаешь, чего я хочу.» Бетельгейзе: «О, разумеется… Но всё же, утоли мою жажду любопытства, насколько от одного до десяти, тебе понравилась эта… Игра?» На это Син Ву ответил с ледяной яростью, которая, казалось, могла растопить металл: «Ноль! Это полный ноль! Сюжет отстой, персонажи плоские, мир конченный!» Бетельгейзе: «…» «О, похоже, тебе очень понравилось… Итак, ты хочешь вернуться в свой мир? Вернуться домой?» Внутри Син Ву закипела горькая насмешка: «Вот только не надо говорить, что я там сдох давным давно, как будто я сам этого не знаю.» Бетельгейзе: «…» «Мне нужен ответ.» В этот момент в Син Ву что-то щёлкнуло. Отчаяние сменилось стальной решимостью: «Да, я хочу, чёрт возьми, вернуться домой!» И тогда внутри что-то переменилось, пробудилось. Это было не просто знание, а глубочайшее, всеобъемлющее понимание собственной сущности, прошлого и безграничных горизонтов будущего. Мир вокруг, прежде реальный, начал таять. Линии привычной действительности расплывались, трескались, уступая место тому, что должно было быть. Тому, что ждало его…

***

Красный сигнал светофора. Рёв моторов, проносящихся мимо. Из ниоткуда звучал пульсирующий саундтрек, наполненный пафосом: «Ю ама Спешл». СинВу застыл в нелепой позе, замахнувшись, чтобы достать телефон из кармана, но… в последний момент его движение оборвалось. Он резко отскочил назад, на бордюр, и замер, нелепо хлопая длинными ресницами, оглядываясь по сторонам. «Что… что только что случилось?» Нет, дело было не в амнезии. Син Ву помнил каждый миг своего пребывания в игровом мире. Он просто не ожидал оказаться здесь, в абсолютно реальной жизни, в городе Сучжоу. Одетый в безупречный смокинг, под бархатным пологом вечернего неба, теперь он казался не от мира сего. Его иссиня-чёрные волосы, собранные в тугой, элегантный пучок, слегка трепетали, подхваченные лёгким, прохладным ветерком. На правом ухе тускло мерцал золотисто-серебряный крест, его холодное прикосновение проскользнуло по шее. Чёрный шёлковый галстук туго стягивал горло. Телефон в кармане продолжал свою жизнеутверждающую, пульсирующую песню, достигая апогея трека. Он действительно здесь. В своей реальности. «Неужели… всё это было лишь игрой моего разума?» Син Ву не хотел верить в столь банальное объяснение. Тем не менее, поднимая взгляд на сверкающие вершины небоскрёбов, он не мог не признать, насколько сильно скучал не по родному краю, а просто скучал, когда жил здесь. В конце концов, единственная причина, по которой он не стремился вернуться в этот мир, крылась в его скуке. В мире, где его мастерство ландшафтного дизайнера требовало не полета фантазии, а лишь строгого следования чётким, выверенным условиям. Син Ву горько усмехнулся, наконец, обретя силы поднять трубку: — Слушаю вас, Господин Бэй-Эр… Ах, да, я отправлял отчёт на прошлой неделе… Да, разумеется… О, неужели?.. Я так рад… Огромное спасибо за повышение! Я… я так долго этого ждал… — В его голосе, однако, не звучало ни малейшей искры радости. — Да, я сейчас же приеду в офис. Мне купить кофе и пончики с османтусовым кремом?.. Син Ву двинулся в путь, его шаги сначала неуверенные обрели привычную твёрдость. Ведь было и ещё кое-что. То, во что он действительно желал верить. В чувства персонажа, которого считал игровым.