Патлом, не будьте таким плохим!

POV Пат Честно говоря, это первый раз в моей жизни, когда меня отвергли. Обычно отвергаю я. Я был ошеломлен, но это не стало большой проблемой. Я просто дразнил парня. Не то чтобы он мне так уж сильно нравился – мне просто любопытно. – Я вовсе не имел в виду, что я нравлюсь Фону. – Тогда что же вы имели в виду? – Я имел в виду свою грудь. – .. Можно мне закричать? Исправит ли врач моё лицо? Оно только что разлетелось на миллион осколков. – Не делай поспешных выводов в следующий раз, Фон, – сказал старший, нежно поглаживая младшего по мягким волосам. **** POV Па – А... что? Кто это тут делает выводы? Вовсе нет. Я просто имел в виду, что мне не нравится грудь Хиа, – я пытался выкрутиться как мог, но казалось, что чем больше я говорю, тем сильнее загоняю себя в ловушку. – Если не нравится, тогда почему ты её трогаешь? Ты ведь так и не убрал руку. Услышав слова Пи’Пата, я тут же посмотрел на свои руки. Черт возьми. Разве моя рука не должна лежать у меня на коленях? Почему она всё еще на его груди? Можно я закричу и притворюсь, что в меня вселился бес? – Э-э... моя рука сама по себе задвигалась. Я тут ни при чем! – я начал быстро оправдываться, пытаясь улизнуть так активно, что аж в боку закололо. – Тогда можно мне положить руку на грудь Фона и сказать, что она тоже задвигалась сама по себе? Пи’Пат играет со мной. Только что он был «не в моем вкусе», но стоило мне услышать эту фразу и увидеть его ослепительное лицо, как он внезапно стал «очень даже в моем». Того, что он метис, уже было достаточно. А теперь еще и эти слова, которые не раздражали так, как обычно. Чертов жулик. – Что с тобой, Фон? Ты смущен или просто витаешь в облаках? – Эй, я не смущен, ты, проклятый человек! – вздрогнув от слов босса, я нечаянно выкрикнул это в раздражении, надеясь скрыть свои истинные чувства. Чувство досады от того, что меня поймали на смущении. – Если собираешься оскорблять меня и дальше, можешь сначала перестать краснеть? Тебя так и подмывает поцеловать. Ладно, он снова не в моем вкусе. Голова раскалывается, черт возьми. – Уф... так мы будем фотографировать или нет? Уже поздно, а я не хочу возвращаться домой в темноте. – Если уже поздно, почему бы тебе не остаться на ночь у меня? Я был так потрясен, что замер почти на минуту. А? Обычно в таких случаях говорят: «Я отвезу тебя домой», нет? С чего он зовет меня ночевать? – Вы всех своих стажёров к себе домой приглашаете? – Ты первый, Фон. После этой фразы моё и без того сильное смущение возросло в сто крат. Я засмущался до такой степени, что слышал, как громко бьется сердце – казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Кровь так прилила к лицу, что почти каждый сантиметр моей кожи стал пунцовым. На мне буквально не осталось места, которое бы не покраснело. – Ох, если ты будешь так краснеть, у меня будут неприятности, Фон, – Патлом начал медленно приближаться ко мне, пока я сидел с лицом цвета спелого томата. – Н-не подходите ближе, Хиа! – я быстро поднял руку, чтобы оттолкнуть его, но сил явно не хватало. Чем больше я пытался его остановить, тем ближе он придвигался. Так близко, что я слышал его сердцебиение – ровное и спокойное, в отличие от моего, которое колотилось так, будто я участвовал в мировом чемпионате по самбе. Так близко, что наши носы почти соприкасались. Я мог только зажмуриться, потому что не знал, что делать. Не хочу признаваться, но у меня в жизни никогда не было парня. Было несколько поцелуев, но дальше этого дело никогда не заходило. О моем «опыте» и говорить нечего – его просто нет. И тут я встречаю кого-то настолько ослепительного... по одному его виду понятно, что у Пи’Пата опыта предостаточно. Кто бы тут не дрогнул? Я имею в виду – он просто красавчик. Я просто поддался моменту, он мне не нравится. – Открой глаза, Фон. Я не собираюсь тебя целовать. Это было похоже на голос с небес. Я открыл глаза и вздохнул с облегчением... но это чувство длилось лишь миг, потому что, когда я их открыл, у меня едва не остановилось дыхание. Пи’Пат так и не отодвинулся от моего лица ни на сантиметр. Он смотрел мне прямо в глаза тем самым взглядом. Точно таким же, как в тот день, когда я поцеловал его, а он ответил мне так, что я чуть не потерял сознание в его объятиях. – Значит ли это, что если ты собираешься целовать, то нужно делать это с открытыми глазами? – Я лучше позволю Фону самому схватить Хиа за шею и поцеловать. – ... – Я сегодня не тренируюсь! – я понял, что в этот момент лучше его не подначивать, иначе у меня будут серьезные проблемы. Поэтому я нашел способ спастись: вскочил и припустил прочь от этого «проклятого человека», используя все навыки бега, которые видел в дорамах. Никаких «пока», никаких прощальных взмахов рукой – ничего. Прощайте, надеюсь, сегодня мы больше не встретимся! Сегодня я отступлю и перегруппируюсь. Выпью еще парацетамола, чтобы восстановить силы. И завтра снова в бой. Завтра я обязательно одержу победу над этим «проклятым Пи’»!!!! ****** POV Пат После того как парень выбежал из кабинета, оставшийся в комнате мужчина сменил позу на более удобную, закинув ногу на ногу. Он расстегнул запонки на манжетах и ослабил галстук, чтобы дышалось легче, после чего сидел и улыбался самому себе, как сумасшедший. Видя, как тот в панике и спешке улептывал из комнаты, он не мог сдержать смех. Почему этот мальчишка такой милый? Клянусь, за всю свою жизнь я не видел никого настолько забавного в своем смущении. Хм, а каково это – заставить человека, которого совершенно не волнует ни моя внешность, ни статус, ни карьера, полюбить меня? Интересно, кто из нас в итоге больше потеряет голову от любви? Пока я был погружен в свои мысли, дверь кабинета открыл незваный гость. Пингджай. Увидев меня на диване, вошедшая растерялась так, будто совершила что-то плохое и была поймана боссом с поличным. Хех, она совсем не такая милашка, как Фон. – Прошу прощения, сэр. Я не знала, что вы еще в кабинете, – застигнутая врасплох, она не знала, что делать. Пингджай и подумать не могла, что хозяин кабинета задержится после работы, ведь обычно, как только рабочий день заканчивался, он тут же куда-то исчезал. Она уже несколько дней не могла пробраться сюда, чтобы собрать информацию, потому что этот стажёр торчал в офисе целыми днями. Она понятия не имела, что это за практика такая, но сейчас это её не волновало. Главной целью было собрать как можно больше документов, чтобы договориться с другой компанией, а затем передать их отцу председателя для манипуляций с ценами на акции. Это должно было показать инвесторам, что нынешний председатель недостаточно эффективен. Но сегодня её планам снова не суждено было сбыться. – Кхун Пингджай, элементарным манерам можно следовать и без моих нотаций, верно? – хозяин комнаты заговорил холодным тоном, бросив на стоящую у двери женщину такой взгляд, что та кожей почувствовала его острое недовольство. – ... – Мой кабинет – это не общественное место, куда можно заходить, когда вздумается. Прежде чем войти, нужно стучать. И я ведь отдавал распоряжение, что после работы в мой кабинет заходить запрещено, не так ли? Вы ведь еще не настолько стары, чтобы память начала подводить? Все эти слова заставили слушательницу чувствовать себя крайне неловко. Дело было не в том, что она не понимала смысла сказанного, просто её мозг не успевал осознать, стоит ли ей больше пугаться самого выговора или того, как он был сделан – без единого ругательства, но предельно жестко. – Если вы зашли и вам нечего сказать – или нечего вынюхивать, пока хозяин сидит здесь, – пожалуйста, уходите. Не стойте здесь и не воруйте мой кислород. Я закончил говорить и тайком наблюдал за реакцией женщины, застывшей у двери. Мой спокойный, изучающий взгляд заставил её вздрогнуть, и я понял – сейчас ей по-настоящему страшно. Хмф, ты боишься даже этого? И где же ты собираешься найти достаточно мозгов, чтобы занять моё кресло? – И если вы собираетесь нести какие-то «улики» моему отцу, постарайтесь в следующий раз действовать тоньше. То же самое касается продажи работ клиентов. Умный человек не стал бы использовать свое собственное имя секретаря, чтобы продавать проекты на сторону, верно? Те люди не только богаты, но и куда сообразительнее вас. Не позволяйте им говорить у меня за спиной, что у меня глупый секретарь. В конце концов, эту должность вам дал мой отец. Постарайтесь соответствовать.