Пепел судеб

Огонь. Вся округа была объята в его красном пламени, который явно не собирался сдавать своих позиций и потухать. Тлеющие в этом пепле обломки корабля превратились в обугленные щепки. Дополняли пейзаж лежащие подле разрушенного судна трупы тлалимцев, либо со стрелами в груди, либо с отрезанными куру... Джейк, с ужасом и искренним сожалением, даже некоторой болью за бедных, ни в чем невинных людей воздушного племени, ступал мимо аккуратной поступью, с опаской и негодованием оглядывая округу и не веря, что все правда обернулось вот так. В глазах его то и дело читалось сожаление и... вина. От того, что не смог помочь. Что не справился с задачей защитить. В мыслях он обвинял себя в крушении этого корабля, в смертях не в чем не повинных. Винил себя он и в том, что его семья также оказалась в опасности и теперь... Он даже не знал что со всеми ними. Живы ли вообще?.. Никто как назло не отвечал по этим гребаным коммуникаторам! Он не мог найти себе места и пытался ухватить хоть какой нибудь след, не теряя надежды на то, что кто нибудь все таки ответит на его вызовы. - Зоркий глаз, слышишь меня?!.. - он отчаянно надеялся услышать ответ по коммуникатору хоть от кого-то, но пока что ему отвечала лишь такая же пустая тишина. Глаз зацепился за некую, лежащую на каком то корне в неестественном положении бездыханную фигуру под потрепанной грязной накидкой. Почему-то силуэт привлек внимание, показался чем-то ужасающе похожим на... Джейк откинул все глупые и страшные мысли, но в то же мгновение молниеносно подбежал и отбросил испорченную ткань, в сердцах очень надеясь, что ему всего лишь показалось. Оглядев неизвестного ему на'ви, его сердце упало в пятки и тут же вернулось обратно. Надежды были оправданы, это была всего лишь его паранойя. Но от этого стало не сильно легче, ведь от вида незнакомца стало еще больнее, сердце сжалось сильнее. Серые, потухшие глаза, в которых читалось та боль и мольба пощады, мольба человека, что был готов умереть, но просил оставить лишь самое святое, что было. Внизу, на затылке незнакомца, где должна была красоваться красивая и густая длинная коса, теперь лишь неаккуратно торчали грубо обрезанные, окровавленные пучки волос и обрубок самого священного, самого жизненно необходимого и важного органа каждого живущего на'ви, что веровал в Эйву. - Ло'ак, приём, парень! Ответь мне!.. - теперь с еще большим беспокойством взывал отец семейства. И снова. Ответа нет. Ни единого отклика. В душе появлялся тяжелый, болючий и неприятный комок переживаний и страха. - Нейтири приём... - уже без былого упорства, но все еще с надеждой вызывал Джейк жену, ещё не зная, что в это самое время она лежит, как подбитая пташка, с стрелой в плече, повиснув на каких то леанах и без сознания, где то в зарослях этого самого леса, пока Саата, ее икран, пыталась хоть как то привести в сознание полуживую женщину. Конечно же, вызов был безрезультатным. - Нейтири. Нейтири, ты на связи?.. Нейтри, приём! - нервы мужчины уже сдавали. Грубо пнув траву, он снова огляделся и уши невольно прижались к голове. Где они?.. Куда пропали?.. Где искать?.. В душе он уже молил Эйву и просил прощение за свое, еще совсем недавнее неуверование, лишь бы дети и любимая были живы. Вдруг в глаза бросился резкий блеск откуда-то сбоку, что не вписывался в общую картину. Это был инородный блеск. Отражение пламени от пластика запасного экзокомплекта Паука, валяющегося посреди здешнего хаоса как неприкаянный, бездушный изгой в этом, пусть и теперь ужасающем виде природы и листвы в округе. Джейку сразу в голову ударило понимание, что Паук оказался без запасных масок. И что у него точно уже скоро должен был закончиться заряд аккумулятора на старой, а без спасательных запасных парень мог просто... Он подскочил и подобрал две валяющиеся пластмаски, оглядев и тяжело вздохнув от тяжести происходящего и кажущейся безысходности. Глава семьи уже хотел было выругаться и покрыть все трехэтажным отборным лексиконом, но вдруг из-за спины раздалось звук более нежданный и ненавистный Джейком всем нутром, от чего у того, от понимания всей ситуации, а конкретно того, что теперь он в полной заднице, по спине прошли противные мурашки, а тело покрылось холодным потом. Этим звуком был голос Майлза Куорича. Это склизкого, мерзкого ублюдка, из-за которого и происходят большая часть всех бед семьи Салли, и которого Джейк, мать его, убил в тот раз!!! Или, видимо, не совсем... - Все кончено, Джейк! Сам Джейк уже было хотел потянуться за оружием, чтобы с яростью, копившейся в нем все это время, пристрелить говнюка стоявшего за спиной, но тут же сбоку, прямо между его рукой и пушкой, пронёсся град снарядов, чуть было не задевший его самого. - Замри и не дёргайся! По ногам грубо ударили, от чего колено предательски подкосилось. После резкий удар по спине, а после еще один под дых, и вот Джейк уже лежит лицом в землю, тяжело дыша и не в силах сопротивляться. - Спеси поубавилось?! - раздалось сбоку от дружка Куорича, что уже доставал наручники. - Руки давай! Руки!! Пока Лайл грубо заковывал руки Джейка, последний смотрел на старого врага и не мог поверить глазам. Как эта живучая мразь смогла спастись?? - Я... Я же убил тебя.. - пытался говорить Салли, все еще тяжело дыша, и попутно думать, что делать дальше. - Видно, я крайне живучий, капрал... - с нахальной, ехидной, такой ядовитой ухмылкой, которую Джейку очень хотелось стереть с его лица, говорил Майлз, присев перед Джейком и смотря на того, как на добычу. Через мгновение Куорич резко поднялся, его тон стал более серьезным, сам он стал медленно ходить из стороны в сторону, как тигр в клетке перед жертвой. - Кто вас атаковал? - Манкванские налетчики. - так же серьёзно ответил Джейк, сев наконец прямо. - Они зовут себя... Народ пепла. Вдруг под ногу Куоричу попался один на'ви из клана Тлалим, к сожалению уже не живой. Но капитан заметил в нем что-то неладное... Он ногой повернул голову бедолаги и оглядел...Место, где отсутствовала такая дорогая и важная для всех на'ви коса. - Что это?.. - с некоторой брезгливостью, но все так же серьёзно спрашивал капитан. - Они отрезают куру... - объяснял Джейк. - Чтобы забрать у врага его силу... Для на'ви это хуже смерти. Все замолчали. Лайл тоже оглядывал трупы, подойдя к командиру, теперь чуть крепче держа ружье наготове. Самому Куоричу уже через секунду не было никакого дела. Его внимание теперь привлек лишь странный блеск в траве... Тот самый, блеск пластика экзокомплекта, который тут мог принадлежать лишь одному... И Куорич знал, кому, и от этого внутри все противно сжалось, хотя командир пытался изо всех сил это унять и ни в коем случае не показывать. - Обнаружил их? - с нарочитой серьезностью сказал тот, на что Лайл покачал головой. - Детей нет. - в голосе военного товарища прозвучала доля сожаления, но лишь доля, в душе ему было плевать на это, для него сейчас важно лишь то, что они нашли объект их поисков и теперь могут выполнить миссию. Но Куорич не было все равно. Ох, как не было. И Джейк, конечно же, это заметил, не упуская из виду тот взгляд его бывшего командира, которым он смотрел на пластиковую маску. - Здесь полный заряд. - с полной серьезностью, в душе так же переживая за Паука, ставшего где то в глубине души таким же дорогим для него человеком, говорил Джейк. - А значит, он не сменил маску и его запас на исходе!... Это если манкваны еще до него не добрались! - убеждал он уже ушедшего в глубокие раздумья Майлза. - Мы должны вытащить детей оттуда! Или ты никогда его больше не увидишь! Куорич нервно сглотнул. Глаза забегали, уши прижались к голове. Он не любил, когда ему указывали и спикулировали, понимал, что сейчас на кону стояла его миссия, что он в этот же самый миг мог тут же направиться в штаб и отвести к ним Джейка, за которым он сюда и отправился. Но... Он не мог. Не мог просто взять и уйти, зная, что его сын где то там, в лесах, где теперь шастуют и эти непонятные пепельные синие дикари, и что теперь он скорее всего может просто задохнуться от нехватки кислорода. - Ты можешь их найти? От этих слов Лайл нервно замотал глазами то на пленника, то на командира. Куорич что, правда готов отпустить цель и пойти на поиски этого мелкого... - Задача не в этом... Что мы делаем?! - отчаянно говорил напарник. - Можешь их найти? - Майлз не среагировал, лишь переспросил у Джейка, даже не глядя на друга, у которого сейчас кажется задергается глаз. Сам Джейк почувствовал облегчение и чувство выигрыша, растекшееся по груди, но тут же вспомнил про серьезность ситуации и опасность, стоящую перед семьей и придал себе тот же серьезный вид. - Времени у нас очень мало....

***

Сознание возвращается к Ай'тем медленно, волнами, короткими промежутками и отрывками, сопровождаясь ужасной болью в затылке, как и во всем теле в целом и оглушающим звоном в ушах. В этих отрывках она ощущала шевелящуюся и чуть царапающую спину траву. Чьи-то руки на лодыжках, что грубо тащили за ноги, совсем не заботясь о том, что ее голова бьется о каждую неровность, снова отдавая жуткой болью, не дающей рассудку вернуться хоть на долю и тем более лишая любых сил отбиваться. Потом в сознании всплыл мутный лес, на влажных листьях которого рыжим отражалось пламя какого то кострища, заполоняющего ноздри запахом дыма и гари. Откуда то, как будто бы со всех сторон, эхом, доносились чьи то крики и возгласы. Сквозь них краем сознания Ай'тем улавливала знакомые голоса среди всего шума, сливающегося в одно. Слишком знакомые. В один миг она отчётливо уловила вскрик Кири, узнавая ее родной и знакомый тембр среди тысячи. В мутное сознание сразу пришло короткое воспоминание, как Ай'тем играла в детстве с Кири, катая на спине, а та весело визжала и просила покатать еще и поднять выше. На лице Ай'тем невольно натянулась улыбка, а потом сознание вновь провалилось в темноту. Последним рывком, который окончательно выдернул девушку из потемок сознания, было ощущение, как будто она падала в какую то пропасть, темную, бездонную, которая затягивала ее в себя без права на спасение, лишая всего, даже самой себя... Когда Айтем раскрыла глаза, конечно же, первое что ударило в голову, это боль во всем затылке и лобной доле. Такая, что хотелось раскрыть черепную коробку, добраться до мозгов и прочистить их, чтобы боль хоть немного стихла. Несмотря на то, что соображать девушка пока могла с трудом, тот факт что она еще дышит оказался удивительным открытием для нее, уже думавшей, что отдала душу Эйве. Пусть каждое движение отдавало пульсирующей болью и понимала Ай'тем все с трудом, всё же на подкорке сознания она ощущала, что сейчас лучше быть тихой и не привлекать лишнего внимания. Она явно не на своей территории. Прилагая максимум усилий, чтобы не издать не единого громкого звука, она продирает с трудом открывающиеся веки, будто залитые свинцом и мутным взором пытается оглядеть округу. Проморгавшись, первое что бросилось в глаза - густая темнота ночи и сияющие в небе звезды, проглядывающие кое-где из богатых зеленых крон. Ай'тем сразу узнала лес. СВОЙ лес. Болезненная улыбка не смогла не расплыться на все еще не до конца пробудившейся физиономии. - Чёрт... - выругалась она себе под нос хриплым голосом, стараясь протянуть руку к виску и потереть, но не вышло. Руки были грубо и туго связаны за спиной. Они затекли так же, как и всё тело от позиции лежа на боку, из-за чего двигаться было еще труднее. Через пару мгновений и попыток хоть как то вернуть сознанию ясность, жмурясь и стараясь размеренно дышать, звон стал постепенно сходить и она начала различать из звуков приглушённые голоса, хриплый и громкий смех, треск костра. А так же запахи... Чужие... Нехорошие... В голову сразу ударяет понимание. Понимание того, кто взял ее в плен и на какой земле она сейчас лежит. Это понимание хорошо отрезвило разум девушки. Глаза тут же раскрываются окончательно, рассудок становится максимально ясным, на сколько он мог прояснеть в ее ситуации. Все вокруг уже покрылось одеянием ночи, а звездное небо было скрыто за листвой высоких густых деревьев, которые освещало пламя того самого яркого высокого костра, ударявшего в ноздри ужасным запахом гари, дыма и чего-то еще, неприятного и отталкивающего. В голове, выругавшись уже более сотни раз, она осматривается, пытаясь хотя бы в целом оценить обстановку и понять, какие у нее шансы. На счёт племени, которое взяло ее в плен, у нее уже были очень ясные догадки. И они ее не подвели. Это и правда были Манкванцы. Те самые пепельные, которые напали на ее друзей и семью и из-за которых случилось все то, что случилось. Лицо Ай'тем исказила гримасса шока, страха, который она очень старалась подавить, чистой ненависти и отвращения. Они наверняка погубили столько жизней воздушного племени... После того, как эта мысль пробежала в ее голове, тут же вернулись и последние воспоминания их полета. Горящий корабль, подстреленная мама, висящий на краю Ло'ак... Теперь на лице, кроме ярости, отразился и ужас. Что теперь делать?.. Где ее семья?.. Тут же, как будто её мысли материализовались, тревогу прервал тихий тоненький голосок где то сбоку. Такой знакомый, детский, родной, но, совсем чужой для всего, что было в округе и происходило сейчас. Обернувшись на звук, Ай'тем замерла, не веря глазам и сначала подумав, что это глюки после сильного удара головой, пару раз при этом проморгавшись. - Ай'тем! Ты проснулась! - совсем тихо, как мышка, звала девушку маленькая сестричка Тук. Рядом с той сидели братец Ло'ак, на удивление старшей живой, заплаканная, перепуганная, раненная... О, Эйва, раненная, с явно покалеченной ногой, бедняжка Кири... и... Паука, дышащего без маски?! Что??? Увидев эту картину, Ай'тем еще более шокированно посмотрела на всех, сомневаясь в своем рассудке окончательно, еще больше не веря своим глазам и все больше убеждаясь, что это скорее всего глюки. Пару раз молча моргнув и многозначительно посмотрев на всех, а после на самого паука, она требовала объяснений, пусть и одним лишь взглядом, без слов, потому что слов сейчас правда не хватало. На что тот лишь помотал головой, давая понять, что сейчас не время. Чуть одумавшись, старшая поняла, что он прав, мотнула головой и постаралась направить мысли в правильное русло. Вдруг она краем глаза заметила знакомую фигуру. Оглянувшись, она не смогла сдержать тяжелого и сожалеющего, чуть больного вздоха. Рядом лежал ее икран, И'те, привязанная веревками к земле, грубо и жёстко, как будто связали дичь на убой. Вид своего икрана, так еще и братьев и сестер вместе и живых, пусть немного поколеченных, снял с плеч Ай'тем груз переживаний хотя бы за них. Но, вспомнив, в какой они все находятся ситуации, этот груз тут же вернулся в трёхкратном размере. Тук вновь хотела что-то сказать, но Кири вовремя дала ей тихим шиком понять, что сейчас не лучшее время болтать. Ай'тем была полностью согласна. Тут же старшая оглядела периметр. Все манкванцы в округе будто и забыли про существование своих пленников. Все как-то странно и шумно, безобразно прыгали возле костра, у некоторых из них были странные и несуразные движения, которые пугали своей ненормальностью и невменяемостью. Но, может, сейчас это было и к лучшему, ведь пока что ребят не замечают и можно было попробовать освободиться. Начав быстро думать, Ай'тем оглядела землю в округе в поисках чего то острого, но без особых результатов. Вдруг Кири, следя за взглядом сестры, кажется поняла ее и, тихим шепотком и кивком указала куда то. И, правда, как будто сама Эйва ей благоволила, неподалеку оказался заостренный камень, кажется, отколовшийся от какого-то предмета и брошенный, не приметный в траве, но достаточно острый, чтобы разрезать верёвки. Тут же Ай'тем начала как можно быстрее и тише перерезать узел на своих запястьях, активно двигая руками. Ло'ак внимательно наблюдал и кажется понимал ее план, которого на самом деле в общем то и не было... Веревки не отняли у девушки много времени и освободив руки и чуть размяв их, она не теряя ни секунды подползла сначала к своему икрану, все еще прикованной верёвками к земле и тяжело дышащему из-за передавливающих пут. - Fnu, I'te...* (тише, И'те) - лишь прошептала девушка, после чего аккуратно, медленно, придерживая зверя чтобы та не делала резких движений, освобождала. На удивление Ай'тем, И'те, как будто понимая происходящее, старалась быть тихой и не подавать виду лишними движениями, лишь немного пошевелив крыльями, дабы размять. Погладив животное в знак похвалы, Ай'тем в ту же секунду метнулась к родным. Те тоже, мельком оборачиваясь в сторону опасности, проверяя, не заметили ли их лишние движения, подвинулись чуть ближе к старшей сестре. Последняя указала им пальцем, чтобы те были тише, тоже оглядываясь в сторону манкванцев. Сейчас тень, в которой они сидели, играла им на руку. Ай'тем подползла еще ближе и порывисто обняла всех. Она не могла передать словами того облегчения, когда увидела их всех живыми и почти невредимыми. Тяжело и порывисто вздохнув, она отстранилась и вновь оглядела всех: Испуганную Тук с прижатыми ушками и влажными глазками. Хотелось прижать маленькую к себе и не отпускать, защитить от этого кошмара, который она уже повидала слишком много за последние пол года; Взгляд Ло'ака метался, пересекаясь с взглядом старшей сестры лишь на миг. Сейчас он разрывался внутри, не зная, как защитить всех разом и спасти. Старшая это видела. Младший брат хотел бороться за всех, но не знал как, боясь сделать своими действиями только хуже; Паук... Без маски. И живой. Очень даже живой и такой же как Ло'ак, готовый к бою и сражению за друзей и семью. Даже, может, чуть более яро готовый. И ДЫШАЩИЙ БЕЗ МАСКИ, МАТЬ ТВОЮ. Глядя на это, Ай'тем не могла не задерживать непонимающего и неверующего взгляда на друге, но в итоге старалсь закрыть на это глаза (пока-что) и думать, что делать дальше, пересиливая себя чтобы не начать яростный допрос; И Кири. У бедной сестренки Кири было что-то с ногой... Не перелом, но, наверное, сильный ушиб или вывих. Бежать она не могла. Ай'тем старалась аккуратно осмотреть ногу со всех сторон. Ло'ак прикрывал их собой сбоку. Когда старшая прикоснулась к больной ноге чуть сильнее, Кири не сдержала тихого и болезненного шика. Ай'тем тут же убрала руки и отстранилась. Нужно было срочно выбираться... Освободив тем самым камнем, подобранным с земли, сначала маленькую и запуганную Тук, она обняла ее и, посмотрев в глаза, тихо прошептала - Тук, слушай меня внимательно... Это очень важно!.. - громким важным шепотом говорила старшая сестра, смотря в все еще напуганные детские глазки. - Сейчас ты аккуратно, как можно безшумнее и незаметнее, как маленький зверек, проберешься к И'те и будешь ждать там остальных. Мы все освободимся и улетим, понятно? - девочка покивала головой. - Но... - Ай'тем внимательно смотрела в глаза младшей. - Если вдруг что, то ты летишь одна, понятно?. - Тук тут же попыталась протестовать, но старшая не дала ей этого сделать - Понятно? - переспросила та, ставяточку в споре, перечить в котором Тук уже не стала. - Ты полетишь с И'те и будешь искать родителей... А потом... - девушка намиг запнулась. - А потом мы все найдем вас. Обязательно. Тук колебалась пару секунд, потом, заглянув в глаза старшей сестры, чуть осмелела и кивнула более уверенно, начав ползти к икрану, медленно и пригнувшись в высокой траве, чтобы разгуливающие повсюду манкванцы не заметили. Следующим шел Ло'ак. Времени на слова не было. Но они не могли не перекинуться парой фраз, пока девушка резала его веревку. - Ай'тем... - тихо шептал братец. - Я так переживал... Я видел, как ты упала... Я так испугался, что ты... Ай'тем не дала ему договорить. Остановившись на миг от перерезания веревки, та молчаливо положила руку ему на плечо и заглянула в глаза. - Я тоже испугалась. - после продолжила резать веревки. - Когда увидела тебя висящим на волоске и не могла помочь. Очень. Думала, сейчас поймаю тебя и сама убью. - Ло'ак чуть усмехнулся. Его руки вдруг резко стали свободными и больше не чувствовали давления веревки, которая теперь валялась на траве, грубо разрезанная. - Не поймала. - с мимолетной, саркастичной ухмылкой сказала Ло'ак. Сестра тоже усмехнулась, но уже с сожалением. Ло'ак после посмотрел на нее молча, более серьёзно. Коротко спросил. - Какой план? Плана не было. - Сейчас иди к икрану за Тук. - начала девушка, думая на ходу и говоря так, чтобы по-возможности слышали все сидящие рядом. - Я постараюсь успеть освободить всех, чтобы эти... - кивнула в сторону манкванцев. - не заметили. Если не сумею освободить всех скрытно, улетают те, кто успел дойти до И'те. Понятно? - Нет! - тут же возразил брат шепотом. - Что ты говоришь такое!? - так же, но уже "кричащим" шёпотом отвечал он. - Я не оставлю тебя здесь! Никого не оставлю! Мы улетим все вместе! Ай'тем серьезно посмотрела ему в глаза и тем остановила его яростную тираду. - Нет, ты полетишь. - серьёзно шептала та. - Я уже думала, что потеряю и тебя... Там, когда ты висел на краю корабля... Я не позволю чтобы это повторилось. Тем более с Тук и остальными! Мы все постараемся улететь вместе... Но если что-то пойдёт не по плану, ты должен сдержать обещание и полететь с теми, кому удастся улететь и спасти не только их, но и свою задницу! Ло'ак наконец замолчал. Это означало согласие. Ай'тем, кивнув в знак договорённости, пошла на помощь Кири и Пауку, пока Ло'ак уже тихо крался к И'те. С первой, сестренкой, старшая старалась быть особенно осторожной. Кири смотрела на Ай'тем, которая упала на ее глазах, с искренней радостью ее видеть. Она уже думала, что потеряет еще одного члена семьи. Эта мысль была больнее любых травм. Она хотела что-то сказать, но Ай'тем жестом показала, что бы та молчала, по сестрински нежно и с сожалением заглянув той в глаза и взяв за плечо, после начала быстро резать верёвки. И, вот, оставалось совсем немного. Паук, на которого старшая не могла не смотреть, как на диковинку и ухмыляться его новой способности, уже практически был развязан. Он должен был помочь отвести Кири к И'те, так как той было трудно ходить самой. Но было бы неправильно, если бы все было так легко. Заметив наконец какое-то копошение в том месте, где были их пленники, один из манкванцев, что был назначен охранять, тут же всполошился, поняв, что происходит. Заорав на всю округу что-то неразборчивое, но дал этим понять, что засек беглецов с поличным, он бросился в их сторону с хищным взглядом, подзывая остальных. Думать и бежать времени не было. Ай'тем с Кири и Пауком были слишком далеко, чтобы успеть добежать до икрана, где уже ждал Ло'ак с маленькой сестрой. Так еще и Кири не могла толком бежать из-за травмы. Не сговариваясь, Кири с Ай'тем и Пауком тут же крикнули: - Летите!!! Пару секунд поколебавшись, Ло'ак заметил, что стрелы уже были направлены в их с Тук сторону. Он помнил об обещании, что договаривался улететь в любом составе, если их заметят. Коря себя за то, что он не сможет сейчас помочь сестрам и брату, он условился увести хотя бы маленькую Тук. И пусть теперь в его душе скребли когти самых настоящих огромных тонаторов, а на глазах выступали слезы отчаяния и беспомощности, он летел, сквозь скалы и деревья, прикрывая собой младшую сестру и надеясь, что он сумеет оторваться от погони и успеет позвать на помощь до того, как случится что-то непоправимое...

***

Тем временем остальных оставшихся у чужих земель схватили и подтащили прямиком к костру, больно и грубо, за волосы, при этом ударив пару раз за попытки брыкаться и отбиваться. У Кири от всех жестких и грубых действий людей манквана, что тащили ее за волосы, очень болела травмированная нога, на которую она даже наступала с трудом, от чего от каждого её болезненного шика и вскрика Паук рвался из крепкой хватки манкванца, что схватилего за волосы и рычал, размахивая руками, а Ай'тем самой становилось больно. Ее распирало чувство злости и беспомощности. Глава клана не заставила себя долго ждать. Ца'хик уже величественно стояла перед пленными, смотря на тех с пренебрежением, снисхождением, явным превосходством и толикой интереса. В том числе ее взгляд, полный интереса, часто обращался на Паука. Человека, что мог дышать здешним воздухом вопреки тому, что для розовокожих он был опасен. Взгляд ее не обделял и смелых, но глупых по ее мнению девчонок, что обрекли себя на страшную кару. Варанг начала медленно обходить их, внимательно осматривая. Пусть лицо Кири и было красным и мокрым от слез, в глазах не было страха, лишь тихая злость и непонимание мотивов этих пепельных, жестоких на'ви. Когда же взгляд Варанг дошёл до Ай'тем, она увидела на ее лице уже чистую, неприкрытую ярость, которую та не смогла сдержать, зашипев на главу клана манкванцев, за это ее волосы сразу натянули, отчего та зажмурилась и громко шикнула от неожиданной боли, но после вновь вперив такой же яростный взгляд в стоящую напротив женщину с перьями на голове. - Дети Торука Макто... - смакуя каждое слово, говорила пепельная царица, все так же изучая взглядом свою добычу. - И демон... - она села на корточки перед парнем, который тоже не сдержался и "зашипел" на ца'хик, но замолчал после её пощёчины. - Ты можешь дышать... Лицо, которое теперь расплылось в какой то заинтересованной и хищной, как будто она поймала самую лучшую дичь, ухмылке, было освещено светом костра. Интерес ее был не только к человеческому мальчишке, но и ко всем детишкам в целом. К их отчаянной сплоченности и глупой смелости, которую пепельная очень хотела подавить и показать им свое превосходство. Сёстры же нервно переглядывались, пытаясь найти в взглядах друг друга хоть малую поддержку и думать, что делать дальше, чтобы остаться в живых. Особенно сильно об этом думала Ай'тем, ощущая на плечах тяжесть того долга, который возложил на нее статус старшей сестры. Долг защищать остальных братьев и сестёр. И так же она понимала, что навряд ли манкванцы легко спустят им с рук побег двух пленных... И ничего приятного в ближайшее время их явно не ждало.