NEXUS

Месяц спустя. Тренировочная база «Легиона», Сеул. Поздним вечером на базе царила тишина, нарушаемая только мерцанием мониторов. Хёнджин сидел в кресле, уставившись в планшет с разбором тактики FPX. — Не спишь? — из темноты материализовался Чонин. Он бесшумно подошел к столу и кивнул на стоящую перед старшим пустую чашку. — Это уже какая по счету? — Третья, — буркнул тот, не поднимая головы. — Хён, да ты совсем ошалел. Три чашки на голодный желудок — это прямой билет в больничку. Опять. — Извини, мамочка, — беззвучно хмыкнул Хёнджин, не отрываясь от экрана. — Больше не буду. Чонин вздохнул и устроился на диване напротив, легонько пнув капитана по ноге, чтобы привлечь внимание. — Долго думать тоже вредно. Мозги закипят. — Они не закипят. Они расплавятся, когда FPX запустят свой «адский поезд», — мрачно парировал Хёнджин. — Их капитан Вэнь — не тактик, а хирург. Режет по слабым местам. А у нас… — У нас скоро будет новая огневая мощь, — мягко закончил за него Чонин, и его лицо озарила хитрая улыбка. — Он, кстати, указал на проблему при защите «Омега». Хёнджин медленно оторвал взгляд от планшета: — Какая проблема? Чонин молча протянул свой телефон. На экране была переписка в мессенджере. LIX: Смотри карту. На 3:47, при отходе с «Альфы», у Сайфера задержка 0.3 секунды. Его старая привычка. FoX: И ты это видишь? LIX: Я это помню. Мы с ним три месяца на парных катках отыграли. Хенджин заставлял нас считать миллисекунды друг у друга. Сейчас это ваша брешь. FPX её найдут. FoX: И? LIX: И я знаю, как её закрыть, малыш. Хёнджин удивленно поднял бровь: — Малыш? — Что-то проходит, а его любовь ко мне — никогда, — самодовольно усмехнулся Чонин. — Ладно, это оставим на потом, — отмахнулся Хёнджин, потирая переносицу, и снова посмотрел на переписку. — Он видит нас насквозь. Как я его когда-то учил. Это… пугающе. — Это круто, — поправил Чонин. — Он уже думает как часть команды. Ищет слабые места, чтобы их закрыть. Он уже наш, хён. Просто еще не оформил прописку. Дверь скрипнула. На пороге в рамке света из коридора замер Чанбин. Его фигура, поза, опущенные плечи — всё кричало о предельной усталости. — Не спалось, — хрипло сказал он, помахав тонкой папкой. — Гулял по аналитике FPX. Он положил папку на стол. В ней были схемы, графики и пометки на полях. — Я расписал их ключевые розыгрыши. И кое-что нашел. Их снайпер, «Хель». Перед выстрелом он на долю секунды опускает ствол. Привычка. Но этого достаточно. Взгляды Хёнджина и Чонина встретились. Именно на таких мелочах — на миллисекундах — ломались великие команды. — Вау! Наш будущий тренер так хорош, - восхищенно хмыкнул Чонин, беря в руки папку с данными. — Просто это моя последняя игра, парни. — ответил Чанбин, почесывая щеку. — Я хочу вместе с вами вывести Легион на турнирную доску азиатского чемпионата. Хёнджин кивнул. — Понял. Завтра, — он поднялся с кресла, чувствуя прилив решимости. — Сбор в 8 утра. Прогоняем новые схемы. Тренировочная комната. 7:55 утра. Команда потихоньку собиралась. Минхо, обычно приползавший последним, сегодня зевал, уткнувшись носом в клавиатуру. Но стоило в дверях показаться растрёпанному Джисону, как он резко ожил. — Опа, смотрите кто ползёт! Что такое Блиц? Не переключился с режима энергосбережения? Давай же, покажи нам свою скорость. Джисон, не удостоив его взглядом, побрел к своему креслу, благодарно кивнув Сынмину, протянувшему стакан кофе. — Да хрен ли ты до меня доебался в восемь утра? Минхо недовольно поморщился: — Ну нет же, сладкий! Парируй мне! Я знаю, что ты можешь и лучше. — Хён, - Джисон надел наушники, отпивая бодрящий напиток, - прогуляйся на хуй, ок? Хоук раздраженно цокнул языком: — Я попробую позже, Джисон-а. Подготовься. Пока они препирались, Чонин шепнул Сынмину, кивнув в сторону дуэта: — Ставлю двести тысяч вон, что Минхо завалит его до конца сезона. — Беру. Дополнительные триста, что Джисон его потом пошлет и будет бегать по всей базе. Они обменялись кивками и, как по команде, развернулись к Чанбину, сидевшему на подлокотнике дивана. — Бин-а, разбей. Тот недовольно закатил глаза: — Парни, вам сколько лет? Детский сад. Но под их серьёзными, выжидающими взглядами он сдался, снова цокнув языком, и провёл ребром ладони между ними, как бы «разбивая» спор. — Ну всё, по рукам. В комнату уверенной походкой вошёл Хёнджин. На нём была новая толстовка «Легиона». Ткань, глубокого угольно-серого цвета, отлично гармонировал с вышивкой винного оттенка. Стилизованная, абстрактная буква «L» на груди, а на спине красовалась вышитая на латыни мотивирующая фраза «AD UNUM». Все как один… Напоминание, что они теперь команда, которая работает слаженно, словно единый механизм. — Всем доброе утро. Сегодня работаем на износ. Разбираем FPX на атомы. И для этого у нас есть два новых источника, — он включил большой экран, выводя данные со своего планшета, где уже были готовы схемы. — Инсайды от нашего будущего штурмовика и анализ Чанбина. Поехали. Тренировка пролетела в бешеном ритме. Каждая тактика FPX, каждая привычка снайпера «Хель» выносилась на обсуждение, разбиралась и тут же тестировалась на практике. В короткий перерыв Хёнджин отошёл к окну, чтобы проверить телефон. Было новое сообщение с незнакомого номера. Неизвестный номер: Смелая схема «Омега-Дельта». Слишком смелая против Вэня. У него есть контрприём. Проверь реплей против «Team Spirit» от 12.10.2023. Удачи. P.s.: мне нравится твоя толстовка. Хочу такую же. Хёнджин улыбнулся. Он не стал гадать, как Феликс получил доступ к закрытому стриму тренировки или его номер. Он просто открыл планшет, нашёл указанный матч и жестом подозвал Чанбина и Сынмина. Поздним вечером, уже один в своей комнате, Хёнджин снова изучал статистику Феликса. Цифры были блестящими, но график последних трёх месяцев показывал едва заметный, но упрямый спад. Перед глазами снова всплыл тот день: коридор за кулисами, Феликс в чужой форме с драконом, его глаза. «Знаешь, что чувствуют живые люди, когда их предают?» Телефон снова завибрировал. Голосовое сообщение. Сначала — только тишина и далёкий гул Шанхая. Потом — голос Феликса, без едкой окраски, глухой и усталый. «Я пересмотрел все ваши игры. «Легион» — это не «Вортекс». Ты его перестроил. Я не хочу быть просто инструментом в твоих руках, Хван. Не хочу быть заменой Бина. Я хочу…» Сообщение оборвалось. Слышно было, как он затягивается сигаретой. «Забудь. Просто… выиграй в Шанхае. Выиграй красиво. Чтобы мне было за кем идти. Спокойной ночи, капитан.» Хёнджин сжал телефон так, что пальцы побелели. «Я не хочу быть заменой». Он откинулся в кресле и закрыл глаза. «Ты и не будешь, Ликси». Шанхай. Mercedes-Benz Arena. Воздух гудел от напряжения. Счёт 1:1. Решающая карта. FPX давили своим «адским поездом», а Вэнь, как и предсказывал Хёнджин, находил малейшие щели в обороне. Чанбин, игравший на пределе, допустил ошибку, и преимущество стало уплывать. В перерыве перед финальным раундом в командном чате повисла тяжёлая тишина. — Всё, — тихо сказал Хёнджин. — Забываем счёт. Забываем Вэня. Включаем «Хаос». Это слово заставило вздрогнуть даже Чанбина. «Хаос» — их старая, дикая импровизация с Феликсом, построенная на слепом доверии. — Бин, ты — приманка. Выйди на «Дельту», покажись и ложно отступи к точке «Зет». Они клюнут на тебя. — Это самоубийство, — хрипло констатировал Чанбин. — Да, — коротко согласился Хёнджин. — Минхо, в момент, когда «Хель» возьмёт его в прицел, стреляешь не в снайпера. В опору платформы над ним. — Но гравитация… — начал Минхо. — Я знаю. Джисон, в момент обрушения — нижний туннель. Не к точке, а им в тыл. Чонин, щит на Джисона. Я буду занят. На секунду повисла пауза. — Если выиграем, — вдруг тихо сказал Джисон, — крашусь в красный. — Что за дебилизм в твоей светлой голове? — не поворачиваясь, пробурчал Минхо, но уголок его губ дёрнулся. — Давно хотел, — ещё тише ответил Джисон, нервно постукивая ногой по полу. — Будет красиво… - выдохнул рядом Минхо, положа свою ладонь на бедро Джисона, в успокаивающем жесте. — Ого, — фыркнул Сынмин в общий чат. — Хоук зафлиртовал. День не зря прожит. — Парни, фокус, — вернул всех Хёнджин. — Начинаем. Свисток. Финал. Это было чистое безумие. Обвал платформы, внезапный тыловой удар Джисона, идеальный щит Чонина и нечеловеческая дуэль Хёнджина, оттянувшая на себя внимание трёх игроков FPX. Всё сошлось с точностью до миллисекунды. «LEGION VICTORY» Арена взорвалась рёвом. Минхо, рыдая от нахлынувшего облегчения и радости, вцепился в Джисона, бормоча угрозы оторвать ему бубенчики, если тот хоть раз напомнит ему об этом моменте. Чонин посылал «сердечки» камерам. Сынмин кричал, вскинув кулаки. Чанбин сидел, смотря на экран, и смахнул с ресниц предательскую влагу. Он сделал всё, что мог. Хёнджин медленно снял наушники. Гул трибун обрушился на него. Его взгляд метнулся к затемнённой ложе для зрителей. И он увидел. Феликс стоял в толпе, в тёмной худи с надвинутым капюшоном. Но Хёнджин узнал его по силуэту, по тому, как он замер, не двигаясь. Их взгляды встретились через весь этот хаос. Феликс медленно, едва заметно, кивнул. И направился на выход, не дожидаясь церемонии. В тихой комнате отдыха «Легиона», спустя полчаса после триумфа, Хёнджину вручили конверт. Верхним листом было официальное уведомление от «EHOME» о согласии на трансфер Ли Феликса. А под ним лежал простой белый лист. На нём было написано от руки уверенным, знакомым почерком: «Жду звонка». — Что дальше по планам, капитан? – словно из ниоткуда появился широко улыбающийся Минхо, с покрасневшими от слез глазами. — По планам отметить, а потом на самолет и домой. Согласно кивнув, Минхо вытащил телефон, быстро набирая сообщение в общий командный чат. — Ого, - присвистнул он, поворачивая телефон экраном к Хенджину. Групповой чат: Дом, милый дом FoX добавил контакт Lix. — Давно пора, - улыбнулся Хван, поднимаясь. Поздний вечер застал его в отеле. Лежа в темноте на кровати и уставившись в потолок, Хёнджин приложил телефон к губам, сомневаясь. Писать или нет? В тот самый миг экран вспыхнул — пришло сообщение. LIX: Прилечу сам. Через три дня, как только контракт вступит в силу. Хёнджин резко перевернулся на живот, пальцы уже летели по экрану. HJ00: Встретить тебя? Я могу приехать в аэропорт. Ответа не было. Минута. Две. Десять. Напряжение последних дней, адреналин матча и вечерний алкоголь делали своё дело — веки налились свинцом, сознание начало плыть. Он почти провалился в сон, когда под щекой тихо завибрировал телефон. LIX: Не надо, капитан. Лишняя суета. Скинь адрес базы, возьму такси из Инчхона. Хёнджин почувствовал, как в груди негромко щёлкнуло — маленькое разочарование, как пузырёк воздуха, лопнувший под водой. Он выдохнул, отправил координаты тренировочного комплекса в Тондэмуне и добавил короткое: «Береги себя в дороге». Отложив телефон на тумбочку, он устроился поудобнее, глядя в потолок. Три дня. Всего три дня — и рутина снова обретёт смысл. Стены тренировочной комнаты, гул системных блоков, тихие споры за стратегией… и его место за соседним компьютером. Потребуется время, чтобы всё стало «как прежде», да и «прежде» уже не вернуть. Но будет что-то новое. Общее. А ждать — этому навыку его жизнь в киберспорте научила как никого другого. Тренировочная база «Легиона», Сеул. Все собрались у большого экрана, где тикер новостей киберспорта анонсировал сенсацию: «LEGION OFFICIALLY SIGNS KARMA (LI FELIX). VETERAN SAIPHER (SEO CHANBIN) TRANSITIONS TO HEAD COACH.» Сам Чанбин сидел за новым столом, заваленным графиками и записями. На его лице была не грусть, а сосредоточенное спокойствие. Он поймал взгляд Хёнджина и едва заметно кивнул: всё правильно. Дверь открылась. Головы всех как по команде повернулись к вошедшему. Новый штурмовик «Легиона». Он был в простых черных штанах и футболке, с темным рюкзаком за плечом. Феликс был напряжён и собран, словно загнанный зверёк, готовый в любую секунду пустить в ход зубы и когти ради самозащиты. Его глаза просканировали всех собравшихся, ненадолго задержавшись на Чонине. — Всем привет, — голос прозвучал отстраненно. Хёнджин, стоявший у экрана, сделал шаг навстречу. В руках он держал сложенную новую толстовку «Легиона» — точную копию той, что был на нём. — Добро пожаловать домой, Ликси. Толстовка, которую ты хотел. Пальцы Феликса скользнули по вышитой на груди «L». Он не улыбался, но что-то в его взгляде смягчилось. Он кивнул: — Ага. — Ну наконец-то! - Чонин подошел и дружески хлопнул Феликса по плечу, сияя своей солнечной улыбкой, пока все рассаживались по своим местам. - Место рядом с Джисоном свободно. Феликс бросил быстрый, оценивающий взгляд на парня в очках, что приветливо ему улыбался. Минхо, сидевший рядом, слегка нахмурился и сместил свое кресло ближе, словно демонстрируя «Это моя территория. Не лезь». Феликс жест заметил. — Не заинтересован, — сухо ответил он, направляясь к противоположному креслу. В груди Хвана приятно ухнуло. Феликс занимал соседнее с ним место. — Хорошо, — голос Хёнджина перекрыл последний шёпот. — Отлично. Команда в сборе. Не хватает только… — Меня. В дверь нахально, без стука, просочилась широкая фигура в строгом костюме. — Тебя, - весело проговорил Хенджин, подходя ближе. – Команда, позвольте представить наш новый менеджер – Бан Кристофер Чан. Реакция была мгновенной, как выстрел. — Чего? — вырвалось у Джисона тонким, почти испуганным писком. Его рука инстинктивно потянулась поправить очки. Нервный жест. — На кой ху… — начал Минхо, и его голос был низким, полным неподдельного гнева. — Минхо, — Хёнджин попытался его перебить, но было поздно. — На кой хуй нам менеджер?! — выкрикнул Минхо, вскакивая с кресла. Его лицо исказилось. — Прошлое разве ничему не научило?! Забыл ту гниду, что довёл тебя до больницы, а Джисона до панических атак?! Нахуй-нахуй-нахуй нового менеджера! Кристофер не сдвинулся с места. Он лишь медленно, с театральной неспешностью, снял солнцезащитные очки и закрепил их на вырезе рубашки. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Минхо с ног до головы. — Ага. Язва обнаружилась быстро, — спокойно констатировал он, делая шаг вперёд. Он был массивнее и его тень накрыла Минхо. — Что ж, слушай сюда, зайчик. Я здесь для того, чтобы вы играли. Только играли. А не разгребали дерьмо со сталкерами, не выходили на сцену с температурой и не подписывали дерьмовые контракты на рекламу энергетиков, от которых вас потом тошнит. Понял? Я твой щит, а не кнут. Но если ты будешь мешать команде — я буду первым, кто тебя вынесет за порог. Громко и без сожалений. Минхо фыркнул, сложа руки на груди. — Хрен тебе, а не щит. Капитан, — он перевёл взгляд на Хёнджина, и в его глазах была не просто злость, а настоящая, животная боль. — Я всегда тебе доверял. Слепо. Делал всё, что говоришь. Шёл, куда ведёшь. Но это… Как ты мог? После всего, что было? В комнате повисла тяжёлая тишина. Даже Чонин перестал улыбаться. Все смотрели на Хёнджина. Тот сделал глубокий вдох и подошёл к Минхо, став между ним и Кристофером. — Именно потому, что было, Минхо, — сказал он тихо, но так, что было слышно каждое слово. — Я не забыл, как ты был на грани после того инцидента. Фанаты, драка, шаг от конца карьеры — а те, кто должен был защищать, просто отвернулись и бросили тебя разбираться с последствиями в одиночку. Как Джисон не мог спать, доведенный до истерики. Как я сам оказался под капельницей. Но «Легион» больше не полупрофессиональная контора, где мы сами всё решаем. Мы выходим на мировой уровень. У нас теперь семизначные контракты, спонсоры, трансфер за двадцать миллионов. Он кивнул в сторону Феликса, который молча сидел в кресле, внимательно наблюдая. Остальные тоже старались не пропустить ни слова капитана. — Миру нужны не только наши победы. Ему нужна наша медийность, наш бренд, наши юридически чистые контракты, наше расписание, наши перелёты, наше здоровье. У тебя, у меня, у Чанбина — на это нет ни времени, ни сил, ни навыков. Если мы попробуем тянуть это сами, как раньше, мы сгорим к середине сезона. И проиграем. Он положил руку на плечо Минхо, заставляя того посмотреть ему в глаза. — Крис здесь для того, чтобы оградить нас от всего, что не игра. Чтобы мы могли сосредоточиться только на ней. У него репутация самого жёсткого переговорщика в лиге, но его игроки — единственные, у кого не было публичных скандалов, утечек или нервных срывов. Я прошу тебя… — голос Хёнджина дрогнул, выдав ту усталость и ответственность, которую он обычно скрывал. — Я прошу тебя довериться мне ещё раз. Как капитану. Как человеку, который тоже прошёл через всё это и не допустит, чтобы это повторилось. Дай ему шанс. Дай нам этот шанс. Минхо отвел взгляд, уставившись в пол. — Ладно, — выдохнул он наконец глухо. — Ладно, капитан. Но если он захочет навредить команде или… Его взгляд непроизвольно коснулся нервничающего Джисона и вернулся обратно. — То я уволюсь сам. Или помогу тебе засудить кого угодно. Моя репутация дороже вашего гонорара, поверь, — спокойно вступил Кристофер, проходя к дивану. Он откинулся на спинку, и его лицо впервые смягчилось в подобии улыбки. — А теперь, раз драма окончена, у меня есть деловое предложение. Он вытащил планшет. — Я только что отбил у «Titan» спонсорский контракт с производителем игровых кресел. Они платят нам в полтора раза больше, а вы получаете индивидуальные кресла с ортопедической поддержкой под каждую задницу. Как вам такое для начала? В комнате повисло короткое, ошеломлённое молчание. Первым засмеялся Чонин. — Ну, «зайчик», — он подмигнул Минхо. — Уже лучше, чем энергетики, после которых диарея, да? Минхо кивнул и плюхнулся обратно в кресло. Хёнджин почувствовал, как камень свалился с души. Он обменялся быстрым взглядом с Кристофером, который едва заметно кивнул: справились. — Отлично, — сказал Хёнджин, и его голос снова приобрёл привычную командную твёрдость. — Тогда начнём. Крис будет присутствовать на разборах и тренировках, чтобы вникнуть в процесс. Его слово по организационным вопросам — закон. По игровым — как скажем мы. Все вопросы к нему — после планерки. Теперь капитан повернулся к Феликсу, который всё это время молча наблюдал, крутя на пальце брелок в виде ярко-желтого цыпленка. — Карма, добро пожаловать в «Легион» по-настоящему. Здесь не всегда гладко, но здесь всегда честно. И всегда — за победу. —  Ага, - невесело хмыкнул тот, надевая наушники. Душ смыл с Феликса семь часов адского, сконцентрированного труда. Тело гудело мелкой дрожью — смесь усталости от перелёта и напряжения от первого дня в новой команде. Он упал на кровать. Глаза сами закрывались. Мысли расплывались. Только сон. Только... Дверь в его комнату с грохотом распахнулась, ударившись об ограничитель. — Ликсиии! — в проеме, стоял Чонин, сияющий, как неоновая вывеска. — Не рано ли заваливаться, солнышко? Феликс даже не пошевелился, только приоткрыл один глаз. — Йена, умри, — прохрипел он в подушку. — Умри тихо и быстро. Я через шесть часов должен быть на разборе. — Как раз успеем! — Чонин ввалился в комнату и без приглашения плюхнулся рядом на кровать, заставив пружины жалобно скрипнуть. — Слушай план. Джинни ушёл к Крису обсуждать график. Бин сидит в своих бумажках. Минни и Джисон уже отключились. Минхо ведет стрим. Идеальные условия! Феликс медленно перевернулся на спину, уставившись в потолок. В голове туманно всплыли картинки из далёкого прошлого: тёмные переулки за базой «Вортекса», липкий от жары асфальт, смех Чонина, когда они убегали от воображаемой погони, и Минхо у входной двери, качающий головой, но уже придумывающий алиби для младших. — Ты с ума сошел, — констатировал Феликс, но в его голосе появилось что-то вроде старой, забытой искры. — Нас тут же спалят. — Уж тебе ли не похуй, плохой мальчик Карма? — фыркнул Чонин. Феликс закрыл глаза. Каждая клетка тела кричала о сне. Но, как и сказал Чонин, теперь он был плохим мальчиком. — Никто не в курсе? — спросил он, уже зная ответ. — Я же не самоубийца, – весело подмигнул младший. - Ну что, партнёр? Как насчет авантюры для приветствия. Уголок губ Феликса, будто против его же воли, дрогнул. — Ладно, — выдохнул он, поднимаясь. — Но только на пару часов — Договорились! — Чонин радостно вскочил и шлёпнул его по плечу. — Одевайся. Пять минут спустя они крались по тёмному коридору к выходу. Из-за угла донеслось шипение: — Идиоты! Если вас спалят, я вас не знаю! Я спал! — Минхо стоял у стены, скрестив руки. — Спасибо, мамочка, — шепнул Чонин, проскальзывая наружу в прохладный сеульский вечер. — Умри в агонии, — беззлобно парировал Минхо, прежде чем тихо захлопнуть дверь. Феликс вдохнул полной грудью и улыбнулся, пока Чонин материл плохо работающее приложение такси. Некоторые вещи, несмотря на время, предательства и двадцать миллионов трансфера, всё-таки остаются неизменными. Музыка била по вискам, свет стробоскопов резал глаза. Чонин и Феликс, уже порядком набравшиеся после нескончаемой вереницы шотов, беззаботно толкались на танцполе. Хохот Чонина сливался с басом, а Феликс впервые за долгие месяцы чувствовал себя расслабленно, танцуя рядом с другом. — Я отлить! — крикнул Феликс на ухо Чонину, показывая пальцем в сторону туалетов. Тот кивнул, отвлекаясь на пару девушек рядом. Туалет был оазисом относительной тишины, если не считать гулкой басовой дрожи сквозь стены. Феликс уже собирался зайти в свободную кабинку, когда у раковины заметил знакомое лицо. Высокий, худощавый парень с острыми чертами — Доён. Снайпер из «NAVI». Та самая команда, которая недавно сменила менеджмент. И новым менеджером стал… тот самый уёбок, что довёл «Легион» до ручки. Та самая команда, которая почти вылетела из азиатской Лиги, благодаря точному попаданию Феликса, но удержалась, обыграв Spirit в третьем раунде. Доён ловил его отражение в зеркале, и в его глазах не было ничего, кроме ледяной, наглой ненависти. — О, смотри-ка кто, — протянул он, вытирая руки. — Звезда. Феликс промолчал, медленно двинувшись к свободной кабинке. Его слегка шатало. — Говорят, ты там, в Китае, не только в игре рот открывал, — Доён сделал шаг ближе, перекрывая путь. — Что, Хёнджину отсосал, чтобы он тебя выкупил? Двадцать лямов — тут не только хороший минет сработал, да? — А что, хотел бы уметь так же? – Феликс хмыкнул, засунув руки в карманы джинсов и стараясь погасить острое желание ебнуть кулаком в лицо напротив. — Я попал в команду за навыки, а не за подставленную задницу, Ликси. Или как там тебя теперь? - Доён пьяно усмехнулся. — Карма? Феликс не ответил, отступив в сторону. Доён шагнул туда же. — Куда ты так спешишь. Как поживает Хенджин? Мне вот интересно, — он приблизил лицо и Феликса обдало кислым запахом алкоголя и сигарет, — а он тоже задницу подставил, чтобы Чанбин отдал ему место капитана? А? Всё. Опускать Феликса — можно. Хёнджина — никогда. Феликс не думал. Он действовал. Резкий шаг вперёд, захват за шиворот дорогой, но безвкусной рубашки Доёна, и сильный толчок в ближайшую свободную кабинку. Дверь захлопнулась. На секунду воцарилась тишина, а потом её разорвали звуки драки: глухой удар, хрип, удар о стенку, ещё удар. Чонин на танцполе почувствовал ледяной укол тревоги. Феликса не было уже минут десять. Слишком долго. — Извините, — бросил он девушкам и пробился сквозь толпу к туалетам. Он зашёл внутрь. У раковины никого. Но из дальней кабинки доносились приглушённые звуки: хрипы, глухие удары, сдавленный стон. — Ликс? — позвал Чонин, и голос его дрогнул. Никто не ответил. Чонин подбежал к кабинке и резко дёрнул дверь. Замок, хлипкий и дешёвый, сломался с треском. Внутри была картина хаоса: Доён, прижатый к унитазу, с окровавленным носом и разбитой губой. А над ним — Феликс, чье лицо было бледным от ярости. — Ликс! Хватит! — Чонин вцепился ему в плечо. — Всё, всё! Феликс позволил себя оттащить. Он тяжело дышал, смотря на свою работу. Ярость уходила, оставляя после себя пустоту и осознание. Доён хрипел, пытаясь подняться. — Пошли, быстро, — прошептал Чонин, вытаскивая Феликса из кабинки и захлопывая дверь перед носом приходящего в себя Доёна. В коридоре перед туалетом они почти врезались в работника клуба — парня в чёрной футболке с логотипом заведения. Тот смотрел на них широко раскрытыми глазами, оценивая синяк, уже проступающий на скуле Феликса, и его сбитые костяшки. Чонин не раздумывал. Он вытащил из кармана купюру в пятьдесят тысяч вон, сунул её работнику в руку. — Нас здесь не было. Проведи мимо камер к чёрному ходу, — быстро сказал он Парень мгновенно оценил ситуацию и сумму, кивнул, спрятал деньги и махнул рукой: — За мной. Они прошли через кухню, мимо удивлённых поваров, и выскочили в грязный, пахнущий мусором переулок. Такси нашлось быстро. Ввалившись на заднее сиденье, Чонин выпалил адрес базы. — Блядь, Феликс, блядь, — шептал он, пытаясь рукавом стереть кровь с угла его рта. — Нам пиздец. Нам полный пиздец. Хёнджин тебя живьём сожрёт, когда увидит. Феликс молчал, прислонившись головой к холодному стеклу. Адреналин отступал, и на его место приходила тупая, ноющая боль в руке и щеке. И страх. Холодный, липкий страх не перед наказанием, а перед разочарованием в глазах одного конкретного человека. Одно из главных правил киберспорта, то, что Хенджин вбивал ему еще в самом начале его пути… Драки запрещены. Уходи от конфликта любым способом. Иначе – дисквалификация. Они добрались до базы. Лестница на второй этаж к их комнатам казалась бесконечной. — Тихо, тихо, — шипел Чонин, открывая дверь в комнату Феликса. Они ввалились внутрь, и Чонин, облегчённо выдохнув, потянулся к выключателю. Свет залил комнату, выхватывая из темноты фигуру, сидящую на кровати. Хёнджин. — Блять, - выдохнул Феликс сквозь зубы, смотря в глаза напротив. Хван сидел, откинувшись на подушки, скрестив руки на груди. На нём была домашняя футболка и спортивные штаны. На лице не было ни гнева, ни удивления. Только усталая сосредоточенность. Его взгляд скользнул по синяку на скуле Феликса, по его окровавленной футболке, по бледному, перекошенному лицу Чонина. Старший не говорил ни слова. Просто смотрел. Тишина в комнате стала густой, тяжёлой, невыносимой. Чонин первым не выдержал. — Капитан… мы… это не то, что ты думаешь… — начал он, но голос его предательски сорвался. Хёнджин медленно поднял руку, прерывая его. Его взгляд был прикован к Феликсу. — Кто? Голос был тихим, ровным и от этого в тысячу раз страшнее. Феликс попытался сглотнуть, но горло было пересохшим. — Доён,— выдохнул он. — Он… он начал. — И что он сделал? — уточнил Хёнджин. Феликс замялся. Сказать, что тот оскорблял его? Хёнджин лишь хмыкнул бы. Они оба знали, что Феликс мог бы стерпеть оскорбления в свой адрес. — Он говорил про тебя, — тихо выдавил Феликс, опуская взгляд. — Всякое. Хёнджин закрыл глаза. На его лице на секунду промелькнула тень чего-то, похожего на боль. Он медленно встал с кровати. Чонин инстинктивно сделал шаг назад. Но Хёнджин прошёл мимо него, остановившись возле Феликса. Медленно, почти бережно, он взял его за подбородок, повернув лицо к свету, чтобы лучше рассмотреть синяк. Потом опустил взгляд на его окровавленные костяшки. — Иди в ванную. Обработай. Холод к щеке, — сказал старший всё тем же ровным, бесстрастным тоном. — Чонин, помоги ему. Потом оба — спать. Он повернулся, чтобы уйти, но, уже у самой двери, остановился. — Завтра, в семь утра, мой кабинет. Оба, — он сделал паузу. — Ты выиграл драку, Феликс? Тот молча кивнул. — Жаль, — тихо сказал Хёнджин и вышел, прикрыв за собой дверь. В комнате снова повисла тишина, теперь полная недоумения и тревоги. — «Жаль»? — прошептал Чонин. — Что это, блять, значит? Феликс не ответил. Он смотрел на закрытую дверь. Он понял. Хёнджину было жаль, что драка вообще случилась. Жаль, что они опустились до этого уровня. Жаль, что всё так вышло. Но больше всего ему, кажется, было жаль, что Феликс всё ещё не может отличить, когда нужно драться на арене, а когда — просто развернуться и уйти. Он медленно поплёлся в ванную, и первая капля перекиси, коснувшись разбитых костяшек, обожгла и зашипела, заставив его вздрогнуть. Боль была острой и ясной. А вот что будет завтра — было туманно и страшно. Вернулся блять...