Дым над Невой

Утро пришло не сразу. Сначала оно было просто светом за шторой, бледным и холодным, словно город не хотел пробуждаться вместе со мной. Я лежала на диване, закутанная в плед, ощущая тепло ткани и мягкое давление под спиной, и думала, что это ощущение может быть единственным якорем, который держит меня в мире. Наркотики ещё оставались внутри, делая пространство вокруг чуть зыбким. Звуки были громче, чем обычно, но при этом мягкими, растекающимися по комнате. Каждый скрип пола, тихое шуршание бумаги всё казалось будто в замедленной съемке, и я прислушивалась ко всему, потому что заснуть окончательно не получалось. Даша сидела в кресле неподалёку с кружкой чая. Её присутствие было спокойно, не требовательно. Она не подталкивала, не проверяла, не задавала лишних вопросов. Просто сидела рядом, и этого было достаточно. Иногда я ловила себя на том, что смотрю на неё и думаю, как странно бывает, что кто-то может быть добрым и внимательным без условий, без обид и претензий. Она была совсем другой, не как моя мать. Я повернулась на бок, потянулась, чувствуя, как тело постепенно отзывается на движение. Голова ещё тяжела, но пространство вокруг кажется знакомым, почти домашним. Свет мягко ложился на стены, создавая длинные тени, а город за окном всё ещё был покрыт утренней прохладой. — Ты уже проснулась? — тихо спросила Даша, словно сама проверяя, как я себя чувствую. — Почти, — ответила я, голос слегка хриплый. — Ещё нужно время. — Понимаю, — сказала она, улыбаясь. — Не торопись. Я взяла кружку с водой, которую она подала, и сделала медленный глоток. Вкус холодной жидкости был странно успокаивающим. Я прислушивалась ко всему, что происходило вокруг к тихому скрипу кресла, к лёгкому дуновению ветра у окна, к редким звукам города. Это было как будто мир замедлился, и я могла наблюдать за ним без желания вмешиваться. Через какое-то время я села, сложив руки на коленях. Мы молчали, и это молчание было наполнено чем-то лёгким и ни о чём. Мне казалось, что если закрыть глаза, то можно раствориться в этом месте, в этом утре, в мягком свете и тихих звуках, которые проникали в комнату. — Даш, — начала я наконец, осторожно, почти шепотом, спонтанно мысль о столь загадочной Виолетте всплыла у меня в голове— а почему она постоянно пропадает? Она посмотрела на меня, её взгляд был мягким, внимательным. Не судящим, не строгим. — Виолетта? — спросила она тихо. Я кивнула, всё ещё держа взгляд на пледе. — Я не знаю всего, — сказала Даша, — но могу сказать одно. Она не пропадает просто так. Это её способ справляться с тем, что внутри. Иногда это нужно ей самой, чтобы двигаться дальше. — Но она ведь часто уходит на часы, — сказала я, пытаясь собрать слова. — И никто не знает, где она. Она не объясняет, не звонит, ничего. Почему так? Даша тихо вздохнула, сделав паузу. Её руки обхватили кружку, и она осторожно покачала её, словно думала о чём-то своём. — Каждый человек находит свой способ существовать, — сказала она. — Для кого-то это разговоры, для кого-то музыка, для кого-то исчезновение. Она ищет что-то внутри себя. И иногда это значит уходить туда, где никто не достанет, где можно быть одной с собой. — Мы можем быть рядом, — сказала Даша. — Без давления, без вопросов, без требований. Просто быть. И ждать, пока она вернётся. Я кивнула, и вдруг почувствовала, как напряжение немного спадает. Наркотики ещё держали меня в полусне, в этом странном состоянии, когда реальность мягкая, вязкая, но не пугающая. Я наблюдала за светом на стенах, за мягкими тенями, за движением рук Даши, и впервые за долгое время почувствовала, что не нужно никуда торопиться, ни к кому бежать. — Значит, нам просто ждать? — переспросила я. — Да, — сказала Даша. — Иногда это всё, что мы можем делать. Я закрыла глаза на мгновение, вдохнула аромат чая и почувствовала тепло пледа, присутствие Даши рядом, мягкость света. Всё вокруг было живым, но без напряжения, и это ощущение казалось почти нереальным. — Спасибо, — сказала я тихо. — За то, что ты здесь. — Всегда, — ответила она. — Ты теперь часть этого места. Я лежала, прислушиваясь к каждому шороху, каждому звуку города, каждому дыханию Даши. Всё было спокойно, вязко, мягко. И на мгновение мне показалось, что если просто оставаться здесь, наблюдать, прислушиваться и не торопиться, то мир можно удерживать хотя бы на этот короткий час. Вечер не заметно влился в комнату, окна начали загораться вдали, у каждого окна своя история, кто-то ждет детей со школы, кто-то родителей с работы, кто-то любимого человека с армии. В моем же окне все было по другому. Я не ждала никого, и ничего, я не ждала завтра, моя жизнь плыла по течению также как город. Питер не ждет никого, не затягивает в свой темп остальных, дает им время на подумать. Если так подумать, то я отлично подхожу ему, моя жизнь также идет сама собой, иногда забывая даже меня. Пока я сидела и смотрела телефон, параллельно попивая чай, Даша незаметно ушла в магазин. Мою идиллию прервал звонок в дверь. Ритмичный, не просто монотонный «дзынь». В квартиру вплыла Алтын, Как всегда весёлая, но слегка уставшая после трудного дня. — Верона! — Протянула девушка обнимая меня — А Дашка где? — В магазин ушла, скоро вернется, проходи Пока Алтын болтала о своем, как прошел день, про девушку с работы Лизу, которая почему-то ей так не нравилась, вернулась Даша, но не одна. — О Дашка — Подбежала к ней Алтын — Опа и Вилка тут На этом моменте мое сердце забилось чаще. Я не могла это контролировать, для меня Виолетта была чем-то недостижимым, то что я не смогу так просто понять. Мои смутные мысли перебила собака забежавшая в квартиру, прыгая на меня и громко гавкая. — Ника привет — Моё сердце снова забилось чаще, Виолетта произнесла это по своему, как никто раньше «Я слишком много о ней думаю» — Привет, Вива — Собрав все свои силы в кулак, максимально спокойно ответила я. — Это Аляска, собака моя. — Маленькая собачка уже запрыгнула ко мне на колени облизывая мои пальцы, кажется, я ей понравилась. Конец вечера прошел спокойно. По домашнему. Фонари в квартирах медленно начали угасать, и только наше окно осталось сиять, скрывая за собой громкий смех Алтын с Вилкой, недовольное от шуток лицо Даши, и мои, наконец-то счастливые глаза.