Против течения времени

      Корабль Белоуса был огромен.       Я стояла на палубе "Моби Дика" и чувствовала себя муравьем, случайно забредшим в дом к великанам. Мачты уходили в небо, палуба простиралась на десятки метров, а пираты, которые сновали туда-сюда, были под два метра ростом как минимум. — Вперед, — подтолкнул меня Виста. — Отец ждет.       Джимми, все еще связанный, мычал и дергался, но его уже утащили в каком-то другом направлении. Видимо, допрашивать будут отдельно.       Мы прошли через всю палубу к капитанскому мостику. Вернее, не к мостику, а к трону. Потому что у Белоуса был настоящий трон — огромное кресло, установленное прямо под открытым небом, с балдахином из парусины.       И на этом троне сидел ОН.       Эдвард Ньюгейт. Белоус.       Он был... нереальным. Я видела его в прошлых жизнях только на картинках и в новостях. Вживую он оказался еще больше. Трехметровый гигант с капельницами в руках, золотой цепью на шее и усами, которые торчали в стороны как навигационные приборы.       Он смотрел на меня. И я вдруг поняла, что такое "давящий взгляд". Под этим взглядом хотелось либо преклонить колено, либо бежать без оглядки.       Я выбрала третье — остаться стоять на месте и смотреть в ответ. — Хо, — сказал Белоус. Голос у него был такой, что вибрировали ребра. — Маленькая, а смелая. Подойди.       Я подошла. Остановилась в паре метров от трона. — Ты та самая девчонка, что шастает по моим водам и ищет какого-то крысу? — спросил он. — Его зовут Джимми, — ответила я. — Предатель революционной армии. Он продавал информацию правительству. — А мне плевать, кому он продавал. — Белоус наклонился вперед, и я почувствовала исходящую от него силу. — Мне важно, что ты охотилась на моей территории, не спросив разрешения. Это неуважение.       Я сглотнула. — Я не знала, что это ваша территория, — сказала я честно. — Карты, которые у меня были, не указывали границ. — Карты врут. — Он усмехнулся. — Море не делится на границы. Но есть места, где хозяин — я. И если кто-то приходит сюда с оружием, я должен знать, зачем. — Я пришла не с оружием. Я пришла за человеком. — И ты его нашла. — Нашла. Связала. И меня перехватили ваши люди.       Белоус хмыкнул. Потом откинулся на спинку трона и захохотал. Гром так, что чайки с мачт попадали. — Нравится мне твоя наглость! — заявил он. — Давно никто не разговаривал со мной так спокойно. Обычно трясутся или лебезят. — Я проживаю двенадцатую жизнь, — ответила я. — Я разучилась бояться того, что больше меня.       Тишина повисла такая, что слышно было, как скрипят снасти. — Двенадцать жизней? — переспросил кто-то из пиратов. — Я перерождаюсь после смерти. Это моя двенадцатая, — пояснила я.       Пираты зашумели. Белоус поднял руку, и все замолкли. — Интересно, — сказал он. — Очень интересно. И сколько же ты видела в этих жизнях? — Много. Слишком много. — И меня видела? — Видела. В новостях. И слышала истории. Вы — легенда. — Легенда, — он усмехнулся. — Легенды тоже умирают, девочка. — Все умирают. Вопрос — как.       Он смотрел на меня долго. Очень долго. Я выдержала этот взгляд, хотя внутри все дрожало. — Марко, — позвал он вдруг.       Из тени вышел парень с блондинистыми волосами и странными глазами. Марко Феникс. Я знала его по слухам — он был кем-то вроде первого помощника. — Да, отец? — Что скажешь?       Марко окинул меня оценивающим взглядом: — Не врет. Я чувствую в ней странную энергию. Временную. — Вот как. — Белоус снова посмотрел на меня. — Ладно, девочка. Пойдем в каюту. Там и поговорим. Марко, ты тоже.       Я удивилась, но виду не подала. Пираты расступились, пропуская нас.       Каюта Белоуса оказалась под стать хозяину — огромная, с массивной мебелью, картами на стенах и неизменной бочкой саке в углу. Я села на указанный стул (ноги еле доставали до пола) и приготовилась к разговору. — Итак, — Белоус устроился напротив, Марко встал у стены, скрестив руки. — Рассказывай подробнее. Что ты видела? Что знаешь?       Я смотрела на него. На этого великана, который создал семью из пиратов, который любил своих детей больше жизни. И я знала, что его ждет. — В одной из моих жизней, — начала я тихо, — я была на Маринфорде. Я видела величайшую битву в истории. — Маринфорд? — переспросил Марко. — Что там случилось? — Война. Правительство казнило одного пирата. А его брат пришел спасать. И в этой битве сошлись все — дозорные, шичибукаи, пираты. И вы тоже там были, — я посмотрела на Белоуса. — Вы пришли защищать своих детей.       Белоус молчал, но в его глазах что-то мелькнуло. — Кого казнили? — спросил Марко. — Эйса. Поргаса Д. Эйса.       Марко нахмурился: — Это имя знакомо. Кажется, слышал недавно... — Он вышел в море, — подтвердила я. — В этой жизни он уже пират. Собрал команду, назвал ее "Пиковые пираты". Он идет по Гранд Лайн, набирает силу. И он мой брат. — Брат? — Белоус подался вперед. — Сын Роджера? — Да. У нас общий отец. И одна мать. — Одна мать? — удивился Марко. — То есть вы не просто сводные? — Мы близнецы. Родились в один день, от одной матери. Просто нас разлучили сразу после рождения.       Я видела, как эта информация ударила по ним. Белоус откинулся на спинку кресла, задумавшись. — Я знаю, как он попадет к вам, — сказала я тихо. — В той жизни Эйс присоединился к команде Белоуса. Он хотел стать Императором, хотел прославиться, чтобы доказать, что достоин жить. Он приплыл на "Моби Дик" и бросил вызов. Сто раз проигрывал, сто раз вставал. И вы... вы приняли его как сына.       Белоус усмехнулся: — Звучит как мой стиль. — Он будет сражаться с вами дни напролет. Пить саке с братьями. Ненавидеть свое имя и одновременно гордиться им. Он станет одним из вас. — А потом? — спросил Марко напряженно. — Что случится потом?       Я замолчала. Это было самое тяжелое. — Потом покажет себя Тич, — сказала я.       Белоус замер. Марко побледнел. — Маршалл Д. Тич? — переспросил он. — Тот, что мой сын? — Да. В той жизни он убил Татча. — ЧТО? — Марко шагнул вперед. — Татча? Зачем? — Из-за фрукта. Тёмный фрукт. Тич выслеживал его годами. Он убил Татча, забрал фрукт и сбежал. А вы... — я посмотрела на Белоуса. — Вы запретили команде мстить. Сказали, что тот, кто убил брата, больше не ваш сын, и его судьба — не ваша забота. Но на самом деле вы просто понимали, что он опасен.       Белоус молчал. Его пальцы сжали подлокотник так, что дерево затрещало. — А потом Тич станет Императором, — продолжила я. — Он соберет команду, захватит власть. И в войне на Маринфорде именно он нанесет вам последний удар. — Отец! — Марко рванулся было, но Белоус остановил его жестом. — Дальше, — сказал он спокойно. Слишком спокойно. — Вы будете сражаться до конца. Стоять на ногах, пока можете. И умрете... умрете с улыбкой, как и хотели. Ваши дети будут оплакивать вас, но запомнят навсегда.       В каюте повисла тишина. Такая плотная, что я слышала биение собственного сердца. — Ты веришь в это? — спросил Белоус. — Я это видела. Своими глазами. В прошлой жизни. — И хочешь, чтобы я убил Тича сейчас? Пока он не навредил? — Нет. — я покачала головой. — Это не мое дело. Я не могу решать за вас. Я могу только рассказать. — Тогда зачем ты здесь? Зачем рассказываешь?       Я поднялась со стула. Подошла ближе. Посмотрела прямо в глаза человеку, который был легендой. — У меня есть просьба, — сказала я. — Не для себя. Для брата. — Говори. — Эйс. Мой брат. Он появится у вас. Он будет драться, доказывать, что достоин. И вы примете его, я знаю. Но я не знаю, успею ли встретиться с ним в этой жизни. Судьба... она странная. Может развести нас снова.       Я сглотнула ком в горле: — Если я не успею. Если мы разминемся. Если он придет к вам раньше, чем я его найду... — я перевела дыхание. — Защитите его. Пожалуйста. Он будет лезть в драки, доказывать, что он крутой, скрывать боль за улыбкой. Но он хороший. Он просто... не знает, что может быть любимым.       Белоус смотрел на меня. Долго. Очень долго. — Ты просишь меня защитить твоего брата, — сказал он наконец. — Даже не зная, примет ли он меня как отца? — Примет, — уверенно сказала я. — Он примет. Потому что вы — тот, кто ему нужен. Тот, кто покажет, что семья не обязательно по крови.       Марко переводил взгляд с меня на Белоуса и обратно. — Отец? — тихо спросил он.       Белоус вдруг улыбнулся. Широко, открыто, как умел только он. — Твоему брату повезло, — сказал он. — Иметь сестру, которая готова просить за него даже у Императора. — Я сделаю все, чтобы спасти тех, кого люблю, — ответила я. — Одиннадцать жизней научили меня одному: одиночество убивает быстрее любой пули.       Он кивнул: — Хорошо, девочка. Я запомню. Если Эйс придет на "Моби Дик", он станет моим сыном. И я защищу его, как защищаю всех своих детей. — Даже от Тича? — Даже от Тича. — В голосе Белоуса появилась сталь. — Если этот ублюдок посмеет тронуть моего сына, он узнает, что такое гнев Белоуса.       Я выдохнула. Напряжение, державшее меня последние полчаса, отпустило. Ноги подкосились, и я чуть не села обратно на стул. — Спасибо, — прошептала я. — Спасибо вам. — Не за что. — Белоус встал (возвышаясь надо мной как гора) и положил огромную ручищу мне на плечо. — Ты смелая, Энн. Очень смелая. И я рад, что мы встретились. Даже при таких обстоятельствах. — Я тоже, — улыбнулась я. — Марко, проводи ее к выходу. И верните того крыса, пусть забирает. — Есть.       Я развернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась: — Можно еще вопрос? — Валяй. — Вы правда считаете их своими детьми? Всех?       Белоус посмотрел куда-то в сторону палубы, где шумели его пираты. — Правда, — ответил он просто. — Каждый, кто пьет со мной саке, кто дерется плечом к плечу, кто называет меня отцом — мой сын. Или дочь. — он усмехнулся. — Ты тоже могла бы стать, если б захотела.       Я покачала головой: — У меня уже есть семья. Но спасибо за предложение. И за обещание. — Уважаю верность. Иди.       Я пошла к трапу. Марко шел рядом, внимательно поглядывая на меня. — Ты странная, — сказал он. — Я знаю. — Но отец тебя одобрил. Значит, ты нормальная. По нашим меркам. — Утешительно.       Он усмехнулся. У трапа стояли двое пиратов с Джимми, который уже пришел в себя и трясся от страха. — Забирай свою крысу, — Марко кивнул на предателя. — И совет: не возвращайся без приглашения. Отец добрый, но если разозлить... — Поняла.       Я взяла веревку, к которой был привязан Джимми, и потащила его к своей лодке. Пираты смотрели вслед, но никто не пытался остановить. — Эй, Энн! — окликнул вдруг Марко.       Я обернулась. — Если передумаешь — приходи. Место найдется. И... передай Эйсу, когда увидишь: мы его ждем.       Я улыбнулась: — Обязательно.       Лодка отчалила от "Моби Дика". Я смотрела на удаляющийся корабль и думала о том, что легенды иногда оказываются... просто людьми. Огромными, сильными, но людьми, которые любят своих детей. — Эйс, — прошептала я. — Ты даже не представляешь, какая семья тебя ждет.       Ветер уносил слова в море. Где-то там, в бескрайних водах Гранд Лайн, плыл мой брат, еще не зная, что его уже ждут.

***

      Где-то на Гранд Лайн.       Эйс стоял на носу "Спайдис" и смотрел на горизонт. В руках — свежая газета с новостями о каком-то новом пирате, который собирает команду. — Капитан! — крикнул кто-то с мачты. — Остров на горизонте! — Отлично. — Можно вопрос? Что мы здесь делаем?       Эйс усмехнулся. Его взгляд устремился вперёд. — Мне надо кое с кем встретится. — парень поправил шляу на голове. — С кем? — С одним из Йонко. Красноволосым Шанксом. — слишком легко произнёс парень, что повергло команду в шок. Но немного погодя, тихо произнес. — Хотя уже семнадцать лет жду встречи совершенно с другим человеком. Более родным.       Он еще не знал, что где-то в Новом мире на одном корабле его уже ждут. Что где-то в море плывет сестра, которая ищет его. И что судьба готовит ему встречу, о которой он даже не мечтал.       Ветер дул в паруса.

***

      Через две недели я была на Балтиго.       Джимми сдали Драгону лично в руки. Тот посмотрел на предателя с таким выражением, что даже мне стало не по себе, хотя я тут была ни при чем. — Хорошая работа, Энн, — сказал Драгон, когда предателя увели. — Белоус не создал проблем? — Создал, но не тех, что вы думаете. — я зевнула. — Можно мне поесть и поспать? А потом я расскажу, как чуть не стала дочерью Белоуса. — Чего?! — Долгая история.       Коала, стоявшая рядом, выпучила глаза: — Ты была у БЕЛОУСА?! — Ага. У него хороший вкус на пиратов. — Энн, ты... — она махнула рукой. — Ладно, потом пытать буду. Идем есть.       Мы пошли в столовую. Сабо уже ждал там с горой еды и горящими глазами: — РАССКАЗЫВАЙ!       Я рассказывала. Про поиски, про встречу с Вистой, про "Моби Дик", про разговор с Белоусом. Сабо слушал с открытым ртом, Коала качала головой, а Драгон, зашедший попозже, усмехался. — Ты единственный человек, который может побывать в гостях у Императора и вернуться с улыбкой, — заметил он. — Я не единственный. Ло бы тоже справился. — Ло? — переспросил Сабо. — Это тот парень, который твой названый брат? — Да. Он теперь капитан. Пираты Сердца. Шестьдесят семь миллионов награды. — Ого! — присвистнул Сабо. — Круто! — Ага. — я улыбнулась. — Круто.       Но в груди опять кольнуло. Ло. Я должна была его найти. Просто... не сейчас. Потом.       "Потом" наступало уже пять лет.

***

      Месяц пролетел в рутине.       Я помогала революционерам с мелкими делами, тренировалась с Токи Токи но ми, читала книги, которые таскал Сабо. Иногда мы выбирались в ближайшие города — просто погулять, поесть нормальной еды, посмотреть на людей. — Энн, — спросила как-то Коала, когда мы сидели в кафе на набережной. — А ты не хочешь найти Ло?       Я замерла с чашкой у рта: — С чего ты взяла? — Ты о нем говоришь. Часто. И когда видишь его награду в газетах — у тебя глаза становятся грустными. — Просто вспоминаю. — Вспоминай, но не забывай, что он живой. И наверняка тоже тебя ищет. — Он пират. У него своя команда, свои цели. — И что? — Коала пожала плечами. — Друзья не мешают целям. Наоборот, помогают.       Я молчала, глядя на море. — Ладно, — сказала я наконец. — Когда закончу здесь... может быть. — Обещаешь? — Обещаю.       Но обещания довольно сложно исполнять...