Пламя Чёрной Башни том 4

Свиток прибыл на рассвете, когда первые лучи солнца только коснулись чёрных шпилей башни. Печать на нём мерцала тусклым серебром — знак Звёздной башни, обители заклинателей тьмы. Си Ень развернул послание, пробежал глазами по строкам и нахмурился. — Что там? — Мэйлин подошла ближе, заглядывая через его плечо. — Сам не пойму, — он передал ей свиток. — То ли просят о помощи, то ли приглашают полюбоваться на диковинку. Мэйлин прочла вслух: — «В стенах Звёздной башни происходят явления, природа которых вызывает... затруднения в толковании. Присутствие заклинателей огненного источника могло бы пролить свет на происходящее. Или не пролить. Приглашаем представителей Чёрной башни засвидетельствовать... казус». — Она подняла брови. — Казус? — Звёздные всегда были странными, — пожал плечами Си Ень. — Но такого тумана в официальном послании я ещё не видел. В этот момент дверь распахнулась, и в зал вошла Лисян. Её тёмные волосы с огненными прядями были собраны в высокий хвост, а в глазах плясали знакомые искры — те самые, что появлялись у неё перед чем-то интересным. — Я слышала о письме, — заявила она без предисловий. — И я хочу поехать. Си Ень и Мэйлин переглянулись. — Лисян, мы даже не знаем, что там происходит, — осторожно начала Мэйлин. — Вот именно! — Лисян улыбнулась. — Звучит увлекательно. Когда в последний раз я куда-то выбиралась? Вы с отцом только что пережили войну, Яньлин занят обустройством гнёздышка с Жэньли, дядя Цзин Юй уехал восстанавливаться. А я? Сижу в лечебнице и варю отвары. — Она скрестила руки на груди. — Пусть все отдыхают. Я готова прогуляться к заклинателям тьмы. — Это не прогулка, — возразил Си Ень. — Это именно прогулка, — не согласилась Лисян. — Они даже не просят помощи напрямую. Просто... приглашают посмотреть. Что может пойти не так? Мэйлин вздохнула — она слишком хорошо знала это упрямое выражение на лице дочери. — Ты не поедешь одна. — Разумеется, нет. — Лисян уже направлялась к двери. — Я возьму с собой тех, кому тоже не помешает развеяться. Ляньчжи она нашла в саду. Бывший принц сидел на каменной скамье, глядя на пруд с карпами, и выглядел так, словно пытался слиться с пейзажем. С тех пор как его исключили из королевского рода, он всё чаще искал уединения. — Ты опять страдаешь, — констатировала Лисян, опускаясь рядом. Ляньчжи вздрогнул. — Я не страдаю. Я... размышляю. — Ты размышляешь с таким видом, будто мир вот-вот рухнет. — Она толкнула его плечом. — Хватит. Собирайся. — Куда? — В его глазах мелькнуло удивление. — В Звёздную башню. Там происходит что-то странное, и я еду разбираться. Поедешь со мной. Ляньчжи помолчал. — Я... не уверен, что буду полезен. Я всего лишь ученик целителя, да и то... — А я не спрашивала, полезен ли ты. — Лисян встала и протянула ему руку. — Я сказала: поедешь со мной. Тебе нужно выбраться из этой башни, пока ты не пустил корни в этой скамье. Кроме того, — она усмехнулась, — если там и правда какая-то болезнь или проклятие, взгляд ещё одного целителя не помешает. Ляньчжи посмотрел на её протянутую руку, потом на её лицо — открытое, решительное, не терпящее возражений. — Хорошо, — сказал он тихо и принял её руку. Яньлина Лисян отыскала в его новых покоях. Он сидел у окна, а Жэньли расчёсывала его длинные волосы, напевая что-то себе под нос. Шаали дремала у очага в облике огненной ящерки, и вся картина дышала таким домашним уютом, что Лисян на мгновение помедлила на пороге. — Сестра. — Яньлин повернул голову, безошибочно определив её присутствие. — Ты уже решила ехать? — Ты знал? — Башня рассказала. — Он чуть улыбнулся. — Она находит твоё рвение... забавным. Лисян фыркнула. — Я рада, что развлекаю древние камни. — Она прошла в комнату. — Мне нужен совет. Кого взять из боевых заклинателей? Кого-то надёжного, но... — она поискала слово, — не слишком серьёзного. Не хочу, чтобы мне читали лекции о безопасности всю дорогу. Яньлин нахмурился. — Мне не нравится твоё отношение. — Какое отношение? — Такое. — Он повернулся к ней полностью, и Жэньли отступила на шаг, позволяя им говорить. — Ты относишься к этому как к развлечению. Звёздная башня не послала бы такое письмо без причины. — Именно поэтому я и еду, — парировала Лисян. — Чтобы выяснить причину. Но я не собираюсь трястись от страха из-за «казуса», который они сами не могут описать. Брат и сестра смотрели друг на друга — вернее, Лисян смотрела, а Яньлин чувствовал её взгляд своим особым образом. — Чжао Хэй, — сказал он наконец. — Возьми Чжао Хэя. Он надёжен в бою и достаточно безрассуден, чтобы составить тебе компанию. — Тот, что вечно смеётся? — Он самый. — Яньлин помолчал. — Будь осторожна, сестра. Заклинатели тьмы... они другие. Не как мы. — Я знаю. — Лисян подошла и коснулась его плеча. — Не волнуйся. Я вернусь и всё расскажу. Чжао Хэй оказался именно таким, как описывал Яньлин — молодой боевой заклинатель с вечной усмешкой на загорелом лице и огненными бликами в чёрных глазах. Узнав о задании, он просиял. — Звёздная башня? Наконец-то что-то интересное! А то я уже начал ржаветь. *** Они выехали на рассвете следующего дня — три всадника на вороных конях, с огненными знаками на сёдлах. Путь к Звёздной башне лежал через горные перевалы и тёмные леса, где даже днём царил полумрак. С каждым днём пути воздух становился холоднее, а небо — темнее. Земли заклинателей тьмы встретили их вечными сумерками, словно солнце здесь никогда не поднималось выше горизонта. — Красиво, — сказала Лисян, когда на горизонте показался тонкий силуэт башни, мерцающий далёкими звёздами. — Но как-то холодно и безжизненно, — поёжился Ляньчжи, плотнее кутаясь в плащ. Его огненная природа протестовала против этого места, лишённого тепла и света. — А где же тёплая встреча, чтобы согреть обстановку? — весело спросил Чжао Хэй, оглядываясь по сторонам. — Или мы будем сами стучаться в ворота башни? — Вот скоро и узнаем, — пожала плечами Лисян. — До башни недолго осталось. Воздух пах горькими травами и чем-то ещё — чем-то древним, застывшим во времени. Здесь не было птичьего пения, не было шелеста листьев — только тишина и мерцание далёких звёзд на шпиле башни. Вскоре они заметили встречающих — тоже троих верхом. Всадники в чёрно-серебряных одеждах казались бледными призраками на фоне сумеречного неба. Их кожа была такой светлой, что рядом со смуглыми огненными заклинателями они выглядели почти прозрачными. Глаза — чёрные, бездонные, как сама ночь. Во главе ехал молодой заклинатель, чьё лицо хранило холодное, отрешённое выражение. На его висках серебрились седые пряди — необычно для столь юного возраста, словно что-то выбелило их раньше времени. — Приветствуем представителей огня, — произнёс он голосом, лишённым всякого тепла. — Я Чжоу Шэн, мастер звёздной пыли. Это мои спутники — Лин Вэй и Сяо Юнь. Двое за его спиной молча склонили головы. Их лица были столь же непроницаемы, как у предводителя. — Приветствую заклинателей тьмы, — ответила Лисян. — Я Лисян, целительница Чёрной башни. Это мои спутники — Ляньчжи и Чжао Хэй. Чжоу Шэн чуть склонил голову. — Госпожа Лисян, дочь главы Чёрной башни. Это честь для нас. — Просто Лисян, — поправила она. — Дочь главы — это не титул. На мгновение в чёрных глазах Чжоу Шэна мелькнуло что-то похожее на удивление, но тут же исчезло. — Как пожелаете. Прошу, следуйте за нами. Они двинулись к башне вместе — шестеро всадников в сумеречной тишине, и только стук копыт нарушал безмолвие этих странных земель. Звёздная башня встретила их тихими холодными переходами, где в стенах мерцали вкрапления каких-то кристаллов, похожие на застывшие звёзды. Здесь не было факелов — свет исходил от самих стен, призрачный и неверный. Лисян огляделась и решила, что с неё хватит загадок. — Не соблаговолит ли мастер звёздной пыли ввести нас в курс дела? — спросила она прямо. — Что всё-таки здесь происходит? За чем нам стоит понаблюдать? Чжоу Шэн даже не замедлил шага. — Просто Чжоу Шэн, — сказал он ровно. — Мастер звёздной пыли — это не титул. Лисян моргнула, не сразу поняв, что её только что поддели её же словами. — Я покажу вам ваши покои и отведу на торжественный обед в вашу честь, — продолжил он. — Дела — потом. — Какой торжественный обед? — Лисян остановилась. — Зачем торжественный обед? Мы приехали не на празднество. Лучше расскажите, что происходит. — Это не в моей власти, — ответил Чжоу Шэн, не оборачиваясь. За спиной Лисян Чжао Хэй тихо присвистнул, а Ляньчжи обеспокоенно переглянулся с ней. Но делать было нечего — они последовали за своим странным провожатым. Покои оказались просторными и столь же холодными, как всё в этой башне. Кровати под чёрными балдахинами, серебряные светильники с призрачным сиянием, окна, за которыми простиралось вечное сумеречное небо. — Очаг есть? — спросил Чжао Хэй с надеждой. — В Звёздной башне не принято использовать открытый огонь, — ответил Чжоу Шэн. — Но для вашего удобства мы принесём жаровни. — Жаровни, — пробормотал Чжао Хэй, когда провожатые вышли. — Они серьёзно? — Мы в гостях, — напомнила Лисян, хотя сама чувствовала, как холод этого места пробирается под кожу. — Потерпим. *** Торжественный обед превзошёл все их ожидания — и не в лучшем смысле. Длинный стол в тёмном зале был уставлен блюдами, но ни одно из них не показалось огненным заклинателям знакомым или аппетитным. Бледные грибы в серебристом соусе, какие-то корнеплоды неопределённого цвета, мясо, приготовленное с травами, от запаха которых хотелось чихать. Заклинатели тьмы сидели вдоль стола молча, как статуи. Их чёрные глаза следили за гостями с непроницаемым выражением. Лисян подцепила палочками что-то похожее на рыбу и осторожно попробовала. На вкус оно оказалось... никаким. Словно сама еда здесь была лишена жизни. — Какова цель нашего визита? — попробовала она снова. — Ваше письмо было... неясным. — Вы увидите, — ответил заклинатель напротив неё. — Когда? — В своё время. Лисян стиснула палочки. — Что именно нам предстоит увидеть? — То, что требует вашего внимания. Чжао Хэй рядом с ней тихо застонал от раздражения. — Это болезнь? — не сдавалась Лисян. — Проклятие? Нечисть? Молчание. — Кто-то пострадал? — Многие, — неожиданно ответил Чжоу Шэн с другого конца стола. Все взгляды обратились к нему, но он лишь поднёс к губам чашу с чем-то тёмным. — Но об этом позже. Лисян хотела возразить, но что-то в его тоне заставило её замолчать. Остаток ужина прошёл в тягостной тишине, нарушаемой лишь звоном посуды. Ночь оказалась худшей в жизни Лисян — и это говорило о многом. Огненные заклинатели плохо переносили темноту. Их природа требовала света, тепла, треска пламени в очаге. Здесь же не было ничего, кроме холодного мерцания кристаллов в стенах и давящей, всепроникающей тьмы за окнами. Жаровни, которые принесли слуги, почти не грели — словно сам воздух этого места поглощал тепло. Лисян лежала без сна, прислушиваясь к тишине. Ляньчжи ворочался в соседней комнате — она слышала скрип его кровати. Чжао Хэй пару раз выходил в коридор, не в силах усидеть на месте. Что-то было не так с этой башней. Что-то, о чём им не говорили. *** К утру все трое выглядели измотанными, с тенями под глазами. Завтрак оказался ещё более странным, чем ужин — какая-то каша серого цвета и травяной отвар, пахнущий болотом. Когда появился Чжоу Шэн, Лисян уже еле сдерживалась. — Как вам спалось? — вежливо осведомился он. — Спасибо, ужасно, — отрезала Лисян. — Мы готовы увидеть то, что должны увидеть. Немедленно. Чжоу Шэн помолчал, изучая её лицо своими бездонными глазами. — Хорошо, — сказал он наконец. — Следуйте за мной. Они спускались. Лестницы Звёздной башни уходили вниз, в глубины, которые казались бесконечными. Свет кристаллов становился всё более тусклым, воздух — всё более густым и затхлым. Где-то в глубине что-то гудело — низкий, едва уловимый звук, от которого вибрировали кости. — Что это за звук? — спросил Ляньчжи шёпотом. — Сердце башни, — ответил Чжоу Шэн, не оборачиваясь. — Оно бьётся уже много веков. Лисян и Чжао Хэй переглянулись. У Чёрной башни тоже было сердце — огненный источник, пылающий в её недрах. Но он не звучал так... так тревожно. Они миновали несколько уровней, каждый темнее предыдущего. На стенах проступали руны — серебристые, мерцающие, похожие на созвездия. Некоторые из них были перечёркнуты, другие — размыты, словно что-то пыталось их стереть. — Мы почти... — начал Чжоу Шэн. Воздух дрогнул. Впереди, из тени коридора, словно из разрыва в самой ткани реальности, вырвалось существо. Чёрное, с когтями, искажённое, будто выгоревшее изнутри. Оно издало низкое рычание — звук, от которого кровь стыла в жилах — и метнулось вперёд. За ним появились ещё двое. Лисян действовала мгновенно. Её рука взметнулась, и пламя вырвалось из кольца на пальце — яркое, жаркое, живое в этом царстве тьмы. Огненный хлыст оттолкнул первую тварь, опалив её бок. Ляньчжи шагнул вперёд, вскидывая руки. Перед ним вспыхнула огненная стена — невысокая, но достаточная, чтобы замедлить тварей. — Наконец-то весело! — крикнул Чжао Хэй и метнул копьё, окутанное пламенем. Оружие пронзило одно из существ насквозь, и то взвыло, рассыпаясь клочьями тьмы. — Это и есть ваш «казус»?! — выкрикнула Лисян, отражая вторую волну атаки. Чжоу Шэн стоял неподвижно. Он даже не пошевелился, когда одна из тварей пронеслась в опасной близости от него. — Они появляются всё чаще, — сказал он ровным тоном. — Мы не можем отследить источник. Иногда их десять, иногда один. Иногда... — он помолчал, — они говорят. Существо перед Лисян завыло — и в этом вое она услышала что-то похожее на слова. Искажённые, разорванные, но узнаваемые. Выпусти... выпусти нас... Пламя едва сдерживало натиск. На чёрном теле твари проступали символы — звёздные руны, перекрученные, искажённые до неузнаваемости. Лисян похолодела. — Это заклинатели, — прошептала она. — Это были люди. Последнее существо рассыпалось под ударом Чжао Хэя, и воцарилась тишина — тяжёлая, звенящая. Лисян развернулась к Чжоу Шэну. В её глазах полыхал огонь — настоящий. — Ты, — её голос звенел от гнева, — ты знал. Ты знал, что здесь, и ничего не сказал. Ты подверг моих людей опасности без предупреждения. — Я... — Молчи! — Она шагнула к нему. — Что это такое? Откуда? И чего вы, тёмные, конкретно ждёте — чтобы оно всех здесь поубивало?! Чжоу Шэн не отступил, но что-то дрогнуло в его непроницаемом лице. — Здесь нужно не наблюдать, — продолжала Лисян. — Здесь нужно действовать. Покажи мне. Покажи, откуда они идут. Он показал. Ещё глубже, ещё темнее. В самом сердце башни, где стены были испещрены трещинами, из которых сочилась густая тьма. И из этой тьмы смотрели глаза. Сотни глаз. Тысячи. Они мерцали в разломах камня, они следили, они ждали. — Что... — Ляньчжи побледнел ещё сильнее, если это было возможно. — Давно, — заговорил Чжоу Шэн, и его голос впервые потерял бесстрастность, — когда тьма вышла из-под контроля... многие заклинатели башни погибли. Их души не ушли. Они были поглощены тьмой, заперты в ней. — Он провёл рукой по трещине в стене, и глаза за ней моргнули. — Теперь что-то потревожило их. Они ищут выход наружу. А наши ритуалы... — он замолчал, — ритуалы тьмы больше не могут их удержать. — Это выглядит плохо, — медленно произнесла Лисян, оглядывая масштаб разрушений. Трещины расползались по всей стене, уходя вверх, в невидимую темноту. — Очень плохо. Нужно принимать решение быстро. Где ваш глава? Почему он не участвует? — Я хранитель башни, — сказал Чжоу Шэн. — Её нити у меня. Глава здесь не поможет. — Хранитель? — Лисян нахмурилась. — Что за странное разделение? — У каждой башни свои традиции. — Он не стал объяснять. — Ну и как ты исполняешь свои обязанности, хранитель? — Она обвела рукой стену с глазами. Чжоу Шэн встретил её взгляд. — Плохо, — сказал он просто. — Я исполняю свои обязанности плохо. Что-то в его голосе — не оправдание, не попытка защититься, просто признание — заставило Лисян помедлить. — Так что ты от меня хочешь, хранитель? — спросила она уже спокойнее. — Скажи это вслух. Чжоу Шэн опустил взгляд на свои руки — бледные, с длинными пальцами, покрытые серебристыми линиями рун. — Огненный ритуал очищения, — произнёс он. — А я открою звёздную дорогу. Души, омытые очищающим огнём, смогут наконец уйти. Лисян прищурилась. — Звучит как очень болезненное самоубийство. Если мы их не удержим во время ритуала, они нас разорвут. — Да, — согласился Чжоу Шэн. — Это возможно. — «Возможно», — она фыркнула без веселья. — Надо обдумать другие варианты, прежде чем мы пойдём на этот... самый радикальный. За её спиной Ляньчжи и Чжао Хэй молча ждали, а из трещин в стенах на них смотрели сотни мёртвых глаз — терпеливо, голодно, с надеждой или отчаянием — кто мог сказать наверняка?