Раньше это был дом смеха

«Я ведь не единственный, кого это беспокоит, верно?» «Да ладно, Тимми, это не так уж и странно. Я думаю, это даже мило!» «Я, например, согласен с Дрейком. Это сбивает с толку». «Видишь! Даже Дэмиан со мной согласен!» «Вы оба преувеличиваете, нам следует этому радоваться!» «Если он зарежет кого-нибудь из нас, я обвиню тебя, Дик». «Пожалуйста, он не собирается никого из нас резать , раз он так счастлив! Он может резать кого-то другого, но этот кто-то другой, вероятно, этого заслуживает, так что…» «Тодд не стал бы так улыбаться, зарезав преступника. Он делает это каждую ночь». Джейсон слушал, как братья спорят в коридоре возле гостиной, ожидая, когда они поймут, что он их слышит, и что их споры лишь заставляют его улыбнуться ещё шире. Честно говоря, он понимал их удивление. Джейсон не сказал бы, что никогда не улыбался, потому что улыбался. Спустя годы после инцидента с Лазарем, э-э , он и его семья стали гораздо ближе, и хотя он всё ещё часто притворялся, что не любит их, он знал, что притворяется, как и они. Поэтому он улыбался и смеялся, и ему нравилось быть дома, хотя он и радовался, что больше не живёт постоянно в особняке. Но он точно знал, что эта улыбка была... другой. Блядь, подай на него в суд, у него свидание! Они с Перси договорились о встрече в ресторане, который был достаточно хорош для свидания, но в то же время не был местом, где его бы легко узнали. Еда у них тоже была чертовски хороша. Ему пришлось ждать до среды, но он мог выдержать три скучных дня между сегодняшним днем ​​и свиданием . Он чувствовал себя... молодым. Он знал, что ему едва исполнилось девятнадцать, он все еще был ребенком по большому счету, но ему всегда казалось, что он слишком быстро взрослеет. Побывав уличным мальчишкой, потом ребенком-мстителем, потом умершим, а затем в семнадцать лет ставшим криминальным авторитетом... у него так и не было возможности по-настоящему побыть молодым . Брюс старался как мог — Джейсон теперь мог это признать — но даже имея достойного отца и стабильную семью, Джейсону пришлось быстро повзрослеть задолго до того, как он переехал в поместье. Но теперь... он чувствовал себя ребенком с их первой влюбленностью. Боже, Дик никогда не позволит ему забыть эти слова, поэтому Дик никогда об этом не узнает. «Становится хуже ! Дик, почему становится хуже!» «Ой, подождите, я кажется знаю, что здесь происходит!» «Что? Грейсон, что могло заставить Тодда так улыбаться?» «Ну... Я говорил с ним об этом несколько недель назад, но решил, что ошибаюсь! Думаю...» «…Продолжи это предложение, и я зарежу одного из вас, придурок», — вмешался Джейсон, повысив голос, чтобы его было слышно в коридоре. Три приглушённых голоса тут же стихли. Тим выглянул из-за двери, широко раскрыв глаза. «Да ладно, Дик, он начал разговор!» «О, так и будет», — заверил его Джейсон, и Тим облегчённо вздохнул, когда Дик обиделся. «Особенно если он собирался рассказать тебе всё, что я о нём думаю ». «Да ладно тебе, Джейбёрд, я прав?» — спросил Дик, входя в гостиную, словно возбуждённый щенок. «Ты больше об этом не упоминал, и я подумал, что действительно ошибался . Но прав ли я?» Джейсон хотел подшутить над ним и сказать, что он неправ. Но он не мог стереть улыбку с лица, даже если бы попытался, поэтому вздохнул и ещё сильнее откинулся на диван. «Вы, придурки, хотели знать, почему я так быстро вышвырнул вас из квартиры, да?» — спросил он. В глазах Тима мелькнуло оценивающее выражение. «Это как-то связано с тем, почему ты сейчас пугающе счастлив? Это ответ, который я на самом деле не хочу слышать, потому что это мерзко, и…» «…ух ты, ух ты, нет», — оборвал его Джейсон, прежде чем тот успел продолжить эту мысль. «Но да, это связано». Он знал, что Дик будет невыносим, ​​поэтому сначала пробормотал объяснение себе под нос, желая оттянуть на себя воркование и поддразнивания. Конечно, он мог просто выйти из комнаты и начать драться с любым, кто попытается вытянуть из него ответ, но, как он уже говорил, он чувствовал себя на седьмом небе от счастья. И, как ни странно, ему хотелось им рассказать. Хотя на это влияло и то, что даже если он им не расскажет, они всё равно узнают и всё равно будут преследовать его спутницу. От этого действительно было никуда не деться. «Перси помог мне зашить рану прошлой ночью, он вроде как остался на ночь, и теперь у меня спутник». Дик склонил голову набок, глаза его сузились от недоумения, но на лице появилась самодовольная улыбка. «Извини, Крылышко, я не расслышал. Что случилось?» Джейсон закатил глаза. «Ладно, ладно. Перси нашёл меня истекающим кровью прошлой ночью, помог мне зашить рану, возможно, провёл ночь в моей квартире, а теперь у меня свидание. Доволен?» Улыбка Дика буквально расползалась по лицу. Тим выглядел удивлённым, но довольным, а Дэмиан выглядел чуть менее равнодушным, чем несколько секунд назад. «Кто такой Перси?» — спросил Тим, словно ему не терпелось заполучить компьютер. «Почему мы никогда о нём не слышали?» «Потому что я вам, придуркам, не всё рассказываю?» — ответил Джейсон. «Перси — мой сосед через коридор. И я уже проверил его биографию, коротышка, так что не перепутай свои штанишки». «Да, ты провёл проверку биографических данных, потому что думал...» «—Нет, нет, я хочу, чтобы он сам нашёл, — оборвал его Джейсон Дика. — Просто подожди до среды и проверь сам, ладно? Так будет смешнее». Глаза Тима сузились. «Это похоже на ловушку». Джейсон ухмыльнулся. «И зачем ты так говоришь? Я просто думаю, что было бы в интересах всех, если бы вы, преследователи, не проверяли мои биографические данные, прежде чем шпионить за моим свиданием». «Ну, это совсем не весело, если ты знаешь, что мы собираемся это сделать», — надул губы Дик. Джейсон закатил глаза. «Извините, я что, должен был подумать, что в этой семье будет здравое понимание границ и личной жизни, или я должен был проявить смекалку?» «Он прав, Дик, — вздохнул Тим. — Ладно, ладно, я попадусь на эту очевидную ловушку». «Ужин будет подан через десять минут», — сказал Альфред, ненадолго заглянув в комнату перед уходом, вероятно, чтобы найти Брюса. Однако перед уходом он улыбнулся Джейсону и сказал: «Поздравляю с этим свиданием, мастер Джейсон. Я рад, что оно так радует тебя». Когда он ушёл, Джейсон моргнул и покачал головой. «Он всё знает ». «А ты ожидал, что он этого не сделает?» — заговорил Дэмиан, проведя весь разговор, пристально разглядывая Джейсона. «Хотя всё это было очень интересно, мне нужно идти, чтобы покормить Глэдис перед ужином». Словно что-то щёлкнуло, Тим нахмурился сильнее, чем когда-либо. Брови Джейсона поползли вверх. «Почему бы тебе не скормить ее чему-нибудь, это, похоже, позволит тебе с большей пользой провести время», — проворчал Тим, заставив даже Дика моргнуть в изумлении от язвительности в голосе младшего мальчика. «Ого, птичка, что сделала Глэдис?» — спросил Дик. «Да, и кто, черт возьми, такая Глэдис?» — добавил Джейсон. « Глэдис », — сказал Тим, и это имя сочилось сарказмом, — «новый питомец Дэмиана , если это чудовище можно назвать питомцем. И чего она только не натворила! Она меня ненавидит!» «Повзрослей, Дрейк, она тебя не ненавидит», — закатил глаза Дэмиан. «Ни хрена себе!» — возразил Тим, вставая со стула, чтобы иметь преимущество в росте над Дэмианом. «Она пыталась меня убить!» «Она физически неспособна убить тебя, — Дэмиан говорил так, словно объяснял это малышу, — и я очень сомневаюсь, что у неё есть такое желание. Учитывая, что ты находишься в одной комнате с двумя людьми, которые испытывали это желание и действовали под его влиянием гораздо чаще, чем Глэдис, я нахожу твою ненависть к ней забавной». «Чувствую любовь, демоново отродье», — пробормотал Джейсон, которому не очень понравилось, когда ему напомнили о том, что он пытался сделать. Шутки по этому поводу — одно. Прямое заявление о том, что он чуть не убил Тима? Совсем другое. Тим, однако, даже не вздрогнул при напоминании, слишком разъярённый тем, что Дэмиан недавно собрал. «„Неспособная“, чёрт возьми! Ты сказал, что она ночует у тебя в комнате, но я проснулся, а она просто сидит у меня на полу и пялится на меня!» Глаза Тима расширились, он почти впал в истерику. «Она замышляет моё убийство !» «Ладно, ладно, хватит», — вмешался Дик, вставая и кладя руку Тиму на плечо. «Дэмиан, иди и покорми Глэдис, но убедись, что она не сможет выйти из твоей комнаты. Мы не заставим тебя избавиться от неё, но если нам удастся удержать её подальше от Тима, это будет здорово. Джей, ты пока свободен от ответственности, но я жду подробностей о том, как это свидание состоялось». Все трое синхронно вздохнули, прежде чем согласиться на требования Дика. Тим сполз обратно на стул, словно ему перерезали ниточки, и фыркнул, скрестив руки на груди. Дэмиан явно не был рад тому, что ему придётся изолировать нового питомца в его комнате, когда остальным разрешено свободно бродить по ней. А Джейсон, ну, он не с нетерпением ждал предстоящего возбуждённого допроса. Но они пока расстались: Дэмиан направился к выходу, а Дик отправился помогать накрывать на стол к ужину. Оказавшись на пороге комнаты, Дэмиан обернулся и встретился взглядом с Джейсоном. «Ты выглядишь счастливым, ахи . Если этот «Перси» всё испортит, я вырву ему позвоночник, потому что он его явно не заслуживает». Затем он исчез, прежде чем Джейсон успел подумать об ответе. Он просто смотрел на дверь, такой же ошеломлённый и растерянный, как и всякий раз, когда слышал это слово от Дэмиана в его адрес. Тим тоже был потрясён, прежде чем его глаза сузились. «Каждый раз, когда он называет тебя так, он неукоснительно следует своим словам», — сказал он. «Тебе стоит предупредить Перси». Но Джейсон, в сочетании с его прежней детской радостью на первом свидании и горячностью, вызванной тем, что Дэмиан назвал его «ахи» , совершенно не обращал внимания на его поведение крутого парня, Красного Колпака, который ведёт себя как «увидишь мои эмоции, и я тебя убью». Поэтому на его лице снова появилась та самая искренняя, мягкая улыбка. «Я не думаю, что мне придется это делать».

***

«Аннабет, помоги мне! Синий или зелёный! Или чёрный? Погоди, разве Пайпер не сказала, что мне подойдёт коричневая куртка?» Перси пробормотал что-то про сообщение Ирис, которое едва-едва прикрепилось к его шкафу. «Она заставила меня купить такую, она не выглядит слишком нарядно, стоит ли мне её надеть? Стоит ли мне выбрать нарядную? Он не говорил, что она нарядная. Энни, а что, если она нарядная?» «Перси, ради всего святого…» Аннабет оборвала себя, перебивая его, но не от раздражения, а от того, что не могла перестать смеяться. «Я не видела тебя таким расстроенным из-за того, что надеть, с тех пор, как ты пытался произвести «первое впечатление» на Эстель, а она была совсем новорожденной. Ты правда думаешь, что Джейсону есть дело до того, что ты достаточно хорошо одеваешься для такого мероприятия?» Перси выдохнул. «...нет. Вообще-то, совсем нет. Он, наверное, счёл бы забавным, если бы я надел что-то совершенно повседневное в шикарный ресторан». «Именно. И он рассказывал тебе об этом месте, оно не такое уж шикарное. Это просто ресторан. Если ты будешь ещё больше переживать из-за этого, те немногие клетки мозга, что у тебя остались, превратятся в водоросли», — сказала Аннабет твёрдым, но мягким голосом. «Что касается цветов, раз уж мы решили надеть что-то повседневное, я не уверена, что куртка, которую тебе купила Пайпер, тебе подойдёт. Я бы выбрала зелёный, ты выглядишь уверенным в зелёном не так, как в синем. Надень чёрную футболку с той тёмно-зелёной рубашкой на пуговицах, что у тебя сверху, но не застёгивай её». «Мне теперь придётся называть тебя Королевой Красоты?» — поддразнил Перси, вытаскивая то, к чему она его вела. Аннабет закатила глаза. «Попробуй и посмотри, что получится», — резко ответила она. «Я просто помогаю тебе, чтобы у меня было что-то, чем я смогу убедить тебя сделать мне причёску, когда в следующий раз я смогу запланировать свидание с Рэйчел». «Как будто ты хочешь заставить меня чувствовать себя виноватым», — сказал Перси, глядя на себя в зеркало. «Эй, выглядит хорошо, спасибо, Аннабет». «Ты сомневался во мне?» «Никогда», — Перси ухмыльнулся ей, и в их словах чувствовалась какая-то слишком серьёзная серьёзность. Но мгновение прошло, прежде чем они успели погрузиться в воспоминания, и Аннабет лишь нежно улыбнулась ему, облокотившись на кухонный стол. «Тебе стоит идти, если хочешь успеть вовремя, Морской Мозг», — сказала она. «Не волнуйся, я буду следить на всякий случай. Знаю, что мы почти не сталкивались с монстрами, но на всякий случай я буду следить, чтобы ничто не помешало». «Ты лучшая, Мудрая Девочка». «Знаю. Передай Джейсону привет и желаю хорошо провести время. Я рада за тебя». Коротко попрощавшись, зная, что Перси, скорее всего, позвонит ей после свидания, чтобы обсудить это, Аннабет прервала сообщение Ириды, что побудило Перси двинуться дальше. Он не хотел опаздывать на своё первое свидание. Он беспокоился из-за встречи со смертной, которая сейчас понятия не имела о его мире – хотя и надеялся, что когда-нибудь это случится. Но прежде чем беспокоиться о том, чтобы рассказать Джейсону что-то о своей большой семье, ему нужно было узнать его получше. Посмотреть, насколько серьёзным всё это обернётся. Джейсон ему очень нравился, и он хотел, чтобы всё стало серьёзным, но это было первое свидание. Он не мог так быстро забегать вперёд. Затем он подошёл к ресторану и увидел Джейсона в тёмно-красной рубашке и чёрной кожаной куртке, в которой Перси никогда раньше его не видел. Волосы были расчёсаны, но всё ещё неухожены, белая прядь падала на глаза прямо над небольшим шрамом на брови. Перси моргнул и понял – ох. Он и так сильно забежал вперёд. Он надеялся, что его лицо не покраснело, когда он подошёл к Джейсону и дал ему знать о своём присутствии. Джейсон поднял взгляд от телефона и, казалось, слегка замер, прежде чем улыбнуться. «Привет, Перси», — сказал он, убирая телефон в карман куртки. «Ты… ты хорошо выглядишь». «Ты тоже», — сказал Перси, снова взглянув на куртку. «Это что, новое?» Джейсон проследил за его взглядом и рассмеялся. «О нет, он у меня уже давно. Я собирался надеть свой обычный, но Дик его украл, так что пришлось надеть что-то покрасивее. Он что-то сказал, что на моём коричневом есть едва заметное пятнышко крови, что, блядь, ложь». «Не знаю, возможно, я соглашусь с твоим братом», — сказал Перси, ухмыляясь, — «там была часть рукава, которая, кажется, немного обесцветилась». «Это была не кровь , это было масло!» — возмутился Джейсон, закатив глаза. «Может быть, ты слишком привык к Готэму, если можешь так небрежно шутить». Перси рассмеялся: «У меня есть подруга, которая буквально „чистит под ногтями кинжалом“, совершенно без иронии, и она уже однажды случайно порезала меня этим кинжалом. Окровавленная одежда — для меня не новость». Талия всегда извинялась, когда случайно ударяла Перси ножом — ключевое слово «случайно». Если же она делала это намеренно, она просто со смехом показывала ему средний палец. Джейсон покачал головой. «Твои друзья — просто чертовски странные ». «О, ты и половины не знаешь», — радостно сказал Перси, следуя за Джейсоном в ресторан. Его друзья были невероятно странными, и он их за это любил . Странные черты характера были практически нормой для полубогов, и он иногда забывал, насколько они странны для обычных людей. «Она однажды пыталась подстроить так, чтобы меня ударила молния. Не получилось , но она пыталась». Вот это была ложь. То есть, то, что это не сработало. И она не столько пыталась подставить его под удар молнии, сколько сама ударила его своей молнией , но, по сути, это одно и то же. «Она на самом деле твой друг или просто ненавидит тебя? Потому что я серьёзно думаю, что тебе стоит проверить, ненавидит ли она тебя», — спросил Джейсон, когда их вели к столику. Он ухмылялся, и Перси понял, что его на самом деле не отпугивают странные истории Перси. «Ну... если быть до конца честным, молния попала в неё, когда она меня ненавидела », — признался Перси. «Но теперь она меня не ненавидит! Мы очень хорошие друзья. Случайный удар ножом — это совершенно дружеская реакция». «А я-то думал, ты, наверное, считаешь мою семью слишком странной», — сказал Джейсон. Перси лишь пожал плечами. «Я довольно привык к странностям. Хотя мне очень интересно, насколько странной должна быть твоя семья, раз ты так переживаешь из-за этого», — сказал он, ухмыляясь, — «раз уж ты так мало мне о них рассказывал». «И тебе же так лучше», — резко ответил Джейсон. Перси заметил, как он посмотрел в окно, и счёл его хмурый взгляд всего лишь реакцией на свет, бьющий в глаза. На что ещё он мог хмуриться? (На крыше напротив Красный Робин показал средний палец в сторону ресторана, хотя Джейсон уже отвернулся. Найтвинг тут же отругал его, и он как раз собирался ответить, когда заметил в переулке возле ресторана мелькнувшую прядь светлых волос. Никто из его братьев и сестер не узнал молодую женщину, в отличие от него. Что здесь делала его личный стажер? И почему она пряталась в переулке?) (В переулке Аннабет держала руку на ноже и зорко следила за окружающей обстановкой. Ни один монстр не помешал первому свиданию ее лучшей подруги. Она заметила вспышку цвета на крыше и поняла, что по какой-то причине готэмские мстители ошивались напротив того самого ресторана, за которым она наблюдала. Почему они были там, а не патрулировали? Она слегка нахмурилась. И где же Красный Колпак?) Разговор между Перси и Джейсоном был непринуждённым, пока они заказывали еду и ждали. Он представлял собой смесь непринуждённых разговоров, безжалостных подколов друг друга и взаимной неопределённости относительно того, как должно пройти первое свидание. Перси до этого был на свидании только с Аннабет, и на первом свидании они вместе убили ластригона, прежде чем отправиться за бургерами, всё ещё покрытые золотой пылью монстров. Так что... не совсем удачное сравнение. Прошло всего несколько минут, прежде чем Перси сообразил. «Как тебе такая тема для разговора?» — сказал он, слегка опираясь на стол, потому что рядом не было мамы, которая могла бы отругать его за то, что он кладет локти на стол. «Какое у тебя было первое впечатление обо мне?» Его брови выжидающе поднялись, а Джейсон фыркнул от удовольствия. «Правда?» — спросил он. «Мы теперь делаем ледоколы?» «Да ладно, будет весело! Конечно, я знаю, что нравлюсь тебе, мы сейчас на свидании, но я хочу знать, что ты подумал, когда мы впервые встретились», — настаивал Перси, уже обдумывая свой ответ, когда Джейсон перекинул вопрос на него. Джейсон закатил глаза, но на мгновение задумался, прежде чем ответить. «Тебе нужен честный ответ или лучший ответ для свидания?» «Всегда забавно делать пояснения», — невозмутимо ответил Перси. «А как насчёт обоих вариантов?» «Ну... лучший ответ для свидания — то, что я чувствовал себя странно комфортно рядом с тобой с самого начала, чего никогда не случается, и что я потратил больше времени, чем готов признать, пытаясь определить цвет твоих глаз. Честно говоря, я не мог понять, шпион ли ты под глубоким прикрытием, и всё, что ты говоришь, — ложь, или идиот», — прямо сказал Джейсон, и его губы дрогнули в улыбке, когда Перси моргнул. «Я серьёзно. Ты сказал, что приехал учиться, но ты переезжал в Нэрроус и отмахивался от всех моих предупреждений о Готэме. Единственные объяснения, которые я мог придумать, — это то, что ты был настолько невнимателен, что даже не замечал опасности Готэма, или ты слишком старался казаться нормальным. И ещё... у тебя на руках маленькие шрамы. Они выглядят как шрамы от драк. Конечно, я знаю, что ты просто странный, но когда мы впервые встретились? Я делал ставки сам с собой, легкомысленный ты или нет». Перси больше не мог сдерживаться и расхохотался. « Чёрт возьми , пожалуйста, никогда не говори моим друзьям, что ты принял меня за шпиона, они бы этого ни за что не простили. Я бы никогда не смог стать шпионом по многим причинам. Они полностью согласятся с тобой, что я идиот, но также знают, что я не идиот, так что всё это просто так, ради развлечения». «И каковы же эти причины?» — спросил Джейсон, подняв брови. «Ну, во-первых, у меня есть небольшая... проблема с властью. Знаю, ты видел моё досье, ты видел кое-что из того, что я говорил учителям», — ответил Перси. «Это касается не только учителей. Мне не нравятся авторитетные фигуры, и они меня не любят. Люди любят напоминать мне, что я был авторитетом для детей в летнем лагере, и я каждый раз это ненавижу. Во-вторых, это лицо уже расклеено по всей стране. Я же говорил, что меня всё ещё узнают. К счастью, это стало реже, но некоторые просто не хотят с этим мириться. Для меня было невероятной честью снять свой собственный эпизод Buzzfeed Unsolved, но это не помогло». «Поверь, я понимаю. Мои братья любят цитировать моё видео «Unsolved», чтобы меня позлить», — сказал Джейсон, качая головой. «И, на самом деле, обе эти причины привели меня к уверенности, что ты не работаешь под глубоким прикрытием, и обе я выяснил, проверяя биографию. Поздравляю, Перси, ты был бы хреновым шпионом. Я ответил на твой тупой вопрос, так что теперь твоя очередь». «Эй, это не глупо!» — защищался Перси. «Вполне уместное начало разговора, учитывая, что мы оба не знаем, чем сейчас занимаемся. И, честно говоря, моё первое впечатление не такое забавное, как твоё. Я подумал: «Вау, наконец-то в Готэме хоть кто-то, кто увидит, как я борюсь с этими дурацкими коробками, и действительно поможет мне, а не пройдёт мимо». Потом я перестал злиться на свою собственную упаковку, действительно заговорил с тобой, посмотрел на тебя и подумал: «Чёрт, он, наверное, мог бы меня отжать». Перси усмехнулся, увидев лёгкий румянец, появившийся на скулах Джейсона. «Признаюсь, я был слишком занят радостью от того, что мой новый сосед не старый кретин или мудак, чтобы заметить, что ты симпатичный, но мне не потребовалось много времени, чтобы это понять». Он заметил, что Джейсон чуть не подавился напитком, и обеспокоенно склонил голову. Джейсон посмотрел на него с лёгким недоверием, в его ярко-голубых глазах мелькнуло что-то похожее то ли на замешательство, то ли на нежность – Перси не мог точно сказать. «... извини, ты назвал меня сипатичным?» — спросил Джейсон, и Перси слегка нахмурился. «Да? Извините, тебя это не устраивает? Я могу…» «— Нет, нет, я… — Джейсон замялся. — Мне всё равно. Я просто… не понимаю, почему». «Почему я назвал тебя симпатичным?» — спросил Перси. Джейсон кивнул, и Перси почувствовал, как что-то кольнуло. «Потому что ты … Ты же должен знать, что ты хорошо выглядишь, верно?» «Да, но…» Джейсону, казалось, было неловко от того, насколько серьёзным стал разговор, но он также не выглядел так, будто хотел, чтобы Перси сменил тему. Что было хорошо, потому что Перси хотел узнать, почему Джейсон не считает его привлекательным. Но по мере того, как Джейсон продолжал, Перси понял, что проблема, возможно, была немного в другом. «Меня называли „красивым“, „привлекательным“, а иногда и „горячим“. Но это всё. Такие шрамы, как у меня, обычно не считаются… красивыми ». Перси на мгновение остановился, чтобы рассмотреть шрамы, о которых шла речь. Они были заметны, это точно, но Перси искренне забывал, что смертных отпугивают видимые шрамы. Обычно единственными полубогами без шрамов были новички в лагере, и получить свой первый крутой шрам было предметом гордости. Не говоря уже о том, что Перси знал Клариссу, которая, казалось, считала своим долгом получить как можно больше крутых шрамов. Он довольно быстро к ним привык. У Джейсона была рассечена бровь, один – губа, и один – подбородок. Несколько шрамов поменьше группировались у левого виска, и, хотя это был не шрам, было ясно, что его нос был сломан как минимум один раз. Перси не был уверен, что случилось, что Джейсон получил все эти шрамы, но он не собирался позволить Джейсону думать, что его отпугнут несколько острых белых полос на коже. «Шрамы меня не пугают, Джейсон», – сказал он, стараясь казаться небрежным, пока ел и разговаривал одновременно. Он не хотел придавать этому большого значения, но всё равно начинало казаться, что это так. «Иногда меня пугают истории, которые за ними стоят. Некрасивые шрамы могут появиться из-за смешных историй, а иногда и самые ужасные истории вообще не оставляют шрамов. У меня есть друг, его тоже зовут Джейсон, и у него есть шрам на губе, о котором он никогда не хотел говорить. Он был не таким уж большим , но его было трудно не заметить. Мы все думали, что он получил его при... не самых лучших обстоятельствах, ведь его мама была не из лучших. И тут в его жизни появляется старшая сестра, смотрит на шрам и объявляет всем нам, что он получил его, когда пытался съесть степлер в два года». Перси почувствовал, как улыбка расползается по его лицу, когда Джейсон невольно рассмеялся. «И даже когда мы думали, что шрам – это плохо, это не меняло того факта, что Джейсон был для нас как наш личный Супермен, готовый помочь любому». Его лицо внезапно вытянулось, когда он подумал о другом человеке с другим шрамом, о том, который, как он думал, никогда его не беспокоил. «Но это не значит, что шрамы не могут быть страшными. Я не пытаюсь сказать, что они ничего не значат, потому что это словно обесценивает травму, которая их изначально создала. Но… всё зависит от человека. Был ещё один человек, его звали… его звали Люк. Ему было девятнадцать, когда мне было двенадцать, и он был таким славным . У него был ужасный шрам, тянувшийся от под глаза через губу, но он никого не мог беспокоить, потому что Люк всё равно всегда улыбался, и это была всего лишь часть его лица. Люк… я смотрел на него снизу вверх, и хотя я сразу заметил его шрам при нашей первой встрече, что-то в его глазах подсказало мне, что я никогда его не буду бояться». Джейсон пристально смотрел на Перси, и Перси почти не хотел продолжать. Но следующая часть была самой важной. Он также сомневался, стоит ли рассказывать её смертному, но в глубине души всё равно хотел продолжить. Что-то подсказывало ему, что коренной житель Готэма не будет так отталкивать, как, скажем, любой другой человек. «А потом он пытался убить меня», — тихо сказал Перси, видя, как глаза Джейсона расширились, а его рука с вилкой застыла в воздухе. Прежде чем ему успели задать вопросы, Перси продолжил. Он не ожидал, что сегодня вечером ему придётся думать о Люке, и теперь хотел поскорее с этим покончить. «Им манипулировали, его принуждали, и он определённо боялся человека, за которым следовал, человека, который его втянул. Но он всё равно делал выбор самостоятельно, и этот выбор… он пугал меня. Он был одновременно и жертвой, и злодеем, но всё равно пытался причинить мне боль, и всякий раз, когда я видел его в следующий раз, я боялся его поступка. Шрам всё ещё был лишь частью его лица. Его шрам не делал его устрашающим, он делал это сам. То же самое и с тобой, Джейсон. Ты мог бы быть устрашающим или страшным, если бы захотел, но дело не в шрамах. Теперь они просто часть тебя. И я думаю, они красивые». Джейсон, казалось, не знал, что сказать. Он просто смотрел на Перси, словно пытался разгадать головоломку. Наконец он просто открыл рот и сказал: «Спасибо». Перси улыбнулся. «Значит ли это, что я могу продолжать называть тебя красавчиком? Конечно, слова вроде «красивый» и всё такое совершенно верны, но я сам всегда был неравнодушен к «красивый» и «прекрасный». Джейсон закатил глаза, словно это могло скрыть румянец на его щеках. «Да, как скажешь. Эй, так что случилось с этим Люком? Где он сейчас? Я просто хочу поговорить». Джейсон, вероятно, хотел разрядить обстановку, и Перси это оценил. Но он лишь сглотнул и не смог скрыть хмурого выражения на лице. «Он, э-э, он мёртв», — сказал Перси, пытаясь не обращать на это внимания. Однако даже спустя два года он всё ещё помнил каждую деталь той последней битвы на Олимпе. «Самоубийство». Это слово оставило кислый привкус во рту, но как ещё смертный мог это воспринять? Он не мог прямо сказать, что Люк покончил с собой, чтобы уничтожить титана в своём теле, а Перси очень не хотел говорить, что Люк спас ему жизнь, потому что уже намекнул, что его жизнь была под угрозой, и ему не нужно было упоминать эту цифру. Джейсон уже знал о его похищении, он не мог быть слишком откровенен в том, насколько опасной была его жизнь. Это было слишком подозрительно, а Перси знал, что Джейсон любопытен. Он перебил его, прежде чем Джейсон успел что-то сказать. «Ты можешь спросить меня о Луке, если хочешь, но только не сегодня вечером, чтобы не портить настроение ещё больше», — предложил Перси, стараясь не смотреть на стену ресторана, которая, как он знал, разделяла его с Аннабет. Он подумал, слышит ли она его слова. Он надеялся, что нет. «Только сделай для меня одну вещь — не спрашивай о нём при Аннабет. Она справится, я знаю, справится, но ей не следовало этого делать, и она была... гораздо ближе к нему, чем я. Он был ей практически старшим братом, и это её очень ранило. Думаю, и сейчас ранит, но мы обычно не говорим об этом». «Да, конечно», — согласился Джейсон, его пальцы слегка дрогнули, словно он хотел дотянуться до Перси. Перси не возражал бы. «Не поймите меня неправильно, пожалуйста, я не из тех парней, кто переживает по этому поводу. Мне просто искренне интересно, вы с Аннабет встречались?» Перси тихонько рассмеялся, и лёгкая улыбка расплылась по его лицу, когда мысли наконец-то переключились на более счастливые воспоминания. Он поверил Джейсону, когда тот сказал, что ему искренне интересно, он не был похож на человека, который думает, что парни и девушки не могут быть бывшими и лучшими друзьями, или что Перси изменяет. Потому что, боги, он никогда не смог бы. В буквальном смысле. Его роковым недостатком была верность , как он мог когда-либо изменять? Поэтому он позволил себе проявить нежность; он действительно наслаждался временем, когда они с Аннабет встречались, даже если это было к лучшему, что всё закончилось. «Некоторое время, да», — ответил он. «Мне потребовалась целая вечность , чтобы понять, что она мне нравится, и к тому времени, как мы познакомились в шестнадцать лет, мы были сначала лучшими друзьями, а потом уже встречались. Ну, а потом, я уверен, ты видел отчёт, который моя мама подала примерно в то время?» «Ага», — сказал Джейсон, нахмурившись. «Без обид, но, похоже, с тобой случается много всякой ерунды». Перси рассмеялся. «О, конечно, мне ужасно не везёт. В общем, так получилось, что я пропал без вести дольше, чем мы встречались, так что мои чувства как-то угасли, пока она меня искала. Я всё ещё люблю её, просто… по-другому. Она мне гораздо больше, чем лучшая подруга, просто нет подходящего слова, чтобы это описать. Это не романтика, но это сильнее дружбы. Я бы ради неё сделал всё, что угодно». «Понимаю», — сказал Джейсон, кивая. «„лучший друг“ — недостаточно точное определение, чтобы описать, насколько вы близки. Звучит неплохо». (Подслушивающие птицы через дорогу перестали с подозрением смотреть на молодую женщину, которая все еще молча сидела на корточках в переулке. Они знали, почему она сейчас здесь. Она знала спутницу Джейсона и, вероятно, оберегала его так же, как он, похоже, оберегал ее. Красный Робин почувствовал себя особенно расслабленным. Он бы не хотел испытывать подозрения по отношению к лучшему стажеру, которого он когда-либо видел в компании.) Ужин прошёл в непринуждённой беседе и рассказах о детстве. Оказалось, у Джейсона и Перси было ещё кое-что общее. «Ты столкнул её в фонтан?» — со смехом спросил Джейсон. Перси поднял руки, защищаясь. «Нет никаких доказательств, что я это сделал! Лично я видел, как она упала спиной вперед в фонтан, без всяких толканий», — сказал он, и эта ехидная ухмылка сделала его слова ещё менее правдоподобными. «Конечно, ты так и сделал», — саркастически согласился Джейсон, его улыбка почти не уступала улыбке Перси. «И я никогда не ломал нос другому ребёнку хотя бы раз в два месяца». Перси втянули в разговоры о его ужасной школьной успеваемости и диких историях, которые всегда заканчивались его исключением. Джейсон ответил взаимностью, признавшись Перси, что и сам был немного драчуном в школе — на то были веские причины: он был бывшим «уличным хулиганом» (его слова), а теперь ходил в школу для богатеньких и имел дело с подлостями этих самых богатеньких детей. Поэтому Перси сразу же вспомнил Академию Янси, последний учебный год, прежде чем он понял, почему неприятности притягиваются к нему, как магнит. Он до сих пор немного злился, вспоминая, как помогал Гроверу отмывать арахисовое масло из волос (ему никогда не разрешали помогать их мыть, и он всегда списывал это на то, что Гроверу было неловко. Теперь он знал, что дело было в рогах). Перси пожал плечами. «Уверен, эти дети это заслужили. Нэнси всего лишь постоянно роняла свой сэндвич в волосы моей лучшей подруги и называла нас бедными, как и другими словами, что уж точно не заслуживает того, чтобы её столкнули в фонтан. Так зачем же мне её толкать?» Ему нравилось, что Джейсон его не осуждал. Более того, он это понимал . Он понимал, что его считают проблемным учеником, и иногда ему приходилось подстраиваться под это, давая отпор, чтобы заставить других немного отступить. У него было немало историй о ссорах, и, казалось, ему становилось всё комфортнее ими делиться, чем больше Перси рассказывал о своём собственном ужасном школьном опыте. «Это было в том же году, когда ты утверждал, что твой учитель напал на тебя, верно?» — спросил Джейсон. Не показалось ли Перси немного странным, что Джейсон уже так много о нём знал — пусть даже и знал вещи, которые на самом деле не были основополагающими для Перси как личности — благодаря проверке биографических данных? Да, считал. Он знал, что его жизнь странная, и тот факт, что Джейсон увидел эту её часть до того, как по-настоящему узнал Перси, был немного странным. Но Джейсон видел инцидент с Аркой и всё ещё хотел встречаться с ним, и было совершенно понятно, что он проведёт проверку биографических данных, учитывая его семью. Поэтому он просто рассмеялся. «Чувак, сколько же дерьма всплывает, когда ты проверяешь мою биографию?» — спросил он без тени раздражения в голосе. Будь он хоть немного знаменит, он бы, наверное, тоже переживал, что кто-то с ним сблизится. Чёрт возьми, Перси был так же параноидально настроен по поводу того, что его могут обмануть, но монстры обычно не играют в длительные аферы, если только не происходит что-то серьёзное, а у Джейсона не было никаких признаков скрытого полубога. «Но да, миссис Доддс. Которая потом каким-то образом, чёрт возьми, исчезла. Ужасный учитель, ноль из десяти, обвинил меня в воровстве и пытался напасть». «Если честно, главное, что приходит на ум при поиске, — это что-то вроде «арх», — сказал Джейсон, ухмыляясь. — А у тебя просто аура, которая заставляет людей с тобой драться? Кажется, это случается слишком часто». Ну... технически да . Для монстров он пах очень приятно, что всё ещё было странно об этом думать. Годы спустя ему всё ещё приходилось на мгновение задуматься о том, что есть существа, которые хотят его съесть . Но он лишь сильнее навалился на стол и поднял брови. «Я не знаю», сказал он. « Ты хочешь драться со мной?» Затем он откинулся назад и покачал головой. «И какова была реакция вашей семьи на мои предполагаемые террористические акты?» (На другой стороне улицы Красный Робин поперхнулся кофе, а голова Робина дернулась так сильно, что его шея чуть не издала хруст. Найтвинг просто наблюдал за молодыми мстителями со скрытым весельем.) Джейсон рассмеялся. «Мне удалось уговорить Тима отложить проверку биографических данных, так что они пока ничего не знают. Впрочем, он, вероятно, делает это прямо сейчас, раз уж я заставил его ждать до среды». «Ну, если только он не сочтёт меня виновным и не натравит на меня Бэтмена», — Перси пожал плечами. Ухмылка Джейсона стала кривоватой. «Боишься Бэтмена? Что, собираешься взорвать ещё одно культовое здание? Я голосую за здание Лекса Лютора, не думаю, что Бэтмен будет против». «Джейсон, он же Бэтмен », — подчеркнул Перси. «Неважно, насколько здание Лютора — достойная цель для моего гипотетического теракта, я не хочу, чтобы Тёмный рыцарь стучался в мою дверь. Или, возможно, в окно». «А как насчёт кого-то из других мстителей?» — спросил Джейсон с любопытством в глазах. «Думаю, Красный Колпак скорее поможет тебе, чем остановит». «Знаешь, ты, пожалуй, прав, — согласился Перси, — и если бы это был серьёзный разговор, я бы с радостью принял его помощь. Но, думаю, если бы официант услышал, как мы об этом говорим, он бы не понял, что всё это чушь. Думаю, одного обвинения в терроризме хватит на всю жизнь». Чудо, что никто не умудрился свалить на него и взрыв на горе Сент-Хеленс, это было бы уже слишком. В основном потому, что это была его вина. Он на мгновение задумался, не делал ли Джейсон – его Джейсон, а не тот, что напротив – что-то подобное по неосторожности. Он уже знал, что Нико иногда может быть чертовски страшным, если захочет, но никогда не слышал историй о том, чтобы силы Джейсона выходили из-под контроля, как в случае с вулканом. Может, это просто особенность Перси, ему просто повезло. «А если серьёзно, — сказал Джейсон, склонив голову набок, — мне всегда интересно, что думают о мстителях те, кто не из Готэма. А какое у тебя впечатление?» А, ну, я пытаюсь сделать так, чтобы они не знали о моем существовании, потому что я планирую техническое преступление. Пока что все идет ужасно, и я предвижу, что мне придется сразиться с ними в течение следующих нескольких недель/надеюсь, не месяцев . Так что, в общем и целом, я их очень уважаю и уверен, что они меня возненавидят . Да, Перси подумал, что это будет здорово. Он задался вопросом, что подумает Джейсон, если сам Бэтмен попытается его арестовать. Вероятно, он больше не захочет разговаривать с Перси. Но Джейсон не спрашивал ни о чем из этого, и ему не нужно было этого знать. Перси вспомнил лекции Аннабет о мстителях и вспомнил, как слышал, как несколько молодых туристов, которые слонялись поблизости, высказывали свое собственное мнение. Он лукаво усмехнулся. Он мог бы немного развлечься.