Глава 6. Главный вопрос
27 февраля 2026 г., 18:00
После обеда мы решили пройтись вдоль набережной Страндвеген. Вода успокаивающе мерцала, лодки плавно скользили по голубой глади. В маленьком киоске мы купили по мороженому и медленно побрели дальше, в сторону музея Васа. Я читал о нём — корабль XVII века, поднятый со дна спустя три столетия…
Когда мы вошли в полутёмный зал, я на секунду замер. Огромный деревянный корпус возвышался над нами — тёмный, массивный, с резными фигурами на бортах. В нём было что-то одновременно величественное и трагичное. Корабль, затонувший почти сразу после выхода в море.
— Красиво, — тихо сказал Алекс.
— Грустно, — не согласился я.
— Одно другому не мешает, — пожал плечами мужчина.
— Мешает. Я не люблю грустную красоту, — недовольно поморщился я.
— Буду иметь в виду, — улыбнулся блондин. — Больше никаких мелодрам с трагичным концом.
— Будто мы такие когда-нибудь смотрели, — весело фыркнул я.
— Значит, никогда и не будем… — наклонил голову Александр и окинул меня внимательным взглядом.
Я посмотрел на него и мимолётно подумал, что он в данный момент, скорее всего, имеет в виду что-то своё, но уточнять не решился. Корабли, фильмы — на этом и остановимся.
Мы бродили по музею долго, читали таблички, рассматривали детали. Алекс всегда в таких общеобразовательных местах становится особенно внимательным — его интересовало всё: как были устроены каюты, сколько весили пушки, почему корабль накренился. Я слушал его риторические вопросы, на которые некому было ответить, и улыбался. Мне нравилось наблюдать, как он рассуждает, как сам же отметает свои доводы и предлагает новую версию. Я любил его слушать. Я любил его.
После музея мы вышли к воде и сели прямо на деревянный настил. Солнце уже клонилось к горизонту, но свет оставался мягким, тёплым, ласкающим. Я положил голову на крепкое плечо и переплёл наши пальцы.
— Знаешь, — тихо сказал я, — я всё думаю, что мог бы тогда прилететь сюда один, в растрёпанных чувствах, чтобы убежать от тебя, от себя… Но теперь мы тут вместе, и я так счастлив, что мне не нужно тебя ни с кем делить. Никаких жён, детей… У тебя же нет детей?
Я прищурился, внимательно вглядываясь в любимые голубые глаза. Я действительно хотел его только для себя. Без других людей. Без тех, кто может разрушить нашу спокойную гавань.
— Нет, — хмыкнул Алекс. — По крайней мере, насколько я знаю.
— И желание жениться тоже кануло в небытие? — всё так же подозрительно уточнил я.
Алекс странно взглянул на меня и решительно покачал головой.
— Никаких жён, Егор. Определённо никаких жён, — твёрдо ответил он.
Я ещё сильнее прижался к нему, чувствуя, как между нами крепнет что-то живое. То, что давало мне силы. Что окрашивало мою жизнь в яркие краски. Я всё равно не понимал, как Алекс умудрился тогда так быстро всё про нас понять. Ему понадобился лишь один взгляд, тогда как я должен был пройти через уйму ошибок, стадию отрицания, принятия и чёрт знает чего ещё! Всё-таки мой любимый был уникальным. Ни отнять ни прибавить!
Мы сидели так долго. Город вокруг жил своей размеренной жизнью, но внутри меня что-то неуклонно менялось. Темнело. Огни отражались в воде, мосты соединяли берега, а мы так и не расплели пальцев, наслаждаясь теплом друг друга.
— Возвращаемся? — мягко спросил Алекс, глядя куда-то вдаль.
— Да, — согласился я. Как бы мне ни было хорошо, понемногу давала о себе знать усталость.
В гостиницу мы вернулись в полной темноте. Небо было усыпано мириадами звёзд, и людей на улицах, казалось, только прибавилось. Мы неторопливо поднялись в номер, включили приглушённый свет, и я направился в ванную комнату. В голове была приятная пустота, а тело… тело казалось тяжёлым. Мне понравился сегодняшний день. Определённо очень понравился.
Я встал под тёплые струи воды и обессиленно откинулся на стену. Капли стекали вниз, смывая с меня не только впечатления сегодняшнего дня, но и тревоги, понемногу подтачивающие мой разум. Надо научиться полностью отрешаться от рутины. Работа работой, но реальная жизнь — она тут. Рядом с ним.
— Пустишь? — послышался тихий голос.
Я невольно вздрогнул: не слышал, как Александр вошёл.
— Конечно, — улыбнулся я. С каких это пор он спрашивает разрешения, чтобы присоединиться ко мне в душе?
Мощная фигура скользнула в кабинку, и в ней в тот же миг стало тесно. Но я был не в претензии — близость Алекса меня только радовала. Крепкие руки обвили талию, а мощная грудь прижалась к моей. Горячие губы накрыли мой рот, и на несколько минут весь мир прекратил своё существование: для меня остались реальными лишь страстный танец наших языков и жар любимого тела.
— Хочу тебя, — прошептал мужчина, спускаясь губами по моей шее к ключицам.
— Ничего не имею против, — просипел я в ответ.
Несмотря на узость душевой кабины, меня ловко развернули, и я почувствовал твёрдые пальцы у себя на ягодицах. Алекс любил меня растягивать сам, а я всегда был только за. Много времени моя подготовка не заняла — вчерашний секс давал о себе знать: анус был податливым и легко впустил Сашу в себя. Мужчина ворвался в меня так, будто нахрапом брал высоту, которая уже долгое время ему не давалась. Он рычал, до боли стискивал мои бока и двигался с таким усердием, что я стал переживать за целостность гостиничного добра. Кончил он в меня буквально через минуту и, застонав, выскользнул из тела, обмякнув и уткнувшись лбом в мою лопатку.
— Это было прекрасно, — прохрипел он.
И опять развернул меня, чтобы своими ненасытными губами помочь мне достичь того же самого. Он стоял передо мной на коленях, а я с нежностью разглядывал его светловолосую макушку, всю в тугих спиральках. Я погрузил пальцы в его густую шевелюру и с упоением впитывал близость самого дорогого мне человека. Выплеснулся я быстро и, ополоснувшись, вышел из душа.
— Ты иди, я сейчас, — бросил Алекс, и я, кивнув, направился в спальню.
День был длинный, богатый на впечатления, а секс разморил меня окончательно. Я лёг в кровать, намереваясь дождаться Александра, но заснул в тот же миг, как моя голова коснулась подушки. И я не почувствовал, как распаренный блондин спустя несколько минут тихо лёг рядом и еле слышно прошептал:
— Я люблю тебя, Егор. Я так сильно тебя люблю…
Проснулся я, когда в комнате было ещё темно. Мне было немного зябко: я сбил одеяло ногами вниз, а тёплого тела Алекса рядом не оказалось. Я растерянно осмотрелся, но любимого не увидел. Хотя нет. Присмотревшись, я заметил замершую фигуру в кресле, стоящем в дальнем углу. Голова мужчины была повёрнута к окну.
— Алекс? — хриплым ото сна голосом позвал его я.
— Прости, детка, я тебя разбудил? — тихо спросил он.
— Вовсе нет, но почему ты не спишь? Ты хорошо себя чувствуешь? — забеспокоился я.
Сел на кровати, тщетно пытаясь понять, что происходит. Я чувствовал, что что-то не в порядке, но спросонья никак не мог разобраться в ситуации.
— Да, со мной всё нормально, — отмахнулся Александр.
— Тогда почему ты там сидишь? — недоумённо поинтересовался я.
— Да так… Слишком много мыслей… не могу уснуть, — немного грустно выдохнул блондин.
— Что тебя тревожит? — терпеливо спросил я.
Любимый обычно не любил распространяться о своих проблемах или волнениях, и частенько мне приходилось прикладывать усилия, чтобы его разговорить.
— Не переживай, Егор. Всё в порядке. Ложись, ещё слишком рано, — мягко попросил меня мужчина.
— Без тебя и не подумаю. Тебе тоже надо отдохнуть. Пойдём в постель, — доброжелательно улыбнулся я.
Алекс промолчал. И это было странно. Он никогда меня не игнорировал. Я продолжал сидеть на кровати, раздумывая, подойти к нему или снова позвать.
— На завтра у нас заказана регистрация брака, — безэмоционально заявил Саша, а я остался сидеть с открытым ртом.
— Что? — выдавил из себя я. Мне показалось, что я ослышался.
— Я подал наше заявление пару месяцев назад и всё тянул с разговором. Мне пришлось основательно постараться, чтобы собрать все необходимые документы без твоего участия. Нас долго проверяли, но недавно пришло подтверждение… — хриплым голосом выдал очередную порцию информации Алекс и снова умолк.
— И-и-и?.. — вопросительно протянул я. Это казалось то ли шуткой, то ли сказкой, но тон Саши явно не располагал к забавам.
— И я снова не смог набраться смелости с тобой поговорить, — пожал плечами мужчина. — А потом купил билеты сюда. Я дал себе обещание, что сделаю тебе предложение ещё до вылета, но… так и не собрался с духом… А сегодня я целый день ни о чём больше не мог думать. Но опять дал слабину…
Алекс замолчал, а моё сердце, казалось, разбежалось до сверхзвуковой скорости. Пульс бил в висках, а в горле пересохло.
— Так, может, спросишь сейчас? — еле слышно прокаркал я. Во рту будто прошлись наждачкой.
— Думаешь, стоит? — грустно поинтересовался мужчина, однако не сдвинулся ни на миллиметр. А чего я ожидал? Его, стоящего на одном колене с красной бархатной коробочкой в руках?
— По крайней мере, тебе не придётся и дальше сидеть в темноте посреди ночи, — резонно заметил я.
— И то правда… — пробормотал Алекс и всё же встал, покидая своё сомнительное убежище.
Тёмная фигура, двигаясь рывками, будто шла на эшафот, приблизилась к шкафу, открыла скрипучую створку, порылась внутри и замерла. Я услышал глубокий вздох, невнятное бормотание, и Александр наконец опустился на кровать рядом со мной. Лица я его не видел: было темно хоть глаз выколи.
— Егор, ты выйдешь за меня замуж? — проскрежетал мой любимый и куда быстрее протараторил: — Ради всего святого, не томи. У меня сейчас сердце остановится.
— Неужели ты действительно думал, что я могу тебе отказать? — недоверчиво поинтересовался я.
— Но все сказали, что это несусветная чушь, что я идиот и ты никогда не согласишься! — возмущённо воскликнул мой растерянный любимый.
— И кто эти эксперты в семейных делах? — сухо спросил я.
— Твои, мои — да все родственники! — огорошил меня мужчина.
— То есть о нашей свадьбе знают все, кроме, собственно, меня? Я правильно понимаю? — тихо уточнил я.
— Да, но мне надо было посоветоваться! Я так переживал… а ты такой непредсказуемый… я боялся всё испортить… — зачастил Александр.
— Ты зря трепал себе нервы, любимый. Я завтра сам потащу тебя под венец. И только попробуй передумать! — широко улыбнулся я.
— Ты уверен? — тихо спросил меня Алекс, переплетая наши пальцы.
— Абсолютно уверен, можешь быть спокоен, — ухмыльнулся я.
Золотое кольцо всё-таки украсило мою кисть. Но не драгоценность сделала меня по-настоящему счастливым, а желание Александра назвать меня своим мужем вопреки законам нашей страны, общественному мнению и любым другим выдуманным людьми препятствиям. Его всё это время, по сути, волновало лишь одно: моё согласие. Которое он, несомненно, получил. И именно с этим человеком я хотел прожить остаток своей жизни.
