Книга Ангела №23

— Это я, Сороковой. Узнал у Второй, что ты на больничном, вот, решил проведать! — Донеслось из-за двери, и я её приоткрыл. Передо мной и вправду стоял юноша со столовой, в его руках виднелась сетчатая сумка с апельсинами: — «Я не понял, с чего вдруг все решили, что я люблю апельсины?! Я вообще не вижу смысла есть.» — Ох, спасибо большое — Открывая дверь до конца, я позволил гостю войти. Тот зашагал по моей комнате, пялясь на вещи как на экспонаты музея. — Я зашёл за вами на ужин, идёте? — Да, но я жду… Вторую. — Она не придёт. Вторая попросила вам передать, что её сегодня не будет. Она пропустит ужин. — Сороковой провел пальцем по пыльной тумбе, поднес ближе ко рту и сдул остатки с руки. Он обернулся, глядя на меня снизу вверх и продолжил свою речь, потирая руку о штанину. — Номер Два вся в работе, у неё завал. Она просит не беспокоить её некоторое время. — Хорошо. Тогда я на ужин не пойду, извините. Белокурый парень уставился на меня, как будто ему только что отказали в любовном призвании. Сороковой быстро смахнул с себя эмоции тревоги и подошёл чуть ближе ко мне. Он игриво выхватил вязаную сумку с апельсинами из моих рук и сделал жалобный вид: — Но как же? Вы же больной, а одними апельсинами не наешься! — Сороковой подошел к столу и увидел похожий набор гостинцев от Второй. — Я положу? — Он осторожно опустил авоську, и подхватив меня под руку поволок в кафетерий. Ничего не успев сделать, мне пришлось подстроиться под его быстрый шаг. Спустя некоторое время мы снова сидели в душном помещении и ели безвкусную пищу. Гул голосов и лязга посуды невыносимо давил на уши, а вдобавок рядом сидела не Вторая, а новый знакомый, что без умолку затрагивал все темы на свете. Моя голова стала тяжелее в тысячу раз и ее покорила мигрень. Я же в свою очередь доел ужин в компании Сорокового, честно отсидев с ним часть вечера, отправился сдавать поднос. Тот пошёл вместе со мной и начал опять о чем-то говорить. Я посматривал на него и время от времени кивал, дожидаясь очереди к окошку в кухню. Но все его благородные речи я пропускал мимо ушей. Ангел-чистоты, что собирал подносы, никуда не торопился. Он вальяжно собирал посуду и мусор с подносов, не освобождая место для новых. Мне ничего не осталось делать, как по настоящему вслушаться, я опустил свой взгляд на звонкий голос паренька, но тут же поймал диссонанс. Его лицо не отражало никаких эмоций. На секунду мне показалось, что говорит кто-то другой, но рот открывался синхронно со словами – как у марионетки. Сороковой поймал мой взгляд, а потом посмотрел точно сквозь меня, с застывшей улыбкой. По мне побежали мурашки, и, кажется, я не чувствовал ног. — Следующий! — Меня вытянул из раздумий освободившийся стол для подносов. Расправившись с делом, мы направились на выход. Светлый парень, который был впереди меня на несколько шагов, цитировал какую-то книгу. Дойдя до конца коридора на выходе из кафетерия, Сороковой быстро что-то промямлил и убежал. Я успел разобрать только одну его мысль: — И помни, праведные ангелы так не поступают. Во мне что-то щелкнуло, назойливое чувство опасности кольнуло в груди. Я посмотрел в сторону удаляющейся фигуры, а затем сам быстрым шагом направился к себе домой. Вернувшись в комнату, я хлопнул дверью и прижался к ней, затем закрыл её на железную защелку, но мне показалось этого мало. Я побегал глазами по мебели и уже через пару секунд дверь намертво прижимал стул. — «А мы не встречались с ним раньше?» — Лицо довольно знакомое, но не могу вспомнить, где точно я его видел. — Кто же ты такой… А если он знает, что это я был тогда в библиотеке? Спонтанно пройдя к такому умозаключению, я схватился от беспомощности за голову. Сердце колотилось бешено, все эти странности скопились в одну кучу и обрушились на меня. Душа требовала отвлечься. Апельсины? Я достал одну штуку из подарка Второй, который лежал на столе у окна. На улице тишина, но не смотря на лето, темнело быстро. И никого, ни омнибусов с пассажирами, ни людей в отстроенном парке. Беспокойна пустота захватила Междумир. Я приоткрыл окно, и вдохнув свежего воздуха, принялся очищать цитрус. Пальцы впивались в корку, но она была слишком твердой, и не поддавалась мне. Нужно было что-то острое, и я сразу же вспомнил про заколку, которая как раз покоилась в ящичке стола. Краешком спицы я наконец поддел и очистил апельсин. Немного помявшись напротив мрачной улицы, я снова подумал: — «И все же, где я его видел?» — затем положил одну дольку в рот. Неудивительно, но она имела вкус серой неизведанной массы, которуя я так отважно ем почти каждый день. Не сумев доесть и половины, я оставил апельсин на столе и остальную часть вечера пролежал в кровати за книгой. Но чтение шло ужасно долго, слог не давался мне, я постоянно перечитывал одни и те же строчки, пропуская смысл прочитанного. Не осилив и десяти страниц, в дверь назойливо постучались. Я нехотя поднялся с мягкой кровати и не нашел ничего поувесистее книги, подошел к двери и протянул: — Кто там? — Это проверка. — Я вспыхнул, как можно забыть о проверяющих? Я быстро отодвинул стул и открыл дверь. Работники просунули мне газетку, они были те же, что и в прошлый раз. Ангелы ради приличия поинтересовались моим здоровьем. Но решили надолго не задерживаться и закрывая дверь, поспешно ушли дальше. — «Странно, а почему так быстро? Обычно они хоть немного, но торчат в дверях.» Смирившись со всеми несостыковками этого дня, я принялся изучать новости. И теперь в моих руках вертелась ещё и газета с привлекательным заголовком: « Бдительнее к Жизни!» и целой статьей об ограбленной библиотеке. Я подпер стул обратно, проверил замок и зашагал по направлению к кровати, но зачитался. «На днях в мире Между, а именно района прикрепленного к Англии произошло покушение на кражу библиотеки. По известной информации, допрошенной у местного очевидца Бухгалтера, вором оказался один из пришедших людей. Мы настоятельно просим провожать клиентов до омнибуса, и не переносить оставшихся на следующий рабочий день. При вопросах обращайтесь к руководству свыше». Крупным планом красовалось на газете разбитое окно с помятой черепицей и надпись маленьким шрифтом снизу: « Люди не дают нам покоя, даже после смерти.» — « Как же удобно все скидывать на людей, ведь, на ангела никто даже не подумает. Хотя, ангелы так и не поступают.» — « Ой. » — что-то явно ускользало из головы, словно вода вытекала из рук. И тут мозг вспомнил недавние фразу, что всплыла на фоне всего этого: «… праведные ангелы так не поступают». — Я что, не ангел? — прошептал я в пол голоса. — «Нет, определенно, нет. Я не могу быть человеком, я же не на Земле. Я же уже столько прожил!» — ворох разных мыслей ударил в голову и я стоял посередине комнаты, пялясь сквозь в газетку. Но как бы долго я не хотел стоять на одном месте, пришлось умываться. Ледяная вода обжигала лицо, я набирал её, кажется, шесть, а то и десять раз в руки и подносил к лицу, выдыхая в неё воздух носом. Я вышел из ванны наполовину мокрый, наполовину вернувшийся в сознание. За мной маленьким шлейфом на полу оставались мокрые вкрапления. Легкий ветерок открытого окна дунул мне в лицо, и я в предвкушении сна плюхнулся на кровать. Но не долго длилось моё счастье, я подскочил, вспомнив про окно, и побрёл обратно к столу. Комната не успела проветриться, но я все же закрыл окно и лишил себя свежего воздуха. Голова опустилась, я увидел книгу, тысяча страниц, достаточно тяжелая, в переплете. И ведь все же закрыто, кого ею бить? Никого. Но помявшись с момент, я все таки спрятал её под подушку. Устроившись поудобнее и отодвинув одеяло подальше от себя, я принялся засыпать. Но провалиться в сон никак не выходило. Я ворочался в состоянии между дрёмой и бодрствованием, каждые десять минут мои глаза то и дело открывались. Я очень устал, но моё тело на вспышке адреналина и нескончаемых чувств и мыслей, было готово пробежать марафон пару раз. Я дал глазам привыкнуть к темноте и взглянул на часы. Два ночи. Я уставился в потолок. Через некоторое время, в попытке перевернуться на другой бок я заметил коробочку со снотворным на тумбе. Кажется, это было не самое лучшее решение, но я хотел спать. Я вытряхнул на ладонь странную таблетку и проглотил её без воды. Горьковатый вкус обволакивал мое горло, но уже спустя несколько минут я почувствовал нужный эффект. Голова пустела, мысли исчезали одна за другой, только один вопрос достойно держался до конца: — « Не ангел?» … — но ответа не находилось.

***

Глаза медленно закрывались и в последний момент, перед тем как заснуть, я заметил темную фигуру в окне. Хотелось кричать, но тело уже не слушалось. Темнота.