Ты мой Бог 4

Глава 14 Ноя проснулась от мягкого знакомого гудения вентиляции, успокаивающего, как дыхание спящего гиганта. Голова была тяжёлой, но уже не раскалывалась, тело ныло в тех местах, где вчера всё было слишком тесно, слишком глубоко, слишком много. Она лежала на чём-то твёрдом и тёплом, на его нагрудной броне. Огромная ладонь Оптимуса прижимала её к себе так бережно, словно она была сделана из стекла. Она была голая. Полностью. Платье так и осталось где-то в коридоре, смятое и забытое. Ноя пошевелилась, пытаясь сесть, и тут же почувствовала, как его вторая ладонь инстинктивно скользнула ниже, обхватив её бёдра, не давая упасть. Оптимус не спал. Он смотрел на неё сверху вниз так, будто видел впервые и в то же время, в тысячный раз. – Доброе утро, Всеискра, – сказал он тихо. Голос был низким, ровным, но в нём больше не было той официальной дистанции. Не было «вы». Не было осторожности. Только тепло. Ноя замерла. Сердце пропустило удар. – Ты... – она сглотнула, – вспомнил? Оптимус медленно кивнул. Его ладонь на её спине сдвинулась выше, пальцы прошлись по позвоночнику, оставляя след мурашек. – Всё, – ответил он. – Каждый момент. И я наконец почувствовал, что искра снова целая. Ноя закрыла глаза. Он приподнялся на локте, осторожно перевернул её так, чтобы она осталась прижатой к его груди. – Я помню, – сказал он. – Каждое слово, которое ты мне говорила. Каждое прикосновение, которое ты мне дарила. Каждую ночь, когда ты спала на мне. И каждую секунду, когда я боялся, что ты уйдёшь навсегда. Ноя вздохнула. Потом подняла лицо и прижалась губами к его лицевой пластине. – И что теперь? – спросила она тихо. Оптимус помолчал. Его оптика медленно моргнула. – Теперь я не отпущу тебя, – ответил он. – Никогда. Ни на шаг. Ни на миг. Ты моя conjux endura. И я больше не позволю тебе страдать. Он наклонил голову, прижимаясь шлемом к её лбу. Металл был тёплым от его собственной энергии, от её тела, от того, что они делали ночью. – Мы построим дом, – сказал он. – Вместе. И если Сэт придёт, я буду стоять между ним и тобой. Ноя улыбнулась, а он сжал её сильнее до ощущения полной безопасности. Она уткнулась носом в щель между пластиной и наплечником, вдыхая запах металла, и озона. – Я люблю тебя, – сказал он тихо, и впервые за всё время так прямо. Они лежали долго, она на его груди, он обнимающий её всем корпусом, пока за стеной отсека не начали просыпаться остальные. Где-то вдалеке уже слышались голоса, смех, гудение репликатора и чей-то похмельный стон. ----- Рене сидела в гараже на старой покрышке и медленно цедила уже остывший кофе. В голове без остановки проигрывался один и тот же момент. – Вечер. Терраса кофейни “У Бобби” Тишина. Пустые столики. Она смотрела на океан, облокотившись на перила. Ао Си подошёл сзади и молча обнял её за плечи. Рене вздрогнула от неожиданности. Только что они ели круассаны, пили кофе, вспоминали студенчество. Точнее вспоминала она. Он внимательно слушал. Потом, он отошёл для расчёта. У парня на счету не оказалось РМЭ, зато имелась наличка. А Рене решила просто посмотреть на океан. И вот.. Он обнимает её сзади, а она замерла, как кролик перед удавом, не зная, как реагировать. Металлический звон и тихая кибертронская ругань выдернули её из воспоминаний. Родсидер оккупировал верстак, и ковырялся в только одном ему известном приборе, роняя на пол детали и инструменты. Рене нехотя встала, разминая затекшие ноги, и подошла посмотреть. – Ты долго копаешься. Неужели это нужно делать именно сейчас? – недовольно спросила она. Паула ждёт отчёт, а я даже не начинала. – Нужно было работать а не обниматься с красавчиками в ресторанах. Рене подавилась кофе. – Знаешь что, завёл бы подружку, чем следить за чужой личной жизнью! – Я не следил. Мимо проезжал. По работе. И вообще, много ты видела кибертронок в Содружестве? Рене пожала плечами. В это время в гараж въехал Кэйдж. Новый лак и полировка сияли так, словно чёрный внедорожник только что сошёл с конвейера. Родсидер присвистнул, – Ты где навёл такой марафет? – У Нокаута, – ответил Кэйдж, трансформируясь. Его броня блестела, как обсидиан под солнцем. – Кстати, – заметила Рене, – ваш десептиконский док встречается с вполне человеческой девушкой. Этой… – Шарлотта Бриз, – подсказал Кэйдж. – Точно. – Согласилась Рене, – Блогерша. Что тебе мешает найти подружку… – Органику? – воскликнул Родсидер так, словно Рене предложила ему встречаться со скраблетом! – Нет, спасибо. – Это расизм! Родсидер сложил инструменты, чувствуя, что разговор явно свернул не в то русло. – Ты вроде торопишься, – буркнул он, трансформируясь в патрульный спидбайк. Рене смяла стакан, и забралась на сиденье. – Газу! Родсидер! Байк взревел и поднявшись на заднее колесо, словно ураган вылетел из гаража. Кэйдж проводил их взглядом, и решил заняться самым лучшим делом во вселенной, по его мнению. Сном. —- Венера проснулась от звука собственного стона, тихого, жалобного и крайне недостойного богини. Голова гудела, так словно кто-то вместо мозга засунул туда раскалённый реактор. Розовые глаза открылись с трудом. В экзо-зрении вспыхнула иконка сообщения. “Предлагаю через час встретиться в кафе рядом с Деловым Центром. Лейтенант Рене Кампаса” Венера застонала громче. «Через час? Да я сейчас даже гравитацию не чувствую, какая, к чёрту, Кампаса…» Она попыталась сесть. Мир качнулся. Тело отозвалось протестующим нытьём в каждой мышце, вчерашний энергон с розовым сделали своё дело. Венера посмотрела вниз и убедилась,что одежда отсутствует полностью. Она сползла с койки, кутаясь в плед, который волочился по полу, как королевская мантия, дошла до зеркальной панели и включила мягкий свет. Отражение выглядело… эпично плохо. На голове белоснежный хаос, под глазами тени цвета вчерашнего вина, а на шее крошечный синяк в форме клыка. Венера наклонила голову, разглядывая метку. – Ну хоть сувенир остался, – пробормотала она и коснулась пальцами. Сначала в душ. Горячая вода хлынула, смывая запах вчерашнего алкоголя, пота, и металла Мегатрона. Венера стояла под струями, запрокинув голову, и позволяла воде стекать по телу, как будто смывала не только грязь, но и вчерашний хаос. Похмелье медленно отступало, регенерация бионоников, имплантировнных в Содружестве всё-таки работала, хоть и с опозданием. Она открыла стеновую панель и уставилась на ряды платьев, комбинезонов, и плащей. Выбрала микроскопическое чёрное платье с глубоким вырезом на спине. Наряд сидел как вторая кожа, ткань переливалась, как жидкий металл, подчёркивая каждый изгиб и открывая длинные идеальные ноги. Чёрные туфли на высоком каблуке с тонкими ремешками и распущенные белоснежные волосы ниспадающие на плечи тяжёлыми волнами завершили образ. Она посмотрела на себя в зеркало. Уже лучше. Уже не похоже на жертву вчерашней пьянки. Юз-дубль вывел напоминание: 45 минут до встречи. Венера вздохнула, взяла маленькую, черную сумочку, и направилась к выходу. ----- Рене выбрала столик, и заказала минеральную воду, от бесконечного кофе началась изжога. Оглянувшись, она заметила, как Родсидер в бот-форме, на противоположной стороне улицы, усердно изображал грозного полицейского. Его оптика, больше похожая на узкий визор сканировала проходящих мимо людей. – Лейтенант Кампаса? – услышала она мелодичный женский голос. Рене повернулась. Напротив стояла девушка неземной красоты. В коротком чёрном облегающем платье, огромных тёмных очках, и с микроскопической сумочкой. – Просто Рене. – Хорошо, – Венера кивнула, поправила белоснежные волосы, и села напротив. – Вы хотели меня видеть, хотя я не понимаю, почему нельзя было связаться через юз-дубль и всё обсудить. – Понимаете, …Венера. Я веду неофициальное расследование, по поручению Паулы Мио. А разговоры через унисферу могут быть перехвачены. – Смахивает на паранойю. Ну хорошо. Давайте поговорим. Рене кивнула. Подъехал обслуживающий терминал, и Венера заказала шоколадный мусс со взбитыми сливками и вишнёвым сиропом. – Что вы хотели узнать, лейтенант? , то есть Рене. – Ваше сражение с Сэтом на Вердиане-3 Венера вздрогнула. Только что эта полицейская окунула её с головой в тот самый океан боли, из которого она с таким трудом выползала всё последнее время. – Что именно вас интересует, – медленно спросила Венера. – Вы сражались… – Рене подбирала слова, – но.. – Проиграли. – закончила за неё Венера жестоко. – Я не это имела ввиду. Я хотела узнать, возможно вы нанесли ей какие-то раны? Что-то, что поможет идентифицировать… Если она обратиться в клинику. Венера положила на стол руки. – Кому “ей”?, Кто “ она”? Рене включила файловый накопитель, и прибор на её запястье, похожий на браслет высветил небольшую голограмму, изображающую молодую, очень худую женщину, с черно-синими волосами, бледной кожей и острыми, подростковыми чертами лица. – Катарина Вальдес, или Кэтрин Стюарт, или просто Кэт. Серийный маньяк-убийца, бывшая командир спецназа, осужденна за множественные убийства с особой жестокостью, в последствии амнистирована… – Это всё очень занимательно, – Перебила её Венера, – А причём здесь сражение на Вердиане? Рене растерялась. – По моим данным… Кэт, это воплощение Сэта. Венера подперла подбородок рукой, и наконец сняла очки. На Рене сверкнули чистые как рубины глаза. – Ваши данные устарели. – сказала Венера. – Сейчас он использует другую оболочку. И да. Я его ранила. В правую руку. Рене поставила стакан с минералкой и уставилась на Венеру. – Мне нужна внешность! – – она старалась говорить спокойно, но голос дрогнул от волнения. Венера сидела с каменным лицом. – Высокий. Блондин. Голубые глаза. – Вы понимаете, что этого недостаточно? Мы можем прибегнуть к процедуре чтения памяти. – Не можете. Я знаю законы. Для этой процедуры нужно соответствующее постановление. А вы ведёте расследование дела, которое официально не существует. С этими словами Венера поднялась, надела очки и холодно кивнув ушла, оставив Рене в полной растерянности. Нетронутый шоколадный мусс медленно плавился под яркими солнечными лучами. – Поехали, Родсидер, – Кисло сказала она в юз-дубль. Через десять минут они уже были в гараже, Родсидер нашёл банку с энергоном, и оперевшись на верстак, следил, как лейтенант изготавливает очередной стаканчик с кофе. – Я так понимаю, что разговор не удался? – Понимаешь правильно, – угрюмо ответила Рене, – Я всё время копала не туда. Мы искали сумасшедшую убийцу Кэт, а наш враг теперь ходит в образе высокого голубоглазого блондина. И ещё эта Венера… Такая заносчивая. Родсидер весь превратился в слух. – Что за блондин? – Не знаю, она просто ушла, когда я начала её расспрашивать о сражении на Вердиане. Сказала только, что ранила Сэта в правую руку. Родсидер смял уже пустую банку и зашвырнул её в угол. – А знаешь, Кампаса, твой новый дружок тоже высокий блондин с голубыми глазами. И я заметил, что у него как раз была перевязана правая рука. – Ты несёшь бред. – Отчего же? Сначала ты находишь его волос на месте аномального возгорания, потом он тебя приглашает на свидание, потом выясняется.. – Хватит! Это смахивает на паранойю! Под это описание подходит 80% парней всего Содружества! Сначала эта высокомерная Венера, теперь ты! – Полегче с Венерой, – Из-за брезентовой перегородки потягиваясь вышел Кэйдж. – На Вердиане Сэт воткнул ей в живот кусок брони, она чуть не умерла и потеряла ребёнка… Только это секрет. Никто не знает. Мне Нокаут сказал. Он удалял у неё какие-то имплантаты, поэтому в курсе. Рене села на привычную покрышку, полностью ошарашеная. Вся эта информация и раздражающие подозрения Родсидера выбили почву из-под её ног. —- Венера ворвалась в свой отсек как разъярённая фурия. Приняла истинную форму и со всей силы шарахнула по створкам шлюза, так, что они заскрипели. Мегатрон стоявший у стены, молча сложил на груди манипуляторы. – Это Кампаса!!! – она силовой волной отшвырнула ажурный туалетный столик. Баночки с кремами и склянки с духами со звоном посыпались на пол. – Как она смеет!!! – ещё силовой удар, и красный бахатный пуф, размером с малолитражку полетел через всю комнату и мягко отскочил от стены. – Чтение памяти!!! Кому? МНЕ?!!! Мегатрон молча поймал клешней летящую мимо тумбочку и уселся на неё. – Что она хочет от твоей памяти? Венера остановилась посреди разгромленной спальни и вся поникла. Шесть метров величия словно сжались от тяжести навалившихся воспоминаний. – Она хочет… тот день. На Вердиане. – тихо и сдавленно ответила она. Мегатрон молча встал и подошёл к ней вплотную. Его огромная десятиметровая фигура возвышалась над ней как скала. Даже в истинной форме, Венера выглядела рядом с ним хрупкой и миниатюрной. Она посмотрела на него снизу вверх, и в её рубиновых глазах блеснули слезы. Он молча взял её за плечи и подняв, как пушинку усадил на кровать. Он видел её боль, он сам прошёл через неё, но не знал,что ответить. не умел. Просто опустился рядом, перебирая когтями шёлковые волосы. Венера раскинула руки, прижалась к его броне и замерла. – Я сделаю так, что эта полицейская исчезнет навсегда. – тихо прорычал он, – И никто никогда не найдёт даже косточки от лейтенанта Рене Кампасы. Венера всхлипнула. – Мой герой… Она не знает… Не нужно… Мегатрон промолчал, но прижал её к себе так сильно, что выдавил почти весь воздух из её лёгких. Он не мог убрать боль. Не мог вернуть ребёнка. Не мог стереть воспоминания. Но он мог держать. Так сильно, что она чувствовала: она не одна. Никогда не одна.