Ты мой Бог 4

Глава 20 Портальная вспышка погасла, когда Паула Мио ступила на асфальт парковки клиники «Медикус-Централис». Вдох – выдох. Она заставила своё лицо принять обычное непроницаемое выражение, но внутри всё клокотало. Родсидер был на посту. Он стоял под окнами второго этажа, и даже не обернулся на вспышку портала, его оптика была прикована к стеклу. Только когда Паула подошла вплотную, он медленно опустил взгляд. – Агент Мио, – голос звучал глухо, устало. – Вы вовремя. – Докладывай, – приказала Паула, игнорируя формальности. – Как она? Родсидер переступил с ноги на ногу, и асфальт под ним жалобно хрустнул. – Стабильна. Имплантация бионоников прошла успешно. Врачи говорят, теперь её тело восстанавливается само. Быстрее, чем обычными методами. – Он помолчал. – Но она ещё не приходила в сознание. Спит. Паула кивнула, переваривая информацию. Хорошо. Жива. Будет жить. Но этого мало. – Покажи мне его, – сказала она. – Того парня. Ао Си. Родсидер – медленно, с явным облегчением моргнул. Его оптика на миг потускнела, а затем между ними вспыхнула небольшая голограмма. Высокий. Светлые, почти белые волосы до плеч. Голубые глаза. Тонкие черты лица. Лёгкая, располагающая улыбка. Паула смотрела на изображение, и внутри неё всё похолодело. – Это он? – переспросила она, хотя ответ уже знала. – Да, – подтвердил Родсидер. – Ао Си. Тот самый. Красивый, сволочь. Паула перевела дыхание. В голове щёлкнуло, складывая последние кусочки пазла. Описание Венеры. Перевязанная рука. Кома. Всё вело к нему. – Агент Мио? – Родсидер склонил голову, пытаясь заглянуть ей в лицо. – Что-то не так? Паула подняла на него взгляд. В нём не было страха. Только холодная, смертельная решимость. – Спасибо, Родсидер. Продолжай охранять. Я к ней. Она развернулась и решительно направилась ко входу в клинику. --- Коридоры клиники встретили Паулу стерильной тишиной и запахом дезинфекции. Её каблуки цокали по плитке, отмеряя шаги до палаты номер 214. Она не бежала, но каждый шаг был быстрее предыдущего. У двери она остановилась. Вдохнула. Выдохнула. Открыла. Рене лежала на кровати, укрытая тонкой белой простыней. Лицо осунувшееся, но уже не серое, биононики делали своё дело. На щеках появился слабый румянец. Дыхание было ровным, глубоким. Она спала. Паула подошла ближе и опустилась на стул рядом с кроватью.Она смотрела на свою лучшую оперативницу, на ту, что взрывала города и не боялась смерти и видела только уставшую, беззащитную девушку. – Рене, – прошептала она. – Прости меня. Я не уберегла тебя. Она протянула руку и осторожно коснулась её ладони. Тёплая. Живая. И в этот момент пальцы Рене дрогнули. Паула замерла. Веки Рене затрепетали, она пыталась открыть глаза. Медленно, с трудом, словно продираясь сквозь толщу воды, она выныривала из темноты. – Я здесь, – Паула сжала её руку. – Я здесь, Рене. Ты в безопасности. Рене смотрела на неё мутным, не до конца проснувшимся взглядом. Её губы шевельнулись, пытаясь сформулировать мысль. – Агент Мио... – прошептала она. – Осколки... Где осколки? Мы должны защитить их. Паула замерла. Вопрос был правильным. Логичным. Профессиональным. Именно это должна спросить Рене Кампаса, оперативник Совбеза, приходя в себя после комы. Но что-то не давало ей покая. Паула смотрела на неё, и впервые за долгое время не знала, что ответить. Паула выдохнула. – Рене. Тебе нужен отдых. Это расследование вымотало тебя. Рене хотела что-то ответить, но Паула продолжала. – Осколки хранятся в штабе разведки флота. На минус восьмом уровне. Поверь, более надёжной охраны в Содружестве не существует. А сейчас отдыхай и набирайся сил. Рене слабо кивнула. – Кстати, твой новый бойфренд.. Он не хочет навестить тебя? – как бы невзначай спросила агент Мио. Рене слегка задумалась. – Наверное, он не знает. Я напишу ему. – Вот и славненько, – Паула похлопала её по руке и поднялась – Когда выйдешь из больницы, я лично приведу тебя к осколкам. Покажу всё. Паула кивнула и вышла из палаты. –-- Агент Мио вошла в рубку «Маккартана» без стука, без предупреждения, с той же ледяной решимостью, с какой час назад вышла из палаты Рене. Мегатрон стоял у главной консоли, погружённый в настройки. Его когти летали над голографическими панелями, но при звуке шагов он замер, не оборачиваясь. – Агент Мио, – пророкотал он, даже не взглянув на неё. – Вы стали частым гостем на моём корабле. – Это ненадолго, – отрезала Паула, останавливаясь в центре рубки. – Если повезёт, после сегодняшнего разговора я больше никогда не появлюсь на «Маккартане». А если не повезёт – мы все трупы. Мегатрон медленно повернулся. Его красная оптика сузилась, сканируя её лицо. – Интригующее начало. Продолжайте. Венера, до этого парившая в своём прозрачном кресле-яйце, плавно опустилась на пол и подошла ближе. Её розовые глаза смотрели на Паулу с напряжённым вниманием. – Я была у Рене, – начала Паула. – Она очнулась. – Это хорошая новость, – заметила Венера. – Не совсем. Первое, что она спросила, очнувшись “где находятся осколки”. В рубке повисла тишина. Мегатрон и Венера переглянулись. – Она коп, – медленно проговорил Мегатрон. – Её работа – задавать такие вопросы. – Её работа - задавать вопросы, когда она в сознании и при исполнении, – парировала Паула. – А не когда она едва продрала глаза после комы, в которой оказалась после встречи с парнем, чьё описание совпадает с обликом Сэта. Венера побледнела. – Ты хочешь сказать... – Я хочу сказать, что Сэт использует её, и учитывая то, что я знаю о его способностях, возможно, он как-то влияет на её разум.– жёстко перебила Паула. – И думает, что я ничего не знаю. Мегатрон подался вперёд, и его массивная фигура нависла над Паулой, как скала. – Ты в этом уверена? – На сто процентов. Поэтому я скормила ей ложную информацию. Сказала, что осколки хранятся в штабе разведфлота на минус восьмом уровне. Венера моргнула. – Но они там не хранятся. – Именно, – Паула позволила себе тонкую, холодную улыбку. – Они хранятся совсем в другом месте. А Сэт будет думать, что знает, где их искать. И он придёт. Возможно, приведёт Рене, используя её как марионетку, как глаза и уши. Но он не знает, что марионетка может быть с двумя хозяевами. Мегатрон молчал несколько долгих секунд. Потом его лицевая пластина тронулась в усмешке, той самой, от которой у врагов подкашивались колени. – Ты хочешь устроить засаду. – Я хочу устроить бойню, – поправила Паула, глядя ему прямо в оптику. – Он придёт за осколками. Мы встретим его там, где он этого не ждёт. Венера сделала шаг вперёд. В её глазах загорелся тот самый огонь, который Паула видела только у тех, кому терять уже нечего. – Ты обещала нам месть, – тихо сказала она. – Ты обещала, что мы будем первыми. – И я сдержу обещание, – кивнула Паула. – Как только он попадётся в ловушку, он ваш. Делайте с ним что хотите. Медленно. Больно. Так, как он заслуживает. Мои люди только проследят, чтобы никто не вмешался. Мегатрон перевёл взгляд на Венеру. Та чуть заметно кивнула. – Каков план? – спросил он, поворачиваясь к Пауле. – Простой. Рене выпишут через пару дней. Я пообещала, что лично приведу её к осколкам. Она передаст это Сэту. Он явится. Либо сам, либо поведёт её как куклу. Мы будем ждать. – Где? – В старом ангаре на орбитальной станции «Клевер». Там минус восьмой уровень есть только в документах. В реальности, это пустой отсек, идеальный для засады. Мегатрон хмыкнул. – Ты всё продумала. – Я всегда всё продумываю, – отрезала Паула. – Вопрос в том, готовы ли вы? Венера подошла к Мегатрону и положила ладонь на его бронированное предплечье. – Мы готовы, – сказала она тихо, но твёрдо. – Я ждала этого момента слишком долго. Мегатрон накрыл её руку своей огромной клешней. Паула кивнула и развернулась к выходу. У двери она остановилась и обернулась. – Мегатрон. Венера. Если мы сделаем это правильно, Сэт перестанет существовать. Если ошибёмся – он получит осколки и уничтожит всё. Так что... не подведите. – Не подведём, – ответил Мегатрон. Венера нахмурилась, словно её мучало что-то ещё. – Постойте, получается, Рене не знает… – Нет. – отрезала Паула. – Это жестоко. Паула молча вышла, а в рубке повисла тишина. Венера прижалась лбом к броне Мегатрона. – Мы сделаем это, – прошептала она. – Ради нас. Ради всех. Мегатрон молча обнял её, глядя в иллюминатор на холодные звёзды. –----- Рене несколько раз перчитала сообщение. Самое обычное, ничего такого. “Милая Рене, я уехал на Гарлмонд, родители срочно вызвали. Говорят какие-то проблемы с университетом. Целую. Твой Ао.” Она не могла понять, отчего её сердце сейчас сжимается в холодный комок, почему так пусто на душе. Он уехал домой. Скоро приедет. Она не стала говорить, о больнице, всё равно он не сможет ничего сделать, только расстроится. “Приезжай скорее”– отправила она ответ и отключила юз-дубль. В палату вошёл доктор. – Лейтенант восточного отделения города Дрим-Сити, Рене Кампаса. – обратился он. Рене села на кровати. – Да. Какие-то проблемы? – Бирнононики прекрасно прижились и функционируют. С учётом этого, ваш нейроинтерфейс сейчас потребляет на 16% больше энергии. Рекомендуется более насыщенный рацион. Ваш юз-дубль скорректирует программу здоровья. – Доктор прокашлялся, – также, создана резервная копия вашего мемо-кристалла, рекомендуется незамедлительная загрузка памяти. Рене поморщилась. – У меня уже есть одна резервная.. – Распоряжение сверху, – доктор указал пальцем на потолок. – Хорошо. Если это всё, тогда я через час приду на чтение памяти. Врач сухо кивнул и покинул палату. “Рекомендуется пополнить каллории” – вспыхнула зелёная иконка в углу экзо-зрения. Рене выбралась из кровати и подошла к встренному в стене репликатору. Картошка-фри, огромный стакан кофе и две жареные до коричневой корки сосиски. Не самый полезный перекус, но очень хотелось съесть что-то вкусное и вредное. Она оглядела себя и недовольно поморщилась. Белая больничная одежда была велика, и болталась на ней, делая её и похожей на приведение. Она скинула рубашку, потянулась, и тут её взгляд упал на окно, где голубой светящийся визор внимательно наблюдал за всеми её действиями. От неожиданности Рене вскрикнула, но годы тренировок и службы в полиции сделали своё дело, рука рефлекторно схватила с прикроватной тумбочки тяжёлый металлический кувшин с питьевой водой и зашвырнула прямо в цель. Раздался звонок разбиваемрго стекла, тяжёлые шаги и мат на кибертронском. – Во имя Праймуса! Кампаса! – орал Родсидер, – Ты едва не разбила мне оптику! – Оптику?! Иди сюда, извращенец! Я её выковыривать буду! Родсидер встал сбоку от окна, ожидая очредного снаряда. – Я не извращенец! – он слегка заглянул в палату и тут-же получил стакан в подбородок – Ты подглядываешь в окна, пока я переодеваюсь! – Это было случайно! Я беспокоился! Рене прямо в лифчике подошла к окну и с силой опустила жалюзи. “Что он себе позволяет?” – думала она надевая костюм. Ещё раз взглянув на маячившую тень за матовыми окнами, она направилась на одну из самых неприятных процедур. Чтение памяти. Его проводили либо преступникам, для поиска улик, либо госслужащим и силовикам, так как у последних имелась опасность полной утраты тела, а копия мемо-кристалла и образец ДНК, были гарантией оживления. В случае чего, её клонируют, память пересадят. Снова. Рене содрогнулась. “Снова…” Рене шла по коридору клиники, и каждый шаг отдавался глухим стуком в висках. Белые стены, стерильный свет, запах дезинфекции, всё это давило, смешиваясь с тем липким страхом, который проснулся в ней три дня назад, когда она впервые за долгое время увидела сон. Не сон даже. Воспоминание. Иллюминат, война. Отель “Алмада” Взрыв,сравнявший с землёй пару районов. Темнота. А потом, белая капсула, и тело, которое дышит, потому что запрограммировано дышать. Она тогда очнулась и долго смотрела на свои руки, пытаясь понять те ли это руки? Ей сказали: «Ты та же, Рене. Копия памяти – это ты». Но внутри что-то скреблось: а если нет? Она рассказала об этом Ао Си на первом свидании. Сидели в какой-то маленькой кофейне, он смотрел на неё своими невероятно голубыми глазами, и она вдруг выпалила то, о чём молчала даже у психологов Совбеза. – Я иногда просыпаюсь и думаю: а вдруг та Рене, которая погибла при взрыве, это была настоящая я? А эта... просто очень качественная копия? Которая помнит, что любит картошку-фри и боится высоты, но на самом деле всё это, чужие файлы? Ао Си тогда взял её за руку и сказал: «Ты – это ты. Я чувствую. И точка». Она ему поверила. Потому что очень хотела поверить. --- Сейчас она подошла к двери кабинета нейросканирования и остановилась. Табличка горела зелёным: «Доступ открыт». Три минуты до того, как сканер пройдётся по каждому её воспоминанию, по каждому страху, по каждой секунде. До того, как чужой врач увидит обнажённой её Душу. Где-то далеко, на законсервированном транспортном узле Гарлмонда, в холодном ангаре, Сэт открыл глаза. Он не спал. Он никогда не спал по-настоящему. Но сейчас он был там, с ней. Тонкой нитью, вплетённой в её сознание, слушал её мысли, чувствовал её страх, видел эту дверь с зелёной табличкой. “Нет.” Мысль пришла тихая, но твёрдая. Он не мог позволить сканеру залезть к ней в голову. Не сейчас, когда он только-только встроился так глубоко, что она перестала замечать его присутствие. Если аппаратура Совбеза зафиксирует чужеродный сигнал, постороннюю активность в коре, всё рухнет. Его вытащат наружу, как занозу. Или того хуже, заблокируют, сотрут, оставят слепым и глухим в тот самый момент, когда осколки так близко. Она не должна войти туда. Рене замерла перед дверью. Рука, уже протянутая к панели открытия, повисла в воздухе. “А вдруг они увидят что-то, чего я сама не знаю?” – Мысль пришла внезапно, холодной иглой под рёбра. Это была не она. Это был он. Он осторожно, едва касаясь, подтолкнул её страх, придал ему форму, сделал громче. “Правильно. Бойся. Бойся того, что они увидят.” – Глупая мысль, – прошептала Рене одними губами. – Нет там ничего, чего я не знаю. Я чиста. Я оперативник Совбеза. Я... “А вдруг сканер покажет, что ты – копия?” Сэт надавил сильнее. Он не создавал этот страх из пустоты, он уже был там, спал глубоко внутри неё, спрятанный за слоями вытесненных воспоминаний. Ему оставалось только разбудить его. “Что, если настоящая Рене правда умерла, а ты просто набор файлов, которые кто-то загрузил в клон? Что, если всё, что ты помнишь – чужие воспоминания? Что, если ты никто?” Рене замерла. Дышать стало тяжело. Коридор сузился до тоннеля. Где-то в груди разрастался холодный ком, тот самый, с которым она просыпалась каждое утро после окончания войны. Который, как она думала, уже рассосался. Который Ао Си обещал растопить одним своим взглядом. “Ао Си”, – подумала она. – “Он бы сказал, что я – это я”. “Он не рядом”, – шепнул голос внутри. – “А ты одна. И если они скажут тебе правду, ты не выдержишь”. “Я не хочу знать!” Мысль была громкой, отчётливой, почти физической. Сэт отпрянул, давая ей пространство, позволяя поверить, что это решение её собственное. “Не хочу знать, копия я или нет”. Она развернулась. – Лейтенант Кампаса? – из кабинета высунулся медтехник, молодой парень с планшетом. – Вы зайдёте? Мы готовы. – Нет, – голос прозвучал ровно, почти спокойно. – Не сегодня. Отмена. – Но процедура обязательна для... – Я сказала – отмена. Рене пошла обратно по коридору. Шаг был твёрдым, спина прямой. Только внутри всё дрожало, как натянутая струна. “Правильно. Я не готова. Может, потом. Когда он вернётся. Когда Ао будет рядом. Тогда и решу.” --- На Гарлмонде, в холодном ангаре, Сэт позволил себе нечто похожее на выдох. Он не чувствовал облегчения, только холодную, расчётливую удовлетворённость. Она отступила. Она послушалась. Она даже не поняла, что её повели. “Хорошая девочка”, – подумал он без тепла. – “Пока что ты мне нужна именно такой – слепой, глухой и верящей, что все твои мысли твои”. Он закрыл глаза, возвращаясь в темноту, и нить, связывающая его с Рене, снова до едва заметного шепота. --- Медтехник проводил взглядом Рене, подождал, пока она скроется за поворотом, и активировал юз-дубль. – Агент Мио? Докладываю: объект отказался от процедуры. В последнюю минуту. Ссылалась на самочувствие, но по маркерам, это эмоциональный срыв. Страх перед сканированием. Всё, как вы предполагали. На том конце провода повисла пауза. Потом короткое: – Принято. Продолжайте наблюдение. Связь прервалась. --- Паула Мио отключила юз-дубль и медленно откинулась в кресле. В кабинете было темно, только голографические экраны мерцали вдоль стен, выводя сводки, протоколы, схемы. Она отказалась. Паула закрыла глаза. С одной стороны – хорошо. Значит, её теория подтверждается. Сэт внутри и ведёт Рене, даже не касаясь её. Он испугался, что сканер покажет правду, и заставил её отступить. С другой стороны... Она ведь правда боится. Боится, что она ненастоящая. А он просто использует этот страх, как отмычку. – Прости, Рене, – прошептала Паула в темноту. – Когда всё кончится, можешь ненавидеть меня сколько влезет. Но сначала я прибью эту мразь, которая лезет тебе в голову. Она открыла глаза и снова уставилась в экраны. План работал. Приманка была на месте. Охотники в засаде. Оставалось ждать.