Слепота - это ещё не конец

      Компания слизеринцев направлялась к лестнице, ведущей в Большой зал. К ним то и дело присоединялись другие слизеринцы, образуя естественный поток. Гарри шёл рядом с Драко, краем глаза отмечая, как на них смотрят — с любопытством, с опаской, с уважением. Пока срабатывал эффект новизны. — Слушай, Поттер, — Забини поравнялся с ним с другой стороны, — ты вообще представляешь, что тебя ждёт на Истории магии? — Понятия не имею, — честно ответил Гарри. — Расскажешь? — Биннс, — многозначительно произнёс Драко. — Призрак. Старый, скучный, монотонный. Усыпит за пять минут, если не будешь щипать себя под партой. — Но списать у него легко, — добавил Забини. — Он всё равно не видит, кто пишет, а кто спит с открытыми глазами. Главное — не храпеть.       Гарри мысленно отметил: ещё один предмет, который можно будет использовать для собственных размышлений. Лекции Биннса, если верить слухам, были настолько унылы, что никто не обращал внимания на остальных. Идеальное место, чтобы обдумать прошедший день и построить планы. — Кстати о планах, — Драко словно прочитал его мысли. — После истории двинем в библиотеку? Мне нужно взять кое-что по зельям, да и вообще… — он покосился на Гарри, — ты, кажется, не против книг. — Не против, — согласился Гарри. — Тем более расписание на завтра посмотреть. Я так понял, у нас ещё Защита и Травология? — Ага, — кивнул Забини. — С новым учителем. Дамблдор, говорят, так и не нашёл никого на это место, вот Министерство и прислало своего — отставного аврора. Никто пока не знает, что за птица. Может, нормальный попадётся, а может… — А может, очередной цирк, — закончил за него Драко. — У нас тут традиция: каждый год новый учитель Защиты. На первом курсе был Квиррелл — тот ещё тип, вечно заикался и тюрбан носил. Потом Локхарт — этот вообще учебники своими портретами иллюстрировал и думал, что мы в детском саду. — На третьем Люпин пришёл, — добавил Забини. — Вот он действительно дело знал. Интересно вел, даже патронуса показывал. Но к концу года поползли слухи, он сам ушёл. А в прошлом году… — он запнулся. — Грюм, — коротко сказал Драко, и в его голосе мелькнуло что-то странное — смесь уважения и опаски. — Точнее, не настоящий Грюм. Но это долгая история. Короче, Поттер, готовься к сюрпризам. Защита у нас — предмет непредсказуемый.       Гарри слушал и запоминал. Квиррелл, Локхарт, Люпин, Грюм — и теперь отставной аврор от Министерства. Чехарда какая-то. Но в этом был и свой плюс: никто не знал, чего ждать, а значит, и он будет на равных с остальными.       Разговор перетёк в обсуждение учителей, домашних заданий и прочей школьной рутины. Гарри слушал вполуха, впитывая информацию, но не вступая в перепалки. Слизеринцы быстро поняли, что он не лезет в чужие разговоры без нужды, и постепенно перестали обращать на него особое внимание — ровно до тех пор, пока не возникала необходимость.       Они вошли в Большой зал, когда тот уже наполнился гулом голосов и звоном посуды. Четыре длинных стола ломились от тарелок, мисок и блюд. Пахло так, что даже Гарри, привыкший к изысканной кухне Певерелл-Кастла, отметил аппетитные нотки.       Драко уверенно направился к слизеринскому столу, сел на своё обычное место и жестом указал Гарри рядом. Забини устроился напротив, остальные рассеялись по скамьям. Еда на столе была именно такой, какой и следовало ожидать в шотландской школе магии: сытной, плотной, без изысков, но оттого особенно уютной. Глубокие миски с густым супом из баранины и ячменя — шотландский каллен скинк, как определил Гарри по запаху. Рядом дымились тарелки с мясным пирогом под хрустящей корочкой, нарезанный толстыми ломтями хлеб с хрустящей коркой, масло, сыр, варёный картофель с зеленью. На другом конце стола стояли блюда с жареным мясом, тушёными овощами и йоркширским пудингом — дань английской традиции.       Гарри наложил себе супа и пирога. Рядом Драко, не тратя времени на раздумья, взял сразу и то, и другое, добавив солидный кусок хлеба с маслом. — Наедайся, — посоветовал он, заметив взгляд Гарри. — После Истории сил ни на что не останется. Биннс высасывает их даже через сон.       Забини хмыкнул, жуя мясо. — Главное — не усни с открытыми глазами. А то Флитвик как-то зашёл, увидел наш класс и решил, что мы все дружно померли на лекции. — И? — поинтересовался Гарри, отправив в рот ложку супа. — Ничего, — пожал плечами Забини. — Биннс даже не заметил. Продолжал вещать про восстание гоблинов. Пришлось Макгонагалл объяснять, почему полкурса в лазарете с диагностикой летаргии.       Драко фыркнул в тарелку. — Весёлое было утро.       Гарри слушал эти разговоры и в который раз отмечал, как сильно отличается жизнь в Хогвартсе от его четырёхлетнего затворничества. Там, в замке предков, всё было подчинено дисциплине, ритуалам, строгому расписанию. Здесь же царил тот особый хаос, который почему-то не разрушал, а наоборот — создавал ощущение живого, дышащего организма. — О чём задумался? — вывел его из размышлений голос Драко. — О том, что школа — странное место, — честно ответил Гарри. — Привыкнешь, — отрезал Малфой. — Через неделю будешь таким же, как мы. Жаловаться на Биннса и мечтать о каникулах. — Вряд ли, — спокойно возразил Гарри. — Я слишком долго мечтал сюда попасть, чтобы теперь жаловаться.       Забини посмотрел на него с новым интересом. — А ведь правда. Ты же, получается, первый день в школе вообще? В смысле, в магической школе? — Первый, — подтвердил Гарри.       На несколько секунд за столом воцарилась тишина. Шестикурсники переглянулись. Драко отложил вилку. — И как ощущения? — спросил он без обычной иронии.       Гарри задумался, подбирая слова. — Как будто… вернулся домой. Хотя никогда здесь не был. — Звучит как бред, но я понимаю, — неожиданно поддержал Забини. — У меня так же было, когда я впервые сюда попал. Только я с первого курса, так что быстро привык.       Драко кивнул, возвращаясь к еде. — Ладно, философы, доедайте. А то Биннс не ждёт.       Они закончили обед в относительной тишине, изредка перебрасываясь короткими фразами. Гарри успел попробовать и мясной пирог, и картофель, и даже кусочек йоркширского пудинга — всё было простым, но удивительно сытным.       Когда колокол возвестил о конце обеда, слизеринцы поднялись из-за стола и потянулись к выходу. Впереди их ждал последний урок этого длинного дня — История магии с профессором Биннсом. И библиотека после него.       

***

             Класс истории магии находился на втором этаже, в конце длинного коридора, увешанного портретами древних волшебников, которые при появлении учеников наперебой принимались давать непрошеные советы. Гарри, Драко и Забини подошли к дверям за пару минут до звонка — и сразу поняли, что этот урок будет особенным хотя бы потому, что здесь собираются все пятикурсники сразу.       Само помещение было огромным — настоящий амфитеатр с рядами, поднимающимися вверх, чтобы каждый ученик мог видеть профессорскую кафедру внизу. И сейчас эти ряды постепенно заполнялись народом.       Гриффиндорцы ввалились шумной толпой, как обычно — громко переговариваясь, смеясь, кто-то даже умудрился споткнуться на ровном месте. Дисциплина у них хромала всегда, и первый учебный день не стал исключением. Пятикурсники рассредоточились кто куда: большинство устремилось на самые дальние ряды — подальше от профессорской кафедры, поближе к своим разговорам. Рыжих макушек среди них почти не наблюдалось — старшие Уизли, близнецы, учились на седьмом курсе, а их сестра и вовсе на четвёртом. Так что на пятом курсе из этого семейства был только один — тот самый долговязый парень, что утром пролил сок за завтраком. Сейчас он сидел где-то в центре, рядом с приятелем, и вид имел такой, будто уже жалел, что вообще пришёл.       Но была и исключения. Девушка с густой каштановой шевелюрой — Грейнджер, кажется — выбрала место едва ли не в первом ряду, разложила пергаменты, наточила перья и явно готовилась конспектировать каждое слово. Видимо, даже Биннс не мог убить её тягу к знаниям. Или она просто ещё не осознала масштабов грядущей скуки.       Когтевранцы заходили тише, но с чувством собственного достоинства. Умники, которые сами себе на уме — они предпочитали места поближе к кафедре, чтобы лучше слышать. В теории. На практике же, зная, что их ждёт лекция Биннса, многие из них уже сейчас доставали книги, явно не имеющие отношения к истории магии — кто-то листал нумерологию, кто-то углубился в древние руны. Если уж слушать монотонное бормотание, так хоть с пользой для других предметов.       Пуффендуйцы, как всегда, держались кучно. Трудяги по натуре, они рассаживались компактными группами в центральной части амфитеатра, раскладывали пергаменты, точили перья — готовились работать. Но даже по их лицам было видно: перспектива двух часов истории магии не вызывала энтузиазма. Просто они будут терпеть и стараться, потому что так надо.       Слизеринцы вошли последними — уверенно, без суеты, с чувством собственного достоинства. Аристократы, выходцы из древних родов, они привыкли держаться с достоинством при любых обстоятельствах. Их места традиционно находились на задних рядах — стратегическое преимущество: видно всех, видно всё, а при желании можно и вздремнуть, оставшись незамеченным. Дисциплина у них была в крови, но это не мешало им оставаться подростками — кто-то уже сейчас откровенно позёвывал, кто-то достал пергамент для рисования, а кто-то, как Забини, просто приготовился философствовать. — Классика, — прокомментировал Забини, когда они поднимались по ступеням. — Гриффиндорцы галдят на галёрке, пуффендуйцы в центре делают вид, что им интересно, когтевранцы читают свои книжки под партой, а мы делаем вид, что нам всё равно, но на самом деле следим за всеми. — Ты сегодня в ударе, — хмыкнул Драко, выбирая место в третьем ряду от верха. — Садись, Поттер. Отсюда хороший обзор.       Гарри опустился на скамью, положил сумку рядом и огляделся. Действительно, место было отличное: весь класс как на ладони, профессорскую кафедру видно отлично, а если захочется отдохнуть от лекции — можно смотреть в окно, выходящее на озеро. Ровно в 14:30 в классе материализовался призрак. Профессор Биннс был именно таким, каким его описывали: полупрозрачный, седой, с выражением лица, будто он только что увидел самую скучную вещь в своей бесконечной жизни и смирился с этим навечно. Он проплыл к кафедре, даже не взглянув на учеников, раскрыл пыльный фолиант и начал: — На прошлом занятии мы остановились на Международном статуте о секретности 1692 года. Сегодня мы поговорим о его последствиях для магического сообщества Британии…       Голос Биннса был ровным, монотонным, лишённым каких-либо интонаций. Он звучал как гудение старого вентилятора — усыпляюще, неотвратимо, безнадёжно.       Гарри окинул взглядом аудиторию. Эффект был потрясающим. Уже через пять минут гриффиндорцы на галёрке перестали перешёптываться — не потому, что стали внимательнее, а потому что начали клевать носами. Грейнджер, впрочем, строчила как заведённая — видимо, единственная на весь факультет, кто действительно пыталась слушать. Когтевранцы, сидевшие впереди, дружно уткнулись в свои посторонние книги — даже они не выдерживали. Пуффендуйцы держались дольше всех, но постепенно и их взгляды стекленели, перья замирали над пергаментом.       Слизеринцы на задних рядах и вовсе не скрывали своего состояния. Двое откровенно спали, положив головы на парты. Кто-то рисовал на полях. Забини, например, уже минут десять вырисовывал замысловатые узоры, даже не делая вид, что слушает. Драко сидел с абсолютно прямой спиной, глядя прямо перед собой, но взгляд его был стеклянным — классический транс "я здесь, но меня нет".       Гарри слушал первые минут пять, пытаясь уловить хоть какую-то логику в повествовании. Но Биннс просто пересказывал учебник, слово в слово, без единой попытки сделать материал интересным. Даже факты, которые могли бы быть захватывающими — тайные собрания, побеги, преследования, — в его изложении превращались в пыльный перечень дат и имён.       "И это — история магии, — подумал Гарри. — Предмет, который должен быть самым захватывающим. Ведь это история нас самих. А вместо этого…"       Он вспомнил долгие вечера в Певерелл-Кастле, когда портреты предков рассказывали ему о тех же событиях — но как рассказывали! С эмоциями, с деталями, с запахом тех лет.       Антиох мог часами говорить о создании Даров, Кадмус — о первых ритуалах, Игнотус — о том, как смерть приходила к великим магам. Даже Салазар, хоть и ворчал, но всегда добавлял что-то такое, от чего история оживала.       А здесь… здесь история умирала.       Гарри вздохнул и достал пергамент. Если уж сидеть на этом уроке, то с пользой. Он начал конспектировать, но не так, как диктовал Биннс, а по-своему: выделяя ключевые события, связывая их в логические цепочки, добавляя на полях короткие заметки — "проверить у портретов", "спросить у Смерти", "в хранилищах есть документы?".       Через полчаса Драко скосил глаза на его пергамент и чуть приподнял бровь. Гарри молча подвинул лист так, чтобы тот мог видеть. Малфой пробежал взглядом по аккуратным записям, задержался на пометках и едва заметно кивнул — уважительно. Забини, заметив их немой диалог, тихо фыркнул и прошептал: — Вы что, правда слушаете этот морок? — Записываю, — так же тихо ответил Гарри. — Потом разберусь. — Ну-ну, — хмыкнул Забини и вернулся к своим закорючкам.       Когда до конца урока оставалось минут двадцать, Драко вдруг дёрнулся и резко выпрямился. Гарри заметил, что тот начал засыпать и, видимо, поймал себя на грани. Малфой потряс головой, потер глаза и покосился на Гарри с лёгким смущением. — Долго ещё? — одними губами спросил он.       Гарри взглянул на наколдованные часы над дверью. — Минут пятнадцать.       Драко обречённо вздохнул и уставился в стену. Наконец, когда Биннс произнёс сакраментальное "на сегодня всё", класс ожил с поразительной скоростью. Пергаменты захлопнулись, сумки застегнулись, и ученики едва ли не бегом рванули к выходу. Призрак даже не поднял головы — продолжал бубнить что-то себе под нос, перелистывая страницы.       В коридоре Забини потянулся, хрустнув позвоночником, и выдал: — Знаете, если меня когда-нибудь спросят, от чего я чуть не умер в школе, я скажу: от скуки на истории магии. Биннс — идеальное оружие пыток. Жаль, что Министерство это ещё не запатентовало. — Представляешь допрос? — подхватил Драко, встряхиваясь после часового оцепенения. — "Признавайся, где спрятал артефакт!" — "Ни за что!" — "Тогда час лекции Биннса о налогах двенадцатого века!" — "Я всё расскажу, только остановите этот кошмар!"       Гарри невольно усмехнулся. Шутка была в точку. — А если серьёзно, — продолжил Забини, когда они спускались по лестнице к выходу, — ты как, Поттер, выжил? А то смотрю, даже записывал что-то. Неужели интересно? — Интересно, — спокойно ответил Гарри. — Просто Биннс делает всё, чтобы этот интерес убить. Но если отделить факты от его подачи, там есть над чем подумать.       Драко покосился на него с любопытством. — И о чём же, например? — О том же Статуте секретности, — Гарри пожал плечами. — Почему его приняли именно тогда? Что случилось такого, что маги решили спрятаться? И кто был против? Ведь наверняка были и те, кто считал, что прятаться — значит проиграть.       Забини присвистнул. — А ты философ, Поттер. Я об этом как-то не задумывался. Для меня история — просто список дат к экзамену. — Потому что Биннс не заставляет задумываться, — резонно заметил Гарри.       Они вышли в главный холл, где было уже заметно тише — большинство учеников разошлись по гостиным или отправились гулять на территорию. Солнце клонилось к закату, заливая каменные плиты тёплым золотом. — Ладно, философские беседы отложим, — объявил Забини, потирая руки. — Вы как насчёт библиотеки? Я серьёзно, мне нужно по зельям кое-что посмотреть, а то Снейп на следующей неделе спросит — и мало не покажется. — Идём, — кивнул Драко. — Поттер, ты с нами? — Конечно. Мне расписание уточнить и пару книг прихватить.       Библиотека находилась на первом этаже, в конце длинного коридора, мимо которого они уже проходили утром. Сейчас здесь было тихо и пустынно — лишь несколько старшекурсников сидели за дальними столами, склонившись над фолиантами, да мадам Пинс, похожая на крупную недовольную птицу, наблюдала за порядком из-за своей кафедры.       Драко уверенно прошёл внутрь, кивнул в сторону свободных столиков у окна: — Туда. Место хорошее — и светло, и от входа достаточно далеко.       Они выбрали стол у самого окна, откуда открывался вид на озеро. Забини плюхнулся на стул, вытянул ноги и довольно выдохнул: — Красота. Никто не дёргает, делать ничего не хочется, но надо. Кошмар. — Ты будешь шутить или за книгами идти? — поинтересовался Драко, усаживаясь напротив. — И то, и другое, — Забини поднялся с драматичным вздохом. — Ладно, пойду искать, что там Снейп рекомендовал. А вы пока место караульте.       Он ушёл в сторону стеллажей, напевая что-то себе под нос. Драко проводил его взглядом и покачал головой: — Неисправим. Но умный, хоть и придуривается. — Это заметно, — согласился Гарри. — Он быстрее всех схватывает, да? — Ага. Просто ленивый до ужаса. Если бы Забини хоть немного старался, был бы лучшим на курсе. Но он предпочитает делать ровно столько, сколько нужно, чтобы не вылететь и не опозориться.       Гарри кивнул, запоминая. Такие люди могут быть полезны — если знаешь, как их мотивировать. — Я тоже пойду, поищу кое-что, — сказал он, поднимаясь. — Ты пока займи стол. — Без проблем. Если что — я тут.       Гарри направился вглубь библиотеки. Он уже примерно представлял, где что находится — схема замка, которую он изучил ещё в Певерелл-Кастле, включала и карту библиотеки.       Но одно дело знать, другое — ориентироваться на местности. Он прошёл мимо стеллажей с нумерологией, свернул в проход с древними рунами, потом — в секцию трансфигурации.       Нужные книги он нашёл быстро: несколько томов по истории магии, написанные не Биннсом, а другими авторами, и пару сборников по теории заклинаний — на всякий случай. Прихватил ещё справочник по ядовитым растениям — для зелий могло пригодиться.       Когда он вернулся к столу, Забини уже сидел на месте, разложив перед собой три книги и пергамент. — О, Поттер с добычей, — прокомментировал он. — Давай, показывай, что взял. Люблю чужие книжные вкусы обсуждать.       Гарри молча выложил стопку на стол. Забини пробежал взглядом по корешкам и присвистнул: — "Тайная история магической Британии", "Ритуалы и их истоки", "Яды и противоядия: эволюция"... Ты серьёзно собрался это читать? Просто так? — А почему нет? — Гарри сел на своё место. — Да потому что это не учебники! Это же... ну, для удовольствия, что ли. Обычно такое либо профессора читают, либо те, кто совсем ку-ку. — Значит, я являюсь ку-ку, — спокойно ответил Гарри, открывая верхнюю книгу.       Забини хмыкнул, но спорить не стал. Драко, вернувшийся с двумя тонкими томами по зельеварению, только покачал головой: — Оставь его, Блейз. Поттер вообще странный. Ты разве не заметил? — Заметил, — ухмыльнулся Забини. — Потому и интересно.       Они замолчали, каждый погрузившись в своё. Гарри листал "Тайную историю магической Британии", отмечая про себя, какие факты совпадают с рассказами портретов, а какие поданы иначе. Кое-где он даже делал пометки — для будущих разговоров с предками.       Драко корпел над зельями, иногда хмурясь и перечитывая абзацы по несколько раз. Забини же, судя по всему, просто просматривал книги по диагонали, изредка что-то записывая — и каждый раз с таким видом, будто делал одолжение вселенной.       Через час Гарри оторвался от чтения и огляделся. В библиотеке стало ещё тише — мадам Пинс дремала за кафедрой, уронив голову на грудь. Несколько учеников за дальними столами тоже клевали носом. — На сегодня хватит, — тихо сказал он. — Завтра новый день.       Драко поднял голову, посмотрел на часы и удивлённо моргнул: — Ого. А мы тут почти два часа просидели. Быстро время летит, когда... — Когда не на истории магии? — подсказал Забини, потягиваясь. — Именно.       Они собрали книги — свои Гарри решил оставить, взяв с собой, остальные вернули на стеллажи. Выходили из библиотеки тихо, стараясь не разбудить мадам Пинс.       В коридоре было пусто и прохладно. Гарри глубоко вдохнул, чувствуя, как усталость после долгого дня наконец даёт о себе знать. Но это была приятная усталость — та, что приходит после дела. — Завтра на Защиту вместе пойдём? — спросил Драко, когда они спускались к подземельям. — Давай, — согласился Гарри. — Посмотрим на этого аврора. — Узнаем, что за фрукт, — кивнул Забини. — Если что — прикроем.       Гарри чуть улыбнулся уголком губ. — Спасибо. Но, думаю, справлюсь.       За разговорами дойдя до гостиной они разошлись по спальням. Гарри зашёл в свою комнату, где Ария уже сидел за столом, читая что-то на французском. При виде соседа он поднял голову, коротко кивнул и вернулся к книге.       Гарри опустился на кровать, положил рядом стопку книг и закрыл глаза. День выдался длинным. Но хорошим.