Цирк скверных душ

Нил проснулся на следующий день в своей комнате. Своей ли? Не странно ли считать это пространство, принадлежащее Натаниэлю Веснински, «своим»? Люди вокруг слишком уверенно твердят о том, что Нил и есть полноправный десятый участник цирка, так что теперь парень время от времени не может отделаться от навязчивых мыслей, что это правда, и от глупого желания верить в их слова. Он сел на кровати и позволил памяти вернуться. Последние дни были длинными, но благодаря своей насыщенности прошли слишком молниеносно и не оставили возможности поразмыслить, прежде чем получить все больше и больше бурь новой информации. Он встретил женщину с теплыми руками и внимательным взглядом. Эбби Уинфилд, жена Ваймака. Эта леди отвечала за безопасность в цирке. Кажется, была одним большим, пусть и не бросающимся в глаза, но слишком важным стержнем этой безумной компании. Вчера за обедом, а после и ужином она вела себя слишком искренне доброжелательно, а абсолютно каждый не стеснялся обратиться к ней за советом. Та еда, что вчера стояла на столе, приготовленная непосредственно ее руками, ощущалась такой, до странного родной. Нил не мог вспомнить последний раз, проведенный в подобной суете за обеденным столом, но и не мог солгать самому себе, что ему это доставило нечто похожее на удовольствие. Эбби и Ваймак сообщили, что не имеют малейшего понятия, как вернуть Нила в Пальметто. Не то чтобы парень стремился вернуться к обычной скучной и надоедливой жизни студента, но и сомневался в желании и возможности оставаться здесь. Странностей в цирке было больше, чем ответов: огонь, который не обжигал, коридоры, меняющие длину, и люди, что болтали о магии так же буднично, как о погоде. Это завораживало, но разве хоть чем-то в своей отчаянной и простой жизни он заслужил находиться здесь, называть людей, которых он не помнит, пусть они и считают, что знают его, своими друзьями? В любом случае пока что у него не остается выбора, кроме как плыть по течению этой безумной реки. Остается только одно – быть здесь, следить за поведением окружающих, запоминать здешние правила и пытаться понять их принципы. Нил вышел из комнаты, но не успел сделать и пары шагов, как пространство подтолкнуло его в уже знакомую большую кухню. Длинный обеденный стол, за которым могло бы уместиться гораздо больше, чем двенадцать персон, кухонная столешница, плита, холодильник и парочка неизвестной формы мелочей магического мира. В помещении стояла относительная тишина, лишь звук кофемашины и тихое постукивание нарушали ее. Нил был уверен, что находится в комнате один, но, когда поднял взгляд, замер, встретившись с теми самыми янтарными радужками. Эндрю спокойно лежал на одном из высоких гамаков, покачивался, отталкиваясь от подвесных шкафчиков своим хвостом. Этот маленький человек умел появляться неожиданно. Джостен лишь шагнул к шкафчику с кружками, полностью проигнорировав чужой взгляд. — О, теперь ты и здороваться с нами не будешь, — без акцента на вопросительную интонацию, безразлично бросил Миньярд. — Ты тоже со мной не поздоровался, — Нил схватил большую кружку и налил в нее кофе. — Это мой, — послышалось сверху. Нил вновь обернулся. — В чем твоя проблема? — Конкретно сейчас в том, что ты собираешься выпить кофе, который я заваривал для себя. — Ты постоянно ведешь себя так, будто я сломал тебе жизнь. Что этот Натаниэль мог сделать тебе такого ужасного, чтобы ты настолько его ненавидел? — Вечно воровал мой кофе. — Эндрю. — Ты тупой, если все еще не понимаешь. Ты Натаниэль. Все претензии непосредственно к тебе. — Да нихера. Я ничего не помню о Натаниэле, как я могу им быть? — А много ли ты помнишь о Ниле? — Эндрю смерил собеседника скучающим взглядом. Джостен собирался ответить колкостью, готов был рассказать всю свою биографию, но точно не мог ожидать, что не сумеет вымолвить и слова. А что он помнит? Спортивный зал волков Пальметто, учебники английского и математики второго курса, комнату общежития и лицо соседа по комнате? Нил приложил все силы к попытке вспомнить имя своей младшей сестры или хоть одно увлечение из детства, но казалось, усилия уходили впустую. Он заметил свои странные громадные пробелы в памяти давно, но, что странно, не задумывался об этом достаточно, чтобы обратиться к специалисту или посчитать это важной проблемой. Нил склонился к предположению, что это все влияние чар цирка. Может, они пудрят ему мозги? Заставляют забыть жизнь, чтобы сделать из него своего «Натаниэля»? Но, честно, он и сам считал эту теорию наименее правдоподобной. — Вот видишь, — Эндрю свесил ногу с гамака, тем самым отвлек внимание Нила, чтобы с точной ловкостью отобрать чужую чашку из рук своим хвостом. Парень поднес кружку к губам и отпил ровно из того же места, к которому минуту назад прикасались губы Нила. — Ну и мерзость. Ненавижу твои предпочтения в еде. — Кофе – это не еда, — хмуро пробормотал Нил и вздрогнул от резкого шума со стороны входной арки на кухню. — О, он проснулся! — Элисон влетела в комнату и появилась перед ним слишком резко, а в ладонях ее плясал огонь. — Доброе утро, красавчик. Не стой тут, а то загоришься. — Рейнолдс подлетела к холодильнику, достала оттуда два яйца и, разбив сырую парочку прямо в свою тарелку, сделала короткую махинацию руками, отчего мерзкая субстанция в мгновение превратилась в яичницу. — О, хочешь? — она протянула ее Нилу. — Я не голоден. Юноша два раза моргнул, и после третьего перед глазами, как из ниоткуда, появился Ники в своей излюбленной красно-синей шапке с колокольчиками на двух удлиненных концах. Сколько таких вообще в его гардеробе? — Убери руки, скверный! — возмущенно Элисон шлепнула друга по рукам. — Тебе не предлагали. Ники грустно вздохнул и, пробормотав Нилу печальное «доброе утро», вновь исчез куда-то в пространстве. Как же тяжело к этому привыкнуть. Джостен даже не успел ответить, поэтому лишь глупо пялился в никуда, в которое пару секунд назад запропастился Хэммик. Микроволновка сзади, больше похожая на сомнительный тостер, издала мелодичный звук в момент, когда в помещение зашел Кевин. Техника не переставала издавать красивые мелодии до тех пор, пока парень резко не махнул рукой, словно заканчивая оркестр. — Спорим, — Дэй обратился к Эндрю, — Ники вернется сюда еще до того, как ты произнесешь слово… — Клуб? — воскликнул Ники за спиной Нила, заставив того вздрогнуть и пролить черный кофе на свою белую футболку. — Клуб, — закончил фразу Кевин и достал из микроволновки сэндвич. Нил недоуменно переводил взгляд с одного на другого и постарался сопоставить в этой бессмысленной мыслительной цепочке слово «клуб». При чем здесь он? — Мы едем в клуб, — Ники счастливо подбежал к Нилу, который еще пару секунд назад предусмотрительно поставил опасную чашку с опасно горячей жидкостью на столешницу, и схватил того за плечи. — Давно мы там не были! — В клубе? — уточнил Нил. — Да, мы с Эндрю, Аароном, Кевином и тобой каждые выходные ездили в клуб. Но когда ты исчез, эта традиция почти перестала действовать. А теперь ты вернулся, и это значит… Ники с щенячьими глазами взглянул на Эндрю, будто боялся, что тот скажет «нет». — Вечером, как обычно, — лишь бросил Эндрю и, не получив удовольствия от этого диалога, направился к выходу. Ники рассек воздух кулаком в радостном жесте «да». — Как давно я там не бывал. — Забей, — вмешался Кевин. — Просто оденься поприличнее. Может, наконец, вспомнишь хоть что-то.

*ੈ✩‧₊˚༺☆༻*ੈ✩‧₊˚

День прошел как в тумане. Вернувшись в комнату, Нил обнаружил на своей кровати аккуратно сложенные вещи. Он сомневался, что Ники упоминал о том, что «живой» цирк может обеспечивать его жителей одеждой или вообще менять что-либо в личных комнатах. Но в то же время Ники как-то сказал, что в комнату к циркачу физически не может зайти любой посторонний, если сам артист не дал ему на это разрешение. Очередное сомнительное доказательство того, что Нил, возможно, действительно тот самый Натаниэль. Ведь, не будь это так, Джостен бы не смог даже открыть дверь его комнаты. Но кто оставил здесь вещи? Кто-то, кому Натаниэль раньше дал полное разрешение на вход в свою комнату? Маленькая записка на стопке гласила: «Только попробуй надеть гребаную пижаму». Эндрю. Очевидно. Здесь даже вопросов не возникло. Почти весь сегодняшний день, помимо приемов пищи, Нил провел в своей комнате, но даже эти короткие обед и ужин были наполнены кучей сочувствующих взглядов, рассказами Элисон о том, как она сходила на свидание с Сетом, приглашением на киновечер от Мэтта и Даниэль, вечными диалогами с Кевином, который, похоже, был единственным в этом месте, кто до сих пор не верил, что Нил потерял память. А может, ему просто было все равно? Кевин общался с Нилом как со старым знакомым, рассказывал некоторые вещи и о некоторых людях, которых Джостен знать не знает. Обращался к Нилу строго по полному имени «Натаниэль», а когда задавал вопросы касательно некоторых событий в их прошлом и видел, что Нил просто не может на них ответить, ведь ничего не помнит, продолжал диалог, будто ничего не было. Это вызывало странное спокойствие. Пожалуй, лишь Кевин, Аарон и Эндрю не относились к Нилу как к ребенку, который только что потерял маму. Последние двое, скорее всего, делали это неосознанно, ведь практически не контактировали с Нилом вовсе. Джостен взял в руки ткани и, расправив их, замер. — О боже.

*ੈ✩‧₊˚༺☆༻*ੈ✩‧₊˚

Коридор встретил его тишиной и еле слышным шепотом в одной из комнат. Нил обратил внимание на часы над дверью. Не опаздывает. Он шагнул в кухню, парень заметил близнецов, Ники и Кевина, резко замолчавших, как только лицезрели новое лицо в помещении. — Выглядишь чудесно, — улыбнулся Ники и сложил руки на груди. — Как настоящий. — Я всегда был настоящим. — Но раньше ты не носил свои старые вещи. — Это мои? — Конечно, твоя любимая рубашка. — Ники немного озадаченно уставился на собеседника, словно разъяснял само собой разумеющиеся вещи. Нил взглянул на подвесное зеркало в полный рост. Бордовая рубашка, в талии утянутая белой жилеткой с неясными узорами. На воротнике совершенно несуразно пришиты пуговицы и скрепки. Черные брюки, благо, совершенно обычные. Нил оглядел собеседников и к своему облегчению заметил их не менее вычурные и безумные наряды. Ники – в разных кедах и с десятком платков, пришитых к краям джинсов. Кевин выглядел весьма аристократично в черном смокинге, но нестандартный крой заставлял Нила усомниться в своих и без того скудных знаниях о моде. Аарон одет в свободную рубашку, по-пиратски стянутую корсетом, а Эндрю выделяло, пожалуй, слишком большое количество ремней на поясе. Эти люди просто ненормальные. — Почему мы выглядим так, будто собираемся на Хэллоуин? — поднял бровь Нил, с подозрением переводя взгляд с одного непонимающего лица на другое. — Хэлло-что? — хлопнул глазами Ники. — Ну, праздник? Когда люди надевают странные наряды, подражая нечисти? Нилу стоит прекращать удивляться их неосведомленности о человеческом мире. — Эм, — Николас попытался найти поддержку в лицах своих друзей, но быстро сдался. — Нечисть? Ты имеешь в виду бесов? Зачем нам в них переодеваться? Нил замолчал. — Что ты несешь? — уточнил Джостен. — А что ты несешь? — Аарон раздраженно вскинул руки. — Мы одеваемся так всегда. Похоже, мир, из которого ты свалился на наши головы, действительно слишком скучный, если там не принято самовыражаться. — Миньярд надменно сложил руки на груди с легкой усмешкой. Нил не стал отвечать. Он не собирается тратить свое время на истерическое поведение Аарона, которое он, между прочим, совершенно ничем не заслужил. Ну, он так думает. Эндрю, которому, по всей видимости, надоело выслушивать перепалку, подал голос. — Ники. Миньярд протянул руку, на что шут без слов схватился за него, ожидая, пока все в помещении сделают то же самое. — Ну? — Кевин нетерпеливо окликнул Нила, оставшегося стоять без дела. Джостен неуверенно протянул руку, опасаясь странного поведения окружающих. Как только ладонь его коснулась холодной кожи Кевина, положившего свою руку в самом верху, в глазах потемнело. Нил отшатнулся, разорвал телесный контакт и замотал головой из стороны в сторону, в надежде как можно скорее избавиться от возможного головокружения. Когда парень все же поднял голову, его встретили четыре спокойных взгляда. По коже пробежал холодок. Не из-за страха, а из-за моросящего потока ветра. Группа стояла на улице под звездным небом. Из здания рядом доносились громкие биты музыки. — Какого хуя, — прошептал Нил и оглянулся. — Перемещение в пространстве, — пожал плечами Ники. — Мой дар. Я не могу телепортироваться на слишком большие расстояния и в места, опечатанные против подобных магических трюков ради безопасности. Такие как любые торговые точки, жилые дома, ну и, — он указал на здание с яркой вывеской и толпой молодых людей вокруг, — «Райские сумерки». — Удобно, — Нил потер голову. Нил засмотрелся вокруг. Не мог поверить, что возможно так легко, по щелчку пальца, оказаться в совершенно другом пространстве. Бессмысленно ли говорить о законах физики или любой другой науки в месте, в котором он оказался? Юноша не заметил, как его компания двинулась в сторону входа, пока Ники не схватил его за руку и не повел следом. — Почему нас пропустили без очереди? — Нил задал вопрос, когда слишком быстро оказался внутри и окунулся в среду алкоголя, криков, ярких прожекторов и веселья. — Мы с близнецами работали здесь. Еще до цирка, — пытался перекричать музыку Ники, пробираясь сквозь толпу к барной стойке. В прошлый раз, когда Нил оказался на людной улице, он совершенно точно не мог в полной мере разглядеть красоту этого безумия. Их группа, на вид странно наряженных людей, казалась каплей в море пестрых костюмов и нестандартных причесок окружающих. Мимо мелькнула женщина с зеркальным лицом. Отражение в нем повторяло движения всех вокруг. Мысль о том, что эта леди может работать здесь в качестве диско-шара, заставила Нила улыбнуться. Когда парни добрались до свободного сидячего места, Нил отправился к барной стойке вместе с Николасом. По ту сторону стойки стоял, что удивительно, тот же бармен с зубастой улыбкой, которого Нил встретил в баре «У красотки». — Привет! — мужчина помахал им. — Ники, Натаниэль. — Роланд, давно мы не виделись. — Давно. А с ним – еще дольше, — бармен, видимо, Роланд, указал в сторону Джостена. — Рад снова тебя встретить. Нил не очень понял, как ему реагировать на нового-старого знакомого, так что лишь медленно кивнул и позволил Хэммику сделать заказ. Когда ребята отошли с подносом, забитым алкогольными шотами, Нил не сдержал любопытства. — Когда я сбежал, видел этого парня в другом баре. Ники ухмыльнулся. — Роланд где только не работает. Сам иногда встречаю его кассиром в продуктовом или доставщиком в китайском ресторане. Иногда искренне непонятно, как ему удается быть в разных местах одновременно. Загадка: как он всегда оказывается в этом клубе, когда мы приезжаем. Раньше я думал, что это из-за того, что он запал на Эндрю, но когда Эндрю начал его динамить, тот не прекратил появляться в нужных местах в нужное время. На самом деле я и не ищу ответа, это магия, что с нее взять? — Он запал на Эндрю? — Да, но мой кузен был увлечен кое-кем другим, понимаешь? Внезапно все мысли покинули голову Нила. — Кузен? — Верно. Эндрю и Аарон – мои кузены, — на удивленный взгляд собеседника тот искренне улыбнулся. — Не похожи, да? — он сделал акцент на своем смуглом лице, идущем в значительный разрез с бледностью Миньярдов. — Мамина генетика. — О. — Только познакомились мы не так давно. — С кем? С матерью? — С Эндрю и Аароном. Даже больше скажу: ты, — указательный палец Ники уперся в грудь Нила, — был знаком с ними намного дольше, чем я. Джостен пообещал подумать об этом на досуге вне такой шумной обстановки, ведь двое уже стояли у стола компании, а Хэммик был слишком заинтересован в алкоголе. Нил сидел. Он не танцевал, в отличие от Ники и Аарона, не успевших выпить и двух шотов, как оказались на танцполе, но и не чувствовал дискомфорта. Кевин лежал на столе и напевал некую грустную мелодию на незнакомом Нилу языке. Дэй вряд ли вообще осознавал происходящее, а Эндрю сидел рядом и старательно избегал взгляда Нила. Джостен не очень понимал суть неприязни Эндрю и Аарона к нему, тем более с учетом того, что они, по словам Ники, неплохо общались с Натаниэлем раньше и вообще решились взять его с собой в «Райские сумерки». Ему пришлось оторваться от собственных размышлений, когда он почувствовал легкую, наверное даже нежную, хватку на собственном плече. — Эй! — девушка с вьющимися мокрыми волосами, будто только что вышла из бассейна, которого, Нил был на 64% уверен, не должно было быть в клубе. Она возвышалась над компанией и выглядела уверенно, будто всегда получает то, чего хочет. — Парень, ты слышишь? — Слышу, — Нил постарался наиболее вежливо отстраниться от чужой хватки. — Вы что-то хотели? Он готовился окунуться в новый рассказ о том, как эта леди скучала по несчастному Натаниэлю Веснински, но, к удивлению, девушка лишь усмехнулась и наклонилась ближе к собеседнику. — А ты как думаешь? — ее глубокое декольте почти упиралось в обескураженное лицо Джостена. — Понятия не имею. Мы знакомы? — Мальчик, — кудрявая леди, умилившись, продолжила, — конечно нет, но могли бы. — Отстань от него, стерва. От тебя рыбой за километр несет. Нил не замечал отстраненного лица Эндрю, пока не обернулся в его сторону. Тот сидел все так же спокойно, качал хвостом из стороны в сторону, как хищник, и сверлил незнакомку взглядом. Между прочим, от девушки совсем не несло рыбой, но Нил не стал вмешиваться, решившись понаблюдать за чужой реакцией. — Следи за языком, чертик, — девушка скривилась и, обернувшись таким образом, дабы на Нила попало как можно больше воды с мокрых волос, исчезла в толпе. — Рыбой? — поднял бровь Нил. Эндрю постучал пальцами по столу и бросил взгляд на давно уже спящего Кевина. — Повезло тебе стать объектом симпатии сирены. Эти суки обычно выбирают самых симпатичных. — Сирены? — Морские существа, выходящие из своих болот, чтобы зачать потомство. Ну или просто потрахаться и перекусить человечиной. Скверные твари. Нила ударил еле заметный озноб от осознания, что от него хотела та девушка. — Ты считаешь меня симпатичным? — Джостен откинулся на спинку стула. — Я этого не говорил. — Сказал. — Я сказал, что ты симпатичен в глазах этой сирены, vero, — Эндрю раздраженно сжал край стола, словно каждое сказанное слово в сторону Нила давалось ему с безграничным нежеланием. — «Vero»? — прозвище звучало как нечто на неясном языке. Нил сомневался, что пропустил какой-то сленг в английском. — Это то, как я называл тебя до всего этого дерьма. «Всего этого дерьма» – имеется в виду уход Натаниэля из труппы? — Или идиот, — начал перечислять Миньярд, — обычно я звал тебя тупица. Ублюдок. Скверный… — Скверный? — Нил немедленно зацепился за невзначай произнесенное слово. — Почему люди здесь так друг друга называют? Кевин, до этого казавшийся спящим пьяницей, резко оживился. — Скверна, — произнес он, слегка заикаясь. — Отлично, — пробормотал Эндрю, откинувшись на спинку кресла. — Пусть историк тебе и вещает. — Нити — это связующее звено нашего мира, — Кевин начал говорить на автомате, словно слишком долго учил эту информацию, чтобы иметь возможность поделиться ею с кем-то неосведомленным. — Некоторые называют их нитями судьбы. Нилу вспомнился его сон. Красные, как тонкие струи крови, нити в темноте. — Это не миф и не сказки, они существуют. — И где же? — уточнил Нил. — Присмотрись ко мне, — Кевин указал на свое лицо. — Постарайся почувствовать их присутствие. Их тепло. Нил присмотрелся к Кевину, но не почувствовал ровным счетом ничего. — Эм, — Джостен неловко кашлянул, — нет. Ничего нет. — Значит, ты глупый, — сделал несправедливый вывод пьяный Дэй. — Их чувствуют все. Все в мире, понимаешь? Но видят немногие. — Немногие? Кевин ухмыльнулся. Точно наслаждался рассказом. — Есть совет. Совет хранителей нитей. То есть конкретно на данный момент он распался, и это дерьмо, в котором нуждается наш разрушающийся мир. Испокон веков хранители помогали людям сохранять мир и покой, контролировали процесс проникновения скверны в нити судьбы всех существ на планете. — Они были чем-то вроде правителей? Или богов? — Нет и нет. Ну и да, и нет. Они не короли, некоторые из них могут быть даже бедны и несчастны, и не боги, но да, они имеют некую власть над людьми. — А где они сейчас? — О, — Кевин закатил глаза, — они меняются. Силы хранителей передаются по наследству от родителя к ребенку. Родитель может передать силу сыну как добровольным способом, так и через непосредственно собственную смерть. — То есть если хранитель умирает, его некая «сила» видеть и контролировать нити жизни автоматически передается его сыну? — Верно. Но пока хранитель не передаст свою силу и не оставит свое бессмертие, убить его может только собственное чадо и ничто другое. Да, пожалуй, эта сила характерна богам. — Жуть, — Нил усмехнулся, не очень веря в чужой рассказ, но Кевин Дэй говорил настолько серьезно, что Нил не удержался и перевел взгляд на Эндрю. Получив кивок, означающий, что Кевин не пытается запудрить мозги Джостена, тот уточнил: — И где сейчас эти хранители? Ты сказал, мир в них нуждается, но, судя по твоему рассказу, их просто не может не существовать, и где-то обязательно должны быть эти бессмертные недолюди-недобоги. — Их всего три, — Кевин тяжело вздохнул. — Но они слишком эгоистичные ублюдки, заботящиеся только о себе, — Дэй произнес это, получая подзатыльник от только что пришедшего Аарона откуда-то сзади. — Всего три? — Да. — Так почему они не защищают мир? Типа супергероев? — Они и не герои, — Аарон присел рядом с Кевином, — и не боги, чтобы защищать человечество. Мнения об этом разнятся. Некоторые считают их обязанными этим заниматься, а некоторые уверены, что хранители не виноваты в том, что родились с «особенностями», — Аарон изобразил кавычки в воздухе, — и не обязаны что-либо делать. — Всего трое, — задумчиво произнес Нил, — и люди знают их имена? — Нет. Люди знали имена каждого из трех предыдущих старейшин — хранителей совета, но не имена их детей, не так давно занявших их пост. — А еще, — Кевин поднял палец вверх в желании что-то добавить. — Не надо, — строго вставил Аарон, — этого и так слишком много для него сегодня.