Физический закон снежинки

– Ваши друзья одобрили Ваши отношения с первой любовью?

– У нас были общие друзья, – смеётся Чон Джехён, – Конечно, они одобрили.

/

– О Шион, вы представляли Вашу первую любовь своим друзьям?

– Через полгода после начала отношений я представил его самым близким друзьям и семье.

– Как его приняли Ваши друзья?

Помолчав какое-то время, О Шион отвечает:

– Мои друзья приняли его хорошо. А вот его друзья были мне не очень рады.

***

***

***

***

Утро понедельника у Тэёна началось с будильника и прочтения сообщений: "Доброго утра! Сегодня я не смогу забежать к тебе Решил написать " Улыбка расцветает на губах Тэёна, и, весь сияющий, он идёт на кухню за быстрым завтраком и кофе. День начинается просто прекрасно, и на душе у омеги лёгкость, даже понурое лицо Юты не портит настроения. – Юта-я, привет, – сияет Тэён. Однако друг молчит и подозрительно тихо садится за стол, что-то листая в телефоне. Игнорируя его, вероятно, невыспавшееся состояние, Тэён направляется в свою комнату, чтобы переодеться, когда замирает в дверном проеме от вопроса: – Вчера все прошло хорошо? Дело не в том, что друг интересуется делами Ли, а в том, с какой интонацией задан вопрос: пренебрежение. Смахивая напряжение лёгким кивком головы, Тэён отвечает: – Мы классно провели время. И я пойду с ним ещё на сколько угодно свиданий. Он даже написал мне сегодня утром.... – Тэён, ну неужели ты не собираешься остановиться? Неужели ты не видишь того, что вижу я? – Что ты видишь? – оборачивается Ли. Накамото обнимает себя за плечи, откидываясь на спинку стула: – Да он же использует тебя. Может быть, он проиграл кому-нибудь из ребят спор на пару свиданий с тобой. Подумав немного, вспоминая присутствие посторонних, приоткрытую дверь лекториумной, и запертую дверь своей мини-лаборатории, где случился первый поцелуй, откуда начался отсчёт изменениям – анализируя и сопоставляя, Тэён смеётся. Сначала тихо, а потом – расходится вовсю, потому что Юта несёт полный бред с невозмутимым лицом. – Нет. Он не фоткал меня, не показывал друзьям. Мы целовались за закрытой дверью и плотно задернутыми шторами. Юта, ты даже... – На моей прошлой работе один альфа снял своего омегу во время секса и отправил видео гендиру. Ты уверен, что это не твой случай? – ошарашивает Юта. Утерев лицо ладонями, Тэён отрицательно качает головой: – Мы даже в губы не целовались... – Тэён, ты неосторожен... – Ты просто не видел его! – повышает голос омега, не зная, как ещё достучаться до друга, – Если бы ты увидел его, ты бы понял, что ему можно доверять! Или ты просто не хочешь, чтобы я был счастлив? Круто развернувшись, Юта дёргает подбородком: – Я, как раз-таки, хочу, чтобы ты был счастлив. И мне кажется, что всякие малолетки, напоминающие тебе бывшего, не сделают тебя счастливым, – спустя напряжённые секунды молчания, он спрашивает, – Почему ты не рассматриваешь профессора Бён Бэкхёна в качестве пары? – Что? – не веря своим ушам, Тэён подходит к другу. Не отводя взгляда, не улыбаясь, но поддерживая серьезный настрой, Юта моргает, ожидая ответа. И Ли выплескивает вместе со смешком: – Да профессор Бён даже не интересуется отношениями! – Но он близок с тобой... – Между нами исключительно рабочие отношения. А то, что он альфа, не делает нас любовниками по умолчанию, – растирая щёки ладонями, Тэён восклицает потолку, – Что с тобой происходит вообще, Юта?! Юта ничего не отвечает. Поднимаясь из-за стола, он окидывает друга долгим взглядом: – Я написал вчера Джонни. И он предложил познакомиться нам всем вместе с твоей новой любовью всей жизни. Что? Тэён ушам своим не верит. В нем стремительно закипает злость и обида на Юту: – Зачем ты это сделал? Зачем вы устраиваете всё это? – У меня нет доверия... – Вы все одобрили Джехёна! – лицо Тэёна заливает жаром ярости. Его начинает мелко потряхивать из-за первой столь большой ссоры с кем-то близким. Тэён – не конфликтный человек, и он понятия не имеет, что такое стойкость, напор и выдержка, он выигрывает научные споры апеллируя к логике и фактам, в отношениях же ничего этого нет. Омегу подташнивает от нервов и кофе, когда он ударяет Юту по груди ладонью: – Все вы вместе проглядели Чон Джехёна. Вы все трое говорили, что он – классный парень, что он не предаст, и что он – "не такой", – захлебываясь слезами, Тэён ещё раз бьёт друга по груди, теперь уже – двумя ладонями, – Это вы проглядели, а не я. Вы допустили ошибку. А сейчас ты предлагаешь тем же составом проверить Шиона?! Вы пропустили один раз, пропустите и ещё несколько! Когда Ли уже порывается убежать, Накамото хватает его за руку, останавливая. Юта сильный и решительный; сжимая запястье друга, он повторяет избитую фразу: – Мы не хотим, чтобы ты потерял ещё несколько лет жизни из-за какого-то подонка. Пытаясь вырваться, не видя ничего перед глазами из-за пелены обиды и слёз, Тэён глухо смеётся, заикаясь: – Я впервые за долгое время встретил кого-то, кто привлек моё внимание. И я тоже понравился ему. Так почему же вы... Юта.., ты...? Почему вы это со мной делаете? Пустота в сознании. Ничего дельного. Тэён даже не задумывается, когда, закрыв дверь своей спальни, набирает номер Шиона. Телефон дрожит в руках, но омега надеется, что его голос будет увереннее. Альфа поднимает с третьего гудка: – Алло? – в его тихом, спокойном голосе легко узнается улыбка. – Шион-а, я хочу познакомить тебя со своими друзьями. Когда тебе будет удобно встретиться? В какой день? Чем скорее всё это закончится, тем лучше. – Мммм, так внезапно? – теряется альфа где-то там, окружённый шумом толпы и проезжающих мимо машин. – В среду в семь вечера тебя устроит? Прижимая экран ближе к уху, надеясь услышать ответ, Тэён задерживает дыхание, слушая мерный стук пальцев альфы, что-то печатающего. Неужели Юта был прав? Неужели сейчас студент О Шион скажет, что всё это – розыгрыш, и что он не готов встречаться и знакомиться с друзьями омеги? Неужели... – Прежде, чем ты прочитаешь ответ, скажи, Тэён... Сердце Тэёна падает в пятки от дурного предчувствия. – С тобой все в порядке? Да не может такого быть! Просто не может! Зажав текущий нос пальцами, Тэён обречённо прыскает смехом, вздрагивая всем телом, когда понимает, что всего один простой вопрос делает Шиона ещё более привлекательным в глазах омеги. – Тэён-а? Ты сейчас дома? С тобой все в порядке? – искренне беспокоится альфа. – Да, я ещё дома. Просто, Шион, ты сможешь....? Шион перебивает: – Да. Да я смогу в этот раз. Но, пожалуйста, не плачь перед лекциями. Я ничего не могу сейчас для тебя сделать. Или могу? – альфа выдаёт смущённый смешок. И спустя несколько секунд жуткого шуршания в динамик, омега слышит тихое бормотание на известный мотив. Оседая на кровать, всё ещё не одетый, не расчесанный, не собранный, Тэён слушает мягкий голос Шиона, поющего ему простую песню про закаты и прогулки до утра. Скорее всего, альфа натянул пониже капюшон на голову, зажался в какой-нибудь угол, чтобы никто другой не слышал. В интонации, в манере исполнения омега различает улыбку и лёгкое веселье. Разве парень, который использует тебя, будет петь тебе утром, чтобы утешить? Разве парень, которому плевать на тебя, будет тратить своё время на тебя? Утерев слезы, Тэён тихо благодарит Шиона. Он слышит, как задушенно смеётся альфа, вероятнее всего, всё ещё куда-то спеша, прикрывая рот ладонью по старой привычке, и на душе омеги становится спокойно и тепло, а слова Юты обращаются фантиками. Да и знакомство Шиона с друзьями уже не так пугает: Тэён до абсурда уверен в альфе.

...

Вторник начинается с будильника и сообщения: "Привет! Тебе сегодня опять не к первой Но что насчёт завтрака в сэндвичной? Через улицу от кампуса? Там подают отличные яичницы И сэндвичи Можно взять кофе без кофеина Это моя тема Хотя и с кофеином отлично заходит Заливается Встретимся в 7-40 там? " Следующее сообщение – это отметка геолокации. Тэён поднимает взгляд чуть выше сообщений, чтобы в верхнем правом углу экрана увидеть: 6-37. Время, как же мало у него времени. Подскочив с кровати, омега бежит в ванную, наскоро умываясь и приводя себя в порядок. Сплевывая зубную пену в раковину, он задумывается о том, какой образ жизни ведёт Шион, если просыпается настолько рано и успевает ходить на завтраки в 7-40 через улицу от кампуса. Может быть, альфа живёт не в общежитии? Или у него проблемный сосед? Или Шион просто – ранняя пташка? Надевая свежий комплект заранее подготовленной одежды, Тэён вдруг запинается: он будет уместно выглядеть на завтраке.... В костюме? Но у него работа, и обязанности. Что он должен сделать? Доцент Ли отказывается от костюма в пользу тёмной рубашки и черных джинс. Выглядит вполне официально, но всё ещё свободно. Стоя в коридоре уже в куртке и обуви, проверяя вещи в рюкзаке и убеждаясь, что такси подъедет через минуту ровно, Тэён замирает от вопроса Юты: – Ты куда так рано? – Там что-то с лабораторией, – врёт Ли. На всякий случай, он не поднимает головы при ответе, а в следующий миг просто выбегает за дверь, уже с лестницы крича: – Юта, закрой за мной! Тэён даже не надеется, что друг ему поверит: ему надо было просто сбежать отсюда поскорее.

...

Едва добежав до назначенного места, Тэён замирает перед входом в кафе, вдруг понимая: они будут не одни. Он уже видит очередь на кассе, суетливых студентов и работяг в разной одежде, иногда – спецовке. Но не узнаёт нигде Шиона. Оглядываясь по улице, Тэён размышляет: должен ли он зайти? Дёргая телефон, омега убеждается, что приехал вовремя, сейчас уже даже 7-41, но, что, если.... – Тэён! – через зебру перебегает Шион. С теми же наушниками, в той же куртке, что и в воскресенье; он немного припозднился. Неловко улыбаясь, альфа замирает в шаге от омеги, пряча руки в карманы: – Ты пришёл. – Я прилетел на такси сюда, – возмущённо хмыкает Тэён. – Тэён, – Шион ловко достает из кармана телефон и демонстрирует свой экран, – Ты не ответил мне. Сканируя взглядом скудную переписку, обращая внимание на короткое и нейтральное "Тэён", омега вспоминает, что, в самом деле, в спешке не ответил. Когда он взволнованно смотрит на лицо Шиона, тот только дует щёки, пытаясь сдержать веселье. Скоро спрятав телефон, альфа предлагает пойти на завтрак, первым направляясь к двери. В этот раз он пропускает Тэёна вперёд, но в очередь встаёт первым. Чтобы показать, где взять поднос и приборы, где начинается линия раздачи, и что лучше всего брать. Подталкивая пластиковый прямоугольник по железным рельсам, Шион небрежно рассказывает: – Я обычно рано встаю. Не всегда это удобно: приходится и рано ложиться. Но зато я успеваю сделать много дел. Я так думаю. И знаешь, эта тема: "Учись, пока другие спят"? Я – фанат. Тэён с пониманием кивает: – Я не могу лечь спать, пока что-то не доделаю. Иногда меня нужно просто доставать из лаборатории, или вынимать из-за компа, иначе я не успокоюсь. Мы всегда так жили с Ютой. Омега осекается, когда понимает: они всегда так жили с Ютой.        Свободолюбивый и независимый японец всегда знал, что должен делать, что сказать, и что вообще хочет от жизни. Ему не нужно никому ничего доказывать, и его все любят таким, каков он есть. Даже если иногда Юта бывает пугающим и громким, или слишком странным. В отличие от него Тэён всегда был немного одержим идеей реализовать себя хоть в чем-то. Особенно если это что-то начинает у него получаться хотя бы чуть-чуть хорошо. Так получилось с наукой: студент Ли лишь немного стал обгонять кучу остальных людей с потока и курса старше, получил пару высоких оценок и комплиментов в свой адрес от профессоров, как тут же упал в мир исследований и академической среды. Тогда, на третьем курсе, он бы копался и дальше в своей лаборатории, если бы не Джонни с Ютой, которые уговорили его пойти всем вместе 'постращать перваков'. Юному Тэёну это показалось смешным до колик, и он решил пойти. Тем более, пока оба его друга-иностранца ещё были в стране. И там Тэён нашел Джехёна...        – Если у меня что-то получается хотя бы немного хорошо, я отдаюсь делу целиком и полностью, – признаётся Тэён, поднимая взгляд на Шиона, вдруг понимая. Альфа только дал понять о своих чувствах, как глупый омега уже побежал к нему на утреннее свидание, позабыв обо всем мире и променяв свой строгий костюм на нечто более лояльное. Стоило только Шиону улыбнуться и сказать пару ласковых слов, как наивный, простой до нелепости Тэён тут же отдал ему своё сердце и готовится отдать нечто большее. Увлекаемый, азартный – такой омега всегда будет в опасности. И Тэён вдруг понимает, почему за него так беспокоится Юта. Особенно – Юта, который долгое время жил вместе с Тэёном, чтобы приглядывать и проведывать его, обеспокоенно звонить и готовить ужин на двоих. Выходит, это Тэён – неблагодарный? – Стараюсь брать паузу, – продолжает Шион, – Иногда мир давит, давит, а ты ничего не можешь придумать. Нужно взять паузу. Если получается, конечно. Подумать иначе о том, что есть, найти другой выход, кроме первого очевидного. Принимая от повара готовый сэндвич с тунцом и кучей зелени, Тэён понимает и узнаёт: Шион говорит правду. В самом деле, альфа после признания взял небольшой перерыв, чтобы обдумать слова омеги о бывшем и принять новое решение. В библиотеке Шион тоже взял паузу после неудавшегося поцелуя, он даже взял несколько, чтобы потянуть время и сформулировать нужные вопросы, набраться смелости и уверенности в каждом из них. Это... Обескураживает в хорошем смысле слова. Тэён ещё никогда с таким не сталкивался: острожное выверение каждого шага; достоинство, которое позволяет без зазрения совести взять своё время; готовность пойти на компромисс. Шион не делает ничего сверхъестественного, он просто остаётся самим собой, он просто показывает Тэёну разные стороны себя и надеется не быть отвергнутым. Усаживаясь за небольшой столик едва ли не в центре зала, Тэён нервно оглядывается на остальных посетителей: он чувствует себя не в своей тарелке, всё время кажется, будто кто-то вот-вот узнает его, обвинит его. Омега не привык к такой открытости, к тому, что его личная жизнь – предмет чужого внимания, пусть и мимолетного, поверхностного. Джехён создавал мир для них двоих, не расширяя границ и не позволяя посторонним ворваться. Шион же ... Шион выглядит совершенно расслабленным, так, будто они завтракают каждый день вместе. Под его грубыми, но сильными пальцами бумага рвётся строго вдоль линии упаковки, и альфа легко разворачивает сэндвич с говядиной, скоро кусая тот, тут же откладывает и берется за соусы, чтобы выдавить немного на яичницу и размазать поверх белка. Обычная рутина, пффф, каждый день же такое. – Здесь всегда много людей. Но они быстро приходят, быстро едят и быстро уходят, – заговаривает Шион, оглядывая внутреннее убранство ресторана фастфуда, – Я не часто здесь завтракаю: дороговато, но очень вкусно. Кивнув, омега рассматривает свой омлет с овощами и жареным беконом: – Предпочитаю домашнюю еду. Но если есть шанс куда-то выбраться, чтобы с кем-то увидеться, то, почему бы и нет? Стараясь сосредоточиться только на своей тарелке и её содержимом, Тэён режет первый кусочек омлета и отправляет тот в рот. – Не переживай, здесь никто не обращает внимания, – ненавязчиво повторяет Шион, – Просто ешь, наслаждайся утром, обращай на меня немного своего внимания. Вскинув голову, омега с трудом глотает пережеванное: – Что?! Когда он смотрит на альфу, тот прикрывает ухмылку за поллитровым стаканом с кофе, потягивая напиток через черную трубочку. Облегчённо выдохнув, омега продолжает завтрак. Это кафе, определенно, хорошее. Быстрый тёплый завтрак, вкусно, непрерывный поток людей, ненавязчивая музыка на фоне, и О Шион, который болтает о своих занятиях, трудностях с преподавателями и организацией студентов. Он упоминает о куче бумаг, которые оформляет из-за своего положения старосты, и что ему не везёт найти подходящего научного руководителя, потому что одна половина занята под завязку, а у других возможных вариантов не те темы, которые бы интересовали студента О. – У нас мало людей, работающих с кубитами и информационными потоками. Возможно, тебе стоило пойти не в физику, а в информатику, – разумно замечает Тэён. С его опыта виднее, куда больше клонит молодого человека. Ему не совсем ясна динамика успеха Шиона, но он понимает, что с квантовой физикой парень переборщил. – В сетевых технологиях я понимаю и того меньше, – Шион опускает взгляд, тут же меняя тему, – Завтра встреча с твоими друзьями? Если они не придут, будет обидно: я подвинул планы. – Да, да я прочитал твой ответ.               Тэён помнит, как вчера вечером, возвращаясь домой после долгого и утомительного дня дошел до отправленного ещё утром ответа. Шион написал: "Да, я буду Но один раз В это время я созваниваюсь с родителями Мы вместе смотрим бейсбол"               Омега осторожно спрашивает: – Ты звонишь родителям, и вы вместе смотрите бейсбол по телевизору? – Да, – прикончив свой завтрак полностью, Шион утирает губы салфеткой, – Это семейная традиция. Мы стараемся собраться в одно и то же время ради просмотра спортивной программы. И это – бейсбол. – А если не можете увидеться, то созваниваетесь? – Мгм. – Это здорово, – заключает Тэён. Он даже в самом сладком сне не может себе представить чего-то подобного: смотреть что-то вместе с родителями, созваниваться ради программы, чтобы ощутить друг друга ближе. – Что ты сказал родителям? – Сказал, что мой парень хочет познакомить меня со своими друзьями, – пожимая плечами, отвечает Шион. Джехён так и не познакомил Тэёна со своими родителями. Как и Тэён – он так и не представил Джехёна своим. Джехён говорил, что они ещё успеют, а родители Тэёна были против альфы, поэтому Тэён не торопился. Шион рассказал своим родителям о том, что состоит в отношениях почти сразу, ещё даже недели не прошло. – И обо мне ты тоже рассказал? – напряжённо спрашивает омега. – Что ты имеешь в виду? – альфа искренне не понимает. – Кто я такой, кем работаю. И что я старше тебя... – Они уже знают, – не моргнув и глазом, – Я просто сказал, что теперь мы встречаемся. И что ты хочешь представить меня своим друзьям. Откладывая от себя начатый сэндвич, Тэён опускает голову, рассматривая крошки на джинсах, но беспокоясь лишь о легкомысленности молодого альфы. А что, если они расстанутся? А что, если завтра вечером друзья Тэёна скажут нечто такое, из-за чего Шион отвернётся от Тэёна? Куда он так торопится? – Отец дал пару советов. Он сказал, что для тебя это может быть важно, и что я должен тебя немного поддержать. Завтра всё будет в порядке.

...

Декабрьский вечер среды подкрадывается сумерками, сильным ветром и привкусом соли напополам с напряжением. С самого утра Тэён не мог найти себе места, ожидая встречи с Джонни, Доеном, Ютой и Шионом. Что скажут ребята про Шиона? Как они его примут? Почему Тэён так сильно боится, что они обязательно найдут у Шиона недостатки и ткнут в них побольнее? Ткнут не альфу, а Тэёна, чтобы он понял, с кем связался. Почему Тэён так боится? Даже стоя перед дверью дорогого ресторана, ожидая Шиона – ведь они договорились вместе прийти пораньше – Тэён всё равно ужасно боится. – Тэён! – желаемый альфа оказывается прямо за спиной, и, оборачиваясь на него, омега едва не падает на месте, вовремя спохватываясь, – Я постарался успеть. Пойдём? Наученный, Шион снова открывает дверь перед Тэёном, пропуская того вперёд, но в этот раз покорно следует за старшим, чтобы понять, кому передать вещи, где находится их столик, и как помыть руки в глубокой чаше горячей воды. Хотя сейчас он следует, омега не наблюдает за альфой неловкости или страха: Шион выглядит естественно, даже если немного неуместно в выпускном костюме. – У тебя не было другой одежды? – со смешком спрашивает Тэён. Не сдержавшись, он шутливо тянет лацканы пиджака на Шионе, на что альфа только задерживает дыхание: – Не было. Хмыкнув, омега принимает такой ответ.        Первым должен подойти Юта, и он уже написал, что выходит из такси. А вот Джонни и Доен ещё задержатся. И Тэён вдруг понимает, что рядом с Шионом ему спокойнее. Наедине с этим альфой он чувствует себя в безопасности и уверенности своего чувства. Он вспоминает немного беспечное: "Завтра все будет в порядке", и успокаивается. Юта в ресторан не входит, а влетает вместе с проморзглым ветром. Без лишних церемоний, он находит столик и занимает диванчик напротив Тэёна и Шиона. Всё ещё в офиске, собранный и при лёгком макияже, он окидывает высокомерным взглядом молодого альфу, одетого немного неуместно и прыскает: – Дай угадаю: вы сошлись на теме моды? Ни 'здрасьте', ни 'кто это?', а сразу – колкость. Тэён тяжело сглатывает и представляет: – Накамото Юта – мой друг. И, Юта, это – О Шион, мой парень. – Очень приятно, – шаблонно отзывается Шион, едва ли подняв взгляд от стола. – Очень, – язвит японец, – Официант! К их столику тут же подбегает молодой омега, скоро принимает заказ на троих и исчезает. Тишина за столом действует на Тэёна угнетающе, и он без преувеличения вздрагивает, когда сидящий рядом Шион спрашивает: – Юта, а кем Вы работаете? – Социальный маркетинг. Куча бумаг, продажи, психи, – улегшись локтями на стол, Юта спрашивает в ответ, выразительно моргая на студента, – А чем ты зарабатываешь на рестораны для своего омеги? Лицо альфы стремительно краснеет. Прикрываясь запястьем, он бормочет: – Я ещё не работаю... – Кем ты будешь работать, когда получишь диплом? Ты уже знаешь, чего хочешь от жизни? – давит омега. – Юта, ты сам в его возрасте знал, чего хочешь от жизни? – не сдерживается Тэён. И впервые хватает Шиона за руку. Он берёт его предплечье, чтобы найти ладонь и зажать ту между своих двух. Тэён хочет помочь Шиону, хочет дать ему сил, хочет утешить его. Но только альфа опускает вторую руку под стол, чтобы накрыть ей замок из пальцев омеги. Его шершавая кожа удивительно теплая, почти горячая, а касание каким-то невероятным образом ощущается омегой нужным и оберегающим. Они не обмениваются словами, даже не смотрят друг на друга, но эти прикосновения говорят многое. – Я в его возрасте не заглядывался на альф постарше. – Наверное, Вы тоже любите альф помладше? – отбивает Шион. Да так крепко, что Юта роняет челюсть, моргая на него несколько секунд: – Маленький ублюдок... – Ваши напитки! – благо, что официант вовремя приносит заказ, медленно расставляя бокалы, закуски и приборы. Когда он уходит, Тэён предлагает: – Давайте начнём есть. Я ужасно голодный. – Ты что ли будешь платить за этот счёт? – не остывает Юта, глядя только на друга. Не ощущая больше на своих ладонях тепла альфы, Тэён чувствует себя немного неуверенно, когда отвечает: – Этот счёт оплачу я... – Как и все следующие, – перебивает Накамото. – Потому что я попросил Шиона прийти сюда со мной, а не провести время вместе с родителями. Он поменял планы из-за меня, и я за это готов заплатить. Вечер только начался, а лицо Юты успело вытянуться дважды. Рассеянно моргая на парочку перед собой, он вдруг отодвигает от себя тарелку: – Я подожду Джонни с Доеном. К счастью, в этот самый момент, двери ресторана снова открываются, и входят двое. Высокий альфа в спортивной куртке, и чуть ниже него – омега в дорогом черном пальто. Оба – в роскошных костюмах, при золотых кольцах на обручальных пальцах. Они идут без спешки, тихо между собой о чем-то переговариваясь.        Джонни Со и Донен Ким поженились полгода назад тихо, без кучи гостей и толпы свидетелей: только родственники и близкие друзья, среди которых оказались и Тэён с Ютой, а также старый друг Джонни. Церемония была короткой, без ненужного пафоса, а их отношения оказались тихими и мирными, понимающими и принимающими. Вот и сейчас, замерев в шаге от столика, они дожидаются, пока старые друзья поднимутся с мест, чтобы всем вместе обменяться тёплыми объятиями. Одетый в зелёное Доен, хлопая Тэёна по спине, выдаёт вдруг: – О! И в приглашении машет единственному человеку, который остался сидеть. Тэён оборачивается, чтобы проследить, как медленно Шион выходит из-за стола, как он приближается к паре в два шага и чуть склоняет голову в приветствии, кратко представляясь: – Я – О Шион, парень Тэёна. Очень приятно с вами познакомиться. – Нам тоже очень приятно, – несколько удивлённо отзывается Донен, без стеснения рассматривая альфу перед собой. – Я – Джонни Со, а это – мой муж, Ким Донен. С нами можно без формальностей, если справишься, – шутливо поддевает Джонни. – Думаю, что справлюсь, – хотя Шион отзывается легко, Тэён видит, как напряжено тело альфы. Сжатые в кулак ладони, идеальная линия спины и натянутая улыбка, широко раскрытые глаза, выдающие каждое микродвижение его зрачков. – Мы заказали пока только на себя, – приходит в себя Юта, – Вас же не дождешься. – Ничего страшного, – вежливо отзывается Доен, усаживаясь с краю от Джонни. Так и получается, что Тэён сидит рядом с Шионом напротив своих друзей. И эти самые друзья смотрят на одного только Шиона, как будто бы тот не человек вовсе, а говорящая собака. – О Шион, мы прежде о тебе ничего не слышали, – опустив взгляд на меню, начинает Джонни, – Да и ты о нас тоже. А раз мы старше, то мы должны представиться первыми. Уголки губ Шиона тянутся выше и шире. – Ну мы все знаем Тэёна с первого курса универа, а это почти десять лет уже. Я лично учился с ним вместе в одной группе, – кивнув, альфа переводит взгляд на мужа, – А вот Доен нашёлся случайно. Как-то присосался сбоку. – Я искал, у кого списать домашку по оптике, – скоро проговаривает омега, толкая Джонни локтем под ребра, – Ты учился отвратительно, а у Тэёна всегда были отличные конспекты. – А потом ты стал с нами дружить. – Кто-то же должен был быть голосом разума в вашей идиотской компании, прости Господи, – откинув от себя меню, Ким Донен начинает крутить обручальное кольцо на пальце, – А Юта всегда был соседом Тэёна по комнате. С первого курса. Но на второй год они съехали с общаги. – Да. А ты просто начал кадрить своего препода ради оценки, – язвительно вставляет Юта. И после этих слов над столом повисает гнетущая тишина, которая вдруг крошится под заглушенным ладонью смехом Шиона. Опустив голову ниже, молодой альфа несколько раз умудряется попросить прощения, прежде чем ответить: – Тэён в качестве преподавателя просто невероятный. В него сложно не влюбиться. – Но ты ещё и поцеловал его, – бьёт дальше Накамото. – Юта! – нервно вскрикивает Тэён, не уверенный, как отнесётся его парень к тому, что омеги обсуждают личную жизнь. – А, вы уже на таком этапе отношений? – понятливо кивает Джонни. – Но они ещё не съехались, – скоро замечает Донен, тут же отворачиваясь и поднимая руку, чтобы подозвать официанта. – А с Джехёном они тоже так и не съехались. Это говорит Джонни Со. Это Джонни делает контрольный выстрел в ситуацию, уничтожая её полностью, превращая все происходящее в одну большую уродливую придирку к едва начавшей свои отношения паре. Трое друзей смотрят на стремительно краснеющего Тэёна. Тэёна, который не знает: плакать ему, или смеяться. Он догадывался, что сегодня не обойдётся без присутствия Чон Джехёна, но даже подумать не мог, что в таком виде, и что ситуация будет выглядеть настолько некрасиво. Оторвавшееся движение всё не приходит в норму, омега дышит хоть и медленно, но его, вероятно, трясет при каждом выдохе от злости, от обиды, от невозможности противостоять своим друзьям. Их банально больше, а он... – Вы, кажется, хотели сделать заказ? – прежний официант появляется, как нельзя, кстати. Только вот Шион, положив ладонь на колено Тэёна, перебивает уже открывшего было рот Доена: – Будьте добры, у вас есть фруктовый торт, или что-то такое..., – когда официант кивает, Шион продолжает, – И где у вас тут туалет? – Прямо по тому коридору до конца, – указав направление, омега вежливо кивает и поворачивается к недавно зашедшим посетителям. – Давай сходим, – сжимая ладонь Тэёна своей, Шион выходит из-за стола, заставляя омегу следовать за собой. Они спешно проходят через весь ресторан, чтобы остановиться под тусклыми лампами маленького коридора и немного перевести дух. Взять паузу – так это понимает Тэён. Упав спиной на стену, омега обхватывает себя за плечи: – Прости, они не всегда такие. – Они переживают. Но это труднее, чем я думал, – накрыв губы ладонью, альфа перекачивается с левой ноги на правую, – Они тоже сравнивают меня с твоим бывшим, но по другим параметрам. – Мои родители будут делать то же самое: сравнивать тебя с моим бывшим, только вообще по всем параметрам, – холодно прыскает Тэён. – Родители – финальные боссы. Вернёмся к твоим друзьям: они поедят и подобреют, как думаешь? М? В голосе Шиона звучит нотка озорства. Становясь ближе к Тэёну, он успевает кратко чмокнуть омегу в скулу, сразу же отходя назад: – Это для смелости. А теперь нам пора. Не медля ни секунды, слишком воодушевленный, альфа тянет за собой к столику, первым усаживаясь на диван и придвигаясь к стенке на своё прежнее место. Ненавязчиво улыбаясь, О Шион спрашивает: – Итак, вы, ребята, достаточно повспоминали прошлое? – когда он сталкивается взглядами со старшими, то дополняет, – Если я отпрошусь в туалет ещё раз, вы подумаете, что у меня проблемы со здоровьем и забаните меня. – Ах-ха-ха! – громко и нервно разрывается смехом Доен, – Боже, ты очарователен в своей смелости. И, должен признать, мы все не правы по отношению к тебе. Скользнув взглядом по лицам друзей, Тэён понимает: пока его с Шионом не было, те что-то обсудили. Джонни, разумеется, принял сторону своего мужа безоговорочно, хотя всё ещё выглядит немного недовольным, а вот Юта... Медленно пережевывая челюстями рыбу, он смотрит на сидящего прямо напротив Шиона едва ли не с ненавистью. – Я надеюсь на вашу помощь или хотя бы понимание, – кивает О. Обернувшись на него, Тэён задаётся вопросом: как у этого парня не кружится голова? Зрачки альфы постоянно скачут с лица на лицо, он скоро, немного хаотично сканирует внешность каждого друга Ли, пытаясь найти для себя подсказку. Слишком обеспокоенный, Шион не спешит возвращаться к еде. Осторожное прикосновение Тэёна к локтю заставляет Шиона вздрогнуть и обернуться. Несколько секунд альфа с мольбой и вопросом смотрит на омегу, и тогда же Ли мягко улыбается: – Давай поедим. Руки Шиона неуверенно берут приборы; большую часть времени он смотрит в тарелку, но есть секунды – считанные секунды – когда он бросает взгляды на Юту, Доена или Джонни. – Скоро будут новогодние праздники, – вдруг заговаривает Ким и наклоняется над столом, чтобы обратить на себя внимание Юты, – Мы собирались поехать в Осаку. Ты будешь снова работать? – Да, – буркает японец. – Осака – звучит хорошо, – подхватив идею, Тэён пытается другу помочь развить диалог, – Когда вылет? – Двадцать седьмого. Обратно – второго января, – кивает Ким, – Это что-то вроде маленького подарка нам на годовщину встречи. – Вы давно в браке? – тихо спрашивает Шион. Но Доен слышит его и довольно улыбается, снова принимаясь крутить кольцо на пальце: – Не больше года. Никогда не думал, что буду вот таким в браке. – Каким? – тут же хмурится его муж. – Не берите в голову, просто мысли вслух, – отмахивается Ким. Тэён знает, почему друг замолчал.               Раньше Джонни был более дружелюбен, и охотно проводил время с омегами, казался всем ветреным повесой. Но кто бы мог подумать, что после череды неудач на любовном фронте, взяв паузу на несколько месяцев, Джонни Со вдруг откроет для себя личность Ким Донена. Ким Донен – серая мышь, на год младше них всех, выделялся из толпы только потому, что носил очки с огромными круглыми линзами, или прятался за стопкой книг, как будто в двадцать первом веке для него одного был заблокирован интернет. Насколько Тэён помнит, однажды Джонни разрушил одну из книжных башен Доена, в результате чего они и познакомились. А вот до Тэёна Доен дошёл спустя пару месяцев, выпрашивая конспекты. Ким долго был просто Ким-донсеном среди них: слишком занудный, высокомерный, правильный какой-то. Но со временем так получилось, что его правильность придала огранку старшему трио, и Доен отлично вписался в их компанию, всё ещё соблюдая дистанцию. Его отстранённость сделала его неожиданно интересным парнем с особенной аурой, и так, Джонни увлекся. А, увлекшись, начал ненавязчиво ухаживать. Он однажды признался, что до самого последнего мига не был уверен в своих чувствах к Донену: не его типаж внешности, слишком сложный и строгий характер, жуткая дисциплина и консервативные родители.               И вот они здесь. Всё ещё лёгкий на язык и действие Джонни, свободный и легкомысленный, лишенный предрассудков и внутренних ограничений, и Донен – его муж – тихий и осторожный, внимательный и рассудительный. Слишком разные, чтобы казаться возможными, но удивительно сочетающиеся вместе. Может быть, они поймут Тэёна немного больше Юты? Может быть, они примут Шиона в качестве его парня, поймут разницу и оценят её высоко? – Шион, наверное, поедет к семье на каникулы? – спрашивает Донен, вежливо кивая в сторону названного альфы. – Да, – скоро кивает Шион. – Откуда твоя семья? Вас много? – Джонни подхватывает новую тему для разговора. Рассказывая о своей малой родине и семье, Шион преображаются. Он выглядит увереннее, когда описывает местные красоты и прелести жизни вблизи от моря, упоминает своё увлечение парусным спортом и замямливает тайную причину обожания бейсбола, из-за чего выглядит забавно и мило. – Шион, ты – классный парень, – заключает Джонни, доев свою порцию мяса и лениво поглядывая на маринованные овощи, не уверенный, нужны они ему или нет, – Но что на тебе надето? Неужели не было ничего другого? Альфа смеётся, хотя сидящий рядом муж начинает беспокоиться и тормозить веселье: – Господь с тобой, Джонни, это немного грубо. – Я...., – спрятавшись за пустым бокалом из-под безалкогольного пива, Шион отвечает тихо, – Я хотел соответствовать. Но из костюмов был только этот. – Послушай моего совета, – расщедривается вдруг Джонни, чем удивляет всех сидящих за столом, – Научись одеваться. Почитай что-нибудь о стиле, вокруг посмотри, я не знаю... – Джонни, он нормально одевается, – Тэён вступается за своего парня, – Сегодня просто луна не в зените. – Всё равно выглядит, как школьник на именинах, – продолжает альфа, – Слишком маленький и худенький для тебя. Незрелый альфа, совсем незрелый. – Что на тебя нашло? – даже Доен удивляется, хватая мужа за предплечье. Ещё несколько минут назад всё было хорошо, они весело болтали и смеялись, как вдруг на О Шиона вновь посыпались оскорбления, пусть и косвенные, не самые грубые, но достаточно меткие. – Да мы все же смотрим на него, как на маленького миленького щенка! И он специально так оделся: чтобы мы пожалели его, – важно кивая, отвечает Джонни, – Я вот не верю в твои чувства! Я не понимаю, как вы начали встречаться! Я не понимаю, почему Тэён согласился на это! В следующий момент Тэён успевает только фиксировать происходящее в прошедшем времени: события сменяют одно другое слишком быстро. Порывистым взмахом руки Доен выливает на мужа яблочный сок из своего бокала. Тут же поднявшись на ноги, оправив рубашку и небрежным взмахом головы убрав челку с глаз, он заявляет вдруг: – Ты не можешь обвинять Тэёна в своей ошибке. Не понимая, о чем говорит Ким, Тэён вопросительно смотрит на понурого Джонни. А Донен, вскинув руку и указывая пальцем на Юту, продолжает: – Как и ты. Вы оба не имеете права вымещать свою обиду на Джехёна на Тэёне. – Что ты несёшь? – ведёт челюстью Накамото. – А то..., – опершись ладонями о стол, Донен начинает разъяснять, – ... что Тэён не виноват, что когда-то встречался с Джехёном. Он не виноват в том, что Джонни подружился с Джехёном. И он не виноват в том, что из-за Джехёна Джонни до сих пор не занимается фотографией. Разве это не твой собственный выбор, дорогой? – он оборачивается на мужа, но потом возвращается взглядом к японцу, – И Тэён не виноват, что ты, Юта, зная, как ему тяжело, уехал в Японию, оставив его одного на съемной квартире. – У меня были дела..., – пытается вставить Юта. – Да, были. И Тэён не винит тебя. Тебя никто не винит за это, – всплеснув руками, Донен выпрямляется, – И Тэён уж точно не виноват в том, что вы оба почему-то ненавидите Чон Джехёна. Вы уже даже ненавидите не его, а саму идею его существования. Но почему-то отыгрываетесь на Тэёне. Почему вы оба это делаете? – Милый, я не понимаю вообще.., – альфа тоже оказывается перебит. – Господи Боже, Джонни! Ты точно понимаешь, что я говорю. Твои слова были о том, что у тебя не осталось ни одной фотокамеры из-за Джехёна. И, что если бы не Тэён, то ты мог бы заниматься чем-то другим. А твои слова, Юта..., – омега переводит взгляд на старшего, который умоляет его молчать присмиревшим взглядом. Но сегодня Ким Донен не сдерживается: – ... Были о том, как тебе не удалось воплотить свои мечты в Японии из-за беспокойства о Тэёне. Да, как будто именно поэтому тебя не было в стране полтора года. Эти полтора года рядом с Тэёном были я и Джонни, а не ты. И ты, как бы больше не лучший друг, но всё ещё хочешь быть рядом. Вот и мотает тебя, идиота, из стороны в сторону. Тяжёлое молчание повисает за столом.        Вот оно что, оказывается.        Тэён знал, что Джонни обижен на Джехёна из-за фотографии, но даже подумать не мог, что оказался причастным к этой трагедии только потому, что когда-то влюбился в кого-то неподходящего. Омега никогда не задумывался о том, что может быть виноват в невозможности альфы взять в руки аппарат и запечатлеть миг. Более того, Тэён никогда не винил Юту за отъезд, он даже ни разу не упоминал, как он сам завидовал другу, который двигался вперёд, пока Ли рыдал на полу, уничтоженный разрушенными отношениями. Увядший в своей тоске и боли, полный мрачных мыслей, Тэён никогда не винил Юту, Доена или Джонни, он даже не мог, как следует, злиться на Джехёна или его мужа, а оказалось, что Тэён виноват. Что это он виноват в том, что Джонни бросил своё хобби, что Юта вернулся в Корею из Японии, что Доен начал свои отношения немного позже. Потому что, если бы Тэён не нашёл на той приветственной вечеринке вежливого парня с милой улыбкой и ямочками на щеках, то ничего бы этого не было. Если бы Тэён не влюбился бы в альфу помладше, то не разбил бы столько сердец, не потратил бы столько нервов, не поломал бы столько жизней. Может быть, если бы Тэён не связался с Джехёном, то Джонни бы продолжил заниматься фотографией, Доен бы не вышел за Со, а Юта бы преуспевал в Японии.        Но кто бы тогда обнимал его за плечи, бережно спрятав за своей спиной от притихших друзей. Кто бы, не зная истории целиком, просто сел бы рядом, осторожно обхватив ладонью лицо, мягко ведя подушечкой пальца круги на щеке. Кто бы прошептал Тэёну: – Всё в порядке. Все имеют право на ошибку. Ты не виноват, Тэён-а. Ты не виноват. Так получилось. Всё в порядке. Сделав судорожный вздох, Тэён отзывается: – Я даже не думал... – Чшшш, – Шион обнимает крепче. Он закидывает колено на сидение рядом, упирается спиной в край стола, перекрывая собой обзор омеги, осторожно усаживая старшего почти что на себя. Жар его тела, его мягкий голос успокаивают Тэёна, хотя он, всё ещё разочарованный в себе, в Джонни, в Юте, в который раз – в Джехёне – продолжает открыто плакать. Его голос раздается почти на весь ресторан, но омега не видит ничего, кроме дурацкого пиджака выпускника и изгиба шеи альфы. Сжимая пальцами его руки, теснее прижимаясь к крепкой груди Шиона, Тэён бормочет: – Как я могу быть виноватым? Я не знал... Я не знал, что так выйдет. И он бросил меня. Он сказал, что не любит меня. Он сказал, что не любит меня больше. Он так и сказал: "Я не люблю тебя больше". Он встретил омегу, которого полюбил. Он ушёл. Как я могу быть виноватым? – Ты не виноват. Я уверен, что ты не виноват, – слова Шиона раздаются над самым ухом, отчего омега на секунду вздрагивает. Отношения с Джехёном разрушили не только его, но и его друзей. Точнее – это расставание. Но разве Тэён бросил Джехёна? Это Джехён его бросил, оставил ради другого омеги. Тэён не знает, отчего же так вышло, почему, когда они успели сделать ребёнка? Но ещё меньше Тэён понимает, как он мог пропустить обиду в глазах Джонни? Или ненависть в глазах Юты? Выходит, что эти двое только притворялись его друзьями, в тайне храня под сердцем обиду. Возможно, это были их брошенные вслух полные боли и отчаяния слова, но как же тяжело они ранят: почти до крови, до остановки сердца. Тэён буквально задыхается под паникующим взглядом Шиона, не уверенный даже, что может сейчас довериться хоть кому-нибудь: ведь, выходит, самые близкие годами винили омегу в своих неудачах. Уход Джехёна ранил каждого из них. Их дружба оставалась крепкой на общем шраме. Но, как только на свет явился человек, который смог исцелить рану на душе всего одного только Тэёна, вскрылись прежние гнойные нарывы. Самые противные. Потому что близкие, но скрытые. С трудом успокоившись, осознавая себя в ресторане, хотя и зажатым между спинкой дивана и телом Шиона, Тэён осторожно выпрямляется на месте. Он замечает, что стол уже опустел, а перед ним стоит стакан воды. Джонни и Юты не видно, а Доен, откинувшись на спинку своего дивана, скрестив руки на груди, смотрит в потолок, чего-то ожидая. Когда рука Тэёна только тянется к воде, Шион первым берёт в бокал, осторожно передавая тот омеге и поддерживая за дно. Маленькие жесты заботы. Уже тот факт, что альфа не сбежал, сверкая пятками, даёт ему несколько сотен зачётных баллов. – Они пошли выяснять отношения на улице, – вдруг говорит Доен, опуская голову на парочку перед собой, – Этот вопрос давно пора было закрыть. – Это потому, что Шион...? – не успевает Тэён спросить, как оказывается перебитым. – Да Боже мой! – омега начинает злиться, – Это мог быть любой другой альфа! Он оказался первым альфой, решившим начать с тобой отношения. Не важно кто, важен сам факт отношений. Вот и всё. Всё ещё ощущая вокруг себя тепло Шиона, Тэён спрашивает: – Всё это время Джонни ненавидел меня? – Нет. Не так. Он ненавидит Джехёна. – Но ты сказал же? – Ли надеется, что его разум не помутился. – Однажды он сказал, что это ты виноват в том, что он больше не занимается фотографией. Мы с ним ссорились тогда. Очень сильно. И он сказал. Наверное, он был зол на весь мир, и мог бы обвинить своего отца за то, что тот его зачал. Но ты оказался удобнее в диалоге и ближе к полемике. Криво улыбнувшись, Доен оглядывает парочку перед собой, рассказывая ещё кое-что: – Юта написал, что с тобой играет какой-то малолетка. И что ты не в своём уме от него. Мы ехали с предубеждением. Но, Боже, что я вижу сейчас? Лицо его вдруг сияет широкой улыбкой. Сделав руками круг в воздухе, Ким продолжает: – Вы неплохо смотритесь вместе. Если Шиону только сменить одежду, то будет отлично! – его лёгкий смех стремительно возвращает атмосферу в прежнее доверительное русло, – Красивые люди всегда красиво смотрятся вместе. Вы только начали, и, если мы тебя не испугали сегодня, а...? – наклонившись в сторону Шиона, снова смеётся Доен, – ... То у вас всё может получиться. Я верю в вас. Только и вы верьте в себя. Ладно? Всё ещё шмыгая носом, крепче сжимая в пальцах пиджак Шиона, Тэён медленно кивает. А что происходит потом? Он не помнит, как они выходят из ресторана. Знает только, что в тот день Юты и Джонни нигде не было видно, и дома Юты не оказалось. Где он ночевал в будний день – Тэён понятия не имеет. А ещё он помнит, как провожал Шиона до кампуса. Они шли молча, держась за руки, немного спешно, чтобы успеть до комендантского часа, но всё время оттягивая момент прощания. Уже перед воротами, отступив, Тэён сказал: – Я пойму, если ты захочешь расстаться. Прямо сейчас, или подумав. Широко раскрытые глаза Шиона отражали свет уличного фонаря, когда он обернулся, с тревогой глядя на омегу: – Почему? Ты хочешь? – Не хочу. Но ты можешь.... – Прости, – сделав шаг ближе, альфа вытянул руки по швам, боясь совершить ошибку, – Я не хотел, чтобы вы ссорились. – Ким прав. Дело не в тебе. Это мог быть кто угодно другой, – криво ухмыльнувшись, Тэён добавил, – Я испортил тебе вечер. И это я должен извиниться. – Извинения приняты, – альфа развёл руки в стороны, – Ты не виноват, что твои друзья оказались закомплексованными мудаками. Они натянуто-болезненно рассмеялись, обменявшись взглядами. Тэён всё ещё переживал из-за вечера, а вот Шион выглядел намного лучше. Его состояние объяснили его следующие слова: – Это даже хорошо, что я им не понравился. Если я совершу ошибку, они не будут винить тебя. Тэён... Не сдержал слёз.               Анализируя произошедшее все следующие дни, он так и не понял, каким образом Шион пришёл именно к такому выводу, именно к этим словам так быстро. Подобрал верно, чтобы поразить омегу в самое сердце, чтобы в который раз покорить его, сделав... Вообще ничего не сделав, по сути. Просто О Шион вот такой человек. Сложный и целеустремлённый, которому в жизни ничего не давалось легко, и потому он привык добиваться своего, идти на уступки и принимать чужие слабости. Его сердце не отвердело, не обрело жёстких граней, оставшись мягким там, где это необходимо. Столь юный, но уже закалённый характер – ему ещё не по плечу соревноваться и спорить с кем-то вроде Джонни, но он уже умеет находить неожиданные, поразительно верные решения.        В холодную ночь среды Шион осторожно обнимал Тэёна за плечи. Он больше ничего не говорил, просто остался рядом. Всего лишь остался рядом. Остался рядом.