Приключение Фриск по Бумажной школе

Компасс перевёл взгляд с Алисы на Грейс, его глаза горели справедливостью. — Грейс, и... — начал он, но демонша опередила его. — Алиса, — спокойно представилась она, слегка склонив голову. — Алиса. Благодарю вас обеих за помощь, но дальше я справлюсь сам, — твёрдо произнёс Компасс. Алиса и Грейс переглянулись. Они хотели что-то добавить, предложить свою помощь ещё раз, но, увидев непререкаемую серьёзность в глазах полицейского, промолчали. Грейс тяжело вздохнула, поправляя монокль: — Удачи тебе, мой друг. Будь осторожен. Компасс лишь кратко кивнул в ответ. Он бережно поднял спящую Циркуль на руки, прижимая её к груди, и направился к выходу. Грейс и Алиса проводили его взглядами до самой двери. Выйдя на улицу, Компасс аккуратно усадил кошку на пассажирское сиденье своей машины, пристегнув её ремнём безопасности. Он закрыл дверцу и, бросив последний взгляд на дом, где остались Алиса и Грейс, сел за руль. Как только машина тронулась, Алиса повернулась к директрисе: — Я, пожалуй, пойду. Дел невпроворот. Грейс перевела взгляд на демоницу: — Пока, Алиса. И прости, что потревожила тебя по такому странному поводу. Алиса лишь небрежно махнула рукой и растворилась в воздухе, не оставив после себя ничего. Тем временем в доме Компасса царила совсем иная атмосфера. Уильям Гаст удобно устроился за кухонным столом. Перед ним дымился стейк, приготовленный Компассом специально для романтического обеда с Циркуль. Уильям с наслаждением отрезал кусок мяса и отправил его в рот, зажмурившись от забытого вкуса настоящей еды. — Я смотрю, тебе тут весело, — раздался мой голос из угла гостиной. Я материализовался из звёздной пыли, скрестив руки на груди. — Мало того что ты превратил Циркуль в кошку, так теперь ещё и её обед воруешь? Уильям медленно пережёвал пищу, проглотил и лишь тогда посмотрел на меня, легко усмехнувшись: — Вкусно. Я тяжело вздохнул и сел напротив него, сверля его взглядом. Прошло четыре минуты напряжённого молчания, пока Уильям методично уничтожал остатки обеда. Наконец, отодвинув пустую тарелку, он удовлетворённо выдохнул: — Боже, как же приятно вновь ощущать вкус пищи. Он потянулся, вставая со стула, я последовал его примеру и оказался прямо перед ним, преграждая путь. Уильям посмотрел на меня снизу вверх, и на его губах играла ехидная улыбка: — Я сделал что-то не так? Всё сделано в рамках нашего договора. Драма есть, искра внесена. Чего тебе ещё? Я почесал глаза, чувствуя нарастающее раздражение, и щёлкнул пальцами. Время на кухне отмоталось назад. Кости собрались в стейк, соус вернулся на тарелку, а аромат жареного мяса снова наполнил воздух. Еда была восстановлена в первозданном виде, словно её никто и не трогал. Уильям удивлённо моргнул, переводя взгляд с меня на полную тарелку. Он медленно опустился обратно на стул: — Приятного мне аппетита. — пробормотал он и снова потянулся к вилке. Но я перехватил его запястье. — Не сегодня. Один хлопок моих ладоней и мы мгновенно переместились на задний двор дома Компасса. Уильям закатил глаза под очками и наконец обратил на меня всё своё внимание: — Ну что? Я же выполнил обещание. Разве я не заслужил соответствующего вознаграждения? Хотя бы в виде еды? — Разве то, что ты вообще существуешь в этом мире, а не гниёшь в пустоте, уже не является достаточным вознаграждением? — парировал я, повышая голос. — Ладно, ладно, признаю, — Уильям поднял руки в примирительном жесте, хотя в его тоне всё ещё сквозила ирония. — Есть чужую еду было некрасиво. Доволен? Я кивнул и сел на землю у окна, жестом подозывая его к себе. Уильям неохотно присел рядом. — Мне пора идти, — сказал я, и мой голос стал серьёзным. — Но запомни, Уильям: попробуй ещё раз съесть или украсть что-то чужое без спроса. Я тебе лично яйца выкручу. Понял? Уильям заметно вздрогнул, прикрывая пах руками, но быстро взял себя в руки: — В отличие от других, я не стремлюсь стать романтиком или героем любовных историй. Так что можешь хоть кастрировать меня. Мне будет ни горячо, ни холодно. Эмоции — для слабых. Я внимательно посмотрел на него, а затем медленно, ехидно улыбнулся. Эта улыбка явно намекнула на то, что я запомнил его слова и обязательно использую их против него в будущем. Уильям снова нервно дёрнулся. — Ладно, веселись, — бросил я и начал растворяться, превращаясь в россыпь звёздного света. Когда я полностью исчез, Уильям остался сидеть один на холодной земле. Он уставился на окно гостиной, ожидая возвращения хозяев. Прошло около десяти минут. Компасс заглушил мотор, вышел и осторожно открыл пассажирскую дверь. Он бережно взял спящую Циркуль-кошку на руки, стараясь не потревожить её сон, и вошёл в дом. Пройдя в спальню, он аккуратно положил кошку на свою кровать, укрыл её мягким пледом и погладил по голове. Убедившись, что она крепко спит, Компасс тихо направился к своему компьютеру. Экран монитора засветился, освещая его сосредоточенное лицо. Он включил компьютер. Компасс с тяжелым вздохом опустился в кресло перед монитором. Его пальцы зависли над клавиатурой, дрожа от нерешительности. Он набрал запрос и нажал Enter: "Что делать, если знакомую прокляли и превратили в кошку". Поисковик безжалостно выдал список телефонов сомнительных медиумов, рекламу "Битвы экстрасенсов" и пару форумов для любителей мистики. — Не то, — тихо пробормотал Компасс, стирая строку. Он попробовал перефразировать: "Знакомая внезапно превратилась в кошку". Результаты стали ещё абсурднее: сайты знакомств с категориями "кошко-девочки", странные тик-токи с фильтрами и форумы ролевиков. — Снова мимо, — простонал он, потирая глаза. Третий попыткой стал более общий запрос: "Как снять проклятие с человека". На этот раз среди привычных шарлатанов затесался один сайт с лаконичным дизайном и странным названием. Компасс кликнул на него. Заголовок гласил: "Если ваша знакомая превратилась в кошку — это классическое проклятие. Снять его можно лишь одним способом". "Наконец-то", — мелькнуло у него в голове. Он жадно начал читать текст ниже. "Древний метод, передаваемый из поколения в поколение, гласит: чтобы разрушить чары превращения, истинный возлюбленный должен поцеловать жертву. Только поцелуй любви способен вернуть человеческий облик". Компасс замер. Его лицо мгновенно залилось краской, напоминающей сигнал светофора. Он резко отодвинул стул, запрокинул голову и закрыл глаза. "Мне серьёзно нужно поцеловать Циркуль?" — лихорадочно заметались мысли. — "Да, она сейчас кошка, но суть-то не меняется! Это всё равно что целовать её саму. А вдруг она будет против? Вдруг она подумает, что я пользуюсь ситуацией?" Он тяжело вздохнул, пытаясь унять бешеный стук сердца. Нет, выбора нет. Ради неё он готов на всё. Компасс подошел к спящей на диване кошечке и мягко толкнул её рукой, будя. Циркуль открыла глаза, зевнула и посмотрела на него. Она сразу заметила его красное лицо и забегавшие глаза. "Неужели он заболел?" — с тревогой подумала она. — "Это всё моя вина. Он бегает, суетится, пытается помочь, а я просто сплю..." Её размышления прервал хриплый голос Компаса: — Кхм-кхм, Циркуль... — он говорил тихо, явно нервничая. — Можно я возьму тебя на руки? Мне нужно... кое-что показать. Циркуль неуверенно кивнула. Компасс бережно подхватил её и понес к компьютерному столу, стараясь не смотреть ей в глаза. Он посадил её на колени и повернул монитор так, чтобы она видела экран. Циркуль прищурилась, вчитываясь в текст статьи. Её кошачьи зрачки расширились. "Поцеловаться с Компассом?" — пронеслось в её голове, и она почувствовала, как под шерстью вспыхивает жар. Поняв по её реакции, что она прочитала, Компасс тихо спросил: — Попробуем? Его голос дрогнул. Циркуль, вместо того чтобы цапнуть его или убежать, нервно кивнула. Компасс медленно наклонился. Циркуль тоже чуть привстала на лапках. Их губы соприкоснулись в лёгком, робком поцелуе. Они замерли в ожидании чуда. Прошла секунда. Две. Ничего не произошло. Никакой вспышки света, никакого превращения. Циркуль осталась пушистой чёрной кошечкой с большими глазами. Разочарование накатило волной. Циркуль, хоть и была рада самому факту поцелуя, но все равно почувствовала острую тоску. Компасс, увидев её реакцию, аккуратно поставил её на пол. — Можешь пока походить по дому, осмотреться, — тихо сказал он, избегая её взгляда. — А я... я попробую найти другие способы. Он вернулся к компьютеру и уткнулся лицом в ладони. "Поцелуй снимает проклятие? Я что, в сказке Диснея живу?" — корил он себя. — "Теперь она наверняка возненавидит меня за эту глупость. Какой же я идиот". Но самообвинения не мешали ему лихорадочно открывать новые вкладки в браузере. Тем временем Циркуль спустилась вниз. Воздух в доме был наполнен аппетитными запахами. Сначала её потянуло на кухню, где остывал стейк, но вдруг её тонкий кошачий нос уловил другой, более манящий аромат. Знакомый, сладкий, родной. Запах Орео. Она забыла про стейк. Инстинкт любителя печенья сработал безотказно. Циркуль рванула к тумбочке в гостиной, где Компасс ранее спрятал сюрприз. Она начала яростно скрести лапами деревянную дверцу, тихонько рыча. Шум внизу привлёк внимание Компаса. Он спустился и увидел уморительную картину: чёрная кошка отчаянно штурмует тумбочку, пытаясь добраться до заветной цели. "Значит, она действительно большая любительница Орео, даже в виде кошки", — мягко улыбнулся Компасс. Он подошёл, открыл дверцу и достал две пачки любимого печенья. Глаза Циркуль заблестели. Она сделала шаг вперёд, протягивая лапки к лакомству. Компасс уже собирался отдать ей печенье, но вдруг замер. "А кошкам вообще можно есть Орео?" — мелькнула тревожная мысль. Он быстро развернулся и побежал наверх, оставив ошалевшую Циркуль одну. Она, издав возмущённый рык, помчалась за ним. Компасс ворвался в комнату, кинул пачки Орео на кровать и судорожно забил в поиск: "Можно ли кошкам есть печенье Орео?" Поисковик ответил мгновенно и категорично: "НЕТ. Кошкам нельзя давать Орео. Какао, сахар и жиры токсичны для них. Это может вызвать рвоту, диарею, проблемы с сердцем и даже смерть". Компасс выдохнул с облегчением, прочитав предупреждение. — Фух, успел, — пробормотал он. — Хорошо, что сначала загуглил, а не накормил. Он обернулся, чтобы объяснить ситуацию Циркуль и, возможно, всё-таки дать ей кусочек обычного корма взамен. "Пух!" Странный, мягкий звук, похожий на хлопок подушки, раздался посреди комнаты. Вслед за ним комнату заполнил густой белый дым, пахнущий ванилью и чем-то сладким. Компасс замер в ступоре, кашляя и размахивая руками, чтобы развеять облако. — Что за чёрт?.. На его кровати, уютно укутавшись в его же одеяло, сидела не кошка. Там сидела Циркуль. В своём человеческом обличии. А рядом с ней на простыне лежала пустая, смятая пачка Орео. Компасс замер на мгновение, а затем широкая улыбка озарила его лицо. Облегчение накрыло его тёплой волной. Он сделал шаг к кровати, протягивая руки. "Неужели всё так просто? Нужно было просто дать ей Орео? Слава богу, она снова человек!" — Не подходи ко мне! — резко приказала Циркуль, сильнее натягивая одеяло на себя. Её голос дрожал. Компасс остановился как вкопанный, опустив руки. Его улыбка угасла, сменившись растерянностью. "Что? А, ну да... Конечно. Она сейчас ненавидит меня за ту глупость с поцелуем. Я всё испортил", — пронеслось у него в голове, и он виновато опустил взгляд, сделав полшага назад. Они простояли так в напряжённой тишине около тридцати секунд, пока Компасс не набрался храбрости спросить: — Можно... можно мне подойти? — в его голосе звучала искренняя мольба и желание помочь. — Нельзя, — отрезала Циркуль, и её голос стал тише. Компасс тяжело вздохнул, чувствуя, как вина сдавливает грудь. — Это из-за того поцелуя? — тихо спросил он, глядя в пол. — Прости, я поступил глупо и опрометчиво. Я обидел тебя, и я пойму, если тебе неприятно и ты сейчас просто уйдёшь. Я заслужил. — Это не из-за поцелуя... — едва слышно прошептала Циркуль, её голос дрожал от напряжения. Компасс поднял на неё удивлённый взгляд, в котором читалась растерянность. — Что? Тогда из-за чего? — Это потому что я голая, — тихо-тихо произнесла она. — Что? — переспросил Компасс, наклонив голову набок. Он просто не расслышал шёпот из за стука собственного сердца. — Это потому что я голая, — повторила она чуть громче, но всё ещё боясь поднять глаза. — А? — Компасс снова не понял, моргая с видом полного недоумения. Циркуль набрала воздуха в лёгкие и, захлёбываясь от стыда, почти выкрикнула: — Я ГОЛАЯ! Слова повисли в воздухе, тяжелые и звонкие. Осознав, что только что прокричала это во весь голос, Циркуль мгновенно нырнула под одеяло с головой, превратившись в бесформенный кокон ткани. Компасс встал в ступор. Его мозг отказывался воспринимать информацию секунду, а затем его лицо залилось таким красным румянцем, что он стал краснее любого спелого помидора. И, конечно же, его "Дружок" мгновенно отреагировал на эту новость. Компасс судорожно прокашлялся, пытаясь вернуть хоть каплю трезвости в свой хриплый голос: — Я... я сейчас принесу тебе одежду! Он рванул к шкафу, лихорадочно выгребая оттуда почти всё содержимое. Футболки, свитера, брюки. Свалив гору вещей рядом с кроватью, он пробормотал: — Переодевайся, я подожду снаружи! И пулей вылетел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Но стоило ему сделать всего один шаг по коридору, как ноги предательски подкосились. Компасс рухнул на пол, хватаясь за голову и тихо простонав в отчаянии. Его тело реагировало на ситуацию по разному. Сердце шептало мягко и благородно: "Ты правильно сделал, что оставил ей одежду и вышел. Ты поступил как настоящий джентльмен." Тем временем Дружок имел совершенно иное, более примитивное мнение: "Она там буквально голая лежит в твоей постели! Бегом за презервативами, хотя нет, можно и без них, раз уж такой случай и ныряй к ней! Чего ты ждёшь?!" Мозг, подключившись к дискуссии, поддержал бунтовщика: "Полностью согласен с Дружком. Такая возможность выпадает один раз на миллион. На твоём месте любой нормальный самец воспользовался бы моментом." — ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ! — мысленно заорал Компасс. Он тяжело дышал, пытаясь унять бешеный стук сердца. Но воображение уже работало на полную мощность: Мозг транслировал перед внутренним взором все возможные варианты прекрасного тела Циркуль, скрытого сейчас под одеялом. Детали, изгибы, тепло кожи... — Блять... — простонал Компасс, чувствуя, что его "Дружок" и не собирается отступать или успокаиваться. Ситуация выходила из-под контроля. Казалось бы, Компасс должен радоваться. Циркуль снова человек, проклятие снято, всё хорошо. Но с другой стороны, его собственное тело настроилось против него самым жестоким образом, требуя действий, которые могли бы всё разрушить. Что же произойдёт дальше? Сможет ли он сохранить лицо и уважение девушки? Или инстинкты возьмут верх? Узнаем в следующей главе.