Гемофобия

Я шла по коридору, не чувствуя ног. Вокруг шумели люди, кто-то звал меня, но звук доходил словно через толщу воды. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. Я свернула в женский туалет. Слава богу, пусто. Я вцепилась в раковину, глядя на свое отражение. Бледная. Глаза горят лихорадочным огнем. Но я сделала это. Я сказала ему. Я сожгла мосты. — Ты молодец, — прошептала я себе. — Ты все сделала правильно. Ты не жертва. Я наклонилась, плеснула ледяной водой в лицо, чтобы смыть жар. Выпрямилась. И замерла. В зеркале, прямо за моим плечом, стоял Он. Мужчина из сна. Тот самый. Мощный, темный, с глазами цвета океана. Он стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. Он выглядел абсолютно реальным. Не призрачным. И он улыбался. Той самой наглой, хозяйской ухмылкой. — Браво, — его губы не шевелились, но я услышала этот голос у себя в голове. Бархатный, глубокий, как рокот грома. — Хорошая девочка. Я резко обернулась. Пусто. Сзади была только кафельная стена. Я снова посмотрела в зеркало. Никого. Только мое перекошенное от ужаса лицо. Меня накрыло паникой. Это не стресс. Это не галлюцинация. Он здесь. Он следит за мной. Мне нужно домой. Срочно. Я вылетела из школы, села в машину и вдавила газ в пол. Дорога до дома заняла пять минут, но они показались мне вечностью. Я вбежала в дом, захлопнула дверь и дрожащими руками повернула замок на два оборота. Щеколду. Цепочку. Я прижалась спиной к двери и сползла на пол. — Все, — выдохнула я. — Я дома. Я в безопасности. Здесь меня никто не тронет. — Ты правда думаешь, что этот хлипкий замок меня остановит? Голос прозвучал из гостиной. Ленивый. Злой. Знакомый до дрожи. Я подняла голову. В проеме гостиной стоял Деймон. Он держал в руках бокал с маминым вином. Он выглядел совершенно спокойным, но в его глазах бушевал ураган. —Убирайся от сюда... — прошептала я, чувствуя, как пол уходит из-под ног. — Я не приглашала тебя ... — А мне и не нужно, — он сделал глоток, не сводя с меня глаз. — Котенок. Он сделал шаг ко мне. — Я могу заходить, когда захочу. И делать, что захочу. Я вскочила на ноги. Страх сменился яростью. — Убирайся! — закричала я. — Вон отсюда! — После того, что ты устроила в школе? — он поставил бокал на тумбочку. — Ну уж нет. Мы не договорили. — Я все сказала! — я схватила с тумбочки тяжелую хрустальную вазу. — Я знаю, что ты делаешь! Я знаю про маринад! Я не буду твоей едой! Деймон закатил глаза. — Опять этот бред про кулинарию. Лана, поставь вазу. — Не подходи! — я замахнулась. — Вы все одинаковые! Вампиры, демоны... Вы просто используете нас! Деймон оказался рядом мгновенно. Он не стал выхватывать вазу. Он просто перехватил мое запястье. Его пальцы были холодными и твердыми, как сталь. Но он не причинил мне боли. — Послушай меня, милая, — прорычал он мне в лицо. — Если бы я хотел тебя съесть, ты бы уже была мертва. Я бы не стал играть в спасателя. Я бы не стал возить тебя по больницам. Я бы выпил тебя в первую же встречу и забыл твое имя. — Ты врешь! — крикнула я, пытаясь вырваться. — Ты готовишь меня! — Я не готовую тебя! — гаркнул он так, что стекла в окнах задребезжали. — Я пытался... черт! Он отпустил мою руку и оттолкнул меня. Ваза выскользнула из моих пальцев и с грохотом разлетелась на тысячи осколков. Мы оба даже не посмотрели вниз. — Я пытался защитить тебя, — сказал он тише, и в его голосе прозвучала горечь. — Потому что ты... ты была единственной, кто видел во мне что-то кроме монстра. До сегодняшнего дня. Я замерла. Его слова ударили сильнее, чем пощечина. — Ты сама придумала этот «маринад», Лана, — он покачал головой. — Ты так боишься поверить, что можешь быть кому-то интересна просто так, что тебе проще считать себя едой. Он перешагнул через осколки вазы. Подошел к двери. Открыл замок, который я так старательно закрывала. — Я уйду, — бросил он через плечо. — Бойся дальше. Запирайся. Живи в своем страхе. Приятного аппетита твоим демонам. Он вышел и хлопнул дверью. Я осталась стоять в прихожей, среди осколков маминой вазы. В тишине. И только сейчас я поняла, что по моим щекам снова текут слезы. В зеркале прихожей мелькнула тень. Я подняла глаза. Там никого не было. Но я чувствовала: Тот, другой, из сна... он доволен. Я прогнала защитника. Теперь я осталась одна.

***

В доме повисла тишина. — Молодец, Лана, — сказала я вслух, но голос предательски дрогнул. — Ты победила. Ты прогнала монстра. Я прислушалась к себе. Кого я пытаюсь обмануть? Перед глазами стояло лицо Деймона. Не злое, не хищное. А растерянное. Обиженное. Он сказал правду. Я знала это нутром. Если бы он хотел — он бы давно меня убил. Или внушил бы мне всё, что угодно. Но он возился со мной. Спасал. Терпел мои закидоны. А я? «Ты сталкер! Ты маринуешь меня!» Боже, какой бред. Я просто испугалась. Я испугалась, что история моей про бабки повторится, и нацепила на него ярлык злодея, чтобы было проще его отшить. Он не был сталкером. Он был... единственным, кому было не плевать. Я опустила взгляд на осколки вазы. Они сверкали на полу, как мое разбитое самомнение. Я хотела их собрать, но рука замерла. Острые края. Кровь. Меня передернуло. Даже здесь я беспомощна без него. Раньше он бы просто убрал всё на вампирской скорости, и я бы даже не заметила. А теперь я стою над кучей стекла и боюсь пошевелиться. — Дура, — прошептала я. — Какая же ты дура, Лана. Я отвернулась от осколков и посмотрела в большое зеркало в прихожей, чтобы поправить волосы. И, конечно же, он был там. Он. Тот самый мужчина из сна. Высокий, широкоплечий, в темной одежде. Он стоял прямо за моим плечом в отражении, небрежно прислонившись к стене. Спокойный. Расслабленный. В его взгляде не было угрозы. Он разглядывал меня с легкой, ленивой полуулыбкой, как будто смотрел любимое реалити-шоу и ждал, что героиня выкинет дальше. Он был красив, черт бы его побрал. Эдакий темный принц из сказки. Но меня это не пугало. Меня это бесило. Я не испугалась. Я не вздрогнула. Я просто устало закатила глаза. — Ты теперь будешь вечно тут торчать? — спросила я отражение. — У тебя своей жизни нет? Хобби? Работа? Или тебе нравится смотреть, как школьницы поправляют макияж? Мужчина не ответил. Он лишь чуть наклонил голову набок, разглядывая меня с легкой полуулыбкой. В его взгляде читалось что-то вроде: «Какая забавная, дерзкая зверушка. И такая красивая». Он явно наслаждался шоу. Его присутствие не пугало, оно... раздражало. Как навязчивый поклонник, который не понимает слова «нет». — Пялься сколько влезет, — фыркнула я, поворачиваясь к зеркалу спиной. — Только коммуналку плати, раз уж поселился. В этот момент в дверь постучали. Сбивчивый, нервный стук. Я напряглась. Деймон? Вернулся качать права? Ну уж нет. Я не готова к раунду номер два. Я подошла к двери и рывком открыла её, готовя язвительную фразу. Я рывком распахнула дверь, уже набрав в легкие воздуха, чтобы выдать очередную порцию яда, но слова застряли в горле. На пороге стояла не кожаная куртка Сальваторе. Там стояла Бонни. Она выглядела так, будто только что пробежала марафон через кладбище. Волосы растрепаны, дыхание сбито, а в руках она так сильно сжимала ключи от машины, что костяшки пальцев побелели. — Бонни? — я нахмурилась, отступая на шаг. — Ты чего? Она даже не поздоровалась. Она буквально ввалилась в прихожую, едва не задев меня плечом, и тут же начала озираться по сторонам, как будто искала спрятанную бомбу. — Мне приснился сон, — выпалила она, хватая ртом воздух. — Кошмар, Лана. Про тебя. Я закрыла дверь и прислонилась к ней, скрестив руки на груди. — Добро пожаловать в клуб. У меня сегодня вечер открытых дверей для всякой чертовщины. Хочешь воды? Или чего покрепче? У мамы где-то было вино, которое недопил Деймон. При упоминании Деймона я непроизвольно скосила глаза на разбитую вазу. В груди снова неприятно кольнуло. — Лана, я серьезно! — Бонни схватила меня за плечи. Её ладони были влажными и горячими. — Это был не просто сон. Это было видение. Я видела тебя... здесь, в этой прихожей. Ты стояла в темноте, а за твоей спиной... Она запнулась и медленно перевела взгляд на зеркало. Я проследила за её глазами. Мужчина всё еще был там. Он переменил позу — теперь он стоял, засунув руки в карманы, и с нескрываемым интересом рассматривал Бонни. Его ухмылка стала еще шире, когда он понял, что она его не видит. — Тьма, — прошептала Бонни, и её голос дрогнул. — Я видела огромную, древнюю тень. Она обнимала тебя за плечи, и её пальцы... они впивались в твою кожу. А ты просто стояла и не шевелилась. — Ну, вообще-то, «тень» сейчас вполне материальна, — я кивнула в сторону стекла. — Вон он. Стоит, пялится на тебя. Кажется, ты ему не очень понравилась, Бон, у него слишком придирчивый вкус. Бонни замерла. Она медленно подошла к зеркалу вплотную. Она вглядывалась в поверхность так сильно, что её дыхание оставило на стекле маленькое туманное пятно. — Лана... — её голос стал совсем тихим. — Там никого нет. Я моргнула. Посмотрела на зеркало. Мужчина лениво помахал мне рукой, заметив мое замешательство. — В смысле — нет? — я подошла к ней и ткнула пальцем в сторону отражения. — Вот же он! Прямо за нами. Высокий, брюнет, смотрит на нас как на говорящих хомячков. Бонни покачала головой, и я увидела, как по её рукам побежали мурашки. — Я вижу только тебя и себя, Лана. Там пусто. Она протянула руку к зеркалу, но не коснулась его. Её ладонь зависла в сантиметре от поверхности. — Но я чувствую... боже, как здесь холодно. Она резко отдернула руку и повернулась ко мне. В её глазах был неподдельный ужас. — Ты видишь его, а я нет. Это значит, что он привязан к тебе. Лично к тебе. Это не призрак и не вампир. Это магия такого уровня, что мне страшно даже думать об этом. Она снова огляделась. — Где Деймон? Елена сказала, он поехал за тобой. Он должен быть здесь! Его присутствие обычно выжигает всё подобное. Я отвела взгляд. Посмотрела на осколки на полу, которые так и не смогла убрать. — Нет его, — сухо ответила я. — Я его выгнала. Бонни уставилась на меня как на умалишенную. — Ты... что? — Я наговорила ему кучу гадостей, Бонни! — я всплеснула руками. — Сказала, что он маньяк, что он меня «маринует»... Я накрутила себя из-за этой чертовой истории с Жанной и выплеснула всё на него. А он... он просто хотел помочь. И теперь он ушел. Я почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Гордость наконец-то дала трещину. — Я дура, Бонни. Я сама всё разрушила. Бонни посмотрела на зеркало, потом на меня. — Так, — она схватила меня за руку и потянула к выходу. — Нам нужно уходить. Прямо сейчас. — Куда? — К Сальваторе. — Нет! — я уперлась ногами в коврик. — Я не поеду к нему после того, как смешала его с грязью. Это унизительно! — Знаешь, что будет унизительно? — Бонни сверкнула глазами. — Если этот «красавчик», которого вижу только я в своих кошмарах, решит, что пришло время выйти из зеркала. В моем поцелуе... в моем сне он не просто обнимал тебя. Он шептал: «Наконец-то ты вернулась». Он не тебя видит, Лана. Он видит твою про бабку. И он не отпустит. Я посмотрела на мужчину в зеркале. Он так же стоял и ухмылялся. Его взгляд был собственническим. Он смотрел на меня так, будто я была вещью, которую он потерял сотни лет назад и наконец-то нашел. Которого пообещал себе больше не отпускать. — Ладно, — выдохнула я, чувствуя, как по спине пробежал настоящий холодок. — Поехали. Но если Деймон начнет ржать или скажет «я же говорил» — я его убью. Своими руками. Мы выскочили из дома, и Бонни захлопнула дверь. Я успела заметить свое отражение в окне машины. Мужчины рядом не было. Но я знала — он просто ждет меня в следующем зеркале.