Гемофобия

Мы ехали молча. Бонни вцепилась в руль так, что костяшки пальцев побелели. Она гнала машину по ночной трассе, словно за нами гналась сама Смерть. Хотя, возможно, так оно и было. Я сидела на пассажирском сиденье, обхватив себя руками. Меня трясло. Не от холода. От ощущения взгляда. Я знала, что не должна смотреть. «Не смотри в зеркала. Не давай ему внимания. Он просто глюк». Я уставилась в боковое окно. Темный лес мелькал черной стеной. Но стекло... Стекло предательски темное. Оно тоже работает как зеркало. Я зажмурилась. — Бонни, включи радио, — попросила я. Голос дрожал. — Пожалуйста. Эта тишина меня убивает. Бонни потянулась к магнитоле, не отрывая взгляда от дороги. Заиграла какая-то попса. Громко. Весело. Не к месту. Но это было лучше, чем слышать собственное дыхание. Я выдохнула и, повинуясь какому-то мазохистскому инстинкту, скосила глаза на зеркало заднего вида. Просто проверить. Убедиться, что там пусто. Сердце пропустило удар. Там было не пусто. На заднем сиденье сидел Он. Всё тот же мужчина. Он сидел расслабленно, закинув ногу на ногу, словно это было его личное такси. Рука небрежно лежала на спинке сиденья. Он смотрел прямо на меня. Встретившись со мной взглядом в зеркале, он медленно, лениво улыбнулся. Не хищно. А... приветливо? Как старый друг, которого случайно встретили в дороге. Я резко обернулась назад. Пустое кожаное сиденье. Никого. Я снова посмотрела в зеркало. Он был там. Подмигнул мне. Его губы беззвучно шевельнулись. Я не умела читать по губам, но в голове отчетливо прозвучало бархатное: «Далеко собралась, милая?» — Бонни... — прохрипела я. — Он здесь. — Что? — Бонни дернулась. — Сзади. В зеркале. Он сидит сзади! В ту же секунду Бонни вскрикнула. Она резко бросила руль и схватилась обеими руками за голову, словно её ударили невидимым молотом. — А-а-а! — её крик был полон боли. — Голова! Моя голова! — Бонни! — я потянулась к ней, пытаясь перехватить руль. — Бонни, тормози! Машина вильнула. Бонни ударила по тормозам так резко, что нас бросило вперед. Ремни безопасности больно врезались в грудь. Машина встала посреди пустой дороги, визжа шинами. Бонни распахнула дверь и буквально вывалилась наружу, на асфальт. Она стояла на коленях, сжимая виски, и её рвало от боли. — Бонни! — я дернула ручку своей двери. Заперто. Я дернула еще раз. Сильнее. Заблокировано. Я посмотрела на водительскую дверь. Она захлопнулась сама собой. ЩЕЛК. Центральный замок закрылся. — Нет... — прошептала я. — Нет, нет, нет! Я заколотила кулаками по стеклу. — Бонни! Помоги! Дверь заклинило! Бонни подняла голову. Из её носа текла кровь. Она попыталась встать, протянула руку к машине... И в этот момент двигатель взревел. Сам по себе. Я посмотрела на педали. Ничья нога на них не давила. Педаль газа просто утопилась в пол, словно на неё нажала невидимая нога. — НЕ-Е-ЕТ! — заорала я. Машина рванула с места. Меня вдавило в кресло. Бонни осталась позади, кричащая что-то и пытающаяся бежать следом, но она быстро исчезла в темноте. Я была одна. В машине, которая ехала сама по себе. Стрелка спидометра ползла вверх. 60... 80... 100... Руль поворачивался сам, плавно входя в повороты. Я перевела взгляд на зеркало заднего вида. Мужчина всё еще сидел там. Теперь он не улыбался. Он смотрел на дорогу с видом опытного водителя, который везет ценный груз. Он вез меня. Куда? В ад? К себе в зазеркалье? Паника накрыла меня цунами. Я дергала ручку двери, я била ногами в стекло, я пыталась вывернуть руль, но он был каменным. Я не могла перехватить управление. Машина жила своей жизнью. — Остановись! — кричала я зеркалу. — Хватит! Остановись! Мужчина в отражении лишь покачал головой. «Нет». Мы неслись сквозь ночь. Деревья мелькали как призраки. Мне стало нечем дышать. Грудь сдавило. Перед глазами поплыли черные круги. Я понимала, что сейчас отключусь. От ужаса, от перегрузки, от безысходности. Я одна. Никто не знает, где я. Никто не спасет. Или... В последние секунды, когда сознание уже начало гаснуть, а темнота застилала глаза, я набрала в легкие воздуха. Я не звала маму. Я не звала Бонни. Я выкрикнула единственное имя, которое имело значение. Имя того, кто обещал быть рядом, даже если я его прогнала. — ДЕЙМО-О-ОН! Мой крик разорвал тишину салона. А потом наступила тьма.

***

Голова раскалывалась. Казалось, что мой мозг вынули, прокрутили в блендере и залили обратно. Я медленно открыла глаза. Мягкое кожаное сиденье. Знакомый запах — смесь дорогого бурбона, кожи и... моей собственной машины? Мы ехали. Мерный гул мотора и шуршание шин по асфальту успокаивали. Я резко села, хватаясь за панель. — Бонни! — Тише, котенок. Я повернула голову. За рулем сидел Деймон. В своей любимой черной куртке, одна рука расслабленно лежит на руле, другая — на подлокотнике. Он выглядел свежим, довольным и раздражающе спокойным для человека, который ведет машину, в которой еще недавно творилась чертовщина. — Ты... — я моргнула, пытаясь собрать мысли в кучу. — Откуда ты взялся? Где Бонни? — Бонни осталась где-то на 12-й миле, — лениво отозвался он, не отрывая взгляда от дороги. — Я видел её на обочине. Она махала руками вслед твоей машине, которая решила поиграть в «Форсаж» без водителя. Я позвонил Стефану, он её подберет. Я выдохнула. Стефан позаботится о ней. Слава богу. Потом до меня дошел смысл его слов. — Машина ехала сама... А ты? Как ты оказался внутри? Двери же были заблокированы! Деймон повернулся ко мне и ухмыльнулся. Той самой самодовольной улыбкой, за которую хотелось его ударить. — Я же вампир, Лана. Я бегаю быстрее, чем твое корыто ездит. Догнал, выбил окно и перехватил руль. Еле удержал эту жестянку, её словно тянул кто-то невидимый. Он постучал пальцем по рулю. — Но самое интересное не это. Самое интересное то, что я услышал, пока впрыгивал в салон. Я напряглась. — И что ты услышал? Деймон расплылся в улыбке Чеширского кота. — Твой крик. Ты звала меня, Лана. Не Бонни. Не мамочку. Не господа бога. Ты звала Деймона. Он буквально купался в своем триумфе. — Я думал, я — монстр. Я думал, ты меня ненавидишь. «Убирайся, Сальваторе», «видеть тебя не хочу»... А стоило случиться беде — и чье имя вырвалось у тебя первым? Я отвернулась к окну, чувствуя, как краснеют уши. — Это было случайно, — буркнула я. — Случайно? — он хмыкнул. — Это было отчаянно. Громко. И очень искренне. — Я звала тебя, потому что ситуация была ужасной! — выпалила я, глядя на него в упор. — Это ассоциация, Деймон! Когда всё плохо, страшно и отвратительно — я всегда вспоминаю о тебе. Потому что ты сам ужасен. Не зазнавайся. Кошмар — значит Сальваторе. Логично? Деймон рассмеялся. Искренне, громко. — Оправдывайся сколько хочешь. Мы оба знаем правду. Ты знаешь, что только я могу вытащить тебя из любой задницы. Даже из взбесившейся машины. Я закатила глаза и, по привычке, глянула в зеркало заднего вида. Сердце пропустило удар. Он был там. На заднем сиденье. Тот самый Мужчина. Но теперь он не улыбался. Он сидел, скрестив руки на мощной груди, и смотрел на затылок Деймона с выражением такой лютой, холодной ненависти, что у меня мурашки по коже побежали. Он был хмурым. Ему явно не нравилось, что вампир помешал его планам и перехватил управление. — Ну, — голос Деймона вырвал меня из созерцания. — Так что случилось-то? Кто нажал на газ? Я отвела взгляд от зеркала. — Не что, а кто. Пассажир. — Какой пассажир? — Деймон глянул назад через плечо. — Там пусто. — Для тебя — пусто, — прошептала я. — А для меня там сидит парень. Деймон нахмурился, его веселье поубавилось. — Твой новый призрак в голове? Он здесь? Прямо сейчас? — Ага, — я кивнула назад. — Сидит. Сверлит твой затылок взглядом. Кажется, ты ему очень не нравишься. Он выглядит так, будто хочет оторвать тебе голову за то, что ты вмешался. Деймон снова посмотрел в зеркало заднего вида. Он ничего не видел, но его челюсти сжались. — Невидимый ревнивый сталкер? — фыркнул он, возвращая на лицо маску безразличия, хотя я видела, что он напрягся. — И как он выглядит? Страшный? Рога, копыта? Или просто урод? Я снова посмотрела в зеркало. Мужчина, услышав голос Деймона, перестал хмуриться. Он медленно перевел взгляд на меня. Его губы растянулись в кривой, насмешливой ухмылке. Он вальяжно откинулся на спинку сиденья и подмигнул мне. Мол, «Ничего, детка, мы еще повеселимся с твоим героем». — Нет, — сказала я, разглядывая его наглое лицо. — Он... обычный. Высокий, темный. Знаешь... — я прищурилась, решив немного сбить спесь с обоих, — ...он чем-то похож на тебя. Деймон заинтересованно поднял бровь. — Красив, как дьявол? Харизматичен? — Нет, — я мстительно улыбнулась. — Такой же самовлюбленный. Но выглядит еще тупее. В зеркале Мужчина нахмурился. Делая вид что он обижается. Деймон же оскорбился. — Эй! — возмутился он. — Это было обидно. Сравнивать меня с глюком? Я, между прочим, твой спаситель. Мог бы и оставить тебя кататься с «тупым двойником». — Не оставил бы, — отрезала я. — Ты слишком любишь быть героем. Деймон покачал головой, но я видела, что он не злится. Внезапно он посмотрел прямо в зеркало заднего вида. В пустоту (для него), но точно в глаза Мужчине (для меня). — Слышишь меня, Каспер? — громко сказал Деймон, обращаясь к отражению. Голос его стал жестким, стальным. — Мне плевать, кто ты. Древнее зло, демон или плод её больного воображения. Он сделал паузу, и его глаза хищно сузились. — Привыкай. Я теперь буду часто мелькать перед твоим носом. И мешать тебе. Мужчина в зеркале перестал хмуриться. Он сузил глаза, принимая вызов. Его лицо стало холодным и опасным. Я вжалась в кресло. Между ними, невидимым и видимым, искрило так, что воздух казался наэлектризованным. — Деймон, не надо, — пискнула я. — Не провоцируй его. — Пусть привыкает, — повторил Деймон. — Я не отдам ему мою... — он запнулся на долю секунды, подбирая слово, — ...мою головную боль. — Не надо привыкать! — возмутилась я, пытаясь разрядить обстановку. — Пусть он отстанет от меня! Я не хочу жить в шведской семье с вампиром и призраком! Деймон усмехнулся и вдавил педаль газа. Машина рванула вперед по пустой трассе. — Расслабься, котенок. Мы едем решать твою проблему. Я посмотрела на дорожные знаки, пролетающие мимо. «Добро пожаловать в Джорджию». — Джорджия? — я выпрямилась, забыв про зеркало. — Деймон, куда ты меня везешь? Мы уехали из штата! Мне в школу завтра! У меня контрольная по истории! — К черту школу, — отмахнулся он. — И к черту историю. Мы едем к одной моей старой знакомой. Её зовут Бри. Она ведьма. Он покосился на зеркало. — Если кто и знает, как избавиться от прилипчивого парня в зазеркалье, так это она. Ну и выпить там можно неплохо. Бурбон у неё отличный. Я откинулась на спинку сиденья. Впереди была Джорджия. Слева сидел вампир, которого я «ненавидела» (но звала на помощь). Сзади сидел древний Маг, который считал меня своей собственностью. — Отличная компания, — пробормотала я, закрывая глаза. — Просто мечта всей жизни.