Гемофобия

Джорджия встретила нас темнотой и бесконечной дорогой, окруженной соснами. В машине было тепло, но меня бил озноб. Я то и дело косилась в зеркало заднего вида. Мужчина был там. Он сидел, откинув голову на подголовник, и смотрел в окно. Скучал. Иногда он переводил взгляд на меня, и в его глазах вспыхивали странные, темные искры. Словно он ждал чего-то. — Остановка, — объявил Деймон, сворачивая на старую, полупустую заправку. — Мне нужно заправиться, а тебе — выдохнуть. Ты бледная как смерть. Не хватало еще, чтобы ты грохнулась в обморок прямо в машине. — Я в порядке, — соврала я, отстегивая ремень. — Конечно, — хмыкнул он. — Иди умойся. Смой с себя этот страх. Он не к лицу тебе. Я вышла из машины. Ночной воздух был свежим и влажным. Я пошла в сторону туалета, чувствуя спиной два взгляда. Один — реальный, вампирский. Другой — тяжелый, из зазеркалья. Туалет был типичным для таких мест: мигающая лампа, грязная плитка, запах дешевого мыла. Я подошла к раковине, включила ледяную воду и плеснула в лицо. Подняла голову, чтобы посмотреть в зеркало. Он стоял прямо за мной. Близко. На этот раз он не опирался о стену. Он стоял вплотную к моей спине, возвышаясь надо мной темной скалой. Я видела его дыхание на стекле, хотя он не дышал. — Не ходи к ней, — его голос впервые прозвучал не в голове, а в ушах. Глубокий, низкий баритон, от которого вибрировала диафрагма. Я вздрогнула, но не обернулась. Я знала, что сзади никого нет. Разговор шел через стекло. — Ты заговорил? — я вытерла лицо бумажным полотенцем, стараясь сохранять спокойствие. — Надоело играть в молчанку? — Эта ведьма, — проигнорировал он мой вопрос. — Бри. Не ходи к ней. — Почему? — я скрестила руки на груди, глядя в его синие глаза в отражении. — Деймон сказал, она может помочь. Она ведьма, она знает про магию, про таких... как ты. Мужчина криво усмехнулся. — О да. Она знает. Именно поэтому тебе нельзя к ней. Он наклонился к моему уху (в отражении), и я почувствовала фантомный холод на коже. — Ведьмы ненавидят меня, Лана. Они считают меня ошибкой. Искажением. Для них я — вирус в системе Природы. — Ты — зло? — прямо спросила я. — Я — неизбежность, — он ухмыльнулся, но глаза оставались холодными. — А ты... ты мой проводник. Если эта ведьма почувствует меня рядом с тобой, она не станет помогать. Она попытается уничтожить нас обоих. Он сделал паузу. — Ведьмы боятся того, чего не могут контролировать. А меня они контролировать не могут. И вампир твой не поможет. Он ведет овцу на бойню, думая, что ведет к ветеринару. Я нахмурилась. — Деймон хочет мне помочь. — Деймон хочет поиграть в героя, — фыркнул он. — Разворачивайся. Уходим. — Нет, — я упрямо вздернула подбородок. — Я не буду слушать глюка из зеркала. Я доверяю Деймону больше, чем тебе. И я не люблю когда мне указывают что делать. Глаза Мужчины потемнели. — Зря, — прошептала он. — Очень зря, милая. Я отвернулась и выскочила из туалета, хлопнув дверью. Сердце колотилось. «Он врет. Он просто боится, что Бри его изгонит. Он манипулирует мной». Я подошла к машине. Деймон стоял, прислонившись к капоту. Он уже заправил бак и держал в руках два дымящихся стаканчика. Увидев меня, он выпрямился. — Ну как? — спросил он, внимательно сканируя мое лицо. — Твой приятель снова болтал? — Пытался, — уклончиво ответила я. Деймон не стал давить. Он просто протянул мне один стаканчик. — Держи. — Кофе? — спросила я, беря стакан. — Мне сейчас не хочется. — Попробуй, — коротко бросил он. Я сделала глоток. Горячая, сладкая жидкость обожгла язык. Шоколад. Молоко. И... что-то мягкое. Я сняла крышку. Сверху плавали маленькие белые зефирки. Я замерла. Воспоминание ударило под дых. «Папа всегда делал мне какао с зефирками, когда мне было грустно. Он говорил, что это лекарство от всех бед». Я говорила это Деймону всего один раз. Когда я была пьяна. Я думала, он даже не вспомнит или забудет этот разговор. Думала, ему плевать на мою сентиментальную чушь. Я подняла на него глаза. Деймон смотрел куда-то в сторону леса, делая вид, что ему очень интересен пейзаж. — Там не было нормального кофе, — буркнул он, словно оправдываясь. — Пришлось взять эту бурду. Не ной. — Ты запомнил, — тихо сказала я. Он пожал плечами, всё еще не глядя на меня. — У меня хорошая память. Пей, пока не остыло. Нам еще ехать и ехать. В груди разлилось тепло, которое не имело отношения к какао. Этот наглый, циничный вампир, которого я час назад называла монстром, купил мне «детское» какао, потому что помнил, что это меня успокаивает. — Спасибо, — прошептала я. Деймон наконец посмотрел на меня. В его глазах не было привычного льда. Там было что-то мягкое. — Пожалуйста, котенок. И тут я заметила движение боковым зрением. Витрина магазина заправки. Большое стекло. Там стоял Он. Мужчина. Он смотрел на нас с Деймоном. На стаканчик с какао. На наши переглядки. Он хмурился. Ему было противно от наших теплых моментов. Я не выдержала. Я фыркнула прямо в стаканчик, едва не поперхнувшись зефиркой. Смешок вырвался сам собой. Ситуация была настолько абсурдной: вампир проявляет заботу, а древнее зло в зеркале ведет себя как ревнивый подросток. — Ты чего? — удивился Деймон. — Ничего, — я спрятала улыбку за стаканчиком. — Просто... зефирка не в то горло пошла. Я посмотрела на витрину. Мужчина отвернулся и растворился в темноте. — Поехали, — сказала я, чувствуя себя немного увереннее. — К Бри. Если он так боится этой ведьмы, значит, мы точно должны к ней попасть.

***

Дорога до Джорджии тянулась бесконечной серой лентой. В салоне машины пахло шоколадом от моего какао и… мужским эго. Слишком много эго на один квадратный метр. Я сидела, попивая остывшее какао, и чувствовала себя рефери на ринге, где бойцы не видят друг друга. Слева — вампир, который вел машину одной рукой, всем своим видом показывая, что он здесь главный. Сзади (в зеркале) — древняя сущность, которая вальяжно развалилась на сиденье и смотрела на затылок Деймона, как на досадное недоразумение. — Знаешь, — нарушил тишину Деймон, лениво барабаня пальцами по рулю. — Это начинает утомлять. — Ему тоже скучно, — хмыкнула я, глянув в зеркало. Мужчина действительно зевнул, прикрыв рот рукой. — Отлично, — Деймон чуть повернул голову к зеркалу, не убирая ухмылки. — Давай поболтаем. Эй, Невидимка! Раз уж ты едешь зайцем с нами, представься. Кто ты? Демон? Призрак? Неудачный эксперимент пьяной ведьмы? Он сделал паузу. — Из какого ты века? Древний Рим? Египет? Или ты еще из пещеры вылез, когда люди палками мамонтов били? Я посмотрела в зеркало. Мужчина медленно перевел взгляд на Деймона. В его глазах читалось такое глубокое, вековое презрение, что мне стало даже смешно. — Скажи этому кровососущему насекомому, — пророкотал он в моей голове, — что я был здесь, когда его предки еще были одноклеточными. Я — Сила. Я — то, что стоит над ним. Я прикусила губу, сдерживая улыбку. Ну уж нет, переводить дословно — это скучно. — Он говорит... — протянула я, делая вид, что вспоминаю. — Что ты слишком молод и глуп, чтобы понять. И что твой кожаный пиджак вышел из моды еще в прошлом веке. Деймон фыркнул, но я видела, как дернулся уголок его губ. — О, у нас тут модный критик? Передай ему, что его мнение очень важно для нас. Оставайтесь на линии. Его голос стал чуть жестче. — Спроси его, зачем он прилип к тебе. Что ему нужно? Твоя душа? Или он просто маньяк-вуайерист? Мужчина в зеркале перестал скучать. Он наклонился вперед. Его лицо оказалось прямо между нашими подголовниками. В синих глазах полыхнул холодный огонь. — Скажи ему... — прошептал он, и от его голоса у меня на секунду заложило уши. — Что я здесь ради лица Жанны. Оно принадлежит мне. Я ждал его столетиями. И никакой мелкий, ничтожный паразит, питающийся падалью, не помешает мне забрать то, что мое. Я замерла. «Принадлежит мне». Внутри меня вспыхнула злость. Не страх. Злость. Какого черта? Я не стала ничего переводить Деймону. Я резко развернулась к зеркалу заднего вида, глядя прямо в наглые глаза отражения. — Слышь, Джаспер, — прошипела я. — Спустись с небес на землю. Деймон удивленно покосился на меня, но промолчал, наблюдая за шоу. — Я не твоя собственность, — чеканила я, тыча пальцем в стекло. — Мне нахер не сдался какой-то там призрак, который решил, что мое лицо теперь его. Твоя наглость зашкаливает, идиот. Мужчина в зеркале удивленно приподнял бровь. Кажется, он не ожидал отпора. — Если ты так же будешь вести себя как идиот, — продолжала я, чувствуя, как закипает кровь, — поверь мне, ты пожалеешь. Я тебе не про бабка—Жанна. Я устрою тебе такой ад, что ты больше не захочешь видеть меня. Мужчина смотрел на меня пару секунд. А потом... усмехнулся. Не злобно. Скорее, с уважением. — Огонь, — прошептал он одними губами. — Мне нравится. — Лана? — голос Деймона был спокойным, но настороженным. — Что он сказал? Я отвернулась от зеркала и посмотрела на дорогу. Злость все еще бурлила во мне. Этот индюк считает меня вещью. Вампир считает меня проблемой (или едой, или подружкой, он сам не определился). Как же они меня достали. Оба. — Он сказал какую-то пафосную чушь про свое величие, — соврала я, не глядя на Деймона. — Очередной самовлюбленный идиот. Деймон хмыкнул. — Ну, в этом я не сомневался. Он хоть сказал, кто он? — Сказал, что он «очень могущественное существо», — я закатила глаза. — Классика жанра. У всех злодеев одинаковые тексты. В зеркале Мужчина снова ухмыльнулся и подмигнул мне, явно довольный тем, что я не сдала его Деймону, но при этом показала зубы. Я сжала стаканчик с какао так, что он хрустнул. Мне нужно избавиться от него. Срочно. Пока он не начал действовать всерьез. — Деймон, — твердо сказала я. — М? — Жми на газ. Он удивленно посмотрел на меня. — Мы и так едем быстро. — Быстрее! — рявкнула я, чувствуя спиной тяжелый, собственнический взгляд из зеркала. — Я хочу приехать к твоей ведьме как можно скорее. Я хочу, чтобы она вышвырнула этого напыщенного индюка из моей головы и из моей жизни. Я посмотрела на Деймона горящим взглядом. — И мне плевать, кто он, и что он из себя представляет. Даже если и существо сильнее самого дьявола или даже сам дьявол, я не позволю, чтобы со мной так общались. Деймон посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло уважение. Он увидел не испуганную девочку, а ту самую Лану. — Думаю он понял, — кивнул он серьезно. — Как скажешь, котенок, полный газ. Он переключил передачу и вдавил педаль газа в пол. Двигатель взревел. Машина рванула вперед, разрывая ночную темноту. В зеркале заднего вида Мужчина перестал улыбаться. Теперь он смотрел на меня оценивающе. Пусть смотрит.