Гемофобия

Спустя сорок минут я уже парковалась у дома Беннет. Как я и ожидала, новости о Карнавале и обращении нашей блондинки ударили по Бонни с чудовищной силой. Сначала она категорически сопротивлялась. Она плакала, вспоминала предупреждения бабушки о том, что вампиры приносят только смерть, и наотрез отказывалась использовать магию, твердя про нарушение баланса природы. Но я не дала ей спрятаться за ведьмовскими правилами. Я жестко объяснила ей, что если мы сейчас бросим Кэр одну в темноте наедине с её страхами, вот тогда она действительно превратится в монстра. Мои слова сработали. Человечность Бонни и её любовь к подруге взяли верх над предрассудками. Мы дружно собрались и поехали к дому Форбс. Там нас ждала перепуганная, заплаканная Кэролайн, забившаяся в угол своей кровати. Но Бонни взяла себя в руки и сделала то, что должна была — заговорила лазурит из шкатулки Кэр, превратив его в дневное кольцо, чтобы наша подруга снова могла выходить на солнце. Я только-только вышла из спальни Кэролайн в коридор, чтобы дать девочкам немного времени побыть вдвоем, как в кармане моих джинсов завибрировал телефон. На экране высветилось имя Деймона. — Только скажи, что ты звонишь не для того, чтобы обрадовать меня очередным трупом, — ответила я, прислонившись спиной к стене и устало выдохнув. — Расслабься, котенок, пока никаких трупов, — раздался в динамике его привычный, бархатный с легкой хрипотцой голос. — Звоню просветить тебя насчет наших планов на день. Мы с Риком и Еленой отправляемся в небольшую поездку до университета Дьюк. Будем рыться в архивах мертвой-но-не-совсем жены Рика, Изабель. Там обитает какая-то ее бывшая подружка-ассистентка, у которой может быть информация про наших пушистых друзей и проклятие Локвудов. Я усмехнулась, представив себе этот состав. — В Дьюк? Ты, Елена и Рик в одной машине? Звучит как рецепт идеальной головной боли, Сальваторе. — Вот именно поэтому мне и нужна твоя очаровательная компания, — мурлыкнул Деймон. — Кто-то же должен защищать меня от осуждающих взглядов Рика и трагичных вздохов Елены. Собирайся, я заеду за тобой. Даже позволю тебе выбрать музыку в дороге. — Заманчиво, но нет, — твердо ответила я. — Я с вами не поеду. В трубке повисла короткая пауза. — Разве я дал тебе право выбора? — с легким, почти незаметным напряжением в голосе уточнил он. — Деймон, я серьезно. Кэролайн только что получила кольцо, она все еще напугана и нестабильна, а Бонни едва держится, чтобы не сорваться из-за всего этого кризиса. Девочкам я сегодня нужна гораздо больше. К тому же, трястись несколько часов в машине с твоей бывшей и учителем истории — вообще не мой формат веселья. Так что разбирайтесь с ассистенткой Изабель сами. Только постарайся там никого не убить и не нарваться на неприятности, ладно? Сбросив вызов Деймона, я устало прислонилась затылком к прохладной стене в коридоре дома Форбс. Внутри спальни Бонни тихо разговаривала с Кэролайн, объясняя ей правила ношения дневного кольца. Кажется, кризис миновал. По крайней мере, на сегодня. Я попрощалась со Стефаном, который остался дежурить у комнаты новообращенной, и вышла на улицу. Солнце припекало, день казался обманчиво спокойным. Я спустилась по ступенькам крыльца и неспешно пошла к своей машине, припаркованной в тени старого дуба на другой стороне улицы. В голове крутились мысли о Деймоне. Он сейчас далеко, едет в Дьюк, и, зная его, наверняка найдет способ довести Рика до белого каления еще до того, как они пересекут границу округа. Я невольно улыбнулась. Внезапно воздух вокруг стал каким-то плотным, тяжелым. Температура не упала, как это обычно бывало при появлении Микаэля, но я спинным мозгом почувствовала на себе чужой, цепкий взгляд. И не один. — Какая поразительная, граничащая с глупостью беспечность, — раздался в моей голове глубокий, бархатный и до скрежета зубов снисходительный голос Древнего. — Твой кровосос уехал, оставив свою драгоценную игрушку без присмотра. Вы так увлеклись играми с двойником, что совсем забыли, чем ты являешься на самом деле, дитя. Я замерла, не донеся ключ до замка дверцы. — Заткнись, Микаэль, — прошептала я сквозь зубы. — Только твоих лекций мне сейчас не хватало. — О, я бы на твоем месте не со мной пререкался, — с откровенным предвкушением крови отозвался Император. — Обернись. Хруст ветки за моей спиной прозвучал как выстрел. Я резко обернулась, инстинктивно вжимаясь спиной в прохладный металл своей машины. Из тени деревьев, со стороны небольшого лесопарка, прилегающего к улице, вышли трое. Это были мужчины. Высокие, крепко сложенные, в потертых куртках и тяжелых ботинках. Они двигались с пугающей, звериной грацией, бесшумно сокращая расстояние между нами. Они явно были не из Мистик Фоллс — лица незнакомые, взгляды дикие, сканирующие. Один из них, высокий брюнет со шрамом на скуле, остановился в паре метров от меня и глубоко, с наслаждением втянул носом воздух. — Ваниль и сирень, — хрипло произнес он, и его зрачки на секунду расширились, поглощая радужку. — Я думал, у меня от этого городишки уже галлюцинации начались, когда мы вчера пересеклись с Локвудом в баре. Но нет... этот запах реален. Второй, блондин с хищным прищуром, хищно улыбнулся, не сводя с меня глаз. — В жизни не чуял ничего подобного. Этот аромат... он прямо под кожу лезет. Заставляет волка внутри заткнуться и мурлыкать. Как гребаный наркотик. Неудивительно, что местные пиявки так вокруг нее суетятся. Мое сердце сорвалось на бешеный галоп. Оборотни. Какого черта в городе делает целая стая оборотней?! — Слушайте, парни, — я изо всех сил постаралась, чтобы мой голос звучал ровно и насмешливо, хотя внутри всё сжалось от ужаса. Я медленно опустила руку в карман куртки, нащупывая баллончик с вербеной, который всегда носила с собой. Не факт, что поможет против волков, но это всё, что у меня было. — Если вы ищете Мейсона Локвуда, то ошиблись адресом. А если вы просто туристы из какого-нибудь Мухосранска, то я бы советовала вам вернуться в свои леса. Здесь вам не рады. Брюнет тихо рассмеялся. Звук был лающим, неприятным. — Мы из Нового Орлеана, сладкая. И мы никуда не торопимся. Знаешь, в Квартале за такую экзотику, как ты, ведьмы отвалили бы целое состояние. Девочка, чья кровь сводит с ума вампиров, а запах укрощает оборотней? Да ты ходячий джекпот. — Или, — перебил его третий, здоровяк, поигрывая желваками, — мы можем оставить её себе. Я бы не отказался от такого успокоительного на полнолуние. Они сделали синхронный шаг ко мне. Отрезая пути к отступлению. Улица как назло была абсолютно пуста. Стефан слишком глубоко в доме, чтобы услышать, если только я не закричу. Я рванула руку из кармана, направляя струю из баллончика прямо в лицо здоровяку, и одновременно бросилась в сторону, пытаясь вырваться из кольца. Здоровяк зарычал, прикрывая глаза, но его реакция была нечеловеческой. Не успела я сделать и трех шагов, как меня сбили с ног. Брюнет перехватил меня поперек талии с такой силой, что из легких выбило весь воздух. Я отчаянно забилась в его хватке, ударив локтем ему в живот, а затем наугад съездила кулаком по лицу. Он лишь глухо рыкнул, его глаза вспыхнули ярким, пронзительным золотом. — А она с характером, — усмехнулся блондин, подходя ближе. — Тем лучше. Скучные игрушки быстро ломаются. — Ну же, Лана, — голос Микаэля в моей голове теперь звучал как раскат грома, вибрируя от темной магии. — Впусти меня. Дай мне контроль на одну минуту, и я вырву их блохастые сердца через их же глотки! Но я не собиралась давать ему контроль. Вместо этого я сделала то, что делала всегда — нагло, без всякого спроса потянулась к его силе, отбирая её себе. Я почувствовала, как древняя, ледяная магия закипает в моих венах. Воздух вокруг резко похолодел, глаза защипало от подступающей энергии. Я уже приготовилась отшвырнуть этих наглых шавок мощной волной и размазать их по асфальту, но... я недооценила первобытную скорость оборотней. Они не стали ждать, пока моя магия высвободится. Брюнет грубо заломил мне руки, а чья-то широкая, пахнущая псиной ладонь намертво прижала к моему лицу плотную тряпку. Резкий, химический запах ударил в мозг, мгновенно подавляя вспышку силы. Магия затухла, так и не успев сорваться с моих пальцев. Сознание начало стремительно меркнуть. Перед тем как провалиться в абсолютную темноту, я услышала довольный голос блондина: — Грузим её в фургон и валим из города. Местные кровососы даже не поймут, куда делась их драгоценность. Они действительно не понимали. Эти залетные волки из Орлеана понятия не имели, чью именно девушку они сейчас закинули в багажник. А Микаэль в моей голове напоследок яростно зарычал от того, что я снова отобрала его силу по-своему, и от того, что нас всё-таки вырубили. И затем наступила полная тьма.

***

Сознание возвращалось рывками, сквозь густую, вязкую пелену химикатов и пульсирующую боль в затылке. Первое, что я почувствовала — это отвратительный запах дешевого бензина, мокрой псины и старой резины. Я лежала на жестком, ребристом полу. Мои руки были стянуты за спиной тугими пластиковыми хомутами, а фургон трясло на каждой кочке так, что зубы стучали. — Какое унижение, — прошипел голос Микаэля в моей голове. Он был в такой ярости, что у меня перед глазами заплясали черные точки. — Связана кучкой грязных шавок, как кусок мяса. Если бы ты не сопротивлялась моей силе... — Захлопнись, — беззвучно, одними губами прошептала я, игнорируя его яд. Я прислушалась. Двое оборотней сидели в кабине — я слышала их приглушенный смех и музыку из магнитолы. Третий, видимо, остался в кузове со мной, но судя по ровному дыханию в темноте, он расслабился и задремал. Они думали, что я просто девчонка. Это было их главной ошибкой. Закрыв глаза, я абстрагировалась от тряски и сосредоточилась на той искре ледяной древней магии, которую успела вырвать у Микаэля до того, как меня вырубили. Она всё ещё тлела в моей крови. Я направила эту энергию в кончики пальцев. Воздух вокруг моих ладоней резко нагрелся. Пластиковый хомут начал плавиться, обжигая кожу на запястьях, но я стиснула зубы, не издав ни звука. Еще секунда, рывок — и путы с легким щелчком лопнули. Я бесшумно села, разминая затекшие кисти. Фургон подбросило на очередной выбоине. Это был мой шанс. Собрав всю доступную магию в тугой, пульсирующий ком, я выбросила руки вперед, направляя удар прямо в металлическую перегородку, отделяющую кузов от кабины. Ударная волна была такой силы, что перегородку выгнуло, а лобовое стекло фургона разлетелось вдребезги. Водитель заорал, машина вильнула, съехала с асфальта и с жутким скрежетом врезалась в деревья у обочины. Оборотень в кузове отлетел к стене, вырубившись от удара. Я не стала ждать, пока те двое в кабине очухаются. Пнув погнутую заднюю дверь, я вывалилась наружу и со всех ног рванула в лес, не разбирая дороги. Я бежала до тех пор, пока легкие не начали гореть огнем, а ноги не стали ватными. Только убедившись, что погони нет, я сбавила шаг и вышла на узкую асфальтированную трассу. Я похлопала себя по карманам. Пусто. Телефон, должно быть, выпал на лужайке Форбс во время драки, а сумочка с кошельком осталась запертой в моей машине в Мистик Фоллс. — Отлично. Просто прелестно, — пробормотала я, оглядываясь по сторонам. Ни машин, ни указателей. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, когда я, наконец, выбралась к цивилизации. Мои легкие горели от долгого бега, на запястьях пульсировали красные ожоги от расплавленного пластика, а волосы спутались от лесной грязи, пота и хвои. Я шла по обочине узкой, темной трассы, обхватив себя руками за плечи, чтобы хоть как-то сохранить остатки тепла. Ночной ветер пробирал до костей. Впереди, словно спасительный маяк в этом беспросветном мраке, замигала неоновая вывеска крошечной придорожной заправки с прилегающей к ней круглосуточной закусочной. «Слава богу», — пронеслась в голове мысль. Всё, чего мне сейчас хотелось — это добраться до стационарного телефона, набрать номер Деймона и услышать его голос. Уж он-то найдет способ забрать меня из этой глуши, попутно оторвав головы всем залетным волкам в радиусе ста миль. Я подошла к стеклянной двери закусочной и с силой толкнула её. Над головой звякнул дешевый, дребезжащий колокольчик. Внутри пахло пережаренным маслом, старым кофе и средством для мытья полов. Помещение было почти пустым, если не считать сонной официантки, лениво протирающей барную стойку, и единственного посетителя, сидевшего спиной ко мне в самом дальнем, темном углу зала. Я тяжело выдохнула, подходя к стойке. Мои ноги гудели от усталости. — Извините, — хрипло произнесла я, обращаясь к девушке в униформе. — У меня украли сумку и телефон. Я могу воспользоваться вашим аппаратом? Мне нужно сделать один очень важный звонок. Официантка смерила мой потрепанный, грязный вид равнодушным, почти брезгливым взглядом. Она уже открыла рот, чтобы, видимо, сказать, что телефон предназначен только для персонала, но тут раздался голос. — Позвольте мне вам помочь. Голос был низким, безупречно вежливым, с легким, едва уловимым аристократичным акцентом. Я обернулась. Мужчина, сидевший в углу, плавно поднялся из-за столика и сделал шаг на свет. На вид ему было около тридцати. На нем был идеально скроенный, дорогой классический костюм, который смотрелся в этой пропахшей дешевым жиром забегаловке абсолютно сюрреалистично. Благородные, строгие черты лица, темные волосы, уложенные с безупречной аккуратностью. Но главное — его глаза. Глубокие, темные, пугающе проницательные. В них таилась скрытая, дремлющая, но колоссальная сила. Когда наши взгляды встретились, время словно замедлило свой ход. Между нами мгновенно проскочил мощный, обжигающий электрический разряд, почти осязаемый в спертом воздухе закусочной. Мое дыхание на долю секунды сбилось. Какая-то необъяснимая, дикая гравитация потянула меня к нему, заставляя забыть и о преследующих меня оборотнях, и о собственной дикой усталости. Но не успела я даже осознать эту искру, как моя голова едва не раскололась пополам от чужой, первобытной ярости. Микаэль в моем сознании не просто проснулся. Он взревел. Это был не его обычный саркастичный шепот или высокомерный, поучающий тон. Это был оглушительный, нечеловеческий крик абсолютной, тысячелетней ненависти. Тьма внутри меня взвилась на дыбы, обжигая вены ледяным холодом. — УБЕЙ ЕГО! — громыхал Император Смерти, срываясь на вибрирующий, больной рык, от которого у меня перед глазами заплясали черные точки. — УБЕЙ ЕГО СЕЙЧАС ЖЕ! ВЫРВИ ЕМУ СЕРДЦЕ, ПОКА ОН НЕ ПОНЯЛ, КТО ТЫ! ОНИ НЕ ОТНИМУТ ТЕБЯ СНОВА! Я стиснула зубы до скрипа, вцепившись грязными пальцами в край липкой барной стойки. Боль пульсировала в висках. Микаэль буквально бился в истерике. Я никогда не видела его таким. Древний, неуязвимый психопат, который презирал всё живое, сейчас захлебывался от слепой ярости и... страха? Этот мужчина перед мной явно был не просто случайным прохожим. Кто он такой, черт возьми, если одно его присутствие заставляет Темного Мага в моей голове желать немедленной крови? Я сделала глубокий вдох, загоняя магию Микаэля обратно за стекло Зазеркалья, не давая его панике взять верх над моим телом. Внешне я постаралась сохранить ледяное, непроницаемое спокойствие. Незнакомец сделал еще один шаг ко мне. Вся его вежливая, холодная отстраненность вдруг испарилась, словно разбитая иллюзия. Он замер в паре метров от меня, вглядываясь в мое лицо с таким глубоким, неподдельным потрясением, будто увидел перед собой воскресшего призрака. Его безупречная выправка дала сбой. Он слегка побледнел, а в темных глазах мелькнула такая бездна боли, надежды и неверия, что это можно было ощутить физически. — Мария?.. — тихо, почти с благоговением выдохнул он. Его голос дрогнул. Он сделал еще полшага ко мне, словно боясь, что я растаю, как мираж, если он сделает резкое движение. В этом одном слове было столько застарелой нежности и не пережитой потери, что нормальная девушка, наверное, растаяла бы на месте. Но я не была Марией. И вся эта странная, мистическая искра, вспыхнувшая между нами секундой ранее, мгновенно потухла, залитая ушатом ледяной воды. Мой шок и напряжение сменились глухим, тяжелым раздражением. Внутри всё закипело. Ну серьезно? Опять?! Сначала весь город носится с Еленой, потому что она выглядит как её прапрабабка Кэтрин. А теперь какой-то невероятно красивый мужик в дорогом костюме, от которого у моего "квартиранта" случается припадок ненависти, смотрит на меня влажными глазами и называет чужим именем? У них тут что, фейс-контроль для всех сверхъестественных существ основан на поиске мертвых бывших? Как же меня достало, что в этом сумасшедшем мире меня вечно пытаются впихнуть в рамки чьего-то мертвого прошлого! Я выпрямилась, стряхивая с себя остатки оцепенения, и смерила мужчину холодным, колючим взглядом. Вся та нежность, которую он, видимо, ожидал увидеть в лице своей "Марии", разбилась о мою привычную, циничную броню. — Вы обознались, мужчина, — сухо и резко отчеканила я. Мой тон был настолько ледяным, что об него можно было порезаться. Ни капли скромности. Ни капли кротости. — Меня зовут не Мария. Он моргнул, словно я ударила его по лицу. Он явно не ожидал такого тона. — Но вы... — он жадно изучал мои черты, пытался найти логическое объяснение тому, как я могу быть здесь и сейчас. — Вы так поразительно на неё похожи. До мельчайших деталей. Это просто... Он казался совершенно выбитым из колеи. — Очень рада за вашу Марию, кем бы она ни была, — жестко перебила я его, окончательно потеряв желание с ним общаться. — Но это не я. И мне абсолютно не интересно слушать про поразительное сходство. Каким бы красивым, опасным и интригующим ни был этот парень, и как бы сильно Микаэль ни бился в истерике в моей голове, у меня не было ни времени, ни желания выслушивать очередные бредни про разбитые сердца. Я чертовски устала. Меня только что похитила стая диких оборотней, я плавила пластик голыми руками, устраивала аварию, а Деймон сейчас, наверное, сносит Мистик Фоллс с лица земли, не находя меня дома. Я просто хотела позвонить Сальваторе. И я точно не собиралась делать это с телефона человека, который смотрит на меня, как на свою мертвую любовь. Я круто развернулась на каблуках. — Я найду другой телефон. Желательно там, где никто не будет называть меня чужими именами, — бросила я через плечо. Даже не взглянув на ошарашенную официантку, я толкнула стеклянную дверь. Колокольчик над входом снова звякнул, громко и раздражающе, провожая меня. Я вышла обратно в прохладную, ветреную ночь, обхватив себя руками за плечи. За спиной остался загадочный мужчина, застывший посреди пустой закусочной. Его картина мира только что дала огромную трещину, ведь девушка с нежным лицом из его прошлого оказалась колючей, дерзкой и грубой стервой. А я зашагала прочь по темной трассе. Плевать, что придется идти пешком еще пару миль в темноте, где бродят волки. Я пережила Микаэля, пережила похищение — переживу и ночную прогулку.

***

Я шагала по обочине темной трассы еще минут тридцать. Ноги в любимых ботильонах на каблуках гудели так, словно я прошла пешком от Нью-Йорка до Техаса. Холодный ветер нещадно трепал волосы, а желудок сводило от дикого голода. Наконец, впереди показалась еще одна заправка, на этот раз с яркой вывеской и работающим таксофоном у входа. Бросив в автомат чудом завалявшуюся в кармане куртки мелочь, я набрала наизусть заученный номер Сальваторе. Гудки шли недолго. — Да? — голос Деймона прозвучал резко, он был напряжен, как натянутая до предела струна. — Если ты не приедешь за мной в ближайшие двадцать минут и не привезешь с собой кучу еды, я умру от истощения прямо у таксофона, — прохрипела я в трубку, прислонившись лбом к холодному пластику будки. — И мои ноги. Я ненавижу эти каблуки, Сальваторе. Я их сейчас просто сниму и выброшу в кювет. — Лана?! — его голос сорвался, в нем смешались дикое, неконтролируемое облегчение и ярость. — Какого черта?! Где ты?! Мы с Бонни чуть с ума не сошли! Она не могла тебя найти, потому что этот твой дурацкий кристалл блокирует любую магию поиска! Я был готов перевернуть половину штата и перерезать глотки каждому волку! — Я на трассе, старая заправка возле знака 42-й мили, — устало продиктовала я, пропустив его истерику мимо ушей. — Жду тебя. И еду, Деймон. Я абсолютно серьезно. Я готова сожрать слона. Я повесила трубку, сползла по стеночке таксофона вниз и стала ждать. Не прошло и пятнадцати минут, как знакомый черный Камаро с визгом тормозов влетел на пустую парковку. Деймон выскочил из машины так быстро, что дверца едва не отлетела с петель. В его глазах полыхала паника, но как только он увидел меня — живую, хоть и грязную, сидящую на корточках у автомата, — он шумно выдохнул, и напряжение в его широких плечах спало. Он метнулся ко мне, рывком поднял на ноги и крепко, до хруста в ребрах, прижал к себе. Я уткнулась носом в его кожаную куртку, вдыхая знакомый запах бурбона, но романтика длилась недолго. Мой взгляд упал на бумажный пакет с логотипом фастфуда на пассажирском сиденье. — Еда, — выдохнула я, отстраняясь от него и целеустремленно направляясь к машине. Я не стала рассказывать ему про странного мужика в костюме и его «Марию». У меня просто не было на это ни моральных, ни физических сил, да и истерики Микаэля мне на сегодня хватило с лихвой. Я вообще не хотела думать ни о каких древних первородных. Вместо этого, забравшись в теплую машину и вцепившись в пакет с бургерами и картошкой фри, я начала самозабвенно ныть. Всю дорогу до Мистик Фоллс я жаловалась, не закрывая рта. — Ты вообще представляешь, каково это — трястись в вонючем фургоне с кучей блохастых мужиков? — бубнила я с набитым ртом, активно жестикулируя надкушенным бургером. — У них там пахло мокрой псиной и дешевым освежителем! Они стянули мне руки пластиковыми хомутами! У меня теперь ожоги, посмотри! А потом мне пришлось плавить их своей магией, устраивать аварию и бежать! Бежать через лес, Деймон! В темноте! На каблуках! Деймон вел машину одной рукой, то и дело бросая на меня взгляды. Он не перебивал. Наверное, к его собственному сожалению, ему просто приходилось это слушать. Но за его привычной, легкой ухмылкой я видела абсолютное облегчение. Ему было плевать на мое нытье, он был просто слишком рад тому, что я сижу рядом, живая, жую его еду и выношу ему мозг, а не лежу где-нибудь в багажнике по пути в Новый Орлеан. — Я стерла себе все пятки, — продолжала я возмущаться, запивая еду колой. — И знаешь что? Я повернулась к нему и ткнула в его сторону картошкой фри, глядя максимально серьезно. — За все мои физические и моральные страдания, за этот испорченный вечер и за стресс... ты купишь мне пару новых платьев. Деймон изогнул бровь, не отрывая взгляда от темной дороги, на его губах заиграла ленивая, бархатная усмешка. — Платьев? — переспросил он, сдерживая смех. — Я, конечно, безмерно счастлив, что ты жива и твой аппетит не пострадал, котенок, но похищали тебя залетные оборотни, а не я. Я тут вроде как в роли спасителя. — Мне плевать, — безапелляционно заявила я, откидываясь на спинку сиденья и доедая картошку. — Ты мой спасатель, так что ты и платишь за мой моральный ущерб. Даже если ты ни в чем не виноват. И вообще, ты оставил меня без присмотра. Это закон вселенной. Смирись с этим. Деймон тихо, искренне рассмеялся, и этот звук наполнил салон машины долгожданным уютом. Он потянулся свободной рукой и мягко, по-хозяйски сжал мое колено. — Договорились, моя маленькая меркантильная катастрофа, — мурлыкнул он. — Пару платьев. И, так и быть, новые туфли без каблуков. Чтобы в следующий раз тебе было удобнее убегать от диких собак, пока я до тебя не доберусь.