Кровавые игры 1 «Трибут Малфоя»

Двери распахнулись с такой силой, будто в дом ворвался тайфун. Драко Малфой не вошёл — он врезался в родовое поместье, оставляя за собой шлейф холодного ветра, напряжения и невысказанных слов. Его шаги гулко разносились по мраморному холлу, а пальцы сжимались в кулак так, будто он пытался удержать внутри себя нечто разрушительное. — Драко… — мягкий голос Нарциссы Малфой прозвучал как шелк, скользящий по стеклу. Нарцисса подошла плавно, почти бесшумно, изучая лицо сына так, будто читала древний манускрипт, написанный на языке боли. — Встреча с трибутами, полагаю, прошла… насыщенно? — произнесла она с лёгким наклоном головы. Наводящий вопрос. Идеальная вежливость, за которой скрывалась тревога. Драко едва заметно дернул уголком губ. — Нормально. Он выдержал паузу, затем добавил: — Сегодня я переночую у себя в квартире. Нарцисса не возразила. Она лишь подошла ближе и, как в детстве, стряхнула с его пиджака несуществующие пылинки. Жест любви. Жест, говорящий: я вижу, как тебе тяжело, но не стану ломать твою гордость. Драко отвёл взгляд. Он развернулся и направился к своей комнате, чтобы забрать папку со своими стратегиями. Уже у двери он поднял палочку. Серебристый патронус сорвался с её кончика, приняв форму стремительного зверя. — Буду через пару минут. Было бы здорово, если бы меня встретили с наполненным виски бокалом. Патронус исчез. Драко даже не заметил, как сжал зубы до боли.

***

Тепло, смех и запах дорогого табака встретили его ещё до того, как он переступил порог. — Ну что, как прошла встреча с твоим трибутом? — весело спросил Блейз Забини, растягивая слова с насмешливой ленцой. Драко хмыкнул. Забини сразу заметил, как у друга заходили желваки. Слишком прямая спина. Слишком пустой взгляд. Он протянул ему бокал. — Мой вообще не понимает, куда попал, — усмехнулся Блейз. — И, ко тому же, он чем-то болеет. Прекрасный старт. Драко сделал глоток. Огневиски обжёг горло, но не смог растопить ледяной ком внутри. — Грейнджер изменилась, — сказал он наконец. Блейз приподнял бровь. — Она больше не та наивная и занудная заучка. Конечно, она всё ещё упрямая, но в ней будто что-то поменялось. — Расскажи, — тихо попросил Забини.  Драко говорил поверхностно. Намеренно. Он рассказал о встрече, о словах, о напряжении в воздухе… и о том, как видел реакцию Уизела. Они усмехнулись. Коротко. Почти беззвучно. Тишина снова опустилась между ними. Драко сделал терпкий, обжигающий глоток огневиски и тихо сказал: — Она всё также смотрит на меня, будто я могу быть лучше чем есть. Блейз тяжело вздохнул. Его взгляд стал тяжёлым, оценивающим. Но Драко не посмотрел на него. Он закурил. И дым утащил его в прошлое.

***

Это случилось незадолго до битвы за Хогвартс. Малфой стоял у открытого окна в нерабочем и закрытом туалете для девочек на втором этаже замка и курил, наблюдая за серостью за окном. Чёрное озеро лежало неподвижно. Пасмурно. Дождя нет. Только тяжёлый, густой туман и сплошная серость конца октября. Мир будто выцвел. Дверь распахнулась. Гермиона влетела в туалет как ураган, развернулась, захлопнула дверь и ударила кулаком по ней. — Мудак, как он вообще мог! Она прижалась лбом к двери. Драко наблюдал молча. Ждал. Пока её дыхание не стало ровнее. Пока плечи не опустились. И только тогда сказал: — Не знал, что отличницы способны ругаться матом. Её спина напряглась. Плечи распрямились, будто вся Гермиона — туго натянутая струна гитары. Она обернулась и начала мотать головой с немного сумасшедшей ухмылкой. Кудряши подпрыгивали в такт движению. Драко поймал себя на том, что наблюдает именно за этим. Она выпрямилась: — Малфой, а ты знаешь, что сигареты изобрели маглы? Он не ответил. Лишь сделал затяжку, наблюдая за ней. К его удивлению, она подошла, запрыгнула на подоконник и спросила: — Поделишься? Он протянул ей сигарету, доставая вторую. Пока он поджигал её, он заметил: она курит не первый раз. — Неужели Уизел опять что то натворил?   С наигранным интересом спросил Малфой.   Гермиона проигнорировала его вопрос.   Отвела взгляд в сторону черного озера и спросила:  — И давно Слизеринский принц балуется сигаретами? — Наверное также давно как и Гриффиндорская принцесса. Она докурила, выбросила сигарету в окно, спрыгнула и, направляясь к выходу, бросила: — Ещё увидимся.

***

Драко сделал глоток огневиски, будто смывая вкус воспоминания. — Моя мать снова вышла замуж, — сказал Блейз. — Новый муж — какая-то крупная шишка. Возможно, приближённый к Воландеморту. — Твоя мать меняет мужей быстрее, чем я перчатки, — сухо заметил Драко. Они усмехнулись. — А ты вообще знаешь почему Грейнджер вызвалась добровольцем? — Из-за младшей сестры. Блейз резко поднял взгляд.  — Откуда у неё сестра? И откуда ты вообще знаешь, что она у неё есть? Ответом стал взмах волшебной палочки — и перед ними возникла трансляция жатвы из дистрикта 12. Пока Блейз смотрел запись, Драко погрузился в очередное воспоминание.

***

Их встречи участились. Начало декабря. Снега всё ещё не было. За месяц — не меньше десяти встреч. Они приходили, чтобы обменяться колкостями, узнать, как прошёл день, пожаловаться на профессоров… и покурить. — Привет Грейнджер, чего такая хмурая? Он подошёл и забрал сигарету из её рук, делая затяжку. Он не мог объяснить, зачем приходит сюда. В Хогвартсе было много мест, где можно курить незамеченным. Но он приходил именно сюда. Именно тогда, когда знал — она точно будет здесь. Гриффиндорка всё же соизволила ответить: — Тебе не понять Малфой, ты в семье единственный ребенок. — А ты разве нет? — Нет, у меня есть младшая сестра. Он удивился, но не подал виду. — На прошлой неделе ей исполнилось 7 лет, а вчера она сбежала из дома из за того, что мама не разрешила пойти ей на ночёвку к подруге. — И её не нашли, поэтому ты сидишь здесь и злишься на весь мир. - парировал слизиринец.  — Что за глупости Малфой, я не злюсь на весь мир, я злюсь на Эмили, за то что она в свои 7 лет не может понять, что родителей надо слушаться. — А ты прям слушалась своих родителей в 7 лет Грейнджер. Он увидел её лицо и продолжил: — Я в свои семь лет на зло своему отцу разбил его любимую бутылку с джином и сделал это прям над важными документами. Я тогда сильно получил от родителей, особенно от отца. Она улыбнулась. — А ты был прям непослушным мальчиком. — Почему был?

***

— Салазар, никогда бы не подумал, что Гриффиндорская принцесса способна на такое, — сказал Блейз. — Не знаю как бы я поступил, будь я на её месте. — Ты никогда не будешь на её месте, — резко ответил Драко. Блейз пропустил грубость. — Тебе не показалось, что запись выглядит обрезанной? Грейнджер явно на кого-то смотрит стоя на сцене? Драко нахмурился. Он пересматривал запись множество раз. Но теперь… Они запустили её снова. И действительно — момент, где Гермиона вызывается добровольцем за сестру и как она её успокаивает, сражу же сменялся кадром, где она уже стоит на сцене. Будто кто-то вырезал целый кусок записи. — Возможно, нам кажется, но если это не так, то мы никак не сможем узнать правду, ты ведь это понимаешь. Блейз кивнул и закурил. — Ты готов к завтрашнему шоу? Зрелище обещает быть сильным.  — Я не испытываю никакого желания видеть его завтра, как он будет стоят и говорит о заслугах его Панема, как он спас нас и дал возможность нормально жить, а не существовать. Блейз понял без уточнений, о ком он. — Ладно, ты прав, завтра важный день для менторов, мне надо привести себя в порядок.  Драко направился к камину. Зелёные языки пламени вспыхнули. И он исчез.