Часть 15: Наследство в рыжих тонах
«Снег на голову» Скарлетт уже стояла у экипажа, отдавая последние распоряжения Стивену. Тот кивал с полуулыбкой, проверяя багаж, и в его движениях было столько природной грации, что Скарлетт в сотый раз подумала: «И в кого он такой уродился?» Белль подошла к ней, когда Стивен отошел к лошадям. Она выглядела так, будто решилась на прыжок в пропасть. — Скарлетт, постой. Ты берешь его под свое крыло, ты делаешь для него больше, чем любая «вдова из Парижа»... Но ты должна знать правду. Перед тем как ты уедешь в Тару. Скарлетт нетерпеливо вздохнула: — Белль, я и так знаю, что он твой сын. К чему эти секреты сейчас? Мисс Уотлинг сделала шаг вплотную, и её голос стал похож на шелест сухой травы: — Ты знаешь, чей он сын, но ты не знаешь, кто его отец. Стивен... он Батлер, Скарлетт. Кость от кости Ретта. Скарлетт почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она машинально схватилась за поручень кареты. Весь пазл — его рост, его смех, его дерзость на скачках, его манера защищать её — мгновенно сложился в одну невыносимо ясную картинку. — Ретт знает? — выдохнула она, глядя на Стивена, который в этот момент что-то весело крикнул кучеру. — Он знает о существовании сына, но они никогда не встречались как отец и сын. Ретт платит за его обучение, но держит дистанцию. А теперь ты везешь его в Тару... — Белль судорожно вздохнула. — Здесь все бумаги, Скарлетт, — Белль говорила ровно, по-деловому, как и подобает женщине, которая сама строит свою империю. — Здание балетной школы в самом центре Чарльстона... Я выкупила его до последнего цента, но в документах — твоё имя. Официально это твой каприз, твоя инвестиция. Но верховодить там будет Стивен. Он умеет очаровывать, он чувствует искусство… Это идеальное прикрытие, чтобы он вошёл в лучшие дома города через парадную дверь. Скарлетт приняла папку, оценив его вес. — Ты серьёзно настроена, Белль. Поставить сына во главе школы в Чарльстоне… это дерзко. — Мои деньги там не примут, а твоё покровительство — проглотят и попросят добавки, — Белль усмехнулась, но тут же посерьёзнела. Она шагнула вплотную, и её голос стал похож на стальное лезвие: — И ещё одно. Стивен об этом не узнает, и Ретту знать не обязательно. Но кровь — не вода. Сделай из него человека, на которого Батлеры посмотрят с уважением. Скарлетт смотрела на Стивена и видела в нем молодого Ретта — того самого, которого она когда-то встретила на лестнице в Двенадцати Дубах. Внутри всё кипело: ревность к прошлому Белль и внезапное, почти неистовое желание защитить этого парня. — Ну что ж... — Скарлетт выпрямилась, и в её глазах блеснул знакомый стальной огонек. — Раз он Батлер, значит, заслуживает всего Чарльстона. Езжай спокойно, Белль. Я присмотрю за ним. В карете: Буря за зелеными глазами Скарлетт захлопнула дверцу. Стивен уже сидел напротив, подтянутый и собранный. Он весело подмигнул ей и по-хозяйски поправил плед у её ног. «Боже мой...» — Скарлетт вжалась в подушки сиденья, стараясь не выдать дрожь в руках. — «Батлер. Настоящий Батлер. И он сидит прямо передо мной». Она лихорадочно всматривалась в его лицо, пытаясь найти опровержение, но тщетно. Тот же дерзкий разлет бровей. Тот же изгиб губ, готовых к насмешке. Даже то, как он положил руку на колено — пальцы длинные, сильные — это были руки Ретта. — Мадам, вы побледнели, — Стивен подался вперед, в его голосе прозвучала искренняя забота. — Эта поездка в Тару... может, стоило подождать? Если вам нехорошо, я могу приказать кучеру остановиться. Скарлетт сглотнула ком в горле. Его забота сейчас жалила её сильнее, чем любая грубость Ретта. «Он защищал меня от собственного отца, не зная об этом. Он сопровождал меня на советы, а я видела в нем просто милого рыжего красавца...» — Всё в порядке, Стивен, — она заставила себя улыбнуться своей самой светской улыбкой, хотя внутри всё клокотало от смеси ярости на Ретта и необъяснимого торжества. — Просто душно. Едем... Много дел предстоит в Чарльстоне... Батлер. — Простите, мадам? — Стивен удивленно приподнял бровь. — Я говорю — балетная школа, — поправилась Скарлетт, раскрывая веер. — Это будет грандиозно. Мы заставим этот город танцевать под нашу дудку. Она смотрела в окно на мелькающие деревья, а в голове стучала одна мысль: «Ретт, дорогой, думал, что оставил всё в прошлом? Ты даже не представляешь, какую партию я сейчас начну. Это будет настоящий ва-банк — мы перепишем историю Чарльстона вместе с твоим сыном»!
