День всех полицейских

      Тридцатиэтажное здание делового центра «Капитал Плаза» на северо-западе Детройта выглядело помпезно и неприветливо. Особенно на фоне мрачного неба, нависшего грязно-черной мутью прямо над крышами высоток. Моросил гаденький февральский дождь, переходящий в мокрый снег, и из полицейского авто вылезать в это хреномерзие абсолютно не хотелось. А уж тем более тащиться в недра сверкающего стеклом, хромом и пафосом здания.       Еще и на подземную парковку их в довесок не пропустили, сославшись на большой наплыв гостей и отсутствие мест. Совсем охренели! В другой день Гэвин бы высказался: цветасто и многоярусно. Но Ричард быстренько загасил воинственный фитиль, свернув на наземную стоянку в паре десятков метров от переливающегося огнями парадного входа. И, выйдя наружу первым, спокойно распахнул для Гэвина дверцу и раскрыл невесть откуда взявшийся зонт. Спасибо, не тематический в сердечках, а просто лаконично черный. В другой день Гэвин от души затолкал бы этот зонт кому угодно в известные телесные отверстия, ибо нахрен не девица, чтобы с ним вот так вот. Но это был Ричард, помните? И спорить не хотелось вообще. Только поскорее перетерпеть этот поганый вечер в честь Дня полиции. Так что Гэвин хмуро пристроился рядом с андроидским плечом и поплелся на заклание.       Надо сказать, голова пошла кругом уже в мраморном фойе, где сновали такие же фигуры в строгих костюмах и обслуживающий персонал, играла ненавязчивая музыка и где-то по центру журчал искусственный водопад. Хуже не придумаешь! Спасибо Ричарду, он не заговаривал с Гэвином и держался как бы позади, позволяя побыстрее просочиться к лифтам и подняться на верхний этаж.       Но, собственно, там стало еще напряжнее, ибо концентрация полицейских Детройта достигла максимума. В большой холл с видом на вечерний город стянулось под три тысячи человек и андроидов, которые постепенно перемещались в овальный конференц-зал и занимали там места. Гэвин хотел было плюхнуться на самый последний ряд и не отсвечивать там до конца сраной церемонии, но Ричард так же молча и настойчиво утянул его дальше, почти до первого десятка рядов. Оказывается, места тут были именные, и табличка «Мистер Г. Рид» маячила чуть ли не у сцены. Блять. Подремать втихаря не получится!       Где-то неподалеку Гэвин увидел Тину, которая впервые предстала перед его взором не в полицейской форме, а в строгом вечернем платье до колена. Тут же крутился и не менее выряженный Коннор, помогающий старшему напарнику Хэнку справиться с полами смокинга и усесться в кресле у прохода. Ближе к местам для высшего начальства уже восседал и капитан Фаулер, переговариваясь с какими-то хмырями из шишек.       — Заебись, клоповник в бантиках в сборе, — под нос проворчал Гэвин, оглядывая все прибывающих коллег по цеху. — Нормальные были ребята. А теперь что? Сделали из копов каких-то задротских почитателей Моцарта.       И он показательно закатил глаза, отказываясь считать себя частью этого высера. Ричард ничего не стал отвечать, видимо, рассудив, что свою главную миссию по доставке Гэвина куда велено он выполнил и дальше нянькаться не станет. Он просто расположился в кресле рядом, по привычке держа спину ровно, как на школьной линейке, и застыл в ожидании. Ладно, деваться некуда, давайте уже, что ли, поскорее! Гэвин никогда не любил перетягивание яиц.

***

      — …И надо отметить, что за последний квартал показатели преступности заметно снизились. В одном только Детройте на 22 процента, а если брать статистику всего штата Мичиган, то на пятнадцать. Это все прямой вклад работы нашей полиции, которая стала реагировать на вызовы более оперативно и раскрывать преступления эффективнее и быстрее.       Голос начальника полиции штата, мистера Салливана звучал практически сладкой колыбельной. Под его монотонный и уверенный бубнеж так и хотелось бездумно кивать, но непременно с закрытыми глазами. Да, мистер Салливан, мы молодцы, мистер Салливан, мы заебись какие крутые полицейские, если можно поподробнее в диаграммах! А что там по сотым процента? А по месяцам разбивочку не сделаете? Да, вот так! И нет, Гэвин не храпел и умел спать с полуприкрытыми в серьезной задумчивости глазами.       Но из спасительной дремы его постоянно выдергивали две вещи. Сдавленные покашливания Хэнка где-то справа — какого хрена он приперся на церемонию с больным горлом, старый хрыч?       И второе: бледная кисть руки с рельефными костяшками пальцев на подлокотнике рядом с ним. Аристократичная, блять, ладонь боевого андроида, которая в равной степени отлично управлялась как с табельным оружием, так и с его нервяками. За последние пару месяцев, когда они с Ричардом стали проводить больше времени вне рабочих моментов, Гэвин паинькой бывал не всегда. То задержание каких-нибудь говнарей выбесит, то допрос сорвет резьбу, то Фаулер заебет нравоучениями. В общем, иногда он зверел и психовал и вместо вменяемого общения мог предложить андроиду лишь наимерзейшую версию себя.       А Ричард… ну, он протоколы мазохизма себе не закачивал. Он просто взял и научился гасить все это на корню. И как оказалось, вот эта прохладная и жесткая ладонь нехило так успокаивала, стоило ей разместиться на шее под затылком и начать неторопливо массировать позвонки. Или цепко обхватить его запястье и поглаживать разгоряченную кожу. Или (чего он никому бы ни за что не позволил, но это же Ричард, как мы помним!) вплестись в волосы на макушке и попросту их зажать меж синтетических пальцев. И Гэвин, надо признаться, успел к этой всей срани привыкнуть! Так что сейчас он нервничал, злился, мрачнел и очень нуждался в этой андроидской лапище!       — …Поскольку показатели работы этих двух прототипов оказались весьма впечатляющими, руководство полиции штата Мичиган приняло беспрецедентное решение. Впервые в истории, минуя любые формальные этапы присвоения званий, на должность детективов Департамента полиции Детройта принимаются андроиды RK800 Коннор и RK900 Ричард! Прошу!       Что? Чего?! Как?!       Гэвин встрепенулся и моментально пробудился под стройные аплодисменты огромного конференц-зала. Рука с подлокотника исчезла, и Ричард ровной походкой направился к сцене вслед за Коннором.       Ничего себе новости! Его напарнику Рику дали детектива, а он, пластиковый засранец, молчал?! Как пить дать, это нихера не новость для обоих жестянок! А что, Гэвину нельзя было рассказать?! Вот черт! Но… ебать же как круто! Его напарник… ну, заслужил!!!       Кривая ухмылка сама поползла по лицу, пока Гэвин с какой-то даже самодовольной гордостью наблюдал за тем, как начальник полиции жмет руки Ричарду и Коннору, как вручает им нарукавные шевроны с обозначением нового звания. Теперь у этих синтетических ребят вместо сраной полосы «Киберлайфа» на одежде будут нормальные, человеческие значки! Ричард с благодарностью принял шеврон и, развернувшись к залу, нашел взглядом Гэвина. Глаза в глаза. Похоже, он был доволен. Но диод почему-то мерцал желтым, словно он напряженно ждал чего-то еще…       — И не могу не отметить работу еще нескольких наших сотрудников, — меж тем продолжил мистер Салливан. — Детектив департамента полиции Детройта, мистер Гэвин Рид. Прошу на сцену!       А? Чего?! Куда?! Теперь на него уставились все три тысячи присутствующих в зале и тоже принялись чего-то ждать. Гэвин в полном непонимании неуклюже поднялся из кресла и зашагал к сцене, не догоняя, что начальнику полиции от него надо. Руку там пожать и напиздеть благодарностей? Не сдалось, знаете ли, клоунаду тут бесплатную изображать.       На сцене было слишком светло, ярко, жарко и некомфортно. Но Гэвин выделываться перед начальством не рискнул и подошел к мистеру Салливану. Ну?       — За отличную службу Америке и штату Мичиган, — огласил наконец тот, — а также за похвальные показатели раскрываемости в паре с андроидом RK900 мистеру Риду присваивается звание сержанта в обход звания капрала. Поздравляю, мистер Рид! Теперь — сержант Рид!       Гэвин на автомате протянул руку начальнику, но слов не нашлось. Срань. Ну срань же! Он глянул на все еще стоящего рядом Ричарда и… нервно рассмеялся. Диод напарника наконец-то перетек в белый. Ричард был счастлив! Будь у Гэвина тоже диод, он, наверное, просто бы погас к херам. Потому что… Ну потому что он тоже типа был счастлив, не?