Как ведьма вышла замуж за джина

***

В подвале было затхло, воняло старыми книгами и ведьминскими штуками — видимо, бабушкины запасы зелий наконец окончательно испортились. Виктория Травникова, в миру просто Вика, светила фонариком телефона в темные углы и материлась вполголоса. — Лампочка. Мне нужна просто гребаная лампочка. Почему я не могу заклинанием ее починить? Почему у нормальных ведьм все работает, а у меня каждое бытовое заклятие превращается в фейерверк? Последняя попытка магически заменить перегоревшую лампочку в коридоре закончилась тем, что Вика две недели отмывала потолок от копоти. Соседи решили, что она экспериментирует с барбекю в квартире. В дальнем углу подвала стояли старые коробки с бабушкиными вещами. Вика добралась до одной из них и начала перебирать содержимое: книги по травничеству, связки сушеных трав, стеклянные банки с чем-то подозрительным, и... лампочка. Старая, советская, лампа накаливания — на ней еще виднелась надпись "75W". Покрыта толстым слоем пыли, но целая. — Вот ты моя красавица, — Вика аккуратно вытащила находку. — Лампочка Ильича. Бабушка все самое надежное берегла. Она машинально протерла лампочку рукавом свитера, сдувая остатки пыли. И тут началось. Лампочка вспыхнула ярким золотистым светом, таким ослепительным, что Вика выронила ее с криком. Но та не разбилась — зависла в воздухе, вращаясь и испуская все больше света. Подвал наполнился горячим ветром, пахнущим корицей и пустынными цветами. Золотистый дым клубился, сгущаясь, принимая форму. Когда свет померк, перед Викой стоял мужчина. Высокий, смуглый, с иссиня-черными волосами до плеч и глазами цвета янтаря. Одет в что-то развевающееся, шелковое, расшитое золотом — явно не из магазина на районе. Красивый так, что хотелось прищуриться, будто смотришь на что-то слишком яркое. — НАКОНЕЦ-ТО! — он раскинул руки, и золотые искры посыпались вокруг. — Восемьдесят лет! Восемьдесят лет в этой проклятой лампе! Ты хоть представляешь, как это невыносимо? Вика медленно поднялась с пола, куда упала от неожиданности. Достала телефон, проверила экран. Нет, она не пила с утра. И зелья не пробовала, даже экспериментальные. — Простите, а вы кто? Мужчина повернулся к ней с видом оскорбленного величия. — Я — Азир аль-Захир, принц джиннов, потомок древнего рода аль-Захиров, повелитель южных ветров и... — Сочувствую вашим регалиям, но мне просто свет в коридоре нужен, — Вика огляделась в поисках упавшей лампочки. Азир застыл с открытым ртом. — Что? — Свет. В коридоре. Перегорела лампа, я искала замену. Вы, конечно, впечатляюще появились, но не подскажете, куда делась лампочка? — Лампочка?! — голос Азира взлетел на октаву выше. — ЛАМПОЧКА?! Я провел восемь десятилетий в заточении, и ты спрашиваешь про... — Про лампочку. Да. Потому что в коридоре темно, я уже три раза споткнулась, а вы, при всем уважении к вашей принцевости, света не даете. Азир сделал глубокий вдох. Потом еще один. Золотистое свечение вокруг него слегка потускнело. — Хорошо. Давай начнем сначала. Я — джин. Ты освободила меня из заточения. — Понятно. Ведьма четвертого поколения, рада знакомству. Теперь можете вернуться обратно? Или как это работает? — Вернуться обратно? — Азир засмеялся, и смех прозвучал истерично. — О, если бы все было так просто. Но нет. Видишь ли, дорогая моя освободительница, есть маленькая проблема. — Насколько маленькая? — Ты станешь моей женой. Повисла тишина. Где-то наверху капала вода. За стеной скреблись мыши. — Повторите? — Вика покрутила пальцем у виска. — У меня показалось, или вы действительно сказали... — Женой. Ты станешь моей женой, — Азир выглядел не менее несчастным, чем звучал. — Это часть заклятия. Мои родители... они решили, что пора мне остепениться. Найти достойную пару. Создать семью. Вся эта архаичная чушь. — И они заперли вас в лампочке? — Лампочку выбрал отец. Сказал "прочувствуешь простую жизнь". Иронию оценила? — Азир потер лицо руками. — Условие простое: я возвращаюсь домой только с женой. И женщиной, освободившей меня, автоматически становится та, кто потер лампу. — Это самая безумная вещь, которую я слышала. И я ведьма, у меня странного хватает. — О, это еще не все! — Азир расплылся в улыбке, которая больше походила на оскал. — До свадьбы ты должна выполнять мои желания. Все. До единого. Родители решили научить меня ценить служение, понимаешь? Какая забавная шутка. Вика медленно поднялась, отряхнула джинсы. — Ясно. Значит так, принц Али-Бабы... — Азир аль-Захир! — Без разницы. Я не выхожу замуж за незнакомцев из лампочек. У меня бизнес, дела, жизнь, в конце концов. Так что берите свое заклятие, свои желания и летите обратно в бутылку. Или лампочку. Куда там джинны обычно летают. Она развернулась и направилась к лестнице. И врезалась в невидимую стену. — Ай! Какого... — А, забыл упомянуть, — голос Азира звучал угрюмо. — Еще одно условие заклятия. Я не могу отдалиться от тебя больше, чем на пятьдесят метров. До свадьбы мы буквально связаны. Вика медленно обернулась. Азир стоял, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто его тошнит от всей ситуации не меньше, чем ее. — То есть вы... — Буду следовать за тобой повсюду. Да. — На работу? — Да. — В магазин? — Да. — В душ? Азир поморщился. — Я могу отворачиваться. Вика опустилась на ступеньку и уронила голову на руки. — Это кошмар. Это какой-то идиотский кошмар. — Поверь, для меня тоже, — Азир присел рядом, и шелк его одежды зашелестел. — Я совершенно не хотел жениться. Особенно так. На незнакомке, которую даже не выбирал. — Спасибо за комплимент. — Я не хотел обидеть. Просто... это не то, как я представлял знакомство с будущей женой. — У вас нет будущей жены, потому что я не согласна. — Но заклятие... — Начхать я хотела на заклятие, — Вика встала. — Я ведьма. Мы специализируемся на том, чтобы ломать чужие заклятия. Найду способ от вас избавиться, ваше высочество. — Удачи, — Азир тоже поднялся. — Это древняя магия джиннов. Старше вашего ведьмовства на тысячи лет. — Посмотрим. Вика поднялась по лестнице, вышла из подвала — и услышала за спиной шаги. Обернулась. Азир следовал за ней, и на лице его застыло выражение обреченности. — И долго вы собираетесь ходить за мной хвостом? — До свадьбы. Или пока ты не разрушишь заклятие. Что наступит раньше. — Чудесно, — Вика прошла в коридор, щелкнула выключателем. Темно. — И лампочку я так и не нашла. Азир щелкнул пальцами, и в коридоре вспыхнул мягкий золотистый свет — прямо из воздуха, без всяких ламп. — Проблема решена. — Покажитесь соседям со своей светящейся магией, и проблем будет намного больше, — Вика потерла переносицу. — Ладно. Раз уж вы тут торчите, пойдемте. Поговорим. Они прошли в кухню. Вика поставила чайник, достала две чашки. — Джины чай пьют? — Мы едим и пьем, как и все, — Азир осторожно уселся на стул, будто опасался, что тот развалится. — Просто не нуждаемся в этом для выживания. — Понятно. Значит, ситуация такая, — Вика налила кипяток, бросила пакетики чая. — Я не выхожу замуж. Категорически. Но и вас выгнать не могу, потому что магическая привязка. Правильно? — Правильно. — И желания ваши я должна выполнять? — По условиям заклятия — да. Иначе оно усилится. — Что значит усилится? Азир неловко потер шею. — Будет больно. Обоим. И привязка станет теснее — метров до десяти. — Прекрасно, — Вика отпила чай. — И какие у вас обычно бывают желания? — Ну... обычные? Еда, порядок в доме, чистая одежда. Я восемьдесят лет провел в лампе, понимаешь? Хочется элементарного комфорта. — Хм. Ладно. Давайте попробуем так: вы не ведете себя как господин из восточной сказки, я постараюсь не убить вас во сне, и мы найдем способ разрушить это дурацкое заклятие. Договорились? Азир задумался, потом медленно кивнул. — Договорились. Но если родители объявятся... — Разберемся. Я не какая-то там беспомощная принцесса. Я ведьма. И в моем доме мои правила. — Это честно, — Азир отпил чай и поморщился. — Это отвратительно. — Это дешевый чай из супермаркета. Добро пожаловать в двадцать первый век, ваше высочество.

***

Утро следующего дня началось с того, что Вика проснулась от запаха дыма. Она вскочила с кровати, выбежала на кухню — и застыла. Азир стоял у плиты в своих развевающихся шелках, окруженный клубами черного дыма. На сковороде что-то шипело и искрилось золотистыми искрами. — ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! — Готовлю завтрак, — Азир обернулся с виноватой улыбкой. — Это мое первое желание. Я голоден. — Так закажите доставку! — Я хотел, чтобы ты приготовила. Но потом подумал, что могу и сам. Джинны отличные повара. — Вы что-то подожгли! — Это яйца. Они сопротивляются. — ЧТО?! Вика подскочила к плите. На сковороде действительно были яйца. Которые двигались. И пищали. — Вы... вы их оживили?! — Случайно, — Азир смущенно почесал затылок. — Я не привык к вашей современной кухне. Вся эта плита без огня... — ЭТО ЭЛЕКТРИЧЕСКАЯ ПЛИТА! — Я понял. Теперь. Одно из яиц попыталось сбежать. Вика на автомате хлопнулапо нему ладонью, мысленно произнеся заклинание успокоения. Яйцо замерло, снова став обычным. — Боже мой, — Вика выключила плиту, открыла окно, чтобы выпустить дым. — Вы принц джиннов, а готовить не умеете? — Умею! Просто у нас немного другая кухня. Без... электричества и этих странных ящиков, которые делают еду холодной. — Холодильник. Это называется холодильник. — Неудобное название. Вика глубоко вдохнула, считая до десяти. Потом до двадцати. — Ладно. Отойдите от плиты. Я приготовлю завтрак. Но это в последний раз, понятно? — Как скажешь, — Азир послушно отошел и уселся за стол, наблюдая, как она достает сковороду, новые яйца, масло. — Ты всегда такая сердитая по утрам? — Только когда просыпаюсь от пожара на кухне. Она приготовила омлет — обычный, неживой, нормальный омлет. Разделила на две тарелки, поставила одну перед Азиром, вторую взяла себе. Азир попробовал, и лицо его просветлело. — Это восхитительно! — Это обычный омлет. — Восемьдесят лет без еды. Даже обычное кажется амброзией, — он ел с таким энтузиазмом, что Вика невольно улыбнулась. — Ладно, возможно, я была слегка резка. Сама не люблю голодной быть. Они ели в молчании несколько минут. Потом Азир откинулся на спинку стула. — У меня есть второе желание. Вика насторожилась. — Какое? — Мне нужна одежда. Нормальная, человеческая. Эти одеяния привлекают слишком много внимания. Вика оценила его костюм — развевающиеся шелковые шаровары, расшитая золотом жилетка, мягкие сафьяновые туфли с загнутыми носами. Да, в супермаркет в таком не походишь. — Хорошо. Это разумное желание. Пойдемте в торговый центр после завтрака. — В торговый центр? — Место, где продают одежду. Много одежды. Разной. Азир кивнул, но выглядел озадаченным.

***

Торговый центр в субботу был переполнен. Вика протиснулась через толпу, Азир следовал за ней, оглядываясь по сторонам с видом человека, попавшего в параллельную реальность. — Так много людей, — пробормотал он. — И эти огни... и звуки... — Добро пожаловать в современность. Привыкайте. Они зашли в магазин мужской одежды. Продавщица — девушка лет двадцати с ярко-розовыми волосами — оценила Азира взглядом и широко улыбнулась. — Чем могу помочь? — Нам нужна одежда. Вся. То есть не вся, а... базовый гардероб, — Вика запнулась под пристальным взглядом продавщицы, которая явно смотрела не на нее. — Для вашего друга? — девушка не сводила глаз с Азира. — Для него, да. — Отличный выбор модели, — продавщица подмигнула. — Рост, размер? Азир выпрямился. — Я — Азир аль-Захир, принц... — Сто восемьдесят пять, размер сорок восемь, — перебила Вика. — Покажите что-нибудь простое. Джинсы, футболки, свитер. — Но я принц! Мне нужно что-то достойное! — Вам нужно что-то, в чем вы не будете выглядеть как с костюмированной вечеринки. Через час Азир стоял в примерочной, мрачно глядя на свое отражение. На нем были джинсы, простая черная футболка и кроссовки. — Я выгляжу как... как... — Как нормальный человек. Именно это и нужно, — Вика критически оценила результат. — Хотя признаю, джинсы вам идут. — Это неудобно. Жестко. И почему эти штаны такие узкие? — Потому что сейчас так носят. Потерпите. Они купили еще несколько комплектов одежды — Вика нашла в распродажах секонд-хенда и порадовалась сэкономленным деньгам. Азир выглядел так, будто его одели в мешковину. — В моем мире принцы носят шелк и бархат, — бормотал он, пока они выходили из магазина. — Золото и драгоценные камни. — В моем мире принцы носят то, что по карману. А у меня бюджет ограничен. — Я могу создать золото. — Нет. Никакого магического золота. Это незаконно в ведьмовском сообществе, да и вообще привлечет внимание. Азир угрюмо кивнул. Они проходили мимо кафе, когда Вика остановилась. — Хотите кофе? Я хочу кофе. — Что такое кофе? — Вы восемьдесят лет просидели в лампе, но до этого-то жили? У вас не было кофе? — Я предпочитал вино и мятный чай. — Ладно. Сейчас попробуете двадцать первый век во всей красе. В кафе было тепло и пахло корицей. Вика заказала себе капучино, Азиру взяла латте — что-нибудь помягче для первого раза. Они сели у окна. Азир осторожно отпил, поморщился, потом отпил еще раз. — Странное. Горькое. Но... приятное. — Вот и я о том же. Кофе — это религия. Азир смотрел в окно, наблюдая за прохожими. Люди спешили мимо, утыкнувшись в телефоны, с пакетами покупок, с детьми за руку. — Ваш мир так изменился, — сказал он тихо. — Когда меня заперли, еще не было всего этого. Этих стеклянных башен, светящихся коробок в руках, машин повсюду. — Вас заперли в сороковых годах прошлого века? — В тысяча девятьсот сорок третьем. Отец выбрал момент, когда ваш мир был в хаосе войны. Сказал, что никто не заметит еще одной потерянной лампы. Вика задумалась. Восемьдесят лет в заточении. Она злилась на Азира, на ситуацию, на глупое заклятие, но сейчас почувствовала укол сочувствия. — Это жестоко. Даже для воспитательных целей. — У джиннов свои представления о воспитании, — Азир пожал плечами. — Я был непокорным. Отказывался жениться, устраивал скандалы, сбегал из дворца. Отец устал терпеть. — И решил запереть вас в лампочке. — Ирония судьбы. Они замолчали. Вика пила кофе, обдумывая ситуацию. Азир смотрел в окно, и в глазах его мелькнула тоска. — Слушайте, — сказала Вика наконец. — Я все еще не согласна на эту свадебную чушь. Но, может, мы можем... не убивать друг друга в процессе? Пока ищем выход? Азир повернулся к ней, и на губах его появилась слабая улыбка. — Мирное сосуществование? — Что-то вроде того. — Хорошо. Я постараюсь не быть невыносимым. — А я постараюсь не превращать вас в хомяка. — Ты можешь превращать в хомяков? — Не знаю. Не проверяла. Но могу попробовать, если будете слишком раздражать. Азир рассмеялся — впервые искренне. И Вика поймала себя на мысли, что смех у него приятный, теплый. Опасная мысль. Очень опасная.