Как ведьма вышла замуж за джина

***

Следующие несколько дней прошли в относительном спокойствии. Азир привыкал к современному миру, Вика пыталась найти информацию о заклятиях джиннов. Он спал на диване в гостиной (предварительно превратив его во что-то более комфортное с помощью магии), она — в спальне с запертой дверью и защитными рунами на всякий случай. Вика работала из дома — принимала заказы на травяные сборы, делала настойки, вела онлайн-консультации. Азир наблюдал с любопытством. — Ты зарабатываешь этим на жизнь? — спросил он, наблюдая, как она упаковывает очередной заказ. — Да. Люди платят за натуральную косметику и лечебные травы. — А ведьмы не помогают друг другу? — Сообщество есть, но каждый сам по себе. У нас не как у вас, джиннов, с дворцами и слугами. — У меня был дворец, — задумчиво сказал Азир. — Красивый. С садами и фонтанами. Интересно, что там сейчас. — Скучаете? — Удивительно, но нет. Дворец был клеткой. Красивой, золотой, но клеткой. Вика подняла взгляд от упаковки. — Почему вы так не хотели жениться? Родители нашли бы кого-то подходящего, принцессу или кого там у вас. — Именно поэтому, — Азир скривился. — Подходящую. Правильную. Идеальную джинию из правильного рода с правильным приданым. Которая будет говорить правильные вещи и рожать правильных наследников. Я видел таких. Разговаривал. Это как беседовать с красиво одетой статуей. — Понимаю, — Вика вспомнила собственные попытки матери пристроить ее к "хорошему колдуну". — У ведьм похожая история. Старшее поколение хочет чистоту крови, правильные союзы, традиции. — Ты тоже сбегала? — Я просто перестала общаться с матерью. Она отреклась от ведьмовства, вышла за обычного человека, а мне оставила "выбор" — либо тоже стать нормальной, либо позор семьи. Выбрала позор. — Бунтарка. — Посмотрите кто говорит, принц в лампочке. Они улыбнулись друг другу, и Вика ощутила странную близость. Они оба были изгоями в своих мирах. Оба сбежали от навязанных ролей. — У меня есть третье желание, — сказал Азир. Вика напряглась. — Какое? — Покажи мне свою магию. Настоящую. Не бытовые заклинания. То, что ты умеешь по-настоящему. — Зачем? — Любопытно. Я восемьдесят лет не видел другой магии, кроме своей. Хочу понять, как работает ведьмовство. Вика задумалась. Это было странное желание. Не эгоистичное, не требующее служения. Просто... интерес. — Хорошо. Пойдемте в подвал. Там мастерская бабушки, можно практиковать. Они спустились вниз. Подвал преобразился с тех пор, как Вика нашла лампочку — она убрала коробки, очистила пространство. В центре стоял большой рабочий стол, уставленный бутылями, ступками, связками трав. На стенах — защитные руны. — Впечатляет, — Азир огляделся. — Чувствуется сила. Старая, укоренившаяся. — Здесь работали четыре поколения ведьм моего рода. Место пропитано магией. Вика подошла к столу, достала несколько ингредиентов — лунную полынь, серебряный порошок, каплю своей крови. — Покажу простое зелье. Для защиты от дурного глаза. Она начала работать, смешивая компоненты, нашептывая заклинания. Азир наблюдал завороженно. В воздухе поплыло серебристое свечение, окутывая руки Вики, сливаясь с ингредиентами. — Твоя магия идет из земли, — сказал Азир. — Из корней. Она медленная, но глубокая. — А ваша? — Огонь и воздух. Быстрая, яркая, но требует огромного контроля. Иначе сжигает все вокруг. Вика закончила зелье, разлила по маленьким флаконам. Серебристая жидкость мерцала в тусклом свете. — Готово. А теперь ваша очередь. Покажите, что умеете. Азир усмехнулся. Поднял руку, и в воздухе появились золотистые искры, закружились, сплетаясь в сложные узоры. Они превратились в цветок — розу из чистого света, которая медленно распускалась, лепесток за лепестком. — Красиво, — выдохнула Вика. — Это просто иллюзия. Хочешь увидеть настоящую силу? Он щелкнул пальцами, и роза вспыхнула настоящим пламенем — жарким, ярким, но не обжигающим. Огонь танцевал в воздухе, принимая разные формы — птицы, зверя, змеи. — Джинны повелевают стихиями, — объяснил Азир. — Огонь — моя родная. Но я могу управлять и ветром, и водой, хотя это сложнее. Вика протянула руку, позволяя пламени лизнуть пальцы. Оно было теплым, но не опасным. — Это невероятно. У ведьм нет такой власти над стихиями. — Зато у вас есть то, чего нет у джиннов. Терпение. Глубина. Связь с живым. Огонь погас. Они стояли в подвале, окруженные остаточным свечением магии — серебристым и золотистым, переплетающимся. — Знаешь, — сказал Азир тихо, — может, это заклятие не такая уж катастрофа. — Как это? — Я не встречал никого, кто мог бы понять. Что значит быть другим. Обладать силой, которая одновременно дар и проклятие. Но ты... ты понимаешь. Вика посмотрела на него. В золотистых глазах плескался искренний интерес, уважение. Не желание подчинить или использовать. Просто... связь. — Я понимаю, — призналась она. — Всю жизнь чувствовала себя неправильной. Слишком сильной для обычного мира, слишком странной для ведьмовского. — Два изгоя, связанные дурацким заклятием. — Худший сценарий романтической комедии. Они рассмеялись, и напряжение разрядилось.

***

Прошла еще неделя. Азир постепенно осваивался в современном мире — научился пользоваться телефоном (Вика купила ему самый простой), разобрался с микроволновкой (после того как взорвал первую), даже начал смотреть сериалы. — Это удивительно, — сказал он, уставившись в телевизор. — В ящике живут маленькие люди и разыгрывают истории. — Это не настоящие люди. Это актеры. Их снимают на камеру. — Магия? — Технология. Хотя для джина восемьдесят лет назад, наверное, разницы нет. Вика работала за ноутбуком, когда раздался стук в дверь. Настойчивый, требовательный. Она замерла. Азир тоже посмотрел на дверь. — Ты кого-то ждешь? — Нет. Стук повторился. Потом голос — женский, звонкий, раздраженный: — Виктория Травникова, откройте дверь. Я знаю, что вы дома. И я знаю, что у вас там джин. Вика побледнела. — Черт. Это Елена Северова. Глава местного ведьмовского совета. — И это плохо? — Очень. Она старой закалки. Если узнает про заклятие... — Открывайте, или я применю силу, — раздался голос снаружи. Вика обреченно пошла к двери. Открыла. На пороге стояла женщина лет пятидесяти, в строгом черном костюме, с седыми волосами, собранными в тугой пучок. Глаза — острые, цепкие, все видящие. — Виктория. Впустите меня. — Добрый день, Елена Викторовна. Что привело вас... — Не притворяйтесь. В городе появился джин. Мощный источник чужеродной магии. Защитные руны совета среагировали. И след ведет сюда. Елена прошла в квартиру, не дожидаясь приглашения. Увидела Азира, застывшего у дивана, и сузила глаза. — Значит, это правда. Вы связались с джином. — Не связалась. Случайно освободила. Разница большая. — Для совета разницы нет, — Елена обошла вокруг Азира, изучая его. — Древняя магия. Сильная. Опасная. — Я не представляю опасности, — Азир выпрямился, и в голосе зазвучали властные нотки. — Я Азир аль-Захир, принц... — Мне все равно, кто вы. Это территория ведьм. У нас есть правила. — Какие правила? — Вика встала рядом с Азиром, неосознанно заняв защитную позицию. — Никакой внешней магии без разрешения совета. Никаких союзов с чужаками. Никаких джиннов, демонов, фей или прочей нечисти. — Я не нечисть, — Азир вспыхнул золотистым светом. — Для меня все нелюди — нечисть, — отрезала Елена. — У вас два варианта, Виктория. Либо он уходит прямо сейчас, либо совет применит силу. — Он не может уйти. Мы связаны заклятием. — Тогда вы уходите вместе. И не возвращаетесь, пока не разорвете связь. Вика почувствовала, как внутри поднимается гнев. Старая, знакомая ярость — на правила, на ограничения, на тех, кто думает, что имеет право указывать ей, как жить. — Нет. Елена повернулась к ней. — Что вы сказали? — Я сказала — нет. Это мой дом. Мой город. Я здесь родилась, выросла, работаю. Я не уйду, потому что какой-то совет решил, что джинны не подходят под их представления о правильности. — Вы отказываетесь подчиниться совету? — Именно. Воздух наэлектризовался. Между Викой и Еленой пробежали искры — серебристые против темно-фиолетовых. — Тогда я объявляю вас изгнанной из ведьмовского сообщества города, — произнесла Елена ледяным тоном. — С этого момента вы не под нашей защитой. Не имеете права на помощь, на ресурсы, на знания. — Прекрасно. Мне и не нужна ваша защита. — Пожалеете. Без сообщества ведьма — никто. — Посмотрим. Елена развернулась и вышла, хлопнув дверью. Вика осталась стоять посреди комнаты, дрожа от адреналина. — Ты в порядке? — Азир коснулся ее плеча. — Да. Нет. Не знаю, — она опустилась на диван. — Я только что поссорилась с советом. Меня изгнали из сообщества. — Из-за меня. — Из-за их тупости. Ты просто повод. Азир сел рядом. — Мне жаль. Я не хотел создавать тебе проблемы. — Знаешь что? — Вика повернулась к нему. — Мне не жаль. Годами я подчинялась их дурацким правилам, играла в их игры, потому что думала, что так надо. Что без сообщества я не справлюсь. Но сейчас понимаю — я не хочу быть частью системы, которая считает людей нечистью только потому, что они другие. — Ты удивительная, — сказал Азир тихо. — Смелая. Я восхищен. — Не восхищайтесь раньше времени. Теперь нам придется разбираться с этим самим. Без помощи совета найти способ разрушить заклятие будет сложнее. — Тогда будем искать вместе. Вика посмотрела на него — на его золотистые глаза, полные решимости, на крепкую руку на своем плече. И поняла, что где-то за эти дни перестала видеть в нем обузу. Он стал... партнером. Союзником. Возможно, кем-то большим. Опасная мысль. Очень опасная. Но приятная.

***

Следующие дни прошли в исследованиях. Вика перерыла все бабушкины записи, книги из домашней библиотеки, даже наведалась в пару магических лавок (те, что не подчинялись совету). Азир тем временем пытался вспомнить все, что знал о заклятиях джиннов. — Проблема в том, что это семейное заклятие, — объяснил он вечером, когда они сидели на кухне с чаем и стопками книг. — Наложенное моими родителями. Только они могут снять его добровольно. — Или мы можем разрушить его силой, — Вика перелистывала очередной том. — Но для этого нужна очень мощная магия. Сильнее, чем у меня или у тебя по отдельности. — Комбинированная магия? — Азир задумался. — Это возможно? Ведьмовство и магия джиннов очень разные. — Теоретически возможно. Если найти точку соприкосновения. Они работали до глубокой ночи. Вика зевала, потирая глаза. Азир выглядел свежее — джиннам не нужен был сон, хотя он научился спать из удовольствия. — Иди отдохни, — сказал он. — Я продолжу читать. — Уверен? — Абсолютно. Тебе нужен сон. Вика поднялась, но у двери обернулась. — Азир? — Да? — Спасибо. За то, что остаешься спокойным. За то, что помогаешь. За... за все. Он улыбнулся, и в груди Вики что-то потеплело. — Это ты мне спасибо. За то, что не превратила в хомяка, когда могла. Она рассмеялась и пошла в спальню.

***

Прошло еще несколько дней. Вика начала замечать странные вещи. Как Азир приносит ей кофе по утрам, запоминая, как она любит — с молоком и без сахара. Как он научился готовить простые блюда, чтобы не обременять ее. Как смотрит на нее иногда — долгим, задумчивым взглядом, в котором читалось что-то большее, чем дружеская благодарность. И как она сама ловит себя на том, что замирает, когда он входит в комнату. Что улыбается его шуткам, даже плоским. Что скучает, когда он уходит в другую комнату. Это было опасно. Она не могла влюбиться в джина, за которого должна выйти замуж по заклятию. Это было бы... капитуляцией. Потерей свободы. Но сердце не слушало логику. Однажды вечером они сидели на диване, смотрели какой-то фильм. Азир постепенно пододвигался ближе, и теперь их плечи соприкасались. Вика чувствовала тепло его тела, слышала дыхание. — Вика, — позвал он тихо. — Да? — У меня есть еще одно желание. Она напряглась. Сколько уже было? Три? Четыре? Она сбилась со счета. — Какое? Азир повернулся к ней лицом. В золотистых глазах плескалось что-то уязвимое, неуверенное. — Я хочу, чтобы ты поцеловала меня. Вика застыла. — Что? — Это мое желание. По заклятию ты должна выполнить. — Ты... ты издеваешься? — она отстранилась. — Ты используешь заклятие, чтобы заставить меня... — Нет! — Азир схватил ее за руку. — Нет, подожди. Дай объяснить. Вика вырвала руку, вскочила с дивана. Внутри все кипело — гнев, разочарование, боль. — Объяснить что? Что ты такой же, как все? Что думаешь, можно использовать магию, чтобы получить то, что хочешь? — Я неправильно сформулировал, — Азир тоже встал, протянул руки примирительно. — Послушай. Пожалуйста. — У меня нет выбора, да? Заклятие заставит меня выполнить желание. — Нет. Ты не понимаешь. Я специально сформулировал так, чтобы у тебя был выбор. Вика нахмурилась. — Что ты имеешь в виду? Азир провел рукой по волосам, явно нервничая — впервые за все время она видела его таким взволнованным. — Заклятие работает строго по словам. Я сказал: "Я хочу, чтобы ты поцеловала меня". Это желание о том, чего я хочу, а не приказ тебе. Ты не обязана выполнять. Заклятие не заставит. Потому что это не команда. Вика моргнула, переваривая информацию. — То есть ты... потратил желание на то, чтобы просто сказать, что хочешь поцелуя? — Да. — Не заставляя меня? — Да. — Но зачем? Азир сделал шаг ближе. В глазах плескалась искренность, уязвимость. — Потому что я не хочу ничего, что ты дала бы по принуждению. Восемьдесят лет я провел в лампе именно потому, что отказывался брать жену, которую мне навязали. Как я могу делать то же самое с тобой? — Тогда почему вообще загадал такое желание? — Потому что я трус, — он рассмеялся без веселья. — Не могу просто сказать, что чувствую. Боюсь, что ты отвергнешь. Подумал, если оформлю как желание, хотя бы выскажусь. А дальше... дальше ты решаешь сама. Вика стояла, не зная, что сказать. Гнев уходил, сменяясь смятением, теплом, страхом. — Что ты чувствуешь? — спросила она тихо. — Я влюблен в тебя, — просто сказал Азир. — Безнадежно, бесповоротно. Ты сильная, смелая, смешная. Ты выбрала изгнание, но не предала себя. Ты не побоялась совета, не испугалась моей магии. Ты... ты удивительная. И да, я хочу поцеловать тебя. Хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро. Хочу, чтобы это нелепое заклятие стало правдой не по принуждению, а по выбору. Сердце Вики колотилось так, что, казалось, должно было выпрыгнуть из груди. — Я думала, это просто заклятие, — прошептала она. — Что то, что я чувствую — магия, а не настоящее. — Что ты чувствуешь? Она посмотрела ему в глаза — золотистые, теплые, ждущие. — Я тоже влюбилась. Где-то между сожженным завтраком и торговым центром. Между подвалом и просмотром сериалов. Я влюбилась в тебя, и это пугает меня до смерти. — Почему? — Потому что если это заклятие, я могу бороться. Но если это правда... тогда я не знаю, как защититься. Азир шагнул еще ближе. Они стояли почти вплотную. Вика чувствовала тепло, исходящее от него, запах корицы и сандала. — Не защищайся, — попросил он. — Просто позволь быть. — А если не получится разрушить заклятие? Если мы застрянем вместе навсегда? — Тогда я проведу вечность со своей любимой. Худший ли это вариант? Вика улыбнулась сквозь подступающие слезы. — Наверное, нет. Она потянулась к нему, медленно, давая себе время передумать. Но не передумала. Ее губы коснулись его, мягко, осторожно. Азир замер, потом ответил на поцелуй — нежно, бережно, как будто боялся спугнуть. Мир вокруг растворился. Осталось только тепло, близость, головокружительное ощущение правильности. Они оторвались друг от друга, прижавшись лбами. — Это было... — Да, — Вика рассмеялась. — Определенно да. Внезапно в воздухе блеснули золотистые искры. Потом серебристые. Они закружились вокруг пары, сплетаясь в сложный узор. — Что это? — Вика оглянулась. — Заклятие, — Азир наблюдал с изумлением. — Оно... реагирует. Узор стал ярче, плотнее. Потом вспыхнул ослепительным светом и рассыпался на миллионы крошечных звездочек, которые медленно таяли в воздухе. Тишина. — Оно разрушилось, — выдохнула Вика. — Мы свободны. Азир посмотрел на нее, в глазах читался вопрос, надежда, страх. — Свободны. Ты можешь уйти. Отправить меня. Нет больше никакого принуждения. Вика взяла его за руку. — Знаешь, что забавно? — Что? — Я не хочу, чтобы ты уходил. Даже теперь, когда могу выбирать. Азир улыбнулся — широко, радостно. — Я тоже не хочу уходить. — Тогда оставайся. Не потому что должен. Потому что хочешь. — Останусь. На один день, неделю, год, вечность — сколько ты позволишь. Они снова поцеловались — уже без страха, без сомнений. Просто двое людей (ну, один человек и джин), выбравших друг друга. Эпилог. Через год Вика сидела в своей мастерской в подвале, работая над очередным заказом. Азир стоял у окна, наблюдая, как снег падает за стеклом — первый снег зимы. — Ты придешь на собрание? — спросила Вика, не отрываясь от работы. — На твой новый ведьмовский круг? Конечно. После разрыва с советом Вика основала собственное сообщество — для тех, кто не вписывался в строгие правила старой системы. Молодые ведьмы, полукровки, изгои. Даже несколько представителей других магических народов — феи, оборотни, один очень застенчивый вампир. Елена Северова предрекала провал. Но круг рос, крепчал. Люди тянулись к свободе, к принятию. — Марта спрашивала, научишь ли ты ее магии огня, — добавила Вика. — Научу. Хотя у ведьм это работает иначе. Придется экспериментировать. Последний год был головокружительным. Они жили вместе, работали вместе, изучали способы комбинировать магию. Азир помогал в мастерской, Вика учила его ведьмовству. Они смеялись, ссорились, мирились, любили. Формально они не были женаты — ни по человеческим законам, ни по джинновским. Но по всем важным параметрам они были парой, семьей. — Кстати, — Азир повернулся к ней, в глазах заплясали озорные огоньки. — У меня есть подарок. — Какой? Он достал из кармана маленькую коробочку. Внутри лежало кольцо — простое, серебряное, с крошечным вкрапленным в металл кристаллом, который переливался золотистым и серебристым. — Это... помолвочное кольцо? — Технически да. Но не волнуйся — это не заклятие, не обязательство. Просто... символ. Моей магии и твоей, сплавленных вместе. Носи, если хочешь. Или не носи. Я не обижусь. Вика взяла кольцо, надела. Оно идеально село на палец, теплое, живое. — Оно прекрасное. — Ты прекрасная. — Льстец. — Влюбленный джин. Она встала, обняла его. — Знаешь, когда я нашла эту проклятую лампочку, думала, что это конец моей спокойной жизни. — И была права. — Но это был лучший конец, что мог случиться. Азир поцеловал ее в макушку. — Для меня тоже. Лучшие восемьдесят лет в заключении, что я проводил. — Теперь ты свободен. — Теперь мы оба свободны. И при этом вместе. Лучшая комбинация. Снаружи усиливалась метель, но в подвале было тепло. Магия — золотистая и серебристая — тихо пульсировала в воздухе, сплетаясь в единое целое. Два изгоя, две силы, одна любовь. Иногда самые нелепые проклятия приводят к самым прекрасным благословениям.