Мой парень вампир

— Уилл, завтрак! — крикнула мама с первого этажа, отчего кисточка в руках дернулась. Он еле сдержался, чтобы не выругаться от того, что чуть не испортил пейзаж. Картина была почти готова, но что-то все равно не хватало. Он ещё раз задерживает взгляд на полотне, будто надеясь уловить недостающую деталь, а потом всё-таки откладывает кисти и начинает собираться в школу. Была середина ноября, почти конец семестра, а некоторые учителя жаловались о неуспеваемости и плохих результатах. Но что Уилл мог сделать, если просто не мог сосредоточиться на скучных уроках. Его мысли улетали за пределы школы. Это был не простой год. Его мама снова вышла замуж, ее повысили на работе, из-за чего им пришлось переехать в этот мрачный и серый город Хоукинс, а Джонатан поступил в Нью-Йорк. Ну, хоть кому-то повезло. Теперь они живут здесь, в этом старинном особняке на окраине города с удивительным видом на кладбище. Блеск. Он уже жаловался матери насчет молчаливых соседей, но та лишь отмахнулась и предложила выбрать другую комнату. — Можем поменяться комнатами, если хочешь, — предложила Эл, его сводная сестра. Но Уилл отказался, решив для себя, что несколько могил его не напугают. Он надеялся, что жизнь наладится после всего что он пережил в прошлом, что найдёт друзей. Но прошёл семестр, а друзей кроме сестры у него не было. Он не знает, может, в нем что-то отталкивает людей. В то ноябрьское утро он спускается на первый этаж в более приподнятом настроении. Теперь у него есть цель – найти друга. Питер Волш из класса английского был неплохим парнем. Он был очень умным, разбирался в науке, космосе, истории. Однажды он даже заговорил с Уиллом, и это было круто. Может, сегодня предложить Питеру сесть с ним во время обеда. — Вот и мой мальчик, — проворковала его мама нежным голосом. Она целует его в макушку, после чего направляется на кухню. Столовая была настолько большая, что здесь можно было вместить двадцать человек. Высокие потолки, роскошная люстра, стол из дорогого дерева — это действительно была роскошь, особенно для таких как они, которые всегда жили скромно. Эл сидела на другом конце стола, вяло поедая омлет, не отрывая взгляд от книги. Похоже, она дошла до второго тома романа под названием "Кровавые страсти". Его сестра обожала все, что связано с романтикой, страстью и горячими парнями. Уилл сел рядом с ней и схватил со стола горячую булочку. — Тебе предложить мой тональный крем? — спросила она, не отрывая взгляд от книги. Уилл закатил глаза, откусив горячую выпечку. — Я в порядке, мои круги под глазами никого не напугают, — говорит он, отчего Эл хмыкает. Наконец, она закрывает книгу и поднимает взгляд. Теперь она смотрит на него более внимательно, оценивая его внешний вид. — Ты опять не спал всю ночь, — не вопрос, а факт. Уилл не отрицает. — Хотел закончить картину, сроки поджимают. — Ты это маме скажи, когда она узнает о провале по физике. — Эл... Оба тут же замолкают при звуке шагов и возвращаются к завтраку. — Если бы я выполнял работу так же как наш садовник, меня бы давно уволили с позором, — ворчит Джим Хоппер, проходя в столовую. Мужчина уже был в полицейской форме и с идеально подстриженной бородой. Его рука взъерошивает волосы Эл, и под её возмущения садится напротив него. — Что с видом, малыш? — он тут же указывает на его бледное лицо. — Я в порядке, просто... не выспался. Но конечно же он не поверил ему, он был шерифом, черт возьми. Вскоре, вернулась мама с тарелкой горячих вафель, и Эл тут же оживилась, когда до её носа дошёл запах. Книга забыта, руки тут же потянулись за любимым лакомством, не обращая внимания на то, какими горячими были вафли. — Вчера мне звонил твой учитель по истории, Уилл, — Джойс села рядом с Хоппером. Она устремила взгляд в его сторону. — Он сказал, что ты часто витаешь в облаках. — Это не правда, мама. Я на самом деле очень внимательно слушаю мистера Финча. Эл не сдержала смешка, отчего получила предательский взгляд Уилла. — Ну что ж, ладно. Я надеюсь на твоё благоразумие, дорогой. — Конечно, мам. Больше никто ничего не говорил, и все четверо позавтракали в тишине. Закончив завтрак, Уилл и Эл оказываются в коридоре, обуваясь при этом толкая друг друга будто в коридоре не было места. — Сегодня должен зайти Оуэнс, есть ещё пару вопросов насчёт документов этого дома. Ещё хочу разузнать побольше про наших тихих соседей. Хоппер поцеловал её в губы, внимательно слушая. — Они беспокоят тебя? — спросил он, схватив свою шляпу с вешалки. Уилл и Эл вышли на крыльцо. В лицо ударил холодный ноябрьский воздух. Их огромный двор был усеян золотыми листьями, газон был засохший и пожухлый. Садовник, старик Джордж не совсем хорошо выполнял свою работу. — Не сказала бы, что беспокоят, скорее, просто не знаю, как люди отреагируют, когда решат приехать в это место. Удачного дня, дети. Они садятся на заднее сиденье, и машина трогается с места. Всю дорогу Уилл привычно пялится в окно, изо всех сил стараясь игнорировать включённое радио и приглушённое бормотание Хоппера. Эл сидит рядом, теребит браслеты на запястье и вполголоса снова и снова повторяет домашнее задание по истории. А Уилл просто наблюдает. Будь у него под рукой альбом и карандаш, он бы попытался запечатлеть всю мрачность этого города: потемневшие фасады, узкие улицы, тяжелое небо, нависающее над крышами. Он до сих пор не может поверить, что мама собирается превратить особняк, в котором они живут, в отель. Сделать его приманкой для туристов, заинтересовать их «богатой историей» этого места — историей, от которой у Уилла внутри становится холодно. Какую красоту она смогла разглядеть в Хоукинсе, если этот город подходил под любые определения, кроме слова «красивый». Для мамы это была история. Архитектура, слухи, старые легенды, которые можно аккуратно разложить по папкам и продать приезжим. Например, вчера за ужином она без умолку говорила о девятнадцатом веке – о времени, когда границы между реальностью и суевериями были размыты. Она пересказывала старые легенды и городские мифы, уверяя, что люди всерьёз верили в существование вампиров, а некоторые были настолько напуганы, что устраивали настоящие охоты. В её голосе звучал живой интерес, почти восторг, будто всё это было не страшными сказками прошлого, а важной частью истории. Вампиры. Глаза Эл загорелись от слов матери. Ну, конечно, маленькая любительница мистики и красивых парней с клыками. Его мама была удивительной и многогранной женщиной. Она много путешествовала, объехав почти весь земной шар, всегда в надежде отыскать что-то уникальное и ускользающее от чужих взглядов. Её притягивали чужие культуры, старые традиции, забытые истории. Всё то, что хранило в себе следы времени. Теперь они здесь, а особняк совсем скоро станет ее личным музеем. — Приехали, — сообщает Хоппер, припарковав полицейскую машину рядом со школой. Уилл с неохотой открыл дверь, и они с Эл выскользнули наружу. — Ведите себя хорошо. Эл фыркнула, и направилась в сторону школы. Уилл посмотрел на Хоппера, ободряюще кивнув. Хоппер улыбнулся и уехал. Что ж, новый день, новые попытки. Может, сегодня ему повезет.

***

Коридоры старшей школы гудели от голосов учеников. Каждый обсуждал собственные проблемы, сплетни, учебу. Слова сталкивались друг с другом, растворялись в шуме шагов и хлопанье шкафчиков. Кто-то торопился на урок, прижимая к груди учебники, кто-то лениво плёлся вдоль стен, уткнувшись в телефон. Воздух был пропитан запахом дешёвых духов, кофе из автомата и чем-то тревожным. То самое ощущение, которое появляется перед тестом или важным разговором. Эл раздраженно протискивается сквозь толпу, держась ближе к нему. Наконец, они дошли до своих шкафчиков, и со рта Эл сорвался облегченный вздох. — Я не выдержу этот день. У меня неуд по математическому анализу. Уилл, ты обещал, что поможешь мне с этим. Эта змея снова вызовет меня к доске и опозорит перед всеми, — пожаловалась она, с агрессией вытащив пару книг и тетрадей. — Эл, я так же хорош по анализу, как и ты, — напомнил он ей, что тоже не имеет высокую оценку по этому предмету. — Но если бы мы вместе делали домашнее задание… — Ты забыла прошлый раз? Мы просто все бросили и смотрели Короля Артура. Она фыркнула. — Ладно, предатель, я тебя услышала, — демонстративно хлопнув свой шкафчик, она ушла. Уилл остался один, на секунду замерев и просто пялясь в свой шкафчик. Ладно, ему нужно взять себя в руки и поговорить с Питером. Может, он захочет куда-нибудь сходить. Черт. Не слишком ли по гейски это звучит? Хоукинс был не самым лучшим местом для таких как он, так что стоит быть более сдержанным. Хорошо, тогда он попросит его подтянуть какой-то предмет. Никакого флирта и кокетливых взглядов. Только сотрудничество и, может быть, даже дружба. Позади слышатся крики, и Уилл, обернувшись, видит толпу баскетболистов, громко хохочущих и толкавших друг друга. За ними следовали чирлидерши, махая помпонами и громко визжа. — Школа Хоукинс Хай выиграет сегодняшнюю игру, народ! — кричит один из баскетболистов со светлыми волосами. Люди тут же кричат и ликуют. — А после этого мы закатим такую вечеринку, какую этот город еще не видел. Прозвенел звонок, и все рассыпались по классам. Через урок Уилл встретится с Эл на физике. Он надеется, что она к тому времени не умрет. Когда он входит в класс, Уилл тут же видит свободное место у окна и направляется туда. Несмотря на то, что звонок уже прозвенел никто не готовился к приходу учителя. Некоторые сидели на партах, непринужденно болтая и смеясь. В класс входит учитель, уже с порога объявляя о сдаче домашнего задания. Это будет долгий день. К тому времени как они с Эл добираются до столовой, он чувствует легкую мигрень. Все-таки бессонные ночи дают о себе знать. Когда они с Эл занимают свободный столик, Уилл, наконец, замечает приподнятое настроение сестры. — Ты буквально светишься, — усмехается он, ковыряясь в макаронах. — Что случилось? Эл не умела держать долго интригу и буквально через минуту вываливала абсолютно все. — Я познакомилась с девушкой на физкультуре. Ее зовут Макс и она просто невероятная. Дерзкая и все такое. И у нее такие красивые рыжие волосы. В общем, мы поболтали и договорились вместе готовить проект по биологии. Уилл ободряюще улыбается. Хоть кому-то улыбнулась удача. — Я рад за тебя, Эл. — Спасибо. Мы договорились о встрече в кафе сегодня. Не слишком навязчиво будет, если я подарю ей браслет? — она задумчиво потеребила собственные браслеты, сделанные вручную. — Я уверен, ей понравится. — О, вот она! — воскликнула сестра, указав пальцем куда-то ему за спину. Уилл медленно обернулся и увидел огненно-рыжие волосы, которые так сильно выделялись на фоне серых стен столовой. Макс громко смеялась, держа поднос с едой, пока парень рядом с ней активно жестикулировал, пытаясь донести какую-то невероятную историю. Поднос слегка покачивался в её руках, но она умело удерживала его, а глаза сверкали весельем и озорством. — Это Лукас Синклер рядом с ней. Он в команде баскетболистов, и ее парень. Они так хорошо смотрятся вместе. Уилл повернулся обратно, не желая больше пялиться в сторону незнакомых людей. — Ты любопытней нашей матери, — усмехнулся он, на что его сестра отмахнулась, продолжая смотреть в сторону Макс. — Придёшь на сегодняшнюю игру? Уилл удивлённо посмотрел на неё. С каких пор её интересует баскетбол? Однажды они случайно переключили на спортивный канал, где играли в баскетбол. Эл не понравилось. Но потом он улавливает ее взгляд на рыжих волосах и все становится понятно. — Я не знаю, меня это не интересует. Но ты можешь пойти, — отложив в сторону поднос, Уилл откусывает красное яблоко, устремив взгляд на людях. Он надеялся увидеть Питера. Но сегодня он с ним так и не столкнулся. — Пойдём со мной, Уилл. Может, познакомимся с кем-то. Ну же, — и снова эти щенячьи глаза. Он не может поддаться. — Я должен закончить картину, Эл. В следующий раз обязательно пойду, хорошо? — Обещаешь? — Обещаю.

***

Тигры побеждают. Это первое, что заявляет Эл, когда возвращается домой с широкой улыбкой. Её волосы растрепаны, а глаза горят от веселья. Она плюхается на его кровать, раскинув руки в стороны. Эл без умолку рассказывает, как Тигры почти проиграли, но затем Лукас Синклер устроил настоящий фурор, заработав несколько очков и этим принес победу команде. Уилл внимательно слушает её, аккуратно водя кисточкой по холсту. — После мы пошли в кафе, и они угостили меня картошкой и молочным коктейлем. Удивительно, что я ела одна, они сказали, что сыты. — Странно. Ты знакома с Макс один день, а она уже угощает тебя за свой счет, — с подозрением проговорил Уилл. Эл закатила глаза. — Просто она щедрая. В общем, я сейчас иду договариваться с мамой насчёт вечеринки. И ты идёшь со мной. Уилл отложил кисточку и удивленно посмотрел на неё. — Что? Эл встаёт с кровати и, оказавшись рядом, берет его за плечи и трясёт. — Об этом уже говорили в школе, Уилл, ты не мог не услышать. Вечеринка в честь победы. Так что, собирайся. Эл покидает его комнату, не дав возможности сказать и слова. Картина перед ним словно насмехается, напоминая о сроках. — Закончу тебя, обещаю.

***

Хоппера дома не было, и уговорить маму оказалось проще. Она даже не посмотрела в их сторону, слишком сосредоточенная реставрацией украшений. Лишь издала рассеянный одобрительный звук, когда Эл спросила, могут ли они пойти на вечеринку. И на этом всё закончилось. Сейчас Уилл стоял перед зеркалом, нервно теребя край рубашки. Ему было не по себе от того, как ткань плотно облегала тело, подчёркивая то, что он скрывал под свободными футболками и толстовками. — Ого, у тебя, оказывается, есть талия и замечательный вид на шею, — раздался голос Эл у порога. Уилл поднял взгляд и встретился с ней глазами через зеркало. На ней была темно-фиолетовая блузка, подчеркивающая тонкую талию, и обтягивающие джинсы с высокой посадкой. Волосы собраны в небрежный пучок, а запястья украшали множество браслетов, придавая образу непринужденную элегантность. — Ты говоришь так, будто я плохо одеваюсь, — Уилл оборачивается к ней, снова поправив рубашку. — Неплохо. Но не хватает дерзости. Идём. Они покидают особняк, накинув на себя куртки и шарфы. На улице было холодно. — И как нам добраться до места назначения? — спросил он её, только сейчас осознав, что даже не знает адреса. Эл лишь хитро улыбнулась и схватила его за руку. Они направились в сторону кладбища. — Эл, что... Но тут они обходят каменные плиты и оказываются в лесу. Непонятный страх поселился внутри, пока они шли сквозь густые деревья. — Эл, я серьёзно, куда ты идёшь? Мы можем заблудиться. — Уилл, просто доверься мне, — она сжимает его руку и продолжает идти вперед. У Уилла плохое предчувствие, но он ничего не говорит, решив все же довериться сестре. На них же не нападет дикое животное, верно? Спустя десять минут до его слуха доносится музыка. Это была заброшенная церковь, прямо посреди леса. Удивительно, что Уилл раньше не видел ее, ведь так много гулял летом, изучая окрестности. — Круто, правда? — Эл подпрыгивает на месте, и тянет его за собой. Чем ближе они подходили, тем громче была музыка. В окнах церкви мерцал тёплый свет, вырываясь наружу узкими полосами. Уилл почувствовал, как внутри поднимается странное волнение. Они входят внутрь, и его сразу накрывает волна шума и света. Музыка бьёт в грудь, разноцветные лампочки тянутся гирляндами под потрескавшимся потолком, а запах алкоголя смешивается с пылью старых скамей. Когда-то здесь молились, раскрывали души перед Богом. Люди заполняли проходы между рядами, сидели прямо на полу у алтаря, кто-то устроился на подоконниках. Уилл на мгновение замирает у входа. Сердце колотится быстрее, ладони становятся влажными. Всё кажется слишком громким, ярким. Эл сжимает его руку и тянет вперёд, смеясь от восторга. — Хочу найти Макс. Ты должен с ней познакомиться, — кричит Эл. — Эл, я не думаю, что… Но она его не слышит. Они пробираются сквозь толпу, Уилл оглядывается по сторонам, и ему удается разглядеть баскетболистов. Они были почти у алтаря, громко смеялись и выпивали. — Макс! — кричит Эл, отпустив его руку, чтобы обнять рыжеволосую девушку. Теперь Уилл мог разглядеть ее вблизи. Она выглядела эффектно. Сейчас, находясь так близко Уилл это ощущал. Ощущал ее ауру. — Привет, рада, что пришла, — говорит она с широкой улыбкой. Затем ее взгляд останавливается на нем, отчего Уилл ерзает на месте. — А это Уилл, как я поняла. Приятно познакомиться, я Макс. Уилл машет ей рукой, чувствуя себя неловко. — Взаимно, Эл много о тебе говорила. Под возмущения Эл Макс громко смеется. — Хотите что-нибудь выпить? Уилл хотел было отказаться, как ему уже протянули красный стаканчик. Что ж, ладно, видимо сегодня его никто ни о чем не будет спрашивать. — Так вы переехали? — Макс делает глоток алкоголя. Эл кивает. — Пару месяцев назад. Мы живем в нескольких милях отсюда. Глаза Макс расширяются. — Единственный дом так близко к этой церкви — это особняк Грейвуд. Вы… вы правда живёте там? Эл снова кивает. — Он супер мрачный, но там правда очень красиво. Она морщится, видимо вспомнив свой первый поход на чердак. Она так сильно перепугалась чего-то, что выбежала оттуда с воплями, перепугав весь дом. — А ты правда раньше была в чирлидерах? — спросила Эл, слегка взволнованная. Это позабавило Макс. — Да, но я ушла. — Почему? — Слишком токсичная атмосфера. А что, хочешь присоединиться? Эл пожала плечами. — Хочу чем-то заняться и завести друзей. Это прозвучало так отчаянно, что Уиллу хотелось сказать, что ей необязательно быть среди популярных девчонок, чтобы найти подруг. Макс почти озвучила его мысли. — Ну, уже есть я. А заняться можно более интересными вещами помимо чирлидинга. Их разговор прерывают громкие крики и разбитые бутылки. Через секунду к ним подходит Лукас, который тут же целует Макс и обнимает её за талию. — Привет, детка. — Джейсон и остальные наскучили? Лукас широко улыбается и снова целует её. — Не мог оставить тебя одну. Хотя, как я вижу, ты не скучаешь. Лукас смотрит на них, внимательно изучая. Глаза Лукаса были пронзительными, что слегка напрягло Уилла. В Лукасе присутствовала та же аура, что и в Макс. Несмотря на то, что Джейсон и вся баскетбольная команда выглядели крупнее с этими мышцами и влиянием, Лукас был другим. Словно ему не нужно это доказывать. Эти двое отличались от остальных.          — Эй, я видел тебя на той научной выставке месяц назад. Ты там выступал со своей работой. Было круто, чувак, в тебе есть талант. От похвалы Лукаса Уилл покраснел. Эл ударила его по плечу. — Он три недели не выходил из комнаты. — Да-да, извините, что я хотел произвести впечатление. Только вот я никогда бы не смог обойти Дастина Хендерсона. Этот парень слишком гениален. — Тот самый парень, который дружит с королём Хоукинс Хай? О, я его знаю, у нас общая физика. Так они и разговорились до полуночи. Вечеринка все ещё была в разгаре, но Макс предложила пройтись. Уилл чувствовал себя настолько воодушевленным, с Макс и Лукасом было так легко общаться. На улице было тише, и им не нужно было перекрикивать друг друга. Оказывается, Макс и ее семья много путешествовали, и никогда не оставались в одном месте надолго. Хоукинс стал исключением, и вот она застряла здесь на несколько лет. Лукас же никогда не выезжал из этого города. Баскетбол стал прорывом в его жизни. — Я не люблю что-то менять в своей жизни, — объясняет он. Затем он переводит взгляд на него. — А ты, Уилл? Уилл пожал плечами. — Ну, я тоже. Наверное. Там, где мы жили, мне нравилось больше. Здесь все мрачно, холодно. Макс усмехнулась. — Так и есть. Не всем будет по душе этот город. — Вот именно. А моя мама собирается превратить этот особняк в отель. Кто в здравом уме захочет сюда приехать? В ответ тишина. Только через секунду Уилл понял, что они с Эл шагали одни. Нахмурившись, они обернулись. Лукас с Макс стояли неподвижно. — Отель? — переспросила Макс. — В Грэйвуде? Уилл кивнул, слегка напрягшись. Уилл почувствовал в воздухе это странное напряжение. А потом все исчезло также резко, как и появилось. — Это старинный особняк. Любой хотел бы там остаться. Они прошли ещё какое-то расстояние, когда Уилл вдруг остро почувствовал, как переполненный мочевой пузырь даёт о себе знать. Он неловко сообщил об этом и отстал от компании, чтобы уединиться. Было очень темно, благо лунный свет кое-как, но освещал ему путь. И, сделав ещё пару шагов, Уилл остановился возле кустов. Он уже собирался спустить штаны, как краем уха услышал какой-то шелест позади себя. Страх сковал его, а спина похолодела. Кто это мог быть? Дикий зверь? От ужаса Уилл боялся пошевелиться, боясь, что его обнаружат. Звук становился всё ближе и ближе, сердце билось так громко, что казалось, его услышат. Он заставил себя выдохнуть, а затем сорвался с места, не разбирая дороги. Ему хотелось закричать, позвать на помощь, позвать Эл, но голос исчез. Ветки хлестали по лицу, оставляя жгучие царапины, но Уилл почти не чувствовал боли. Лёгкие горели, дыхание сбивалось, ноги подкашивались. А затем он резко остановился. Это была опушка леса, его окружали деревья. Уилл обернулся, всматриваясь в темноту. Никого. Лунный свет заливал поляну бледным серебром. Тишина. Это было первое, что он осознал, когда наконец смог выровнять дыхание. Ни шагов. Ни шорохов. Ни голосов. Он сделал пару осторожных шагов назад. И тогда мир перевернулся. Земля исчезает из-под ног, и Уилл куда-то проваливается. Открыв медленно глаза, Уилл чувствует боль во всем теле. Особенно спина и затылок. — Черт, — шипит он, когда понимает, что не может двинуться из-за того, как болит спина. Может, он сломал позвоночник. Перед глазами все плывет, а в ушах звенит. Кое-как ему удалось приподняться, обхватив голову руками. Он осмотрелся по сторонам, а затем поднял взгляд вверх. Сквозь дыру, через которую Уилл провалился, мерцало ночное небо и яркая луна. Он оказался в странном помещении: вокруг возвышались каменные стены, холодные и сырые. Пол тоже был каменный. Он не знал, что это за место, но, честно говоря, ему не хотелось задерживаться здесь. Ему нужно выбираться, но как? Уилл суёт руку в карман и находит свой телефон. — Черт, нет сигнала, — выругавшись, Уилл включает фонарик и решает осмотреться. Может, он найдет дверь. Свет от телефона освещал каменные стены и всякую живность на полу. Он задрожал, пытаясь успокоиться и не паниковать. Воздух был тяжёлым, сыроватым, с привкусом земли. Только когда он чуть не споткнулся о каменные гробы, Уилл понял, что это было за место. Это был склеп. Ужас охватил его тисками, и Уилл чуть не уронил телефон. Попятившись назад, он ударился больной спиной о стену. Теперь рассмотрев помещение, он смог лучше разглядеть их. Каменные гробы стояли в ряд, покрытые пылью и паутиной. Поборов страх, Уилл оторвался от стены и ближе подошел к ним. Склонившись над ближайшим гробом, Уилл прищурился, пытаясь понять, что было написано на камне. ".... лер'' Второй ужасающий факт состоял в том, что гробы были пусты. И, нет, Уилл не открывал их, чтобы убедиться в этом. Дело в том, что каменная крышка гроба наполовину была разрушена. Когда Уилл посветил фонариком остальные, те были в том же состоянии. Кроме одного. Он стоял последним. Нетронутым, скрытым в тени. Он сделал несколько осторожных шагов вперёд, но не заметил выступающий камень и споткнулся, падая на холодный пол. Рука ударилась о что-то твёрдое, и резкая боль пронзила его запястье. — Черт! — прошипел он, сжимая руку. Кровь медленно стекала по запястью, пачкая рубашку. Уилл был так сосредоточен на своей ране, что не сразу заметил, как фонарик осветил последний гроб. Он был наполовину приоткрыт, что означало, его также намеревались разрушить. Сердце ушло в пятки, когда он увидел там лежащего мертвеца. Его не украли, и он, правда был там. Уилл смог разглядеть лицо человека, а точнее парня его возраста. Казалось, время не коснулось его совершенно. Он лежал так, будто просто спал. Лицо мертвенно бледное, покрытое паутиной, с тонкими губами и резкими чертами. Совершенство в своей жуткой неподвижности. На груди у него торчал деревянный кол. — Что за… черт, блин? — выругался Уилл в который раз за эту ночь, замерев на месте. Он не мог отвести взгляд от этого зрелища. Как мог его день закончиться вот так? Миллионы вопросов метались в голове: что с ним произошло? Кто мог так жестоко с ним обойтись? Может, это были какие-то культисты, приносившие людей в жертву. Он осмотрел пол, но не видел никаких странных символов. — Что ж… ладно, мистер мертвец, — пробормотал Уилл. — Может, ты обретёшь покой на том свете, если я уберу эту штуку из твоей груди. Тогда, может быть, ты сможешь воссоединиться с близкими… или что-то в этом роде. Боже, что он нес? Его мысли были спутаны из-за алкоголя, а язык словно жил собственной жизнью, выдавая слова, которые он предпочел бы держать в голове. Уилл обхватил дерево обеими руками, глубоко вздохнул и резко дернул вверх. Он поморщился от неприятного звука, после чего бросил его в сторону. Уилл внимательно осветил мертвеца. Теперь на груди парня зияла дырка, а ещё… — Черт, — в который раз прошипел Уилл, когда увидел собственную кровь на одежде мертвеца. — Извини, ладно? Рука была полностью испачкана его кровью, холодной и липкой. Он направил фонарик прямо в лицо парня и… на секунду ему показалось, что цвет лица изменился. Будто бледность отступила, а кожа стала живой, почти здоровой. — Уилл! Он вздрогнул, когда сквозь тишину донёсся знакомый голос. — Уилл, ты там? — звала Эл. Уилл ещё раз взглянул на совершенное лицо парня и, глубоко вздохнув, встал. Он направился к дыре в потолке. — Уилл, слава богу! — выдохнула Эл, когда увидела его. — Мы искали тебя повсюду! Ты в порядке? Не пострадал? — Нет… но я не знаю, как выбраться, — признался он. — Всё будет в порядке. Мы тебя вытащим. Они закинули верёвку, которую принесли из заброшенной церкви, и осторожно вытянули его наружу. Эл тут же крепко прижалась к нему, тяжело дыша ему в шею. Уилл нежно держал её, стараясь успокоить, но взгляд его не отрывался от дыры. Перед глазами всё ещё стоял парень с тёмными волосами, бледным лицом и резкими чертами. Образ, запечатленный перед глазами, который он вряд ли когда-то забудет.