Opposite you (Напротив тебя)

Эта неделя стала для Скай самой тяжёлой и мучительной в её жизни. Мысли путались, не давая покоя ни днём, ни ночью. Скай постоянно возвращалась мыслями к тому моменту. К последнему взгляду Логана. К тому, как он стоял. Как смотрел на неё. Как ждал. И как она… отпустила его. Это воспоминание не отпускало. Оно жило в ней — острое, болезненное, будто рана, к которой невозможно не прикасаться снова и снова. И, в какой-то момент, потому что боялась. Боялась не крика. Не наказания. А этого странного, неестественного спокойствия, которое повисло в доме после той ночи. Потому что оно было хуже всего. Потому что вместо взрыва — была тишина. А тишина у её отца никогда не значила ничего хорошего. Как будто что-то уже началось — просто она ещё не знала, что именно. Это было похоже на затишье перед бурей, и именно оно заставляло её сердце сжиматься от тревоги. С тех пор она не покидала своей комнаты. Мир за дверью будто перестал существовать. В доме царила тишина — густая, давящая, почти невыносимая. И эта тишина пугала её больше любых криков. И чем больше она думала, тем сильнее в груди сжималось что-то тяжёлое. «Когда Логан ушёл, в комнате повисло напряжённое молчание. Скай стояла на том же месте. Не двигаясь. Не дыша. Будто если она пошевелится — всё окончательно разрушится. Отец не кричал. Не повышал голос. Не устраивал сцен. И именно это пугало сильнее всего. Он медленно подошёл ближе. Остановился напротив неё. Слишком близко. — Ты у меня очень наивная и глупая девочка, Скайлер, — произнёс он тихо, почти спокойно. От этого спокойствия по коже пробежал холод. — Он не… — начала она, но голос подвёл. — Риверс просто воспользовался этим. Ты правда поверила в его любовь? — он усмехнулся, глядя на неё сверху вниз. — На самом деле он преследует свои цели. И скоро ты сама увидишь, насколько сильно ошибалась. — Нет… — голос Скай дрогнул, но она заставила себя продолжить. — Логан меня любит. Я это знаю. Отец громко рассмеялся. Его смех прозвучал резко, почти жестоко. И этот смех был хуже любого крика. Потому что в нём не было ни капли сомнения. Только уверенность в собственной правоте. В следующее мгновение раздался короткий щелчок — и её голова дёрнулась в сторону от удара. Щёку обожгло болью. Скай даже не сразу поняла, что произошло. Только резкая боль, вспыхнувшая в щеке, заставила её пошатнуться. Она замерла. В голове стало пусто. Совсем. Отец никогда раньше не поднимал на неё руку. Никогда. И именно это разрушило что-то внутри окончательно. Ричард схватил её за подбородок и резко поднял лицо вверх, заставляя смотреть прямо ему в глаза. — Посмотри на меня, — тихо произнёс он. И Скай посмотрела. И впервые в жизни не увидела в его взгляде ничего, что напоминало бы отца. Только холод. И раздражение. — Очнись, — холодно произнёс он. — Ты даже не представляешь, во что влезла. — Ричард, прекрати! — мать бросилась к ним, но он резко остановил её. — В спальню, Эвелин. Сейчас же. В его голосе не было ни капли сомнения. Только приказ. Мать замерла на секунду, а затем, опустив взгляд, медленно вышла из комнаты. Охрана последовала за ней. Дверь закрылась. И они остались вдвоём. Отец и дочь. Но это больше не было похоже на семью. Он отпустил её, и Скай чуть отступила назад, будто только сейчас смогла снова дышать.  — Ты разочаровала меня, Скайлер, — сказал он уже тише, но от этого его слова звучали ещё страшнее. Каждое слово — как приговор. — Риверсы — наши враги. Запомни это раз и навсегда. И никак иначе. Этот мальчишка просто втерся к тебе в доверие, чтобы получить своё. А ты… — он усмехнулся, — Повелась. На что? На красивое лицо? Скай сжала руки. — Это неправда… Но голос звучал слишком тихо. Слишком неуверенно. Мысли путались. В голове звучало только одно: «он ударил её.» Впервые. Он сделал шаг назад, глядя на неё так, будто пытался убедиться, что она наконец понимает. — Я позвоню в университет и скажу, что ты заболела, — бросил он, направляясь к выходу. — А пока решу, что с тобой делать дальше. Дверь закрылась. Скай осталась одна. Она медленно опустилась на кровать, словно силы внезапно покинули её. Внутри было пусто. Ни слёз, ни мыслей — только глухая растерянность. И впервые за всё это время она не знала, что делать. Не знала, во что верить. И как жить дальше между двумя мирами, которые начали рушиться одновременно. Пятница наступила слишком тихо. Не как конец недели. Как её продолжение. Тягучее, однообразное, лишённое времени, в котором дни перестали отличаться друг от друга. Скай больше не считала, сколько прошло — четыре дня, пять, — всё слилось в одно состояние, в котором она просто существовала внутри собственного дома, будто в клетке, где стены были знакомыми, но больше не безопасными. Она всё ещё оставалась запертой в собственном доме, словно в клетке, из которой не было выхода.  Отец не отпустил её даже в среду — в тот самый день, когда должна была состояться презентация проекта, над которым она работала так долго.  «Вместо этого он лишь холодно бросил за завтраком: — Тебе так сильно хочется учиться?… или всё-таки к этому Риверсу? — его взгляд стал колким. — Думаешь, я не знаю, что проект у вас был совместный? Скай тогда лишь опустила глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха и стыда. Она не решилась возразить.» Даже смотреть в сторону окон боялась — знала, что за воротами, через дорогу, наверняка кто-то наблюдает. Охрана следила за каждым её шагом, за каждым вздохом, не оставляя ни малейшего шанса на свободу.  «Лишь однажды за всю неделю отец позволил ей поговорить по телефону с Фабианом. И то — стоя рядом, под его тяжёлым, контролирующим взглядом. Скай крепче сжала телефон в руках. — Привет… — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Фабиан ответил почти сразу. — Скай? Ты где пропала? Она закрыла глаза на секунду. Собралась. — Я просто немного приболела. Ничего серьёзного. Не нужно приезжать, правда. Скоро всё пройдёт. На другом конце повисла пауза. Фабиан явно не поверил ни единому слову. — Скай… ты уверена, что всё нормально? — осторожно спросил он. Она на секунду прикрыла глаза, чувствуя, как взгляд отца буквально прожигает её. — Да. Всё хорошо, — поспешно ответила она, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. Фабиан помолчал ещё мгновение, словно пытаясь понять больше, чем она могла сказать. — Ладно… — наконец произнёс он. — Просто знай, что если что — я рядом. И… Логан тоже не появлялся в университете. Сердце Скай болезненно сжалось. — Понятно… — тихо ответила она, не в силах добавить что-то ещё. Разговор быстро закончился.» Так и тянулась эта бесконечно долгая неделя — в тишине, тревоге и ожидании чего-то неизбежного. Вечер пятницы наконец принёс Скай редкое чувство облегчения. Впервые за всю неделю дом опустел — отец с матерью уехали на важное мероприятие. Скай должна была ехать вместе с ними, но, собравшись с силами, попросила остаться дома. И, к её удивлению, отец согласился. Это было странно. Слишком легко. Она вышла на балкон и, обхватив себя руками, посмотрела через дорогу. Она надеялась… хотя бы мельком увидеть Логана. Свет в окнах его дома. Тень. Силуэт. Но там было пусто. Темно и тихо. Словно он исчез. Тяжело вздохнув, Скай вернулась в комнату, а затем медленно спустилась на первый этаж. Мысли не давали покоя, и она решила хотя бы отвлечься — выпить воды. Кухня встретила её привычной тишиной. Она налила воду в стакан, но, возвращаясь обратно, вдруг замерла. Проходя мимо кабинета отца, она уже почти не обращала внимания на окружающее — мысли тянули её куда-то глубоко внутрь, где всё ещё жили воспоминания, тревога и пустота последних дней.  Но тихий звук заставил её резко остановиться. Тихий. Едва уловимый. Она нахмурилась, прислушалась, и внутри мгновенно поднялось напряжение — инстинктивное, тревожное. «Отец не мог вернуться так быстро…» Она осторожно подошла к двери и, почти не дыша, приоткрыла её. И застыла. Стакан выскользнул из её пальцев и с глухим звоном разбился о паркет, вода разлилась по полу. Потому что у стола… стоял Логан. Спиной к ней. Перед компьютером её отца. Он что-то делал — быстро, сосредоточенно. И только в момент, когда звук разбитого стекла разорвал тишину… Логан резко вытащил флешку из компьютера — слишком быстро, слишком резко, как будто его поймали. — Скай… — выдохнул он тихо, с удивлением, которого даже не пытался скрыть. И сделал шаг к ней. Но она отступила. Резко. Словно между ними вдруг возникла невидимая стена. — Не подходи! — резко выдохнула она, выставив руку вперёд. — Стой там. Её голос дрожал. Логан замер. Он явно не ожидал увидеть её здесь. Он был уверен, что дом пуст. Был уверен, что она уехала вместе с родителями. Впервые он выглядел растерянным. И теперь всё пошло не так. — Ты не так всё поняла… — тихо сказал он, снова делая осторожный шаг. — Дай мне объяснить. Скай перевела взгляд с его лица на флешку в его руке. — Что именно? — Скай с трудом сглотнула. — То, как ты копаешься в компьютере моего отца? Он выдохнул и провёл рукой по волосам, явно пытаясь собраться. — Скай, всё не так, как кажется… Она усмехнулась. Горько. Почти беззвучно. И в этот момент что-то внутри неё оборвалось. Картинка сложилась. Все слова отца. Его предупреждения. Его уверенность. Она медленно подняла взгляд на Логана — пустой, лишённый прежнего тепла. — Отец был прав… — глухо произнесла она. Эти слова ударили сильнее любого крика. Логан будто замер изнутри. В её глазах больше не было доверия. Только разочарование. Он замер. — Скай… это не… — Не что? — тихо, почти без эмоций спросила она. Он сделал шаг вперёд — уже увереннее. — Нет. Скай, послушай меня. Ты должна… — Тебе лучше уйти, — перебила она тихо, но твёрдо. Она даже не повысила голос. Это было страшнее. Скай сделала шаг назад, не отрывая от него взгляда, и резко нажала кнопку вызова охраны на стене.  В ту же секунду она развернулась и бросилась к выходу. — Скай! — Логан рванул за ней, но, выбежав в коридор, услышал шум снаружи. Охрана уже спешила в дом. — Чёрт… — выдохнул он сквозь зубы. Ещё секунда — и он исчез.  Скай не помнила, как добежала до своей комнаты. Дверь захлопнулась. Ноги подкосились, и она рухнула на колени прямо посреди комнаты. Слёзы хлынули сами собой. Перед глазами всё ещё стоял Логан. Его взгляд. Его голос. Но сильнее всего её ломала одна мысль. «Отец оказался прав.» И это разбивало её сердце окончательно. Дверь распахнулась так резко, что ударилась о стену, отозвавшись глухим эхом в холодном, безупречно тихом кабинете. Логан вошёл не просто быстро — почти влетел, будто не мог позволить себе ни секунды замедлиться, иначе всё, что кипело внутри, разорвёт его изнутри. В его движениях была резкость, в дыхании — тяжесть, а в глазах — та самая тёмная, сдерживаемая ярость, которая уже не искала выхода, а требовала его. Отец, как всегда, не спешил реагировать. Он сидел за столом, склонившись над ноутбуком, и только спустя мгновение медленно поднял взгляд, будто позволял Логану «доиграть» свою сцену до нужного момента. Но Логан ждать не собирался. Он подошёл к столу в несколько быстрых шагов и с силой захлопнул крышку ноутбука. Звук получился резким. Чётким. Нарушающим весь порядок этого места. — Ты знал, — сказал он, глядя прямо на отца. — Ты всё знал. Голос не был громким. Но в нём было слишком много. Отец откинулся в кресле, слегка склонив голову, рассматривая его так, будто перед ним стоял не сын, а интересный, но предсказуемый эксперимент. — Я знал достаточно, — спокойно ответил он. — Нет, — Логан усмехнулся, коротко, зло, — Ты всё подстроил. Он сделал шаг ближе. Слишком близко. — Ты сказал, что дом будет пуст. Что её не будет. — пауза. Короткая. Но тяжёлая. — Она была там. И в этих словах было не просто обвинение. Боль. Отец слегка пожал плечами, как будто услышал что-то незначительное. — Значит, обстоятельства изменились. Логан тихо рассмеялся. Но этот смех был резким, почти рваным. — Обстоятельства? — он качнул головой. — Ты даже сейчас не скажешь правду? Он провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть с него напряжение, но это не помогло. — Ты хотел, чтобы она это увидела. Отец встал. Медленно. Спокойно. Подошёл к нему, остановившись напротив, и теперь между ними не было ни стола, ни расстояния — только два взгляда, слишком разные, чтобы когда-либо совпасть. — Я хотел, чтобы всё стало на свои места, — сказал он ровно. — Ты заигрался, Логан. Он чуть наклонился вперёд, понизив голос: — И если ты называешь это «любовью», то она должна выдержать правду. Логан сжал челюсть. — Это была не правда. Это была ловушка. Отец чуть усмехнулся. — Правда всегда выглядит как ловушка для тех, кто не готов её принять. Эти слова будто что-то окончательно оборвали внутри. Логан отступил на шаг. Посмотрел на него. Долго. И в этом взгляде больше не было ни ожидания, ни надежды. — Я тебя ненавижу, — сказал он тихо. Не как вспышку. Как факт. Отец не отреагировал. Только протянул руку. Спокойно. Как будто всё остальное было неважно. — Флешка. Одно слово. И в нём — весь смысл происходящего. Логан посмотрел на его ладонь. Потом — на него. И вдруг усмехнулся. Но на этот раз в этом было что-то окончательное. — Ты правда думаешь, что всё ещё контролируешь это? Он медленно достал флешку из кармана. Поднял её. Повернул в пальцах. — Забавно. Короткая пауза. И затем — резкое движение. Хруст. Пластик треснул под его пальцами. Он сломал её без колебаний. Без сожаления. Как будто вместе с ней ломал всё, что их связывало. Отец на мгновение замер. Всего на долю секунды. Но этого было достаточно. Логан разжал пальцы. Осколки упали на пол. Прямо у его ног. — Вот теперь… всё честно, — тихо сказал он. И развернулся. Не дожидаясь ответа. Не оглядываясь. Он вышел из кабинета, оставляя за спиной не только этот разговор— но и человека, которого больше не считал своим отцом. Дверь с грохотом распахнулась и с силой ударилась о стену. Логан ворвался внутрь, словно за ним гнались собственные мысли. В груди всё рвало на части — злость, вина, бессилие. В груди всё клокотало. Воздуха не хватало. Каждое дыхание давалось тяжело, будто лёгкие сжимали изнутри. Он сделал несколько быстрых шагов — и сорвался. Резким движением он смёл со стола ноутбук. Тот с треском ударился о пол, экран вспыхнул и погас. Следом полетела лампа — она разбилась, разлетевшись осколками. Учебники, тетради, ручки — всё оказалось на полу, вперемешку, как и его мысли. Всё, что попадалось под руку, летело в стороны. — Да к чёрту всё! — сорвалось с губ. Но даже это не помогло. Злость не уходила. Она только росла. Логан резко развернулся и подошёл к зеркалу. Посмотрел на своё отражение. На секунду в комнате стало так тихо, что он услышал собственное сердце — тяжёлое, глухое, сбитое. И в этот момент что-то внутри окончательно надломилось. — Это ты всё сделал, — тихо сказал он самому себе. В отражении стоял чужой человек. Холодный. Лживый. Предатель. Человек, которому он сам бы не поверил.  Он сжал кулак и, не контролируя себя, со всей силы ударил по зеркалу. Глухой удар. Треск. Стекло пошло паутиной и в следующую секунду рассыпалось, падая вниз острыми осколками. Осколки с глухим звоном посыпались вниз. Кожа на костяшках разорвалась мгновенно. Кровь выступила, тёплая, густая, потекла по пальцам, капая на пол. Логан даже не моргнул. Боль была слишком далёкой. — Плевать… Сейчас действительно было плевать на всё. Кроме неё. Скай. Он смотрел на своё отражение в разбитых осколках. Раздробленное. Как и всё остальное. Он провёл окровавленной рукой по лицу, оставляя алый след. — Я сам… — голос сорвался. — Сам всё разрушил. Он хотел сделать всё правильно. Ради неё. Ради них. А в итоге стал тем, кем она его теперь считает. Предателем. Логан тяжело опустился на край кровати. Матрас прогнулся под его весом, но он этого даже не заметил. Он вцепился пальцами в волосы, с силой сжимая их, словно это могло остановить поток мыслей. Дыхание сбилось. Мысли накрыли. И воспоминание пришло само. Он не хотел его. Но оно уже было здесь. «Кабинет отца. Тяжёлый воздух. Закрытое пространство, в котором всегда было трудно дышать. Логан сидел напротив, уже тогда чувствуя — разговор не будет простым. Отец медленно поднялся из-за стола. Его движения были спокойными, выверенными, как у человека, который всегда контролирует ситуацию. Он подошёл ближе. Слишком близко. Его руки легли на плечи сына — тяжело, почти давяще. — Я помогу тебе, — произнёс он мягко, но в этой мягкости не было тепла. — Всё-таки ты мой сын. Логан сглотнул. Он слишком хорошо знал этот тон. — Сразу скажи, что тебе нужно, — тихо ответил он. Отец усмехнулся шире. — Ничего лишнего. Лишь небольшая услуга. Он отпустил его и прошёлся по кабинету, словно давая словам вес. — Я поговорю с Хантвеллом. Устрою так, чтобы ты был рядом с его дочерью. Если она действительно… важна. Имя врага он произнёс с явным отвращением. А имя Скай — с какой-то странной, холодной насмешкой. Логан сжал челюсть. — Условие, — сказал он. — Всегда есть условие. Не вопрос. Утверждение. Отец остановился и улыбнулся. — Я всегда знал, что ты у меня сообразительный. Он повернулся к окну, глядя куда-то вдаль, будто уже видел результат. — Ты зайдёшь в их дом. В кабинет Ричарда. — спокойно начал он. Логан замер. Но не перебил. — И перенесёшь всю информацию… — он достал из кармана флешку, — …На это. Он подошёл ближе. Положил её перед сыном. Маленький кусок пластика. Такой незначительный. И одновременно — слишком тяжёлый. Логан не отрывал взгляда от флешки. Сердце забилось быстрее. Взял. Пальцы сжались. И внутри что-то начало нарастать. Тревога. Страх. И… надежда. Слабая. Опасная. — Снесёшь всё, что там есть, — продолжил отец, наблюдая за ним. — И тогда… Он улыбнулся. Холодно. — Я решу твою «любовь». Слово прозвучало как оскорбление. Как слабость. Как что-то ненужное. Логан резко отложил флешку. — Я не стану этого делать. Отец наклонил голову. — Даже ради неё? Удар. Точный. — Это не помощь, — жёстко ответил Логан. — Это грязь. Отец спокойно кивнул. — Мир не делится на чистое и грязное. Только на тех, кто выигрывает… и кто остаётся ни с чем. Он сделал паузу. А затем тихо добавил: — В пятницу дом будет пуст. Логан нахмурился. — Что? — Они уедут. Все.  — и добавил, глядя прямо в глаза. — Включая твою… девушку. Слово прозвучало с лёгкой насмешкой. — Подумай, Логан. Это шанс. Сердце на секунду остановилось. — Ты уверен? — Абсолютно. Отец сел обратно в кресло, сцепив пальцы. — У тебя будет идеальный шанс. Без риска. Без свидетелей. Логан перевёл взгляд на флешку. Она лежала неподвижно. Но словно тянула его к себе. Внутри всё сжималось. Страх. Сомнение. Если он это сделает — всё закончится. — И после этого? — тихо спросил он. Отец улыбнулся. — После этого я решу твою проблему… И ты сможешь быть с ней.» Логан резко открыл глаза. Комната снова была перед ним. Разбитое зеркало. Кровь на полу. Тишина. Он сжал руки в волосах сильнее. — Идиот… — прошептал он. Он хотел как лучше. Хотел их будущего. А получил… пустоту. И её разочарование и это было хуже всего.