Космический инженер - 3

Неделя прошла с тех пор, как они с Вереной вышли из симуляции голокрона. Неделя, в течение которой он напряженно размышлял в свободное время, погрузившись в анализ информации, полученной от Креи. На столе перед ним лежали десятки датападов, каждый заполненный заметками, схемами, расчётами. Стены лаборатории были покрыты голографическими проекциями — диаграммы структуры Силы, карты распространения одарённых по галактике, временные линии исторических событий. Он откинулся в кресле, потирая переносицу. Голова раскалывалась от переизбытка информации, от попыток связать воедино разрозненные части головоломки. Вирус, — думал он в который раз. — Информационный вирус, паразитирующий на сознании. Не магия. Не мистика. Технология. Невероятно продвинутая, древняя, но всё же — технология. Эта мысль была якорем, за который он цеплялся. Потому что с технологией можно работать. Технологию можно понять, разобрать, нейтрализовать. Технология подчиняется законам, пусть и сложным. Он поднялся, начал ходить по лаборатории. Движение помогало думать, помогало структурировать хаос мыслей в его голове. — Хорошо, — пробормотал он вслух, обращаясь к пустой комнате. — Давай начнём с основ. Что это такое? Он активировал голографический интерфейс жестом. Перед ним возникла схема — упрощённая модель того, как он понимал структуру вируса на основе записей Креи. — Информационная конструкция, — начал он, словно читая лекцию невидимой аудитории. — Самовоспроизводящаяся программа, способная копировать себя из одного сознания в другое. Использует Силу как среду передачи данных. Он провёл рукой по воздуху, и схема развернулась, показывая узлы и связи. — Иерархическая структура. Есть главные узлы — древние носители вроде Вишиата, которые существуют тысячелетиями. Есть вторичные узлы — недавно заражённые, сохраняющие часть своей личности. И есть терминалы — полностью поглощённые, превращённые в инструменты. Он остановился, нахмурившись. — Но это не просто иерархия команд. Это... сеть. Распределённая система. Каждый заражённый — это и узел хранения данных, и процессор, и ретранслятор. Уничтожь одного — остальные продолжат функционировать. Мысль была неприятной. Это означало, что нельзя просто убить главного и ждать, что всё решится само собой. Вирус был слишком децентрализован. Убей одного — проявится другой. Рано или поздно. Алекс вернулся к столу, схватил один из датападов и начал быстро печатать. Он записывал определение цели вируса. Захват контроля над носителями с высокой концентрацией мидихлориан. Создание иерархической сети, которую называли Тёмной стороной. Искажение восприятия реальности у носителя. И финальная цель — сбор всех мидихлориан в одной точке. Он уставился на последнюю строку. Крея говорила об этом — о том, что паразит стремится собрать все мидихлорианы. Но зачем? Что произойдёт, когда он достигнет этой цели? — Станет богом, — прошептал Алекс. — Получит полный контроль над Силой. Над самой тканью реальности. И что тогда? Что будет делать безумная программа, получившая власть над вселенной? Ответ был очевиден и ужасен: ничего хорошего. Он отложил датапад и создал новую голографическую схему. — Хорошо. Цель понятна. Теперь — как он работает? Как распространяется? Алекс начал добавлять в схему заметки, наблюдая, как она обрастает новыми элементами. Эмоциональная дестабилизация открывала первую брешь. Страх, гнев, ненависть — всё, что ослабляет ментальные барьеры. Вирус не мог просто так вломиться в защищённое сознание. Ему нужна была трещина в защите. Эмоции создавали эту трещину. Он вспомнил рассказ Креи о том, как Вишиат ломал её учеников. Пытки, голод, стирание памяти — всё это были способы создать уязвимость, момент, когда жертва откроется. Второй вектор атаки — прямой ментальный контакт. Телепатия. Когда два одарённых соединяют свои разумы, вирус может перейти от одного к другому. Передача данных по прямому каналу. Это объясняло, почему джедаи были так осторожны с ментальными связями. Почему учили дисциплине, контролю, барьерам. Третий вектор — добровольное согласие. Самый эффективный. Когда носитель сам открывает свой разум, сам приглашает вирус войти. Никаких барьеров, никакого сопротивления. Алекс вспомнил слова Креи о том, как она сама открылась, чтобы обмануть паразита. Невероятный риск. Невероятная сила воли, чтобы сохранить часть себя в процессе заражения. Он бы так не смог. Даже если бы умел расщеплять сознание. Но он и не собирается жертвовать собой. *** Он начал записывать возможные уязвимости вируса. Первая была очевидна — зависимость от носителя. Вирус не может существовать самостоятельно. Ему нужно живое сознание как среда обитания. Убей носителя — и эта копия вируса исчезает. Но это было слабым утешением. Носителей были тысячи, может быть, десятки тысяч по всей галактике. Невозможно убить их всех. Вторая уязвимость была интереснее. Вирус использовал Силу как сеть передачи данных. Разорви связь с Силой — и заражённый теряет связь с остальной сетью. Крея доказала это, когда отсекла себя. Алекс остановился, почувствовав, что нащупал что-то важное. — Отсечение от Силы, — медленно проговорил он. — Крея сделала это с собой. Но можно ли сделать это с другими? Принудительно? Он вспомнил упоминания в древних текстах о технике, которую джедаи называли "отсечение". Способность разорвать связь другого существа с Силой. Это считалось одной из самых ужасных вещей, которые можно сделать с одарённым — хуже смерти, по мнению многих. Но если это могло остановить вирус... — Проблема в том, что я не умею это делать, — пробормотал Алекс. — И даже если бы умел, нужно было бы делать это с каждым заражённым индивидуально. Слишком медленно. Слишком неэффективно. Он продолжил размышлять. Третья потенциальная уязвимость — вирус оставляет сигнатуру. Искажение в Силе. Крея говорила, что заражённые "светятся" определённым образом для тех, кто знает, что искать. Это было полезно для обнаружения, но не для нейтрализации. Хотя... Мысль начала формироваться в его голове. Туманная, неясная, но потенциально важная. — Если вирус оставляет сигнатуру, значит, у него есть определённая структура. Паттерн. Что-то, что можно идентифицировать, изолировать... Он вернулся к голографической схеме, начал добавлять новые элементы. — Думай об этом как об обычном компьютерном вирусе, — сказал он себе. — Как бороться с компьютерным вирусом? Ответ был очевиден: антивирусная программа. Программа, которая сканирует систему, ищет сигнатуры известных вирусов и изолирует или удаляет заражённые файлы. Но можно ли создать антивирус для сознания? Алекс начал лихорадочно печатать, мысли неслись быстрее, чем он мог их записывать. Ему нужна была способность идентифицировать сигнатуру вируса. Способность изолировать заражённые участки сознания. Способность удалить или нейтрализовать вирус без уничтожения носителя. Главная проблема была очевидна. Ему нужен был образец вируса для анализа. Нужна была технология для работы с сознанием на таком уровне. Нужен был способ доставки антивируса к заражённым. Он остановился на первом пункте. Образец. Ему нужен был живой образец вируса для изучения. — Инквизиторы, — прошептал он. Мысль была безумной. И в то же время — логичной. Инквизиторы были заражёнными. Это было очевидно из того, как они действовали, из их слепой преданности Империи, из искажений в Силе вокруг них. Но они были не главными узлами сети. Не Вейдер, не Император — рядовые агенты. Сильные, опасные, но не уникальные. Идеальный тестовый образец. Алекс начал ходить быстрее, мысли выстраивались в план. — Мне нужно захватить инквизитора. Живым. Неповреждённым. Изолировать его от Силы, чтобы вирус не мог получать подкрепление извне или передать сигнал тревоги. Он вспомнил слова Креи о том, как она отсекла себя от Силы. Это ослабило паразита внутри неё, перевело его в спящий режим. Если сделать то же самое с инквизитором... Как принудительно отсечь кого-то от Силы? Алекс застыл посреди лаборатории. Так же, как он сделал это на Коррибане. Он начал быстро считать. Радиус эффекта зависел от мощности устройства и способа детонации. — Контролируемая детонация, — бормотал он, записывая формулы. — Небольшой гипердвигатель. Модифицированный, чтобы взрыв был направленным. Создать локальную зону разрыва причинности радиусом... десять километров в космосе. Этого достаточно. Заманить инквизитора в эту область, где Сила временно оглушена. Его связь с Силой будет разорвана. Достаточно, чтобы группа захвата могла действовать. Без Силы инквизитор теряет все свои преимущества. Не может предвидеть атаки. Не может усилить своё тело. Не может читать мысли противников. Становится обычным разумным. Опасным, обученным, но обычным. А с обычными людьми можно справиться обычными методами. — Транквилизаторы, — пробормотал Алекс. — Электрошокеры. Связывающая пена. Всё, что работает против неодарённых, будет работать против него. Он начал набрасывать схему. Ловушка должна была быть идеальной. Приманить инквизитора в нужное место. В нужное время. Но как приманить? Нужна была дезинформация. Тонкая, правдоподобная, неотразимая. Алекс начал обдумывать варианты. Он мог создать ложный след в информационных сетях. Слухи о молодом одарённом, скрывающемся на окраине галактики. Свидетельства странных происшествий. Показания "очевидцев". Ничего слишком явного. Ничего, что кричало бы "ловушка". Просто... намёки. Зацепки. Достаточно интригующие, чтобы привлечь внимание, достаточно расплывчатые, чтобы не вызвать подозрений. — Молодой одарённый, — думал он вслух. — Только недавно обнаруживший свои способности. Неопытный, напуганный, пытающийся скрыться. Идеальная цель для инквизитора. Не требует присутствия старших агентов. Он мог создать такую личность. Легенду, которая существовала только в данных. Оставить следы в портовых записях. Показания о странном пассажире, который заплатил наличными. Сообщения о необъяснимых происшествиях в определённом секторе. Достаточно, чтобы инквизитор заинтересовался. Недостаточно, чтобы он привёл подкрепление. — А потом, — Алекс смотрел на схему детонации, — когда он прибудет на место... Мы заманим его в зону, где будет отсечен от Силы. И где его будет ждать группа захвата, ждущая своего момента. *** Он начал прорабатывать детали. Место должно было быть изолированным. Где-то на периферии, где имперское присутствие минимально. Заброшенная станция, может быть. Или малонаселённая луна. Где-то, где взрыв гипердвигателя не привлечёт немедленного внимания. Где у него будет время провести операцию до того, как прибудет подкрепление. Группа захвата должна была состоять из профессионалов. Кардис подойдет. Нужны разумные, которые не испугаются, когда увидят инквизитора. Хотя последнее было проблематично. Инквизиторы внушали ужас даже без Силы. Их репутация, их внешний вид, сама аура опасности вокруг них... — Дроиды тоже подойдут, — проговорил Алекс. Дроиды не чувствуют страха. Не подвержены ментальному воздействию. Следуют программированию с абсолютной точностью. И самое главное — их память можно подчистить после операции, хотя в этом и нет особой нужды. Алекс начал составлять спецификации. Ему понадобится как минимум дюжина единиц. Достаточно, чтобы подавить даже опытного бойца. Они должны быть быстрыми, координированными, безжалостными в выполнении задачи. Он посмотрел на другую часть своих заметок. Место содержания. Где он будет держать инквизитора во время изучения. Изначально он думал о клетке с бескаровым экранированием. Но бескара было мало, он был дорог, труднодоступен. Но возможно получится создать альтернативу. — Постоянное поле разрыва, — пробормотал он, делая заметки. — Не взрыв, а... генератор. Возможно ли создать нечто подобное? Устройство, которое локально оглушает силу? Это была невероятно сложная задача. Гипердвигатели создавали разрыв причинности только при катастрофическом отказе. Воспроизвести этот эффект контролируемо, непрерывно... Но теоретически это было возможно. Алекс погрузился в расчёты. Часы пролетали незаметно. Он заполнял файл за файлом формулами, схемами, теоретическими моделями. Необходимо создать устройство, которое создавало бы локальную зону, где квантовая сеть Силы не функционировала. Где одарённый был отрезан от своего источника власти так же эффективно, как если бы его заперли в клетке из чистого бескара. Он представил это. Инквизитор, запертый в камере, окружённой полем разрыва причинности. Полностью отрезанный от вируса, от сети заражённых, от самой Силы. Беспомощный. Доступный для анализа. Нейроинтерфейс, подключённый к его мозгу. Сканирование нейронных структур. Поиск вирусных паттернов. Изучение механизмов заражения. Это займёт время. Недели, может быть, месяцы. Мозг — невероятно сложная система. Но у него будет живой образец. Возможность изучать вирус в его естественной среде обитания. И самое главное — возможность экспериментировать. Пробовать различные методы нейтрализации. Тестировать прототипы антивируса. Наблюдать результаты в реальном времени. Алекс откинулся в кресле, чувствуя удовлетворение. Он работал без перерыва уже много часов, но это стоило того. У него был план. Грубый, рискованный, полный потенциальных проблем. Этически спорный. Но план. *** Алекс отложил последний датапад и потер глаза. План был готов — по крайней мере, в общих чертах. Теперь нужно было проверить его техническую осуществимость. И для этого требовались люди, которые понимали в технологиях больше, чем он. Он активировал коммуникатор. — Дейн, соберите группу ваших лучших инженеров. Мне нужна консультация по специфическому проекту. — Конечно, Алекс. Когда? — Через час. В конференц-зале административного комплекса. — Будем там. Алекс закрыл связь и начал собирать материалы. Не все, конечно — большую часть информации о вирусе и Силе он оставит при себе. Но техническую сторону можно было обсудить открыто. Через час в конференц-зале собралось восемь человек — лучшие инженеры с Валорина. Дейн представил каждого: Марек Торин, специалист по энергетическим системам; Лира Кэйн, эксперт по полевым технологиям; Виктор Грейс, теоретик гиперпространственной физики. Остальные были не менее квалифицированными. — Спасибо, что пришли, — начал Алекс. — У меня есть теоретический вопрос. Я обнаружил, что взрыв гипердвигателя нарушает работу Силы. Возможно ли создать устройство, которое сгенерировало бы поле, которое делает это более контролируемо? Не взрыв гипердвигателя, а контролируемый, постоянный эффект. Инженеры переглянулись. Марек первым нарушил молчание: — Вы говорите о стабильном поле разрыва? Это... сложно. Очень сложно. — Но возможно? — настоял Алекс. — Теоретически, — вмешалась Лира Кэйн. — Мы изучали подобные эффекты на Валорине. Принцип понятен — нужно создать локальную область, где квантовые флуктуации пространства-времени нарушают причинно-следственные связи. Виктор Грейс кивнул: — Проблема в стабилизации. Разрывы причинности по природе своей нестабильны. Они стремятся либо схлопнуться, либо расшириться. Гипердвигатель как раз и стабилизирует этот процесс. Но вам нужен другой эффект с выбросом большой количества энергии. Ведь при обычной работе гипердвигателя Сила работает. Давно проведены соответствующие эксперименты. Инженеры начали обсуждение между собой идеи. Алекс слушал технические термины, формулы, споры о различных подходах. Постепенно вырисовывалась картина. — Энергопотребление будет колоссальным, — сказал Марек. — Плюс экзотические материалы для стабилизации поля. — Сколько времени на разработку? — спросил Алекс. — При полной концентрации ресурсов... — Виктор задумался. — Десять лет на теоретическую базу. Еще десять на создание прототипа. Плюс годы тестирования. Это если мы не будем заняты другими проектами. — Двадцать лет минимум, — подтвердила Лира. — И это при условии, что мы не столкнемся с принципиальными препятствиями. Алекс кивнул, скрывая разочарование. Слишком долго. Ему нужно было решение сейчас, а не через два десятилетия. — Хорошо, — сказал он. — Оставим это пока, но не забываем. Это долгосрочный проект, но важный. — Можно узнать, для чего это нужно? — осторожно спросил Дейн. Алекс помедлил с ответом. — Защитные системы, — сказал он наконец. — Способ нейтрализовать определенные угрозы без применения разрушительного оружия. Инженеры кивнули, принимая объяснение. Они привыкли работать над проектами, полное назначение которых им не раскрывали. — Есть вопросы по техническим аспектам? — спросил Алекс. Следующий час прошел в обсуждении деталей. Алекс задавал вопросы о радиусе действия, времени развертывания, мобильности установки. Инженеры отвечали, строили предположения, предлагали различные варианты реализации. Когда встреча закончилась, Алекс остался недоволен. Генератор поля разрыва был хорошей идеей, но неосуществимой в обозримом будущем. Нужно было искать другие способы. *** Вечером Алекс направился к исследовательскому комплексу. Ему нужна была консультация профессора Велл по другому аспекту плана. Он нашел ее в лаборатории, склонившейся над голографической проекцией нейронных сетей. За месяц работы с ракатанским интерфейсом она значительно углубила свои знания в области взаимодействия сознания и технологий. — Добрый вечер, профессор, — поздоровался Алекс. — О, Алекс, — она подняла голову от проекции. — Как раз вовремя. Я изучаю паттерны формирования долговременной памяти через интерфейс. Удивительные механизмы. — У меня к вам вопрос, — сказал Алекс, подходя ближе. — Теоретический. — Слушаю. — Возможно ли считать содержимое разума с помощью нейроинтерфейса? Полностью скопировать сознание человека? Велл нахмурилась, обдумывая вопрос. — Сложный вопрос, — сказала она медленно. — Теоретически... возможно. Ракатанские интерфейсы обладают невероятной точностью сканирования нейронных структур. Они могут считывать не только поверхностные мысли, но и глубинные паттерны памяти, эмоциональные связи, даже подсознательные процессы. — Но? — почувствовал Алекс подвох в ее тоне. — Но полное копирование сознания — это колоссальный объем данных. Человеческий мозг содержит триллионы нейронных связей, каждая из которых влияет на формирование личности. Даже самые совершенные системы хранения не способны вместить такой объем информации. Алекс кивнул, ожидая продолжения. — Однако, — продолжила Велл, — можно скопировать отдельные аспекты сознания. Конкретные воспоминания, навыки, паттерны мышления. Это более реалистично. — А чье сознание вы хотите сканировать? — спросила она, изучая его лицо. Алекс помедлил мгновение, решая, стоит ли говорить правду. Потом решился: — Инквизитора. Велл вскинула брови. — Что? Алекс, вы понимаете, о чем говорите? Инквизиторы — это не обычные люди. Они владеют Силой, прошли специальную подготовку, их сознание защищено... — Я понимаю риски, — спокойно ответил Алекс. — Я знаю как решить вопрос с Силой. — Но зачем? — Велл смотрела на него с недоумением. — Что вы хотите найти в сознании инквизитора? Алекс сделал глубокий вдох. — Они определенно заражены ментальной программой. Чем-то, что контролирует их мышление. Я хочу понять природу этой программы и найти способ с ней бороться. Велл долго молчала, обдумывая его слова. — Ментальная программа... — проговорила она наконец. — Вы имеете в виду что-то вроде глубинного внушения? Промывки мозгов? — Что-то в этом роде, — уклончиво ответил Алекс. — Но более сложное. Более тонкое. Велл начала ходить по лаборатории, размышляя вслух: — Если такая программа существует, то она должна оставлять следы в нейронных структурах. Измененные паттерны активности, искусственно усиленные связи, подавленные области... — Вы сможете это обнаружить? — Возможно, — сказала она осторожно. — Но сканирование сознания инквизитора... это невероятно опасно. Они обучены сопротивляться ментальному воздействию. Их разум может быть заминирован защитными механизмами. — Я беру это на себя. Он не сможет сопротивляться, — сказал Алекс. Велл остановилась и посмотрела на него серьезно: — Даже если мне удастся провести сканирование, я вряд ли смогу скопировать всё сознание целиком. Но ментальную программу... да, ее я, вероятно, смогу выделить и изучить. — Это уже будет что-то, — кивнул Алекс. — Мне нужно время, чтобы подумать над техническими аспектами, — сказала Велл. — Разработать специальные протоколы сканирования, подготовить защитные меры... — Сколько времени? — Пока не знаю. Это сложная задача, Алекс. Я должна быть абсолютно уверена в безопасности процедуры. — Понимаю, — согласился Алекс. — Работайте в своем темпе. Но помните — это может быть ключом к защите многих людей от подобного воздействия. Велл кивнула, уже мысленно планируя исследования. — Я свяжусь с вами, когда будет готов предварительный план, — сказала она. Алекс поблагодарил ее и направился к выходу. План захвата инквизитора становился все более реальным. Оставалось решить множество технических деталей, но основа была заложена. Теперь нужно было найти подходящую цель и подготовить ловушку. Это будет самой опасной частью операции, но и самой важной. Если ему удастся получить живой образец для изучения, он сможет понять природу вируса и найти способы борьбы с ним. Где-то в галактике инквизиторы продолжали свою охоту на джедаев и других одаренных. Скоро один из них станет добычей сам. Нужно проверить, можно ли вернуть разумного, который заражен?