Before I suffocate

Бомгю исполняется восемнадцать и это первый день рождения, на котором не будет Ёнджуна.  Он просыпается раньше будильника. Лежит, не двигаясь, и смотрит на дверь. Секунду ему кажется, что если он не моргнет, если не переведет взгляд, кто-то обязательно постучит. Но Ёнджун ему не напишет, не позвонит и не придет. И почему-то Бомгю не в состоянии смириться с мыслью, что они действительно больше не друзья. Вероятно, было бы легче, не будь у Бомгю вообще никаких чувств. Зачем они нужны? Почему он в целом не может перестать что-то чувствовать? Родители приносят слишком сладкий торт и Бомгю приходится притворяться, что все в порядке. Ничего не произошло. — Ёнджун сегодня не придет? — мама спрашивает это будто бы между делом, вытаскивая из торта только что потухшие свечи. Бомгю ничего не загадал на этот день рождения, потому что то, чего он хочет – абсолютно недостижимо. Бомгю делает глоток воды прежде, чем ответить. — Нет, —  и сам удивляется, как легко это прозвучало. Раньше он бы оправдывался. Придумывал причины. Говорил «у него дела». Сейчас он просто констатирует факт: Ёнджун больше никогда не придет. Мама не задает вопросов, то ли потому что ей неинтересно, то ли из-за того, что Бомгю все равно не ответил бы. Бомгю научился молчать, но пока не научился не чувствовать.  Когда телефон вибрирует, Бомгю переламывает себя: он не смотрит на экран несколько мучительных секунд. Сердце в этот момент почти что останавливается, но он не позволяет себе ждать и надеяться. Бомгю очень хочет вытравить из себя привычку ждать Ёнджуна. После обеда Бомгю складывает в большой пакет свои рваные джинсы, толстовку со стертыми рукавами, футболку, которую Ёнджун оставлял тут для ночевок. Вместо бесформенной кофты теперь строгий кардиган, вместо джинс – брюки и никаких воспоминаний. Никакого запаха Ёнджуна. И это первая весна, когда Бомгю не достает скейт. По дороге на мусорку Бомгю даже не поднимает взгляда. Ему хочется выкинуть все из комнаты, из головы. Себя выкинуть и утилизировать. Пакет с вещами оказывается в горе разного мусора, а Бомгю заставляет себя ничего не чувствовать. Не романтизировать вещи, не искать зацепки и никогда больше не вспоминать. Теперь Бомгю может сам купить пиво, но его рука дергется, когда он тянется за бутылкой Касс. Такое пиво пил Ёнджун. Это плохой выбор. Когда родители уходят из дома, Бомгю долго сидит на полу у постели, допивая пиво и пытаясь вспомнить, каково это – просто быть счастливым. В школе он садится не у окна, как раньше, а ближе к проходу, потому что ему уже не нужно оставлять кому-то свободное место рядом. Когда одноклассники спрашивают, почему он больше не тусуется с Ёнджуном, Бомгю пожимает плечами. — Разные интересы. Бомгю пришлось выучить эту фразу, вбить ее себе в голову и спустя год он действительно верит – они просто переросли друг друга. Просто разные интересы. Просто Ёнджун все еще ходит в тот скейтпарк, а Бомгю меняет маршрут от школы до дома, лишь бы даже взглядом не коснуться знакомой фигуры.  Время идет быстро и Бомгю сильнее всего ждет, когда учебный год закончится. Это выпускной год, но даже высокой учебной нагрузки недостаточно, чтобы Бомгю перестал думать про Ёнджуна. Он начинает работать по выходным, больше не спит до обеда. Берет ответственность.  А еще Бомгю больше не ждет никаких сообщений. Диалог с Ёнджуном ушел вниз настолько, что ему кажется, будто они в действительности никогда не дружили. Все меняется, но он все еще помнит номер наизусть.  На школьный выпускной Бомгю приходит с короткой стрижкой. Он подстригся сам за день до. Срезал прядь за прядью, пока наконец не почувствовал себя абсолютно свободным.  На нем белая рубашка, галстук и строгие брюки. Бомгю пьет шампанское и лишь иногда позволяет себе поднять взгляд и найти Ёнджуна в большом танцевальном зале. Они пересекаются глазами на несколько секунд и Бомгю улыбается уголками губ, потому что думает, что это последний раз, когда он видит этого человека. После выпускного все наконец-то будет нормально. Он не счастлив, но абсолютно точно свободен. Ёнджун неестественно дергается, будто пытаясь сделать шаг вперед и Бомгю непроизвольно сжимает бокал сильнее. Впервые за все время ему действительно страшно. Но Ёнджун не подходит и это возвращает Бомгю возможность дышать. Тэхён появляется будто бы из ниоткуда и Бомгю благодарен ему за эту внезапность. Из всех людей вокруг Тэхён был единственным, с кем ему было легко разговаривать и единственным, с кем Бомгю все еще мог быть откровенным. Или почти откровенным. — Ты дальше с нами пойдешь?  — Только если обещаешь не нажираться, — Бомгю смеется, потому что сегодня все равно все напьются. И Ёнджун, наверное, тоже. Он всегда так глупо себя вел по пьяни и сам путался в своих длинных ногах. Бомгю помнит каждую вечеринку, каждый пьяный взгляд, хотя не должен этого помнить. Самозапреты работают неидеально.  Успокаивает мысль, что это – конец. Теперь точно конец, у них не будет общих лекций, совместных тусовок и точек соприкосновения. Бомгю отмечает не конец школы – он отмечает конец их с Ёнджуном истории. Поэтому шампанское идет особенно хорошо и Бомгю поднимает над своей головой бокал, будто хочет сказать пафосную речь, но вместо этого почему-то начинает смеяться. Без повода и впервые за этот год – громко.  Все закончилось, правда? Для Ёнджуна конец не был таким радостным и очевидным. На выпускном он дергается, принудительно себя тормозит. Ему чертовски хочется подойти к Бомгю, посмотреть на его лицо, которое наконец-то не закрыто челкой. Ёнджун не делает этого, но запретить себе пялиться не может, продолжая выхватывать Бомгю взглядом. Он никогда не видел его таким взрослым и наигранно-счастливым. Бомгю же не умеет притворяться и врать, почему продолжает пытаться? Ёнджуну хочется встряхнуть его, накричать, достать из Бомгю то, что он безумно в нем любил. За всем этим напускным весельем крылось что-то, что стыдно показывать всем.  Ёнджун не видит того Бомгю, который заставлял его умирать от нежности. Бомгю на него даже не смотрит и Ёнджуна убивает осознание, что он больше никогда не сможет увидеть в его больших безоговорочную влюбленность. Выходя курить, Ёнджун теряется в собственных иллюзиях. Ему кажется, что если он сейчас подойдет к Бомгю и скажет ему…что-то, то все резко будет «как раньше». Будто его слова в состоянии стереть тот факт, что он сам выгнал Бомгю из своей жизни.  Такое вообще прощают? Ёнджун никогда не позволял себе об этом думать. Даже спустя год он не может понять, почему разрешил себе поступить так. Почему поддался на безграничное согласие, почему позволил всему этому случиться. Ёнджун отчаянно хотел быть взрослым, но совершенно не понимал, что должен делать. Он брал, получал желаемое и ни на секунду не задумывался о том, почему Бомгю с каждым разом позволял все больше и больше. Почему он так безропотно отдавался и почему не стал спорить, когда Ёнджун выгнал его из своей жизни? Он тушит сигарету о кирпич. Громкий смех Бомгю выдергивает его из мыслей. Компания уходит из школы в бар, а Бомгю смеется, потому что он счастлив. Счастлив без Ёнджуна.  Сдвинуться с места невозможно. Ёнджун провожает компанию взглядом и наконец-то понимает: Все правда закончилось.