Вороново крыло

      Небольшое имение для волшебников означало полноценный дом для маглов.       Два этажа, большая кухня. Даже чулан под лестницей до обидного похожий на тот, в котором Гарри провёл свои первые одиннадцать лет.       Только здесь везде было пусто и очень пыльно.       Никто не ждал его с кухонным полотенцем. Никто не кричал, чтобы он убирал свои «магические штучки». Только тишина, скрип половиц и собственное дыхание.       Гарри прошёл по узкому коридору. Остановился у зеркала в полный рост.       На него смотрел Бланш Кальтер.       Знакомый до каждой чёрной пряди, до каждой линии скул. Та же бледная кожа, те же длинные волосы, заплетённые в тугую косу.       Но глаза.       Раньше они были пустые. Бледно-голубые, как выцветшее небо. Красивые, но мёртвые.       Сейчас в них плескалась зелень. Яркая, живая, перемешанная с голубым не равномерно, а пятнами, будто старая радужка не до конца уступила место новой.       Гетерохромия.       Он слышал о таком. Разный цвет глаз у одного человека. Редкость.       — Дабби.       Эльфийка дёрнулась, будто её застали врасплох.       — Ты знала меня раньше?       — Нет, сэр Бланш. — Голос тихий, но твёрдый. — Дабби только слышала о вашем существовании.       Пауза.       — А потом о вашем исчезновении.       Гарри нахмурился.       — Исчезновении?       — Сэр Бланш Кальтер пропал в 1930-м году, — Дабби сжимала край наволочки так сильно, что пальцы побелели., — на свой четвёртый день рождения.       Она подняла глаза.       Гарри молчал.       Семнадцать лет.       В этой жизни семнадцать. В прошлой двадцать три, двадцать четыре, он сбился со счёта. Возраст всегда был для него условностью — слишком быстро пришлось взрослеть, слишком долго потом не разрешал себе жить.       А здесь — семнадцать. Ровно столько, сколько было, когда он вышел из Хогвартса навстречу смерти.       Он зашёл в пустую кухню.       Махнул рукой не думая, на автомате, как учил себя годами. Пыль и редкие паутины исчезли.       Сила осталась с ним.       Это радовало.       Он сел за стол. Устало провёл ладонью по лбу и не нащупал шрама. Только гладкая кожа, только чужие брови.       Шанс.       Начать с начала. Практически чистый лист.       Никаких обязательств, ожиданий и оправданий, которые он носил на плечах так долго, что они вросли в позвоночник.       Нет друзей.       Нет врагов.       Есть дом, верный домовой эльф, который смотрит на него с надеждой, будто он уже что-то значит.       С чего начать?       — Если сэр Бланш позволит, — тихо сказала эльфийка, — Дабби приготовит комнату ко сну?       Бланш поднял голову.       Пожалуй, сон это идеальное начало.       — Позволю, — ответил он.