«Внутреннее пламя»

— Что ты сделал? — с искренним изумлением спросил Скорпиус, — Мерлин, Поттер! Они сидели в гостиной Слизерина — в углу, подальше от общего шума. Утро субботы давало редкую возможность уединиться, и именно этим старшекурсники сейчас и пользовались. За широкими окнами лениво колыхалась тёмная вода озера, а в камине тихо потрескивал огонь, отражаясь в полированной поверхности зелёного камня. — Ты же знал, что нельзя, — упрекнул его друг и по праву. — В следующий раз, если не будешь знать куда деть руки, суй их в карманы, Ал. Альбус коротко провёл рукой по лицу. Он даже уже пожалел, что начал этот разговор, но остановиться не мог. Слишком навязчиво всё это крутилось в голове. — Огонь, значит? — переспросил Скорпиус, чуть подавшись вперёд. — Не чешуя и даже не когти. Это уже… интересно. Очень даже. Школьный староста выдержал паузу и с лёгкой усмешкой добавил: — Как отдельный вид пыток, да, Ал? Твоя личная инквизиция. — Не смешно, — отрезал Альбус, гладя исподлобья и с упрёком. И действительно — не было. Он почти не спал ночью, снова и снова прокручивая в голове произошедшее. Слишком много деталей и теорий. Слишком много вопросов и мало ответов. — А если серьёзно… — Поттер нахмурился, глядя куда-то в сторону камина. — Ты, все её подружки, Саламандер... Даже придурок Белби... Все к ней тоже прикасались и ничего подобного. Что со мной не так? Он на секунду замолчал. — Я что, особый случай, выходит? Скорпиус не ответил сразу. Он медленно откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы. Юноша уставился в потолок, будто собирая мысли. — А вдруг не «не так», Поттер, а наоборот? — предположил Малфой и увидел неподдельный интерес в глазах друга. — Ну, есть одна теория на этот счёт… — объясняясь, протянул он. — Везёт, — пробормотал Альбус. Количество его теорий было настолько велико, что он невольно позавидовал одному предположению друга. Малфой тем временем резко поднялся и начал расхаживать перед камином, заложив руки за спину. Он бросил на Ала короткий, прищуренный взгляд. — А ты сам что на этот счёт думаешь? В его голосе уже слышалась знакомая нотка — та самая, когда Скорп что-то понял раньше остальных. Альбус медленно выдохнул. — Скорее всего, я так её достал, что она уже не против испепелить меня и в прямом смысле, — он провёл ладонью по волосам, растрепав их ещё больше. — Хм... Не исключено, — по достоинству оценивал шутку друга Скорп. — Ну а если серьёзно? Навряд ли это дракон, сам понимаешь. — Если серьёзно? — свёл брови в одну линию Поттер, — не знаю... Вообще не знаю. А ты думаешь... Всё-таки это могла быть... она? Он спросил последнее аккуратно, чуть ли не с надеждой. Скорпиус тем временем остановился и повернулся. — Честно? Думаю, да. Магия Лакруа выбрала именно её облик для тебя. И как по мне, многое сходится, — пожал плечами юноша. — Ты ведь знаешь о них достаточно? — Пффф-фф.. Шутишь? Всё, конечно, — нашумев выдохом, решительно ответил Альбус. — Быть может чуть больше. И это не было хвастовством. Уход за магическими существами всегда был его сильной стороной. Очень сильной. Потому и помнил, что шестой курс со дня на день должен начать подробное изучение этих необычных волшебных созданий. Скорпиус едва заметно усмехнулся. — Отлично. Тогда ответь себе сам. Он снова начал медленно ходить, а Альбус остался на месте, уткнувшись взглядом в огонь. Пальцы машинально тёрли бровь, затем зарылись в волосы — жест будто выдавал напряжённую мысль. И вдруг он замер и даже улыбнулся от чего-то, но пресёк себя. — Да быть того не может… — тихо сказал он и снова его улыбка. Нечаянная будто, слегка растерянная. Поттер словно готов был отрицать очевидное. Будто не позволил себе заранее радоваться какой-то мысли. Скорпиус остановился и посмотрел на него с явным удовлетворением. — А почему нет? Мне кажется, что ещё как может, — спокойно подтвердил он, но по светло-розовым губам тоже скользнула улыбка. Не растерянная, как у друга, а довольная. Альбус же выглядел так, будто только что сложил слишком очевидную, но от этого не менее ошеломляющую картину. — Ещё как может, Поттер, — повторил Скорп. — Даже если учесть то, что последние пару-тройку лет я вроде как смертельно бесил её одним лишь своим существованием? — Особенно если учесть это, — щёлкнув пальцами, акцентировал Скорп. — Уж слишком сильно раздражал. С перебором как будто, нет? Какие же вы всё-таки с Лакруа забавные. Почти одинаковые. Любите врать сами себе, — чуть не посмеивался Малфой. — Очень любите и у обоих почти получается. Он наклонил голову набок, и в его взгляде загорелся тот самый огонёк — предвестник чего-то явно сомнительного. — Можем проверить теорию, если тебе интересно, — веселился Скорп. — Заодно и узнаем. Поттер не спешил соглашаться, но и отказаться получить ответ на очень интересующий его вопрос уже не мог. — Но я был бы плохим другом, если бы сказал, что тебе теперь стоит быть поаккуратнее, Поттер. Альбус ничего не ответил. Он только откинулся чуть глубже на спинку дивана и задумчиво уставился в пространство перед собой. Мысли всё ещё путались, цепляясь одна за другую, но уже складывались в нечто цельное — тревожное, странное… и почему-то важное. У самого камина, на мягком ковре, в это время возилась парочка маленьких созданий. Комочек Плюм, отражая магию хозяйки, то и дело менял цвета. Он с деловитым видом катался по полу, то подпрыгивая, то перекатываясь. Рядом с ним, почти на равных, вертелся сниджет Альбуса. Птица, обычно не терпевшая ничего, кроме высоты и свободы, сегодня сделала исключение. Она добровольно спустилась на пол и теперь, расправляя крошечные крылья, осторожно подталкивала пушистого приятеля, словно дразня его. Иногда Бладжер взлетал, но тут же снова опускался рядом, будто сознательно отказываясь от привычной высоты ради компании, которая летать не умела. Альбус невольно задержал на них взгляд. Он уже начал привыкать к этой странной парочке. Поймал себя на мысли, что хотел бы привыкнуть.

***

После завтрака Большой зал ещё долго не отпускал шум: голоса перекликались, смех прокатывался волнами от одного стола к другому, кто-то торопливо собирал вещи, кто-то, наоборот, не спешил уходить. Гриффиндорская четвёрка, как и обычно, заняла своё место, и разговор у них шёл оживлённый — София и Карма наперебой что-то обсуждали, Лили время от времени вмешивалась, поддерживая то одну, то другую, и мягко посмеивалась. Ариана выпадала из этого общего ритма. В свете недавнего не мудрено. Она никому не рассказала чем закончился пятничный вечер. Выходные прошли словно в коматозе: Лакруа почти всё время просидела в башне факультета, много раз пыталась забыться сном и изредка пробиралась на кухню, чтобы поесть. Сейчас сидела склонившись над толстым учебником в тёмно-синем переплёте. С заметной сосредоточенностью перелистывала страницы, задерживаясь на некоторых чуть дольше. Скорпиус, проходя мимо, поздоровался, невольно внося в оживлённый разговор едва заметную паузу. София отвлеклась первой, Карма замолчала, Лили подняла взгляд — и только Ариана вообще не подала признаков своего здесь присутствия. — Сегодня собрание, Поттер, не забыла? — с нотой контроля произнёс школьный староста. Рассматривая девушку, он хоть и еле заметно, но прищурил глаза. — Я помню, такое сложно забыть, — ответила Лили, легко и почти привычно. Злость на их с братом недавнюю выходку, кажется, почти отступила. Всё-таки она была отходчивой и просто не умела долго злиться на кого-то или обижаться. Порой это ей даже мешало, а вот собеседника отчасти порадовало, ведь соревноваться в остроумии с крошкой Поттер он не был настроен. Лакруа, глянув на статного юношу, весьма вовремя подумала о том, что беда не приходит одна. Так и чувствовала, что появление Малфоя ни что иное, как предвестник появления Поттера. Потому и собиралась: зацепила свою сумку и быстро выбралась из-за стола. Быстро шагая на выход, листала учебник прямо на ходу и зажмурилась, когда в почти уже опустевшем зале кто-то позвал её по фамилии. Слышала, но не остановилась. Скорее наоборот, ведь избегала этой встречи целых два дня и готова была продолжить в том же духе. Лакруа, уткнувшись в книгу, чеканила шаги по каменной кладке и Ал догнал её уже в холле. Пришлось тормозить девчонку, защипнув между пальцев складку её мантии. К счастью для обоих, тут было абсолютно пусто сейчас. Почувствовав, Ариана развернулась, а Альбус поспешил разделить их небольшим шагом и поднял руки вверх, показывая, что не имеет умысла её коснуться. Это радовало в той же степени, в какой напрягало его присутствие. Вспоминая о пятнице, под сотню раз пообещала себе впредь игнорировать и избегать Поттера. Оставалось только попросить Лили забрать малыша Плюма. И она хотела, ещё в субботу, но Альбус отказал сестре, сказав, что сам вернёт. — Кое-что забыла, Лакруа. Вернее, кое-кого, — почти весело сказал он вместо приветствия. Было почти очевидно, что приподнятого настроения ему по какой-то причине не занимать. Поттер, нарушив её планы, решил лично отдать питомца и протягивал на открытой ладони живой пушистый комочек. Вмиг узнав любимую хозяйку, он подпрыгнул на большой тёплой руке. Хотя ещё совсем недавно был тоскливого серого цвета: ему явно не понравилось то, что его разлучили с новоиспечённым другом — птицей Ала. Как только Ариана опустила глаза, её лицо мгновенно изменилось: напряжение исчезло, уступив место искренней, почти детской радости. Она уже протянула руку, но тут же отдёрнула её. И даже огляделась. Подобного недавнему ой как не хотелось. Доблестно игнорируя внимательный взгляд Поттера, Ари перекинула на одну сторону густые светло-коричневые сейчас волосы. Ал разгадал её намерения и опередил девушку, аккуратно перемещая питомца на хрупкое плечико шестикурсницы. Ари тут же прижалась к комочку своей гладкой румяной щекой и улыбнулась. — Спасибо, — пробормотала Лакруа и действительно была благодарна ему за то, что позаботился о её малыше. Прозвучало тихо, но Ал всё равно слышал. От того и опешил: глаза сразу расширились, брови взмыли вверх, а на лице появилась странная улыбка. — Ого, — выдыхал он. — Даже так? — Не привыкай, — сходу пресекла его девушка. — И не смей никому говорить, — указывала на него пальчиком и должно было звучать строже, чем вышло, ведь ещё немного и улыбнулась бы. Альбус шутку оценил. — Я не посмею, — театрально прошептал он, — не доведи Мерлин кто-то узнает, что Лакруа известно это слово, да? — Не пришлось бы повергать тебя в шок, если бы не твоя... Если бы не ты, Поттер... — Ух ты! Опять? — аж не выдержал. Перебив её в начале воспитательной тирады, он тихо рассмеялся. Но на самом деле Ал понимал, конечно, что в большей степени именно он виноват. Если бы не это странное, словно не подконтрольное ему желание быть к девчонке ближе, коснуться её.. То ничего бы не было, но с другой стороны... Нет худа без добра, верно? Решив, что разговор на этом окончен, что казалось ей логичным, Ариана шагнула в сторону лестницы. Поттер её мнения не разделял и поспешил остановить. — Ну, чего тебе ещё? — яркие золотисто-карие глаза пропали под завесой густых чёрных ресниц. Ариана, цокнув языком, всё-таки остановилась и кудри блеснули медью. — Надо поговорить, — теперь и Альбус огляделся. Его рука мигом ранее нырнула в складки мантии и семикурсник выудил из кармана что-то похожее на письмо. Счёл, что место совсем не подходящее и кивнул в сторону единственной тут двери. Пришлось идти за Поттером в небольшое, странное помещение, которое больше напоминало склад забытых некогда вещей. Тут было всё: от школьных мантий и шарфов до совиных клеток и запылненных, давно забытых кем-то книг. Единственным источником света стало арочное окно с потускневшими и давно не видевшими очищающего заклинания витражами. Ариана, дабы обезопасить себя от близости и очередных диких порывов собеседника, присела за единственный тут стол. Его столешница вмещала в себе не одну личную историю: деревянная гладь вдоль и в поперёк была исписана именами, бранными словами и даже любовными посланиями. — Если тебе вдруг интересно... Тед передал ещё в субботу утром, — изогнул бровь Альбус. Перед ней лёг конверт и Ариана тут же поняла, что это ответ из министерства. И снова восхитилась: Поттеру понадобились всего сутки, чтобы провернуть эту аферу и спасти её от больших неприятностей. Очень больших, ведь если бы не всё это, то на анкете дело не закончилось бы: Лакруа пришлось бы самостоятельно проходить комиссию и там бы точно обнаружили странности в её метаморфозах. Заручившись поддержкой Эдварда Люпина, он легко обвёл вокруг пальца саму Аделаиду Вулф и нескольких волшебников министерства. И глазом не моргнул. С ума сойти просто! Ариана, осознавая всю глубину глубин ситуации, кусала губу. — Спасибо, — сдержанно, но искренне благодарила его. Теперь точно взаправду. Отринув гордость и все свои предубеждения. — Спасибо тебе, Альбус, — тихо добивала Лакруа. От его прямого взгляда стало не по себе и Ари опустила взор. Услышав, он первым делом прищурился, словно не до конца веря в услышанное. Истинный смысл добрался до сознания. Тогда вот Альбус улыбнулся. — Не за что. Я рад, что получилось, — тихо сказал юноша. Одним лишь тоном разбивал всё то, что ещё недавно пыталась доказать ему о его чванстве. Поступок Поттера был абсолютно бескорыстным и Ариана уже понимала это. Хоть и пыталась отрицать внутри. Уже почти не получалось. — И о чём ты хочешь поговорить? — всеми силами возвращалась в реальность Ари. Уже поняла, что конверт — не единственный предмет беседы. — Для начала о зелье, — сосредоточенно ответил Поттер. Нашёл себе место чётко напротив шестикурсницы, подпирая спиной какой-то шкаф и туго сплетая на груди свои руки. — А вот за это точно никаких благодарностей, — нахмурилась, ведь свежие воспоминания о пропавшем и очень важном цветке ещё расстраивали. На данный момент гриффиндорки даже понятия не имели где искать новый и важный ингредиент. Тот, что удалось достать каким-то чудом, был последним шансом. — Я и не ждал, честно говоря, — скептически ответил Поттер. И усмехнуться не забыл. Но было и то, что ей нужно было услышать: — Думаю, тебе будет интересно узнать, что мы нашли его, — тихо, практически не прибегнув к эмоциям сказал слизеринец. Как только увидел очевидное, растущее в слушательнице изумление, он поспешил добавить: — Он ещё не у нас, даже не в Англии, но мы со Скорпом действительно нашли эту лилию. Как только получится, цветок будет в Хогвартсе. И он будет ваш, если согласишься на одно условие. — Какое ещё условие, — так и ощущала, что находится в преддверии какого-то шантажа или чего похлеще. А разве от слизеринцев есть резон ждать чего-то иного? — Ты больше не будешь так противиться нашей помощи, договорились? Хотя бы не так усердно. Ариана на миг растерялась, но кивнула. Пришлось. Другого выбора не было. К тому же она ожидала, что попросит что-то совершенно другое, а не то, что ей самой вроде как на руку. Поджав губы, ещё разрывалась между внутренним упрёком за то, что слизеринцы погубили предыдущий, и благодарностью за то, что сделали невозможное, ведь всего-то несколько дней прошло. Как не крути, но Поттер был прав, наверное, говоря, что союзников и искренне желающих помочь много не бывает. Но с чего бы это, а? Поттер улыбнулся. А почему бы и нет? Укрощение строптивой шло по плану и это его радовало. — Но вам точно нужно другое место для того, чтобы варить зелье, — отвлекал её от громких и почти уже диких мыслей. — Я так понимаю этим будет заниматься Лили? Ал безошибочно угадывал. Зная талант сестры к Зельеварению, лучшей кандидатуры невозможно было и вообразить. — Как долго оно готовится? — Лили говорила что-то о месяце, — Ари уткнулась взглядом в столешницу с массой почерков перед собой. На глаза попалась чужая клятва примерно полувековой давности. Чётко выцарапанные инициалы неизвестных ей « J.P. + L.E.», заточённые в сердце, заставили её немного улыбнуться. — Оно связано с полнолуниями и фазами луны. И оно очень сложное в приготовлении. Прям очень, — подчеркнула Ари, потирая лицо ладошками. — Пол сотни ингредиентов, а цветок ещё надо трансформировать в чашу и тут нет права на ошибку. И куча всякого прочего в придачу. — Месяц? Не мало, — присвистнул Альбус. Задумавшись, парень медленно отошёл от удобной опоры и побрёл в сторону окна. — А чем?.. Чем в пятницу всё закончилось? — разменяв интерес к пейзажу на созерцание красивой собеседницы, Ал присел на каменный подоконник. — Ты серьёзно? Удивилась и очень. Ещё немного и с губ всё-таки сорвалась бы обвинительная тирада, но Лакруа каким-то чудом сдержалась. Так и не поведала ему о том, что у неё ушло по меньшей мере четверть часа, чтобы снова вернуться в нормальное состояние. Пришлось спрятаться в каким-то забытом Мерлине кабинете на четвёртом этаже и буквально продышать всё то, что с ней творилось. Не говоря уже о её любимой кофте, где всё-таки появились прожжённые дыры. Ещё немного и стала бы живым факелом, возможно. А потом эти ужасные выходные, где снова и снова собиралась в кучу, но так и не получилось до конца. — Ари, я должен извиниться, — не выдержал Альбус. Даже опустил взгляд, впиваясь пальцами в каменную кладку под собой. Глядя куда-то вперёд совершенно невидящим взглядом, он и не заметил как от его слов гриффиндорка испытывала искреннее удивление. Почти что шок. И ведь чуть не приоткрыла рот. Точнее губы всё-таки распахнулись, но Лакруа быстро поборола это наваждение. Ещё и прищурилась. — Я совсем не хотел, не думал, что так случится, — навёрстывал упущенное, глядя теперь прямо ей в глаза. — Ну, а ты?.. По красивым губам скользнула улыбка. Красивая, как будто довольная. Без намёков на ядовитый подтекст, чего можно было ожидать от слизеринца. — Что я? — недоверчиво и еле строго интересовалась Лакруа. Во многом растерянно. — Ты ведь тоже не знала? Подобное уже бывало когда-то? — Нет, — тихо-тихо и качнула головой. Теперь и её взор был похож на тот, что был недавно у Альбуса: затерявшийся в пространстве комнатки. Не видела смыла лгать. Тем более слова вырвались раньше, чем она вообще осмыслила хочет их озвучить или нет. Что-то сильно много искреннего и сразу в сторону бесячего Поттера, нет? И пора бы уже подвязывать с подобным, но внутреннее чутьё так и стучало. Буквально решало за неё и молило не набирать обороты. Тем более что многолетняя обида вроде как лишена смысла. Осталось только окончательно в это поверить. Но, вероятно, уже. — Подобное было впервые, если тебе интересно. Моя личная аллергия на Альбуса Поттера взяла новый виток. — Хм.. Аллергия, говоришь? — теперь с хитрецой прищурился. — Думаешь, это всё из-за того, что ты так сильно ненавидишь меня? — практически в лоб спрашивал слизеринец. — Я тебя не ненавижу, Поттер, — выдыхала она. — Просто временами ты жутко раздражаешь. Почти всегда, — исправилась Ариана. — Ты высокомерный... — Уверенный в себе просто, не путай. — ... Тот ещё сноб... — Я просто умнее многих и у меня действительно есть то, чего нет у них и я этого не скрываю. — Хвастаешься. — Я бы так не сказал, просто горжусь собой, — чуть выпятив губу, пожав плечами, исправил её Альбус. — Вот видишь, — упрекнула Лакруа. — Это не снобизм, а результат работы над собой. И я не рассказываю о своих достижениях направо и налево, лишь позволяю разговорам обо мне существовать. Были бы все кто меня обсуждает с мозгами и целью, всё это было бы и у них. Это — факт, Лакруа. Ну и в чём не прав? Так и было. Поттер, как и его друг, впрочем, своими усилиями буквально по пазлу собрал из себя того, кем являлся к седьмому курсу: талантливый капитан и одарённый волшебник, отличник, любимец профессоров и девчонок, и тот, кому завидовали многие ребята. Но за этим всем стояли тысячи часов труда, сотни полётов, бесчисленное количество книг и масса попыток сотворить новые заклинания. Как только что-то уже получалось, Поттер не останавливался и начинал обучаться новому. — А ещё ты непревзойдённый лжец. — Не без этого, бывает, каюсь, но вся моя ложь исключительно во благо и ещё никому не сделала хуже, поверь, — он улыбнулся и кивнул на конверт перед ней. Более удачного примера просто не существовало. — Ты не исправим, — качнула головой Ари и будто нечаянно улыбнулась. И была один в один схожа с самим Альбусом, который говорил ей похожее в стенах библиотеки. — Думаешь? — веселился и он. — Уверена, — заверила Ари. — И тебя всё это бесит во мне, верно? — повёл бровью юноша и выглядел до невозможного обаятельно. Аж засмотрелась. — Ещё как, — во многом лгала. Да во всём практически. Она почти восхищалась многими его качествами, но не позволяла себе в полной мере осознать насколько. — Ты, как никто другой, умеешь оставить после себя весьма токсичные последствия, Поттер, — взвинтило девчонку. — Моральные и не только. Это я уже на своём опыте знаю. Альбус терпеливо дослушал. И, чёрт возьми, улыбнулся. Широко и по-настоящему, но как так-то? — Вечность будешь обижаться за то, что когда-то недослушала и недопоняла? Сама же виновата, ведь гордости и упрямства выше шпиля Хогвартса, а вот терпения просто ноль, — его голос буквально лился по пространству. Спокойный, легкий, умиротворяюший. Тёплый. Он лишь подталкивал слова лёгкой иронией и даже смог мягко улыбаться. — Даже меньше, Лакруа. Шкала с обратным отсчётом нужна. И большая. — Кто бы говорил. Это тебе не терпелось проверить что будет. Проверил? Доволен? — Не очень доволен, если честно. Хотелось бы другого, — намекал на что-то юноша. — Но отчасти всё-таки доволен, да. Ну и как так-то?! От всего этого будто бы и передумала вспылить и на половине пути. Она же не знала, что Поттер, пользуясь заложенными самой природой задатками, умело использует их против неё. Ари сейчас смотрела на личную персону нон грата и забывала о всех упрёках этого мира. Так и не отводила взор. Даже когда он прошагал и замер напротив, упираясь ладонями в изувеченную надписями деревянную гладь стола. Альбус молчал, но внимательный взгляд и его странная, будто хранившая в себе тайну улыбка разволновали до дрожи даже такую смелую собеседницу. Он смотрел абсолютно обезоруживающе. Целиком и полностью: мягко, даже словно умиляясь её наивным попыткам злиться. Ари только и осталось, что облизать губы и проглотить комочек в горле. Взгляд то и дело бегал по его лицу, изумрудно-зелёному галстуку и непослушным угольно-чёрным волосам. До тех пор, пока в её локонах не мелькнуло уже знакомое предательское золото. И целых две пряди! И такие, что малыш Галлеон точно оценил бы по достоинству: блестящие, яркие, упавшие по разные стороны от ярко-розовых щёк. Ари быстро заталкивала их за уши, они потемнели, но всё-таки не до конца. Прижала кулаки к румяным щекам, но абсолютно поздно. — Искала тут что-то? — оценив картину напротив, Поттер снова улыбнулся и игриво прищурился. — Давай помогу. — Именно тогда слизеринец потянулся к толстому томику в синем переплёте. Он быстро, почти не глядя перелистнул пару сотен и несколько десятков страниц. Движения были точными, будто отработанными. Словно действительно знал эту книгу наизусть. Почти так и было. Альбус остановился ровно там, где нужно. Провёл пальцем по сгибу, аккуратно выровнял страницы, чтобы они не возвращались назад, и коротким, уверенным жестом указал на нужный раздел. — Почитай на досуге, — советовал юноша, но упрямого взгляда от неё так и не отвёл. Он будто запоминал этот миг и жадно. — Занимательное чтиво и очень. Можем потом вместе пообсуждать, если хочешь. Договорив, Поттер выровнялся и неспеша, как и всегда, зашагал в сторону выхода. Остановившись в проёме, повернулся и сказал то, что заставило Ариану сделать медленный глубокий вдох, но та даже не взглянула на Альбуса. Дверь за ним закрылась, а её глаза уже бегали по строчкам раздела книги. Той самой, которую не решилась открывать целые два дня. Потому что боялась прочесть там праду. Именно этот раздел она и искала, но некоторые куски текста почти убивали. Заставляли чаще дышать, нервничать, кусать губы, а порой качать головой, отрицая. Не зря боялась. Она так давно убедила себя... Держала дистанцию и делала всё на свете, чтобы и он. А теперь что? Как бы не старалась забыть, но сказанное им уже отпечаталось в закромах разума. — Это совсем не похоже на то, что пытаешься доказать мне и самой себе, — совершенно серьёзно сказал он парой минут ранее. — Я тебе больше не верю, Ари, можешь больше не притворяться.

***

Урок закончился, и шестиклассники шумной волной вылились из кабинета зельеварения в прохладный коридор подземелий. Голоса сливались в общий гул, шаги эхом отдавались от каменных стен. Лили шла чуть позади подруг, почти не вслушиваясь в разговор. Несколько длинных прядей выбились из наскоро сплетённого узелка на затылке и мягко касались лица. Она выглядела как обычно — аккуратная, живая, но в её движениях появилась едва заметная тяжесть. Скорпиус заметил это ещё несколько дней назад: тени под глазами, рассеянный взгляд, будто её тело испытывает недостаток сна и потерю аппетита. Ей вдруг показалось, что её окликнули. Скорпиус Малфой стоял у стены. Красивый, выпрямленный, как всегда спокойный и с присущей ему хитрецой. Словно он что-то задумал, но вот что именно Лили и понятия не имела. Но точно да, очень сомневалась, что сам принц Слизерина хочет поболтать о погоде. Поймав её взгляд, он коротко кивнул, подзывая. Это было странно, он редко звал её вот так — отдельно, без всякого повода, да ещё и после урока, когда вокруг столько людей. Было очевидным, что намеренно пришёл по её душу и ждал. Лили нахмурилась, но всё же шагнула. — Ты куда? — этот голос она хорошо знала. Саламандер, увидев дальше по коридору высокую ровную фигуру, нахмурился. — Тебя подождать? — даже насторожился пуффендуец. Ранее Малфой не страдал таким желанием уединится и поболтать с милашкой Поттер. Зачастую если и оказывался рядом, то в компании Альбуса. Сейчас его здесь совсем не наблюдалось. Шестикурснику оставалось надеяться, что они там будут обсуждать новый график дежурств для старост. — Нет, Лисандер, не нужно, — мягко ответила Лили. — Увидимся позже. Уходя, паренёк ещё пару раз обернулся пока Поттер не подошла ближе к довольному с виду слизеринцу. Ещё бы ему не быть, ведь уводил собеседницу у симпатяги Саламандера и прямо из-под его носа. В её взгляде читалось лёгкое недоумение. Скорпиус невольно задержал на ней взгляд. Вблизи усталость читалась ещё яснее — в лёгкой бледности, в том, как она моргала чуть медленнее обычного. Картинка не радовала и он слегка нахмурился. И снова кивнул, будто приглашая идти следом. Лили, не до конца понимая, зачем, всё-таки пошла. Даже не стала пока ничего спрашивать. Пройдя в самый конец тёмного каменного коридора, который то и дело петлял, они ещё раз свернули. На своём веку Поттер была тут раз или два, не больше. Пара старых кабинетов, бывших хранилищ и темница, освещённая дотлевающим факелом, остались в другой стороне, а они шагнули в неглубокий тупиковый изгиб. Но тут не было ничего кроме побитого временем и молью гобелена. Тяжелого на вид, очень старого и запыленного — не похожего на те, что весят в других частях замка. Оглядевшись, убедившись что кроме них тут никого нету, Малфой выудил из кармана свою палочку. — Только не говори мне, что за ним что-то есть, — догадалась Лили, но выглядела удивлённо. И действительно было. Старая дверь из толстых прочных досок показалась как только полотно взмыло вверх. Небольшая, с тремя замочными скважинами, она была будто утоплена в стене и над высокой ступенью из каменной кладки. Гобелен не доставал до пола и со стороны казалось, что за ним всего-то глухая стена. Ещё один взмах палочкой, тонкий скрип старых петель и перед глазами появилась абсолютная темнота какого-то помещения. Указав туда рукой, школьный староста пропускал девушку вперёд. Ещё раз глянул себе за спину, он шагнул следом, положив ей на спину ладонь и легонько подталкивая её. Он снова поднял палочку. В воздухе вспыхнули несколько мягких огоньков. Они отделились и разошлись в стороны, медленно поплыв под потолком. Комнатка оказалась небольшой, почти тесной. С грубыми и неровными каменными стенами. Казалось, что они хранили весь холод замка. В них виднелись старые трещины, потемневшие от времени, будто впитавшие в себя десятки и сотни лет тишины. На одной из стен сохранились вбитые кольца — ржавые, с обрывками цепей, свисающих вниз. Металл тонул в ржавчине, но всё ещё казался тяжёлым. Под ними камень был стёрт, словно кто-то когда-то долго и безуспешно пытался вырваться. Огоньки замерли под потолком, и их свет только сильнее подчёркивал, что это место когда-то служило совсем не для разговоров. — Ого...Ну... Очень атмосферно, — оценила Лили. Рассматривая стены, девушка медленно прокрутилась вокруг себя и поморщила носик. — Я впечатлена, Скорп, если ты именно этого добивался. — Лили обняла себя за плечи и поёжилась. — Если тебе вдруг интересно моё мнение, то тут не очень симпатично и прям... холодно. — Это подземелье, Поттер, — слегка улыбнулся слизеринец. — Здесь либо холодно, либо очень холодно. — Успокоил, — хмыкнула девушка и была очень удивлена, когда стянул свою мантию. Накинул на неё и аккуратно повёл по ткани руками , будто проверяя правильно ли одежда легла на хрупкие плечи. Поблагодарив, даже немного смутилась. Длинная, большая ей мантия ещё хранила тепло своего хозяина и от этого почти сразу сделалось теплее. От ткани тянуло лёгким, чистым запахом — не резким и не приторным, а сдержанным, почти невесомым. Сначала в аромате ощущалась прохлада, будто свежий воздух после дождя, затем — тонкая горечь чего-то древесного, тёплого, чуть сухого. И только потом проступала едва уловимая нота — что-то вроде мяты или полыни, свежей, но не сладкой. Запах не пытался привлечь внимание — он просто был. Спокойный, уверенный, как и сам Скорпиус. Настолько приятный, что Лили немного наклонилась к изумрудно-зелёному вороту, чтобы незаметно, но глубоко вдохнуть. — И что это за место такое? — Такое вот... Интересное. Почти уверен, что о нём никто не знает, — поправлял манжеты своей идеальной рубашки Малфой. — В лучшем случае Кровавый барон. Думаю, дверь давненько завесили и с тех пор не открывали. Мы с Алом нашли год назад и совершенно случайно. Он коротко взмахнул палочкой и кончик вспыхнул ровным, холодным светом. Стало значительно ярче — достаточно, чтобы разглядеть не только голые стены и это сразу сбивало с толку. Посреди холодного камня, ржавых колец и следов старой, неприятной истории... Стоял диван. Мягкий, почти уютный, с чуть продавленными подушками. Рядом — два кресла, такие же удобные, обитые тканью, совершенно неуместные здесь. Они выглядели чужеродно, почти вызывающе — как будто их поместили сюда вопреки самому смыслу этой комнаты. Между ними — прямо по центру — стоял небольшой стол. Чуть потёртый и явно используемый: на нём оставались следы и пустые стаканы. Всё это выглядело не случайным — здесь периодически кто-то бывал. На полу лежал ковёр — тёмный, плотный, приглушающий шаги. Он перекрывал холод земли и камня, делая пространство неожиданно жилым. Настолько, насколько это вообще было возможно в таком месте. В углу стоял узкий одинокий шкаф. Внутри угадывались какие-то свёртки, мелочи, которые обычно бросают где попало. Всё было расставлено небрежно, но с понятной логикой: сюда приходили и не раз. Здесь сидели, что-то прятали, говорили о чём-то. Возможно, спорили, возможно — делились тем, что нельзя было произносить вслух где-то ещё. Иначе какой смысл забираться так глубоко? — Кроме нас с Алом о ней никто не знает. Её даже на карте Мародёров нет, — спокойно сказал Скорпиус. — Значит, идеально подходит для нас. Потому что нам явно будет что скрывать, — будто анонсировал что-то загадочное, пока не известное Лили и вся эта таинственность начала немного напрягать её. Даже много, поскольку сам факт уединения тут с Малфоем, с которым прежде общались просто постольку-поскольку, казался по меньшей мере странным. Длительные разговоры тет-а-тет были чем-то новеньким даже несмотря на то, что они годами были знакомы. Во многом заочно, конечно, благодаря рассказам Альбуса, но и это играло весьма значительную роль. — Быть не может, чтобы не было, — бронзовые брови чуть сошлись, а в глазах мелькнуло неверие. — Карта показывает всё. — Может, — тихо ответил он. — Если в момент создания пергамента уже было наложено нужное заклинание. Кто-то когда-то надёжно спрятал и это место от посторонних глаз. Лили медленно скользнула взглядом. На мгновение её внимание задержалось на цепях, на тёмных пятнах в камне — и она едва заметно передёрнула плечами. Контраст с мягким диваном и ковром ощущался особенно остро. — И не удивительно… — тихо выдохнула Лили. — И как же вам удалось найти её? — По счастливой случайности, — в уголке губ мелькнула тень улыбки — лёгкой и уклончивой. Когда один из огоньков лениво скользнул в сторону, свет зацепился за дальнюю стену. Лили теперь заметила то, что раньше ускользало от взгляда — окно. Оно тоже сюда не вписывалось, но с другой стороны было, наверное, ещё одной пыткой. Словно недосягаемая иллюзия свободы, направленная мучить узника. Девушка медленно подошла ближе. За мутным стеклом темнела вода — тяжёлая, плотная, с редкими отблесками солнечного света. Он сюда практически не добирался. Часть вида перекрывала массивная подводная скала, будто намеренно закрывая всё остальное. — Всегда было интересно: слизеринцы наблюдают за обитателями озера… или они за вами? Лили чуть повернула голову, бросив на него короткий взгляд, и уголок её губ дрогнул. Задумчиво глянув в сторону окна, Скорпиус хмыкнул. — У нас взаимные неловкие переглядки, — ответил он. — Примерно как у гриффиндорцев с птицами. — Есть такое, — она тихо рассмеялась. Карниз её комнаты и шпили башни вечно обседали голуби, вороны или совы. Повисла тишина. В ней Скорпиус посмотрел внимательнее. Всего на секунду, но ему показалось, что её смех понравился больше, чем все их предыдущие разговоры. — Итак, — выдохнув, он начал решительно. Жестом руки приглашал собеседницу занять место на диване, а сам присел в одно из удобных кресел. — Итак? — медленно оседая, кутаясь в обороты ткани, довольно многозначительно интересовалась Лили. Хотелось бы ответов, ведь вопросы уже копились. И не мало. — Знаешь, если ты хотел о чём-то поговорить, — угадывала Поттер, — то мог бы выбрать другое место. Даже если это о том, о чём никто не должен знать. Есть пара полезных заклинаний и их можно было наложить на любую дверь Хогвартса. Лили подняла взгляд. Она будто пыталась рассмотреть сквозь каменный ледяной потолок те этажи замка, что согреты и ярко освещены солнцем. — И я бы сделал так, но ты должна была узнать об этом месте, — легонько ткнул длинным тонким пальцем в темную гладь стола юноша, — именно здесь будет готовиться зелье для Лакруа. А вот эта новость почти порадовала, ведь местечко-то действительно подходящее, если верить тому, что никто о нём действительно не знает. Порадовала, но не надолго. — Неплохо, Малфой, вот только с зельем пока придётся повременить как ты можешь догадываться. Есть небольшие трудности с ингредиентами, — не без укора сказала Лили, откинувшись на мягкую спинку на удивление удобного и чистого дивана и сплетая руки под грудью. — Не очень-то и долго придётся, — довольный от чего-то Скорпиус хитро прищурился. — Думаю, через недельку сможем начать. — Через недельку? — переспросила, ведь не хотелось убедиться, что ей не послышалось, но уже догадалась кое о чём по его улыбке. — Постой-ка... Серьёзно? Вы?.. Но как?! Эмоции Лили были схожи на эмоции подруги, когда та узнала эту же новость от Поттера: смесь удивления и даже восторг. Всегда знала, что её братец со своим другом чуть ли не гении, но чтобы прям так... — Совесть?.. Замучила, — Лили, вспоминая события в старой оранжерее, будто уличила слизеринца в странном порыве исправить ошибку. — Брат твой... Замучил. Точнее его молчаливый внутренний лжец, — веселился Скорп, а Лили поспешила выказать мимикой непонимание. — Неважно, — прикрыв веки, молодой человек качнул головой, но улыбка при этом ещё задержалась на лице. — Это оказалось не совсем просто, но всё-таки да, мы его нашли, — отвлекал её Скорпиус. — Так что несколько дней и мы сможем начать. — Мы? — Да, Лили. Как бы ты не была хороша в зельях, но есть ещё много разного, — повёл бровью Скорп. — Это ведь оно? Достав из нагрудного кармана своей идеально-белой рубашка какой-то сложенный лист, протягивал его собеседнице. — Да, оно, — всего через несколько секунд снова удивлялась находчивости и этих двух. Узнала зелье по списку ингридиентов и сложным формулам почти сразу. — Чаша... — шепнув, догадалась Лили. Очень важная чаша для зелья — она трансформировалась из той самой необычной лилии. Стоило лишь направить на цветок волшебную палочку, и лепестки складывались, превращаясь в аккуратную ёмкость. В неё переливалось зелье, оставалось на несколько часов, а потом возвращалось обратно в котёл. И так каждый день, минимум два превращения в сутки: цветок в чашу, а потом обратно. Выходило не меньше шестидесяти трансформаций — маленький ритуал, который требовал терпения, точности и постоянного контроля. — Именно, чаша, Поттер, — кивнул в ответ Малфой. — Уверена, что тридцать дней подряд сможешь безошибочно трансфигурировать её туда-назад? Если да, тогда.... Малфой не договорил, ведь ответ уже настиг его. Задумчивая, слегка нахмуренная Лили медленно покачивала головой. — Не уверена, — почти шептала она, опустив глаза. К слову, этот вот пункт доселе и казался камнем преткновения. Какой бы отличницей и умницей не была, но по части трансфигурации познания заканчивались на уровне школьной программы. Да и рука могла бы дрогнуть, а вот с Малфоем — совсем другое дело. Скорп был невероятно собран, точен и уверен. Эти качества делали его непревзойдённым во многом. И в трансфигурации в том числе, бесспорно. Лили не раз слышала это от Альбуса и даже порой от профессоров, кода те решали поставить кого-то в пример. И не засомневалась бы, если бы кто-то сказал, что диван под ней был создан им из обычной книги. Иначе как бы он оказался в бывшей, забытой всеми темнице? Удача в виде помощи Малфоя сама приплыла в руки. Осталось только ловить. Отчасти радуясь такому раскладу, Лили отвела взгляд. Снова принялась рассматривать странное помещение, ведь Скорпиус и не думал отворачиваться. Скорее наоборот: он смотрел так, что Лили почти физически ощущала это и почти смущалась. От его глаз — внимательных, глубоких и умных — делалось не по себе. И ещё больше, когда он прищурился. — По-моему, ты уже слишком много на себя берёшь, Поттер, — странно прозвучало. Слова били бы обычными, даже показались бы хамоватыми, возможно, если бы не подача. Он сказал это мягко, чуть ли не искренне волнуясь. До этой минуты Лили и не думала, что умеет так, потому и удивилась. Сейчас ну очень напоминал ей Альбуса, когда тот переживал. — В каком это смысле? — Лили изогнула брови, удивлённо подняв одну. — В том смысле, Лил, что эта магия тебе не принадлежит, — указал он на девушку. — Она истощает тебя и настолько, что это уже начинает бросаться в глаза. Прозорливый и умный, чтоб его, а он между её мыслями уже дотронулся до хрупкой ладони. Лили удивилась этому жесту, но руки почему-то не отдёрнула. Ничего особенного не произошло — разве что пальцы Малфоя были гораздо теплее её собственных, а это было удивительно. Он подсел ближе, скользнул на край кресла, чтобы дотянуться. Действовал теперь по шаблону Поттера и настолько уверенно, что Лили даже не успела понять, стоит ли отпрянуть. Лёгким движением откинул пару ярких локонов ей за плечо и положил руку на гладкую нежную шею. Бледные пальцы легли на кожу, а большой тронул чёткую линию её подбородка. — Ого, — негромко сказал он. Одновременно восторженно и насторожившись. — С ума сойти, — шептал Малфой и ладонь скользнула ещё глубже, пальцы практически зарылись в густые, мягкие и тёплые волосы. Реакция на его аккуратные, почти нежные прикосновения всё-таки была, но без присущего Лакруа зоометаморфоза: под его прикосновением разошлись лишь отголоски магии Арианы. Чешуек на этот раз не было. Золотой свет имитировал водные круги. Очень похоже Ариана ощущала Малфоя во дворе Трансфигурации. Что-то морское, но спокойное, без бури и шторма: стабильное, уверенное и постоянное. Неспешное и сильное. Таким Малфой казался и Лили. Привычные карие глаза засветились в какой-то момент ярко-бирюзовым и голубым, а длинные волосы практически побелели, словно принадлежали какой-то русалке. Он смотрел на неё не отрываясь. Никогда не видел даже приблезительно подобного и это завораживало даже такого искушённого магией, как Скорпиус. Лили, притронувшись на миг к его руке, пару раз моргнула и волшебство ушло — она снова напоминала себя. Со своими привычными глазами и будто тёплыми, огненными локонами. — Чувствуешь что-то необычное? — интересовался слизеринец, но ладонь отнимал до пугающего неспешно. Словно не хотелось. Лили на короткий миг показалось, что он пытается продлить момент, чтобы хорошенько рассмотреть эту магию. — Нет, ничего, — лгала Лили. Его недавнее прикосновение оказалось неожиданно мягким. Подушечки пальцев только что касались кромки волос над шеей, почти невесомо скользнули чуть в сторону, но от этого только сильнее ощущались. Тепло от его руки разлилось мгновенно, тонкой волной, будто кожа вдруг стала слишком чувствительной к каждому движению. — Это... Не совсем нормально. Как часто она делает это? — кивнул он на магию внутри Лили. — Часто уже она вынуждена делиться? Лили удивилась тому, что Малфой догадывается и объяснила, что сила Ари уже растёт. А после начала подсчёт: — В первую учебную неделю хватило одного раза. Теперь бывает дважды. — Чёрт, уже часто. Слишком, а дальше будет больше, — в серебристых глазах читалась настороженность. — Всё со мной в порядке, — оправдывалась Лили, ловя взгляд, в котором теперь виделся упрёк. Вероятно, в предыдущие дни чувствовала себя хуже, чем сегодня. Он замечал, как на прошлой неделе она сидела с сонным видом над тарелкой за обедом, а Лакруа всё время кривила симпатичную мордашку. Теперь понятно, что от переживания за подругу и чувства вины. — Не очень, Поттер, — хмурился Скорп. — Но если и да, то это пока, — размышлял он, — а вот с ней... Теперь даже не знаю. Лили свела бровки, слегка нахмурилась и совершенно не догадывалась, к чему он клонит. — Не знаешь про Альбуса? — удивился Малфой, и в его тоне слышалось настоящее изумление. Он был почему-то уверен, что Лакруа уже посвятила подругу во все подробности. Кому же, как не Лили? Но Ари, судя по всему, решила похоронить всё это в себе, словно заперла ключом. — В тот вечер в библиотеке... Ал прикоснулся к ней. И, мягко говоря, не без последствий. — Что? Вот же!... Чёрт! — глаза Лили расширились, а пальцы невольно сжали мягкий край дивана. — Ну я же говорила ему, что нельзя! Я… я убью его. — Не спеши убивать брата, крошка Лили, — голос Малфоя был мягким, почти шутливым, но с оттенком лёгкой строгости. — Лучше на досуге расспроси подругу, если тебе вдруг интересно чем всё закончилось. Он скользнул взглядом по её лицу, оценивая реакцию. В Поттер различался целый спектр эмоций: он злобы до растерянности. А ещё девушка предпринимала попытки разгадать то, что скрывается за намёками Скорпа. — А ваши подруги?.. Софи и Карма? — меняя тему, осторожно спросил он и слегка наклонился ближе. — Они тоже?.. — Они не подходят, — Лили слегка опустила плечи и бросила быстрый взгляд на руки. — Магия словно не приживается в них и Ари не становится легче. — Почему? — Малфой нахмурился, и даже в его уверенной позе проглядывала лёгкая тревога. — Не знаю. Может из-за того, что мы с ней ближе, я ей как сестра, — принялась гадать Поттер. — Или я ей просто случайно подхожу. Или между нами есть какое-то сходство, связь, что-то важное. Эмоциями или... Вот как связь кровными узами для некоторых заклинаний, — наводила она пример. — Кровными, говоришь?.. — Малфой нахмурился, взгляд его скользнул по Лили, словно проверяя, сколько в этих словах истины, а сколько — шутка или случайная мысль. — Что-то вроде, а что? — Лили подняла на него глаза, внимательно всматриваясь в красивое задумчивое лицо. — Ничего. Просто есть тут ещё один… обладатель той же крови. — Он сцепил ладони в замки и наклонился чуть вперёд. Размышлял вслух, но скорее про между прочим. — Но это невозможно, — чуть не посмеивалась от нелепости его намёка Лили и опустила взгляд на ладони. — Сам знаешь, что они не ладят и это мягко говоря. Если мои прикосновения её успокаивают, то Альбуса точно наоборот. — О, ещё как наоборот, — соглашался юноша, закивав головой. — Но всё-таки есть парочка интересных «но», — улыбался от чего-то Скорпиус. И совершенно загадочно. — Навряд ли тут дело в крови, сама понимаешь, тут скорее другое. Поттер знала эту его улыбку и обычно за ней стояло что-то весьма многозначительное. Скорпиус окончательно заинтриговал. Медленно приподнялся с дивана и прошёлся по комнате, будто собираясь с мыслями. На мгновение замер, явно раздумывая, стоит ли вообще это говорить. Но всё же выпрямился, сунул руки в карманы и чуть дёрнул подбородком, решившись. — Знаешь, какое обличие магия Лакруа выбрала для Ала? Лили качнула головой. Даже и не догадывалась, конечно. — Саламандра, Лил. Представляешь? — он чуть прищурился. — Это, конечно, ещё не точно… но многое сходится. Я бы сказал, что сомнений почти нет. — И на этот раз это были не просто отголоски или следы под кожей. — Саламандра? — переспросила девушка. Она нахмурилась, и её взгляд словно забегал по пространству перед собой — быстро, растерянно. Мысли лихорадочно цеплялись одна за другую, вспоминая, сопоставляя. — Что знаешь о них? — тихо спросил Скорпиус. — Немного… — медленно кивнула она. — Но всё же знаю. Про их природу, и в общих чертах… и… Лили оживилась. Будто вспомнила о чём-то важном и уже доставала из набитой книгами сумки нужный учебник. Быстро перелистывала, нашла нужный ей раздел и принялась читать. Так же внимательно, как это недавно делала Ариана.

Саламандры

Саламандры — редкий вид огненных магических существ, обитающих в устойчивых источниках тепла: от природных вулканических разломов до искусственно поддерживаемого магического пламени. Их жизненная сила напрямую связана с огненной стихией, а поведение отличается рядом уникальных особенностей, до сих пор вызывающих интерес у магозоологов. Особого внимания заслуживает их эмоционально-магическая привязка. В отличие от большинства существ, саламандры демонстрируют выраженную склонность к однократному выбору партнёра, который, как правило, сохраняется на протяжении всей их жизни. Момент этого выбора сопровождается заметной реакцией: — усилением внутреннего свечения внутри тела(проявляется огненными жилами, которые явно видны на фоне их белоснежного окраса). — изменением окраса в сторону золотисто-огненных оттенков. — кратковременным, но устойчивым выбросом тепловой энергии. Некоторые исследователи отмечают, что подобная реакция может быть спровоцирована не только физическим присутствием выбранного объекта, но и сильным эмоциональным откликом на него. Интересно, что после формирования такой связи саламандра становится значительно более чувствительной к прикосновениям: контакт с «чужими» может вызывать нестабильные реакции, тогда как взаимодействие с выбранным объектом, напротив, усиливает её магическую устойчивость. Попытки игнорировать или подавить сформировавшуюся привязку, как правило, приводят к дестабилизации: наблюдаются неконтролируемые изменения цвета, температуры и поведения. Таким образом, саламандры представляют собой яркий пример существ, для которых магия, эмоции и привязанность неразделимы. Предоставленная самой себе, саламандра может прожить до шести часов вне своего огня. Однако саламандра мгновенно погибнет, как только её очаг погаснет. — Постой-ка... Это же значит... О, Мерлин... Скорпиус тут же кивнул, даже слегка прикусил край губы — так, будто она пришла ровно к тому, к чему он и вёл. — Да быть такого не может! — Похоже, может, — спокойно отозвался он, а Лили прям застыла. — Но это же... Нет...— еле слышимо бормотала Поттер. — И что теперь?.. — вопрос прозвучал не сразу — сначала она пыталась осмыслить. В голове не укладывалось. Ариана… и ненавистный ей Альбус?.. Как? Нет, исключено, конечно. — Это магия виновата, — почти упрямо бросила она, будто цепляясь за последнюю логичную версию, но Скорпиус едва заметно покачал головой. — Эмоции и чувства принадлежат метаморфу в первую очередь. Магия их только усиливает, а не порождает. — То есть… — Похоже, что да, — выразительно сомкнул губы Скорпиус, подтверждая её невысказанную мысль. — Это значит лишь то, что многолетняя ложь Лакруа дала впечатляющую трещину благодаря безрассудству твоего братца, — слишком уж весело говорил он. — Можешь себе представить? Лили веселья не разделяла, она ещё была в шоке. Абсолютном. Она-то свято верила, что Ариана искренне не терпит Альбуса. Лакруа была очень... Очень убедительна все эти годы. Настолько, что сама давно уверовала в свою же ложь. — Ари никогда этого не признает, можешь не сомневаться, — нервно посмеиваясь, заверила его Лили. И была права, кстати, ведь Лакруа после последнего разговора с Поттером доблестно игнорировала его и всеми силами избегала. Даже не смотрела в сторону горстки слизеринцев и обходила их десятой дорогой. И жутко нервничала всякий раз, ощущая на себе уже смелые взгляды. И не только это: стоило Поттеру оказаться где-то неподалёку, как внутри тут же появлялось уже знакомое ощущение тепла. Подконтрольное и на удивление уютное пока, но всё равно пугающее. — Не будем пока спешить с выводами, но если всё действительно так… — Он помедлил, будто прокручивая что-то в голове. Мысль оборвалась, и почти сразу родилась новая: — Итак. Сейчас нам нужно другое, нам надо как-то переключить её магию на кого-то кроме тебя. — Нам? — снова удивлялась Поттер. Их связка в силу обстоятельств будто становилась теснее с каждой фразой и решением, и это, несомненно, волновало. На фоне их посредственных доселе отношений так тем более. — Да, Поттер, нам, — уверенно заключил Скорпиус. А для пущего эффекта поочерёдно указывал на обоих пальцем. — А ещё нам нужно так сказать поддерживать то, о чём Лакруа ещё сама толком не догадывается, — снова акцентировал он. На новом, совершенно неожиданном союзе вроде как единомышленников. — Точнее отрицает. Лили была так шокирована всем и сразу, что опять слабо понимала полноту картины. — Эта её связь с Альбусом... — принялся объяснять Малфой. — Если она уже есть, то точно никуда не денется. И магии нужна будет подпитка. Догадываешься какая именно? — Саламандре всегда нужен её очаг? — бормотала Лили. — Именно, — щёлкнул он пальцами. Не сомневался, что умница Поттер догадалась. — Значит, они должны будут иногда быть рядом? — чуть ли не волновалась Поттер. Уже представила как это будет и картинка из головы не радовала. — В некоторой степени. Чтобы так сказать поддерживать или удерживать это «пламя», иначе... — Иначе могут быть непредсказуемые последствия или... Или она долго не протянет, — теперь уже совершенно точно волновалась за подругу гриффиндорка. Ещё больше убивало то, что Лакруа костьми ляжет, но не даст подобному случиться. Уже сейчас со всех сил избегает Ала и убеждена, что правильно делает. Да и Альбус вроде как не сильно стремиться быть ближе к той, что постоянно пытается вывести его из себя. Лили именно так и думала. — И что же нам делать? Гриффиндорка резко подняла на него глаза, а Скорп чуть повёл плечом. — По-моему, всё очевидно. Осталось понять, как им теперь… Пересекаться, — невозмутимо закончил он. — О, Боже! Ал будет в шоке, — всполошилась девушка, поднеся ладони к лицу, — А Ари — в ещё большем. — Это ты так думаешь, — непринуждённо отозвался Скорпиус. Чуть не посмеивался от шоковых реакций младшенькой Поттер, но наблюдал за красивой девчонкой чуть ли не с удовольствием. Эмоции на её лице в какой-то момент полностью завладели вниманием старшекурсника. — Готов спорить, эта парочка нас ещё удивит. — Они уже удивляют, — резко сказала Лили и провела рукой по волосам, отправляя длинные локоны к затылку. — Получается… Ари нечаянно связана… с тем, кого в реальности готова почти что испепелить. В голосе мелькнула тревога — теперь уже за брата. — Ты всё прослушала, Поттер, — Скорпиус мягко улыбался, закрывал глаза. Так и понял, что Лили настолько не верится, что и она готова отрицать очевидное. — Сомневаюсь, что нечаянно. И Лакруа совсем не хочет его испепелить. Да и уже не сможет скорее всего. Думаю, что подобное уже не повторится, это была одноразовая акция, как мне кажется. Момент становления связи, — он легко, почти небрежно махнул рукой на книгу в руках Лили. — Думаешь? — выдохнула Поттер, но если верить написанному в учебнике, то всё было так, как говорит Малфой. — Хочет или нет, но Ари никогда... Она умрёт, но не признает того, что Альбус ей... Охо... Небезразличен получается? И сама не верила до конца в озвученное, но пазл как-то уж сильно упрямо складывался в голове. — Посмотрим, — спокойно пожал плечами Скорпиус. — Альбус и сам разберётся, думаю, нам только осталось слегка посодействовать. Он чуть усмехнулся уголком губ: — Он далеко не дурак, сама знаешь. Сам себе лжец — да, бесспорно, но точно не дурак. Тут вот они с Лакруа очень похожи. Ну так что, Поттер? Согласна? Посодействовать... Лили не на шутку задумалась. Что ей оставалось? Как будто бедной Ариане было мало проблем с её не до конца подконтрольной магией, а теперь ещё и это всё. Поттер смотрела в его глаза почти вечность, кажется, перед тем, как озвучить: — Согласна, конечно. Она сказала тихо, но в голосе прозвучало куда больше решимости, чем ожидала. Теперь их связывала общая тайна. Мысль об этом почему-то цепляла сильнее, чем ожидала. И не только это: впереди было ещё зелье, работа бок о бок и совместная ложь во благо. История с Альбусом и Арианой тянула их в одну сторону. Лили чуть помедлила, прежде чем снять его мантию с плеч. Она аккуратно стянула её, провела ладонью по складке, словно разглаживая, и только потом отдала. — Спасибо, — тихо сказала она и бережно поправила ткань у воротника его рубашки, как только одежда легла на широкие плечи хозяина. Тепло, которое отдал ей, теперь возвращалось обратно. Лили украдкой взглянула на спокойные, собранные черты, на уверенность, которая чётко читалась в нём без слов. Слишком легко, слишком естественно он вписывался в эту их новую, неожиданную связку. Настолько, что Лили робко улыбнулась ему. — Ну что ж, — негромко произнёс Скорп, убирая руки в карманы и на секунду задерживая на ней внимательный взгляд, — значит, начнём спасать твою подругу от неприятностей. Всё это точно казалось странным: и тайна Ари и поступок Альбуса, повлёкший последствия. И их совместные решения, но Лили, глядя на Скорпиуса Малфоя, всё же искренне улыбнулась. Что-то в его виде действительно давало надежду на хороший исход.