Красота твоих шрамов

      — А-Сянь, тебе надоело тренироваться? — поинтересовалась Цзян Яньли, входя в одну из самых больших беседок, которую часто использовала главная семья Цзян.       Там, полулежа на боку, с курительной трубкой у губ и с полуприкрытыми глазами отдыхал Вэй У Сянь. Верхняя часть его мантии была распахнута, открывая вид на красивую крепкую грудь с клеймом в виде знака солнца на левой стороне. Вид был настолько хорош, что, увидь его сейчас кто-нибудь посторонний, даже его шрам на лице вряд ли остановил бы от созерцания представленной картины.       Приоткрыв один глаз, Вэй У Сянь лениво потянулся и выпустил из соблазнительных алых губ струю ароматного дыма, улыбнувшись.       — Даже мне иногда нужно отдыхать, — промурлыкал он, — к тому же, я слышал, что сегодня на Пристань Лотоса прибывают Два Нефрита ордена Гусу Лань. Если не ошибаюсь, младшему из них сейчас сорок, а старшему сорок шесть, и они до сих пор не женаты? У нас разница в тринадцать и девятнадцать лет. Как думаешь, у меня есть шанс? Если их, конечно, не отпугнет мое лицо.       После этого он весело рассмеялся и вновь припал губами к трубке, делая глубокую затяжку.       — А, я еще забыл, что им может не понравиться наличие ребенка у предполагаемого жениха. Ах-ах, как прискорбно. Похоже, что у меня совершенно нет шанса!       — Прекрати баловаться, а-Сянь, — сказала Цзян Яньли, присаживаясь на меньшую кушетку, сбоку от брата, — уверяю тебя, если ты предстанешь перед ними в том же виде, что сейчас передо мной, они соблазнятся, даже если действительно будут монахами. Прямо сейчас ты представляешь из себя первородный грех.       — Думаешь?       — Уверена, — кивнула женщина. — Сколько мне еще тебе это повторять? Что бы кто ни говорил — шрам не портит тебя. Он стал твоей изюминкой, а не уродством.       — Уверен, другие с тобой не согласятся, — хмыкнул Вэй У Сянь, беря в рот загубник и затягиваясь.       — Тебе уже двадцать семь, но ты все еще такой глупый, Сянь-Сянь. Может, я ошиблась с твоим реальным возрастом? Возможно, тебе все еще три?       Вэй У Сянь вновь весело расхохотался, откинув голову назад и тем самым открывая вид на соблазнительную, длинную шею. Послышалось приглушенное покашливание. Вэй У Сянь и Цзян Яньли сразу повернулись в ту сторону, откуда раздался звук, и увидели двух мужчин в белом, с повязанными на головах налобными лентами с облаками, а рядом с ними были Цзян Фэнмянь и Юй Цзыюань. Последняя качала головой, прикрывая лицо ладонью.       Умиротворенно улыбнувшись и подходя к третьей, незанятой кушетке, Цзян Фэнмянь произнес:       — Позвольте представить — это наша старшая дочь, Цзян Яньли, и приемный сын, Вэй У Сянь, — уже устроившись на кушетке, Цзян Фэнмянь указал рукой на братьев Лань и сказал: — А это — глава ордена Гусу Лань, Лань Сичэнь, и его младший брат, Лань Ванцзи.       Вэй У Сянь, даже не думая вставать или как-то иначе менять свою позу, только кивнул гостям и немного подвинулся ближе к перилам, освобождая место для сестры, чтобы та пересела к нему и освободила кушетку для братьев Лань.       Цзян Яньли же, вставая, поклонилась двум мужчинам как следует, после чего пересела на кушетку к брату.       Юй Цзыюань только закатила глаза на поведение приемного сына и опустилась на кушетку рядом с мужем. Лани сели напротив них.       Подперев голову свободной рукой, Вэй У Сянь прошелся по всем нечитаемым взглядом и вздохнул:       — Вот и накрылся мой выходной.       Цзян Яньли рядом с ним тихо прыснула в рукав.       — Вэй У Сянь, постыдись хотя бы при гостях, — шикнула на него Юй Цзыюань.       — А зачем? Уважаемые гости уже, наверняка, прекрасно знакомы с моей личностью по слухам. Так зачем мне что-то непонятное из себя корчить? Лучше пусть видят меня как есть.       Один из Нефритов, видимо старший, миролюбиво улыбнулся и сказал:       — В нашем ордене запрещены слухи, но да, кое-что нам доводилось слышать, и уверяю вас, в основном только хорошее.       — Ага, в основном, — хмыкнул Вэй У Сянь, переводя взгляд на красивую гладь лотосового озера, покрытого множеством едва распустившихся цветов.       — Простите его, он у нас немного скептик, — весело сказала Цзян Яньли и ткнула брата пальцем в бок, отчего тот вздрогнул и обиженно посмотрел на нее.       Фыркнув, Вэй У Сянь вновь прошелся взглядом по гостям, чуть прикусывая загубник курительной трубки и делая очередную затяжку.       — Так что привело столь почетных господ в наш орден?       Ответил ему Цзян Фэнмянь, одновременно с этим взмахивая рукой в сторону подошедших к беседке служанок, чтобы они поставили на стол принесенный чай и закуски.       — Господа Лань просили нашей помощи в крупной ночной охоте, что будет проходить на границе между нашими землями. Большинство их адептов сейчас заняты, и они посчитали, что попросить у нас помощи будет хорошей идеей. Мы как раз планировали позвать тебя и поинтересоваться, как ты смотришь на то, чтобы поучаствовать в ней. Если только ты уже успел отдохнуть.       — А-а-а, ночная охота, значит… — задумчиво протянул он, вытряхивая пепел из трубки в воду за перилами беседки и доставая небольшую шкатулку с табаком из бездонного рукава, — Ну, почему бы и нет? Я могу взять с собой несколько старших адептов. Жаль, конечно, что не а-Чэна, но он ближайшие недели две будет сильно занят, так что ему будет не до ночных охот. Но свободные адепты у нас есть, поэтому не вижу причин отказывать.       Забив в трубку новую порцию табака, Вэй У Сянь создал небольшую искру пламени щелчком пальцев — хоть что-то досталось ему от Вэней после беременности, помимо самого ребенка, — подкуривая табак, и, сделав большую затяжку, чтобы раскурить его сильнее, после чего с еще большим наслаждением откинулся на мягкие подушки, в изобилии лежащие на кушетке.       — Так, когда, говорите, охота планируется? — спросил он, переводя взгляд на гостей.       Ответил вновь старший — как его там звали? Лань Сичэнь, кажется.       — Охота планируется через два дня. С нами будет пятеро младших адептов. К сожалению, другие сейчас сильно заняты, поэтому мы и обратились к вам.       — О, да без проблем вообще, — кивнул Вэй У Сянь, — тогда встретимся через два дня в таверне «Огненная лиса». Она как раз стоит на границе между Гусу и Юньмэном. Хорошая, кстати таверна. Там и номер на ночь снять можно, и обслуживание по высшему разряду. А еще там подают просто потрясающее вино. «Улыбка императора», кажется?       — Ах, а-Ин, пожалуйста, только не пей слишком много, — пробормотал Цзян Фэнмянь.       — Что вы, Цзян-шушу! Я ответственный отец, как же можно?!       — Ага, скажи это тому гулю, которого ты напоил лотосовым вином, сказав, что тебе не хватало компании, — фыркнула Юй Цзыюань и скрестила руки на груди.       — Ну вот, тетушка, теперь наши гости подумают обо мне плохо, — проныл Вэй У Сянь, буквально растекаясь на подушках. Одна его нога была согнута в колене, и из-под мантии соблазнительно выглядывала часть оголенной ноги, что говорило о том, что на нем не было нижних штанов, — Ну, а если серьезно, то я могу напиться после ночной охоты, но никак не до. Да и а-Яну не впервой видеть меня слегка подвыпившим. Уж вам ли не знать, что я могу выпить весь ваш запас вин и при этом быть ни в одном глазу, если мне нужно. Я сам допускаю опьянение, а иначе пить просто неинтересно. Ну, а что вы, господа Лань? Я слышал, что у вас в ордене существует запрет на алкоголь. Как же так?       — Толерантность. Низкая, — с остановкой произнес младший Нефрит, Лань Ванцзи, и Вэй У Сянь прошелся по нему внимательным взглядом, довольно прищурив лисьи глаза.       — Ох, ну как же так… Обидно. Такой радости в жизни лишены, — притворно покачал он головой, — И все же… было бы крайне интересно увидеть кого-то столь стойкого, как вы, опьяненными, — соблазнительно протянул Вэй У Сянь.       — Усянь! — воскликнула Юй Цзыюань, и он вновь расхохотался.       Уже многим позже, когда наступила ночь и Вэй У Сянь с Цзян Яньли уединились в малой и более уединенной беседке, с лишь одной, но довольно широкой кушеткой, набитой перьями и обтянутой шелком, с множеством подушек и газовыми занавесками, они разговорились об их сегодняшних гостях.       — Ну, как, а-Сянь? Помнится, ты ранее интересовался господами Нефритами. И каковы твои впечатления? — спросила молодая женщина, опершись локтем на перила беседки, располагающейся над проточной водой, и подперев голову ладонью.       — Младший, гуй побери, неистово горяч. Если бы представился шанс, с радостью затащил бы в постель, а если бы был хорош, то и далеко не на один раз. Говорю тебе — там внутри таится дикий зверь. Я буквально видел, как в его глазах бушует пламя, — промурлыкал он, — а старший подобен тихой заводи. Но это только с виду. Такой, как он, не теряя улыбки на лице, спокойно наденет на тебя ошейник и посадит на цепь. Они оба настолько восхитительны, что я даже не знаю, кого бы хотел больше. Ах, хотелось бы увидеть, что там у них в штанах…       — Ах, а-Сянь, каков бесстыдник! — весело хохотнула в рукав Цзян Яньли, — Но я не могу с тобой не согласиться. Оба господа Лань выглядят весьма и весьма роскошно, хотя им я бы предпочла главу Не. Ты видел его тело? А его руки? Уверена, я могла бы сидеть на них весь день, и он бы не устал. Просто мечта, а не мужчина. На его фоне Цзинь Цзысюань, со своим высокомерием и неспособностью нормально изъясняться, выглядит серым и посредственным, даже несмотря на свое красивое лицо. Полагаю, я довольна тем, что мы так и не поженились. Теперь есть шанс попытать счастье с другим. Тем более что Цзысюань всегда больше смотрел на тебя, чем на меня. И твой шрам его совершенно не остановил.       Вэй У Сянь поморщился в ответ на ее слова.       — Пожалуйста, не дави на больное. Этот тип совершенно не в моем вкусе. Да и нет у меня желания родниться с Цзинь Гуаншанем. Я же могу не удержаться и притопить его где-нибудь случайно. Потом еще с межклановым конфликтом разбираться. Оно мне надо? Вот, будь павлин хоть немного похож на Лань Ванцзи, тогда игра бы стоила свеч, а так, я скорее на Вэнь Жоханя залезу, благо, тот для своего возраста выглядит весьма горячим, нежели соглашусь иметь хоть какие-то отношения с павлином. Пусть кого другого себе в предметы обожания поищет.       Цзян Яньли хитро посмотрела на Вэй У Сяня и по обыкновению ткнула его пальцем в бок, отчего тот вздрогнул и дернулся в сторону.       — И все же, а если бы Лань Ванцзи или Лань Сичэнь сделали тебе предложение, ты бы принял его?       — Ну… зависит от того, насколько мы подходим друг другу в постели. Да и вообще, подходим ли друг другу в принципе, что я и собираюсь узнать. И если да… никуда они от меня не денутся. Все же я не нецелованный цветочек, своего добиваться умею. Чай не зря свои течки не в одиночестве провожу, даже несмотря на шрам.       — Ну вот, видишь, ты все же признаешь, что шрам отнюдь не поставил крест на твоей личной жизни. Лишь по привычке вредничаешь.       Вэй У Сянь искоса кинул на сестру взгляд и ухмыльнулся, ткнув ее в бок в ответ, отчего та расхохоталась. Чего они не заметили, так это пары глаз, наблюдающих за ними из темноты.

***

      Прибыв в таверну «Огненная лиса», адепты ордена Гусу Лань, возглавляемые Вторым Нефритом и главой, сразу направились к хозяину таверны, чтобы снять для себя комнаты и заказать обед.       Вэй У Сянь и трое старших адептов, сопровождающих его, уже ждали их, с наслаждением поглощая обед. Им пришлось выдвинуться из Пристани Лотоса рано и без завтрака, а потому по прибытии в назначенное место они были крайне голодны и единственное чего не было на их столе — это вина.       Когда адепты клана Гусу Лань сели за соседний с ними стол, они вежливо поприветствовали юньмэновцев, и загодя заметивший их Вэй У Сянь приветливо махнул им рукой. Он уже поел и теперь, с разрешения хозяина таверны, довольно раскуривал трубку. Однако, когда он увидел следующих, кто вошел в таверну, его лицо исказилось в раздраженной гримасе, от чего Лань Ванцзи и Лань Сичэнь, возглавлявшие группу адептов клана Лань, обернулись назад, чтобы посмотреть, кто вызвал недовольство Вэй У Сяня.       У дверей таверны собралась шумная группа адептов ордена Ланьлин Цзинь, возглавляемые Цзинь Цзысюанем и его кузеном, Цзинь Цзысюнем. И если бы можно было по щелчку пальцев телепортироваться куда-нибудь сию же секунду, Вэй У Сяня уже бы здесь не было. К сожалению, подобного способа быстрого перемещения он еще не изобрел, — но непременно этим займется, — а потому просто отвернулся в сторону окна и подпер голову рукой, предпочитая прикинуться чайником.       К сожалению, его уже заметили, и наследник Цзинь свернул в его сторону.       Подойдя к столу, он слегка покашлял, привлекая внимание, и Вэй У Сянь недовольно повернулся к нему. Цзинь Цзысюань поклонился. Нервно дернув уголком губ, Вэй У Сянь был вынужден тоже встать и поклониться, а иначе Юй Цзыюань точно явилась бы ему во сне с нотациями о правилах поведения в приличном обществе. Не то чтобы это приличное общество здесь было.       — Рад видеть вас, господин Вэй. Что вы делаете в этих краях?       — А уж как я рад вас видеть, — смотря куда угодно, но только не на наследника Цзинь, протянул Вэй У Сянь, — Да так, дела у нас здесь. А вы?       — Просто зашли по пути. Мы были в Гусу, и сейчас направляемся в Пристань Лотоса, матушка очень просила навестить госпожу Юй. Нам, случаем, не по пути? Возможно, вы бы захотели продолжить путь вместе?       — Извините, мы бы с радостью, но вероятнее всего нам придется задержаться здесь на несколько дней. Дела, понимаете ли.       — О… возможно, вам нужна помощь? — нахмурившись предложил Цзинь Цзысюань.       — Нет, что вы, в этом нет нужды, мы сами здесь выступаем в качестве поддержки для ордена Гусу Лань. В помощи еще одного ордена нет необходимости. Детишкам нужно учиться справляться со всем самим, — нервно хохотнул Вэй У Сянь, в очередной раз уклоняясь от взгляда Цзинь Цзысюаня.       Да свали же ты уже наконец, придурок!       — Что ж, тогда я оставлю вас, — развернувшись и заметив наконец группу адептов Лань, Цзинь Цзысюань почтительно им поклонился и, еще раз кинув взгляд на уже отвернувшегося от него Вэй У Сяня, ушел к своей группе.       — Да как же достала эта пиявка! Серьезно, сколько можно уже?! — возмущенно, но тихо пробормотал Вэй У Сянь, нервно прикусывая загубник курительной трубки.       Адепты ордена Юньмэн Цзян только понимающе посмеялись и вернулись к трапезе, а Вэй У Сянь, оставив на столе несколько кусочков серебра, встал и быстро скрылся на втором этаже, где располагалась одна из комнат, что они с адептами сняли для себя.       Уже ближе к ночи к нему в дверь постучались, и Вэй У Сянь, давно уже ожидавший этого, выскочил за дверь так, словно все это время караулил прямо за ней. Он знал, что Цзини все еще здесь, и потому желал как можно скорее убраться отсюда, пока те не решили сесть им на хвост в качестве дополнительной поддержки. И тогда ночная охота и все планы Вэй У Сяня на нее пойдут яогуаю под хвост, и тогда Вэй У Сянь точно станет всюду разыскиваемым преступником за убийство.       Спустившись на первый этаж, где его уже ожидали все, кроме позвавшего его адепта, Вэй У Сянь окинул шумный зал взглядом и, заметив лишь парочку адептов Цзинь, — к счастью, не тех, которых он хотел бы видеть меньше всего, — он быстро проскочил между столами и остановился подле главы Лань.       — Приношу извинения за ожидание. Вы уже знаете, на что мы будем охотиться? Я как-то забыл в прошлый раз уточнить этот момент.       По-доброму улыбнувшись, Лань Сичэнь открыл дверь, пропуская его вперед, отчего Вэй У Сянь одарил его широкой улыбкой.       — Мы собираемся вычистить гнездо пауков-яо. Они доставляют некоторое неудобство местным жителям.       — Только неудобство? — вздернул брови Вэй У Сянь, — я вообще удивлен, что они еще не в городе. Скольких людей они уже утащили?       — Лишь трех, и пятерым удалось уйти, пусть и ранеными. Нам следует вычистить гнездо прежде, чем они расплодятся еще сильнее, и избежать ненужных жертв.       Вэй У Сянь окинул старшего нефрита жарким взглядом и ухмыльнулся.       — Значит, вычистим.       Гнездо оказалось большим, пусть и не настолько, чтобы причинить существенный вред городу и его жителям, хотя яиц в гнезде, или точнее, в гнёздах, — их было три, — было просто огромное количество. И если их вид заставил юных адептов Лань спасть с лица, так как в столь крупной охоте им еще участвовать не приходилось, то Вэй У Сянь от вида столь широкого поля для использования его изобретений только широко ухмыльнулся и достал веер талисманов, одновременно с этим разжигая в свободной руке пламя.       — Лю Юйсюань, прикрой мне спину. Чэнь Хэпин, присмотри за юниорами, а ты, Сюй Чуанли, помоги господам Лань, пока я решаю этот небольшой вопрос, — он ненадолго обернулся назад, — и пожалуйста, не нужно щелкать клювом. То, что нас здесь никто не встретил, отнюдь не значит, что не встретят прямо сейчас, когда поймут, что гнездо в опасности. Я вообще, если честно, искренне удивлен, что они не оставили в нем хоть одного паука для охраны кладки. Так что, если всем все понятно — за работу.       И не успел он это сказать, как откуда-то сверху раздался многочисленный клекот. Видимо, их присутствие в гнезде обнаружили.       — Началось.       Стоило только первому пауку опуститься на землю, а следом за ним и еще нескольким, как братья Лань и их адепты вместе ринулись в атаку, на ходу доставая из ножен мечи. И Вэй У Сянь с радостью понаблюдал бы за их сражением, но следовало позаботиться о яйцах до того, как сюда пожалует разгневанная мамочка.       Выбросив руку вперед, Вэй У Сянь прикрепил к стенкам гнезда около полудюжины талисманов, заставляя их засветиться, а затем создал из огня крупную сферу и бросил ее в скопление паучьих яиц, тут же отскакивая назад и взмахом руки закрывая купол, образованный талисманами. Надолго его не хватит, но хотя бы от взрыва убережет. Тем более что внутри купола уже образовался огненный ад.       Честное слово, уже за одну эту способность Вэй У Сянь был готов поцеловать Вэнь Чао в засос, если бы только так не ненавидел его. И именно эта способность, к сведению, совсем недавно убедила Вэнь Жоханя в том, что Вэй У Сянь действительно родил ему внука и что этот самый внук не является посредственностью, а иначе способность точно не передалась бы и Вэй У Сяню. Как оказалось, далеко не каждый Вэнь был способен зажечь пламя, и если кто-то все же мог, это очень ценилось и вызывало уважение. Впрочем, матери, перенявшие от своих детей данную способность, редко были способны полноценно ее развить, так что и по этой причине Вэй У Сянь тоже добился значительного восхищения от главы Вэнь. Того порадовало, что Вэй У Сянь не потратил впустую приобретенную силу, а использует ее с пользой. Вэй У Сянь же считал, что эта сила очень подходит ему по характеру, поэтому и стремился ее развить. Да и разве можно было быть слишком сильным?       Вэй У Сянь уже перебрался в другое гнездо, когда купол над предыдущим раскололся от взрыва. К счастью, большая часть пламени рассеялась до его распада, и наружу вырвалось лишь небольшое его количество. И, исходя из того, что Вэй У Сянь успел увидеть, яйца были полностью уничтожены.       Прежде чем он успел приступить к уничтожению следующего гнезда, на него сверху спрыгнул паук размером с крупную лошадь, заставив Вэй У Сяня отшатнуться назад, выхватывая из ножен меч. Чиркнув им по пальцам и следом проведя ими вдоль по лезвию, Вэй У Сянь рванул вперед, рубящим быстрым движением опуская лезвие вниз, на толстые трубчатые лапы паука, прежде чем тот успел что-то сделать. А следующим взмахом меча он, уклоняясь от выстрелившей в его сторону паутины, распорол пауку брюхо и добил ударом в относительно небольшую голову.       Бросив взгляд по сторонам, Вэй У Сянь заметил, что остальные тоже с успехом справляются со своими задачами, и перестал обращать на них внимание, так же, как и в прошлый раз, выбрасывая в воздух и прикрепляя к стенам полдюжины талисманов и вновь бросая в скопление яиц огненную сферу, а затем уходя и закрывая вслед за собой купол.       На этот раз взрыв раздался раньше, чем в предыдущий. Видимо, из-за того, что яиц в этом гнезде было гораздо больше, чем в прошлом.       Проделав то же самое и с третьим гнездом, Вэй У Сянь выскочил на более ровную поверхность, стряхивая с себя пепел, который в изобилии достался ему после взрыва последнего гнезда, — спасибо хоть ничего не подпалил, — и направился к двум нефритам Лань, которые в этот момент проверяли своих адептов на раны.       — Кажется, это было не так уж и проблемно. Ложная тревога? Думаю, вы вполне могли справиться и без нас, — произнес Вэй У Сянь, заводя руки за голову и с наслаждением потягиваясь.       — Что вы, господин Вэй. Без вас это заняло бы куда больше времени, и мы вполне могли что-нибудь упустить. А благодаря вам вся кладка наверняка была уничтожена. После устроенного вами вряд ли что-то могло уцелеть.       — Ну, что вы…       — Это да, наш Сянь-гэ умеет разрушать. В этом ему нет равных, — шутливо пихнул Вэй У Сяня в бок Чэнь Хэпин, — помню, как он разнес мастерскую нашего кузнеца, когда учился у него. Мы так и не поняли, что он там такого делал, что это привело к взрыву. Но после этого ему еще долго приходилось ходить за господином Шэнем, вымаливая у него прощение и умоляя продолжить его обучать. Тот смилостивился лишь после того, как Сянь-гэ собственноручно установил разработанные лично им защитные чары в отстроенной заново кузнице.       — Эй! Не выдавай так просто столь темные моменты из моего прошлого! Вдруг меня после этого в обитель господ Лань не пустят?!       — Что вы, господин Вэй, вы будете для нас желанным гостем в Облачных Глубинах, тем более, что наш дядя знал ваших родителей в юности и наверняка может вам рассказать что-нибудь такое, чего не знают глава Цзян и его почтенная супруга.       Глаза Вэй У Сяня восторженно распахнулись, а рот приоткрылся в соблазнительном «о».       — Что ж, тогда я непременно посещу Облачные Глубины сразу же, как разберусь со своими делами. Видите ли, мне нужно посетить одни… похороны, но после этого я точно некоторое время буду свободен.       Лань Ванцзи, до этого молчавший, нахмурил брови.       — Похороны? Кто-то умер?       — Ах, полагаю, об этом еще широко не известно… Ну да неважно, скоро все равно узнаете, — он улыбнулся столь лучезарно и жизнерадостно, словно говорил в этот момент о чем-то счастливом, а не о завершении чьей-то жизни, — ну что ж, давайте еще раз пройдемся по территории и посмотрим, не упустили ли мы чего, а потом тщательно обработаем эту местность огнем, чтобы уж точно ничего не ушло. Только постарайтесь сделать это так, чтобы огонь не перекинулся на деревья, а я прослежу.              Позднее, когда они завершили ночную охоту и возвращались в таверну, Вэй У Сянь жизнерадостно скакал от одного адепта Лань к другому, расспрашивая их об учебе или давая советы по использованию тех или иных талисманов. По нему было сразу видно, что он умел преподавать и что ученики его любили: адепты Лань слушали его почти с открытыми ртами, жадно впитывая то, чем он с ними щедро делился, и если бы у них была возможность, то еще и записывали бы.       Как бы братья Нефриты ни смотрели на него, они совершенно не видели в нем ни тени человека, который был бы сломлен или огорчен по поводу своей внешности или изнасилования, произошедшего с ним в прошлом. Это событие совершенно не держалось в секрете, да и не могло, ввиду того что оно произошло на одной из крупных клановых конференций в Цишане. Вэнь Жохань тогда был сильно разгневан и даже прилюдно несколько раз ударил Вэнь Чао дисциплинарным кнутом, а потом запер в его покоях, чтобы тот подумал над своим поведением. Хотя, если бы кто спросил их мнение, это наказание было слишком легким, с учетом пятна на репутации омеги, которое тот оставил.       И все же вот он, Вэй У Сянь, счастливый и довольный, и даже воспитывает ребенка, который зародился в нем после того случая. И пусть он сам временами упоминает собственный шрам, не похоже, чтобы тот действительно его беспокоил. Скорее, это просто вошло у него в привычку.              У входа в таверну они увидели слонявшихся снаружи учеников Цзинь, хотя было еще совсем раннее время суток, и Вэй У Сянь сразу же юркнул за спины братьев Лань, не желая лишний раз светиться перед «врагом».       — Сколько они еще собираются здесь торчать? Уже давно пора было свалить, — пробормотал он и скривился.       — Похоже, что вы в не очень хороших отношениях с представителями ордена Ланьлин Цзинь, — полувопросительно произнес Лань Сичэнь, — хотя сегодня днем их наследник был с вами весьма приветлив.       — Ага, — буркнул Вэй У Сянь, — протискиваясь мимо них в проход, — именно в их наследнике и дело. Я бы предпочел, чтобы он был немного менее приветлив. Тогда бы я хотя бы мог дать ему в морду, а не просто терпеть его неловкий флирт и ухаживания, да жалкие комплименты.       — Но разве он некоторое время назад не был женихом вашей старшей сестры? — непонимающе спросил Лань Сичэнь.       — В том-то и проблема, что был, и при этом постоянно ломал об меня глаза. Я не высокомерный, не подумайте, и даже не самолюбивый, но влюбленный взгляд отличить могу, и его взгляды точно означают не желание со мной подружиться. Он не перестал виться вокруг меня даже после того, как их с шицзе помолвка была расторгнута, а скорее увеличил интенсивность. Постыдился бы хоть. Но нет же, его даже шрам на моем лице не остановил. Надеюсь, однажды поутру мне не сообщат, что от него пришло предложение о браке, а иначе я точно совершу убийство.       — Ммм, — протянул Лань Сичэнь, — тогда кто же в вашем вкусе, господин Вэй? Каких мужчин вы предпочитаете?       Уже поднимаясь вверх по лестнице, планируя доспать оставшееся время ночи, он обернулся, окинул двух Нефритов жарким, почти голодным взглядом и произнес:       — А сами как думаете?