Красота твоих шрамов

      После вопроса Вэй У Сяня на какое-то время повисла тишина, а потом Лань Ванцзи, обойдя брата, целенаправленно направился к омеге, и Лань Сичэнь, тоже, на долго не остался в стороне, тоже двинувшись в их сторону.       Глаза Вэй У Сяня довольно сощурились, а губы растянулись в довольной улыбке, прежде чем он перевел взгляд на заклинателей Цзян, пришедших с ним, и произнес:       — Отдохните и возвращайтесь на Пристань Лотоса первыми. Если обо мне что-то спросят — скажите, что я задержался по своим делам и вернусь немного позднее.       Заклинателям не нужно было уточнять, какие такие дела имеет ввиду Вэй У Сянь. Они не были детьми, да и все на Пристани Лотоса знают, что Вэй У Сянь никогда не упускал своего шанса разделить ложе с понравившимся ему альфой, если у него выпадал такой шанс, и совершенно этого не стыдился. Хотя обычно, за пределами течки, он все же вел себя крайне сдержанно и почти никогда не трогал альф, состоящих с ним в одном ордене, не желая давать кому-то шанс или ложные надежды, чтобы потом их оборвать. Он прибегал к этому только в серьезных случаях, если течка оказывалась настолько тяжелой, что самому ее перенести было крайне сложно, а альфа заранее найден не был. В таком случае, как правило, Юй Цзыюань сама выбирала свободного альфу и отправляла его в дом Вэй У Сяня. Недопониманий после такого, как правило, не было. Юй Цзыюань умела объяснять, чего не стоит ожидать или требовать. Вот и сейчас они прекрасно поняли, почему их отсылают в орден одних.       Проводив Вэй У Сяня и двух альф взглядом, заклинатели Цзян переглянулись и тоже пошли наверх, в свой номер, заранее приготовив талисман тишины, на случай, если омега забудет это сделать. Им совершенно не хотелось слышать подробности чужой личной жизни.       Войдя в снятый альфами номер, Вэй У Сянь огляделся и с удивлением отметил пусть и большую, но лишь одну кровать. Оглянувшись, он вопросительно приподнял бровь.       — Вы спите вместе? — Он прошелся пристальным взглядом по крупным фигурам обоих альф.       — Мгм. Мы привыкли делиться. Дома мы тоже часто спим друг у друга.       — О… делитесь значит, — на губах Вэй У Сяня расплылась предвкушающая улыбка.       Пройдя вглубь комнаты, Вэй У Сянь повернулся к альфам лицом и опустился на их кровать, тут же откидываясь назад на руки.       — Значит и меня с радостью разделите, если попрошу?       — Разделили бы, даже если бы вы не попросили. Всегда надеялись встретить того, кто принял бы нас обоих, — мягко улыбнулся Лань Сичэнь.       В глазах Вэй У Сяня вспыхнула жажда.       Изнасилование на всех влияет по-разному. Кто-то теряет себя и ломается, накладывая на себя руки. Кто-то страдает до конца жизни, не способный полноценно жить. Кто-то строит личную жизнь, но последствия так и продолжают оставаться с ним. А кто-то, как Вэй У Сянь, выбирает путь силы и мести, а помимо этого начинает только сильнее жаждать плотских утех. Вэй У Сянь никогда не считал себя испорченным или грязным после того, что с ним сделали. И он никогда не плакал. Он чувствовал лишь ярость от того, что его взяли против его воли, и жаждал за это отомстить. Его личность исказилась, и от доброго мальчика не осталось почти ничего. Он во всем стал искать выгоду и больше не позволял пользоваться собой. И да, он начал безумно жаждать плотских утех, хотя и старался слишком часто не менять партнеров. Однако найти того, кто мог бы играть на его теле подобно профессиональному музыканту, было крайне сложно. Возможно, ему удастся в этот раз? Он был уверен, что достаточно вынослив, чтобы выдержать двух альф за раз.       — В таком случае сделайте так, чтобы я больше не мог представить себя ни с кем, кроме вас, — тягуче и томно произнес он, немного откидывая голову назад и показывая соблазнительную длинную шею.       — Все, что пожелает Вэй Ин.       Смех Вэй У Сяня сотряс воздух, и он взмахнул рукой, прикрепляя к стенам номера талисманы тишины, не желая, чтобы кто-либо слышал то, что будет дальше.       — Тогда я полностью в ваших руках.       Наблюдать за тем, как два нефрита раздеваются, было просто… ну, это лучшее зрелище, которое Вэй У Сянь видел в своей относительно недолгой жизни. Тела обоих альф представляли из себя произведение искусства, и пусть Вэй У Сянь и так догадывался об этом, но видеть это своими глазами — совершенно другое дело. Он буквально чувствовал, как во рту скапливается слюна от того, как сильно ему хотелось облизать эти тела и насколько сильно хотелось взять их члены в рот. По очереди, разумеется.       Предвкушающе улыбнувшись, он протянул руку вперед, ожидая, когда кто-нибудь из альф возьмет ее. Ожидать долго не пришлось. Лань Ванцзи первый шагнул вперед, переступив через сброшенные на пол штаны, что было для него не в норме вещей. Обычно он всегда был аккуратен и всегда прибирал за собой, но сейчас это казалось такой несущественной мелочью. Бережно приняв протянутую ладонь, он склонился и прижался губами к тонким пальцам, оставляя на них короткий поцелуй, а потом прижимаясь лбом к ладони.       — Позволит ли омега Вэй У Сянь этим альфам доставить ему удовольствие?       В груди Вэй У Сяня клокотал восторженный смех.       — С радостью.       За Лань Ванцзи последовал и Лань Сичэнь, аккуратно толкая брата за спину омеги, а сам становясь перед ним.       — Мы с радостью сделаем все для того, чтобы прекрасный омега Вэй У Сянь больше не захотел никого, кроме нас.       Хихикнув, Вэй У Сянь развел руки в стороны, давая понять, что он полностью в их руках.       — Ну, коли вас совершенно не пугают мои шрамы, я с радостью отдаюсь в ваши руки.       Склонившись к лицу омеги, Лань Сичэнь прошептал:       — Ваши шрамы прекрасны так же, как и вы.       Вэй У Сянь смутился.       Подняв руки, Первый Нефрит аккуратно снял с Вэй У Сяня верхний шелковый халат и, отложив его в сторону, принялся за кожаный пояс. Быстро избавившись и от него, он вместе с братом стянул с омеги оставшуюся одежду. Нижних штанов на омеге по-прежнему не было.       — Господин Вэй, вам доставляет удовольствие быть нагим?       Вэй У Сянь сверкнул глазами.       — А кому какое дело до того, ношу ли я нижние одеяния? Так-то я все-равно одет. Но да, мне приятно, когда меня не сковывает лишняя одежда.       — У Вэй Ина очень красивое тело. Не хотелось бы, чтобы его видел кто-то другой.       Вэй У Сянь бросил взгляд назад.       — Ну так сделайте так, чтобы мне не захотелось показывать его никому другому, — под конец предложения он охнул, когда сильные руки Лань Ванцзи прошлись по его телу и сжали его талию.       Одновременно с братом Лань Сичэнь подался вперед и втянул омегу в тягучий, долгий поцелуй, медленно облизывая его губы и раскрывая языком его рот, чтобы пробраться глубже. Слегка толкнув омегу в грудь, Лань Сичэнь заставил того полностью опереться спиной на грудь его брата и только тогда протолкнул язык ему в рот, пробуя его сладость и одновременно с этим оглаживая руками его совершенно не по-омежьи крепкую, но такую восхитительно красивую грудь. Они оба уже делили ложе с омегами, но все они были слишком нежными и, казалось, сломаются от любого неосторожного движения, не говоря уже о том, чтобы делить одного омегу на двоих. Вэй У Сянь же был другим. Сильный, дикий, необузданный и так ярко жаждущий их обоих, совершенно ничего не боясь и не стыдясь. Он был настолько восхитителен, что они просто не могли сдержаться.       Закинув одну руку на плечо Лань Сичэня, а другую, заведя назад, и обхватывая ею голову Лань Ванцзи, покрывающего его шею и плечи жгучими поцелуями, Вэй У Сянь издал сладкий стон, слегка дернувшись, когда грубоватые от мозолей пальцы прошлись по его соскам, что было просто дико приятно.       Заведя руки за спину омеги, поверх рук брата, оглаживающего точеную талию, Лань Сичэнь провел ладонью по изогнутой спине, чуть царапая ее ногтями.       — Ванцзи, ляг на спину.       Когда Лань Ванцзи послушно опустился на кровать спиной, Лань Сичэнь помог Вэй У Сяню развернуться и сесть на его рельефный живот. Лань Ванцзи на мгновение задержал дыхание, чувствуя мягкость и с удовольствием оглаживая округлые, аппетитные ягодицы омеги. Вэй У Сянь вновь издал тихий, блаженный стон. Ощущение грубых, мозолистых рук на своем теле было просто восхитительным. Его кожа была настолько чувствительной, что от каждого прикосновения он был готов мурлыкать, словно кошка. А Лань Сичэнь, начавший покрывать его спину поцелуями, и вовсе почти сводил его с ума, особенно когда его шершавые пальцы коснулись сначала его влажного лона, а затем и заднего прохода. Что ж, он еще никогда не принимал в себя сразу двух альф, и сегодня проверил, каково это.       Надавив на спину, между лопатками Вэй У Сяня, Лань Сичэнь заставил его прогнуться и опуститься грудью на грудь Лань Ванцзи, подняв бедра в воздух. Осмотрев открывшийся ему восхитительный вид, Лань Сичэнь удовлетворенно вздохнул и что-то промычал, оглаживая грубыми руками роскошные бедра. Омега был просто восхитителен, и Лань Сичэнь мог честно сказать, что никого подобного еще не было в его постели. Видимо, нежные омежьи тела были все-таки не для него. Ему нравилась вот такая красота человека, который сделал все ради силы, натренировавший свое тело до превосходства.       Разведя ладонями аппетитные ягодицы, Лань Сичэнь склонился вперед и коснулся языком сжатого колечка мышц, на пробу лизнув его, а затем легко проведя пальцами по лону, чем заставил Вэй У Сяня вздрогнуть.       — Сегодня мы оба войдем в тебя, но по отдельности. Сомневаюсь, что без должной подготовки твое лоно сможет принять сразу нас двоих. А причинять тебе какой-либо вред, даже незначительный, мы не желаем. К счастью, у тебя есть и другая дырочка, поэтому ты сможешь принять нас двоих так, не заставляя никого ждать.       — Мгм, — согласился с ним Лань Ванцзи и чуть сильнее сжал тонкую талию Вэй У Сяня, — брат подготовит тебя для нас.       Вэй У Сянь ничего не ответил. Только уткнулся лицом в выемку между шеей и плечом альфы, шумно вздохнув, когда колечка мышц вновь коснулся уже более настойчивый язык, а в лоно проникли сразу два пальца, раздвигая горячие и влажные стеночки. Ему было так приятно, что из глаз едва не сыпались искры. Когда ласки стали активнее и настойчивее, язык Лань Сичэня проник внутрь, бедра Вэй У Сяня задрожали от удовольствия, и он тихо застонал, цепляясь пальцами за сильные плечи под ним.       Звуки, издаваемые Вэй У Сянем, просто дико заводили нефритов, и Лань Сичэнь ускорил свои действия, прекрасно видя, насколько сильно налился член брата, да и сам чувствуя не меньшее возбуждение.       От ощущений Вэй У Сянь зажмурился, распахнув рот, отчаянно хватаясь за Лань Ванцзи, и разочарованно застонал, когда Лань Сичэнь от него отстранился.       — Давайте, господин Вэй. Я хочу посмотреть, как вы примете в себя Ванцзи.       Оглянувшись назад, Вэй У Сянь кинул на Лань Сичэня подернутый дымкой удовольствия взгляд и, упираясь дрожащими руками в грудь Лань Ванцзи, выпрямился, приподнимаясь над гордо стоящим членом на коленях. У него и самого член ныл от возбуждения, а во влагалище было невыносимо пусто. Хотелось немедленно заполнить его, что он и сделал, почти не раздумывая, приставив багровую крупную головку к своей влажной дырочке и одним слитным движением опустившись на крупный член почти до половины.       Воздух мгновенно выбило из легких, и он зажмурился, поджав губы. Его тело крупно дрожало — то ли от боли, то ли от мгновенно накрывшего его удовольствия. Можете назвать его шлюхой, если хотите, но он так любит ощущать внутри себя член, а конкретно этот член был так восхитителен, что жить без этого было крайне трудно, пусть он и старался. И что ж, он надеялся, что эти два братца своими членами управлять умеют так же превосходно, как и выглядят.       Протянув руки вперед, Лань Сичэнь обхватил тонкую талию, пока его брат крепко сжимал роскошные бедра, и медленно потянул вниз, заставляя омегу опуститься на член полностью.       — Ах… черт, какой же ты огромный, Лань-эр-гэгэ. Если вы оба войдете, то точно порвете меня, — мучительно простонал Вэй У Сянь, все еще ощущая, как искрит в глазах, а по спине табунами проходят мурашки.       — Сдаетесь, господин Вэй? — промурлыкал Лань Сичэнь.       — Да сейчас, — хрипло выдохнул Вэй У Сянь, постепенно привыкая к размеру вошедшего в него члена. — Я сегодня непременно опробую вас обоих, так что не тяните.       — Ваше желание — закон. Двигайся, Ванцзи.       Лань Ванцзи тут же сделал на пробу первый толчок, выбивая все дыхание из Вэй У Сяня, а потом поудобнее ухватился за его бедра и вновь толкнулся.       — А, черт…       Обхватив голову Вэй У Сяня рукой, Лань Сичэнь повернул его к себе и слизал его стон, укусив за нижнюю губу и втягивая ее в рот. Его пальцы не сильно ущипнули омегу за твердый сосок, из которого выступила влага, что заставило Лань Сичэня ненадолго остановиться, растирая мутную белую жидкость между пальцами.       — Господин Вэй?       — Ммм? — вопросительно простонал Вэй У Сянь, откровенно плохо соображая.       — Разве вашему сыну уже не семь лет? Почему вы выделяете молоко?       — Ах, это… а… у меня после родов никогда не прекраща… ах… лась лактация. Во время секса или течки всегда начинает течь.       — Вот как... интересно, — наклонившись вперед, Лань Сичэнь обхватил влажными губами твердый сосок, проходясь по нему горячим языком, собирая выделяющиеся сладкие капли.       Вэй У Сянь выгнулся так, словно собирался переломиться пополам, особенно когда проворные пальцы Первого Нефрита надавили на колечко мышц и проникли внутрь. Ощущение того, что его медленно разбирали со всех сторон, просто сводило с ума. Внимания не хватало только его члену, но он боялся, что если к нему прикоснутся, то он кончит в ту же секунду.       Отстранившись от соска, Лань Сичэнь несколько раз двинул пальцами в заднем проходе Вэй У Сяня, чуть раздвигая пальцы в стороны, а потом вынул их, чем вызвал недовольный стон омеги.       — Господин Вэй, наклонитесь, пожалуйста. Я собираюсь войти.       Чуть пошевелившись, Вэй У Сянь наклонился вперед, вновь опираясь дрожащими руками на грудь Лань Ванцзи, и с дрожью в спине почувствовал, как в его анус проникает крупная головка члена Лань Сичэня. Альфа особо не церемонился и не медлил, стремительно продвигаясь вперед. Он был чудовищно возбужден, а омега столь прекрасно скакал на члене его брата, что ему и самому уже не терпелось присоединиться. Вэй У Сянь внутри был таким горячим, что, казалось, мог его растопить. Удовольствие было настолько сильным и настолько редко нахлынуло от невероятной жаркой тесноты, что Лань Сичэнь, не сдержавшись, простонал, привалившись к спине омеги и крепко сжав пальцами его тонкую талию. Возбуждение словно пружина сжалось в животе, готовое извергнуться в любой момент.       Немного переждав, он провел ладонями по бокам Вэй У Сяня, а потом сделал пробный толчок, постаравшись попасть в ритм брата. Вэй У Сянь почти взвыл от двойного ощущения вторжения.       — Ах, черт, как вы двое можете быть такими огромными… Я же уже только по одной этой причине не смогу быть ни с кем другим…       — А вам… и не нужно, господин Вэй, — хрипло выдохнул Лань Сичэнь, с трудом двигаясь в жаркой тесноте, смазываемой лишь его предэякулятом,— мы с Ванцзи будем доступны для вас в любой момент. Даже если не вместе, то по отдельности точно.       — Вэй Ину нужно только позвать, — прохрипел Лань Ванцзи, с силой насаживая омегу на себя.       Бедра альф двигались в унисон, с силой и неким требованием проникая в омегу одновременно, словно клеймя его для себя. Вэй У Сянь, обычно весьма активный участник во время секса, сейчас просто повисал в их руках, позволяя делать с собой все, что им заблагорассудится, чувствуя себя невероятно наполненным. С его губ то и дело срывались удовлетворенные стоны. Он так чертовски рад, что не забыл повесить талисманы тишины, иначе их слышала бы вся таверна, настолько удовольствие было крышесносным. Выгнувшись в очередной раз, Вэй У Сянь не выдержал и бурно кончил, туго сжимая члены обоих альф, почти ничего не соображая в дымке собственного удовольствия. Следом за ним кончил и Лань Ванцзи, наполняя омегу своим семенем. Лань Сичэнь держался еще некоторое время, но тоже очень быстро последовал за ними, прижавшись лбом к затылку омеги и тяжело дыша. Перенесенный опыт был приятен во всем.              Уже был вечер, когда они наконец закончили. Вэй У Сянь несколько раз отключался в процессе, а под конец и вовсе уже не был способен шевелить хотя бы пальцем. И все же, он был настолько удовлетворен, что не мог сказать и слова против подобного использования его тела. Ему еще никогда и ни с кем не было так восхитительно хорошо.       — Боюсь, обратно на Пристань Лотоса вам придется нести меня самим. Не уверен, что в ближайшее время мои ноги будут стоять достаточно твердо, чтобы встать на меч, — хрипло пробормотал Вэй У Сянь, лежа головой на голой груди Лань Ванцзи, пока Лань Сичэнь бережно обтирал его тело влажной тряпкой.       — Можете полностью положиться на нас, господин Вэй. Мы о вас позаботимся.       — Может, хватит «господинов»? Мы вроде как разделили одно ложе и вполне неплохо провели в нем время. Думаю, теперь можно было бы перейти и к именам. Вон, Лань Чжань уже перешел.       — Тогда как насчет… а-Ин?       — Прекрасно, — промурлыкал Вэй У Сянь. — А теперь, если вы не против, я посплю, — сказал он, уже засыпая.       У Лань Ванцзи дрогнули губы в мягкой улыбке, когда он коснулся пальцами одной из двух временных меток по обе стороны шеи Вэй У Сяня. Удивительно, но тот совершенно не был в гневе, когда они его пометили, пусть и временно. Зато оба альфы чувствовали удовлетворение.       — Не беспокойся Ванцзи, он будет нашим. Нужно только показать ему и его семье, что мы достойны этого.       — Мгм.       

      ***

             Когда они приземлились на причал Пристани Лотоса, был уже вечер следующего дня. К моменту их ухода Цзини, словно караулившие их в таверне, уже ушли, так и не дождавшись, чего бы они там ни дожидались, поэтому уйти удалось спокойно и без ненужных неловких сцен.       На причале Вэй У Сяня встретил бывший там, абсолютно мокрый и растрепанный, — видимо, недавно плавал, — Вэй Ян. Тот тут же набросился на него с объятиями и чуть не сбил, все еще шатко стоявшего на ногах омегу.       — Баба!       — Ооо, привет, малыш. Баба вернулся, — нежно промурлыкал Вэй У Сянь, проведя ладонью по мокрым волосам.       Вэй Ян, маленький, но ужасно наглый и требовательный альфа, абсолютно довольный лаской отца-омеги, тут же перевел взгляд на двух альф и прищурился.       — А это кто?       — Это? — Вэй У Сянь перевел взгляд на двух альф, которые принесли его сюда. — Ааа, это… это твои будущие отцы, а-Ян. Так что постарайся с ними подружиться. Твой баба планирует выйти замуж.       — Что, сразу оба? — нахмурился маленький альфа.       — Да, оба. Твой баба ужасно жадный и не любит делиться.       Слушая их диалог, Лань Ванцзи и Лань Сичэнь замерли, как две мыши — очень большие мыши, — перед котом, абсолютно напряженные и совершенно не верящие своему счастью, потому что вряд ли омега стал бы говорить своему ребенку такие вещи просто в шутку.       Вэй Ян хмуро посмотрел на них.       — А они точно не как те, ну, другие?       — Нет, милый, те просто помогали твоему бабе, а за этих гэгэ он хочет выйти замуж. Так что у тебя будет два официальных по закону отца, а еще, совсем скоро, и дедушка… Я отвезу тебя с ним познакомиться через месяц.       Теперь уже Лань Сичэнь и Лань Ванцзи смотрели на Вэй У Сяня совершенно непонимающе. Заметив их взгляды, он пояснил:       — Вэнь Жохань. Недавно мы договорились кое о чем, и теперь он страстно жаждет познакомиться со своим единственным внуком. Раньше я его, как бы, скрывал ото всех. Не хотел, знаете ли, чтобы его у меня попытались отнять, но теперь все будет по-другому, да и я буду жить на несколько орденов. Таковы уж условия договора.       Все еще ничего не понимая, альфы кивнули. Договор так договор, если нужно, они помогут чем смогут.       Хитро на них посмотрев и все еще прижимая сына к себе, Вэй У Сянь протянул:       — Желают ли мои уважаемые альфы остаться на ужин? Или они так просто оставят этого омегу на произвол судьбы, одинокого, разбираться с семьей?       Оба брата Лань мгновенно вытянулись по струнке и почти синхронно сделали шаг в сторону омеги с ребенком, на что тот мгновенно рассмеялся.       О, это будет занимательно.