Последнее фото перед Нью-Йорком

Ричи лежал на кровати, всё ещё прижимая трубку к уху. Звонок давно закончился, но поток мыслей не давал прийти в себя. Тишина в комнате давила на грудь, сбивая дыхание. Он, конечно же, представил слова Эдди. Открыто. Нагло. Не то чтобы специально — скорее рефлекс. Как Эдс смотрит на него снизу вверх. Как прижимается ближе. Как что-то просит, сбивчиво, шёпотом. — Твою мать… — выдохнул Ричи. Взгляд сам скользнул вниз, к ширинке джинсов. Тело реагировало безоговорочно, предательски быстро, не оставляя времени на сомнения. Он был в потоке. В этом протяжном состоянии, когда мысли и желания переплетаются, и уже не ясно, где заканчивается одно и начинается другое. Хотелось искоренить эти образы, выдрать их с корнем. Ричи не имел никакого права представлять Эдди так. По крайней мере, он так думал. Жар приливал в нижнюю часть тела и расходился по венам, отдавая тяжёлой, приятной волной в голову. Кончики пальцев пульсировали, слегка дрожали. Сердце колотилось так, будто его могли услышать соседи. Дыхание становилось глубже, громче, нарушая повисшую тишину. Трубка наконец была брошена на место. Рука Ричи скользнула вниз, преодолевая злосчастную пуговицу на ширинке. Движение было неловким, торопливым. Мысли — точнее, фантазия — не давали остановиться. Он задержался, будто ещё надеялся передумать. Я так не могу, — мелькнуло в голове. Он сжал себя, сделал короткое движение. Нет. Мысль была чёткой. Ричи резко остановился, свернулся клубком, подогнув ноги под себя, словно мог спрятаться от самого себя. Я не могу так поступить с Эдди. Он мой лучший друг. Пауза. И… Я не хочу, чтобы он был просто моим другом. Мысль повисла, утонула в хаосе других — более настойчивых. Тозиер зажмурился, стиснув зубы. Он всё-таки не сдержался. *** Прошло несколько дней после звонка. Ричи и Эдди не созванивались. Между ними повисла тишина. Тозиер предполагал, что перегнул палку. Хотя, если подумать, Каспбрак сам довёл до этого. Правда, нельзя было быть уверенным, что специально. Он просто хотел, чтобы Ричи отстал. Но то, как его заткнули, не укладывалось ни в какие рамки. Ладно, если бы подобное сказал сам Тозиер — над этим можно было бы посмеяться и забыть. Но Эдс… Из его уст такие слова звучали совсем иначе. — К чёрту, — пробубнил Ричи. Мысли не отпускали. Всего лишь шутка от Эдди, но она застряла, вцепилась, не давая сосредоточиться ни на чём другом. Он был на работе и параллельно пытался дописывать сценарий — через пару дней выступление в соседнем городке. Но в голову упорно лез только образ Каспбрака. В этом дурацком оранжево-тыквенном свитере. Как он тянется к лицу Ричи, не дотягивается, и что-то шепчет, слишком близко. Даже поток клиентов не выдёргивал Тозиера из этих фантазий. Листки с шутками сменяли друг друга, но ни одна не цепляла. Ничего не шло. Нужно ему отомстить, — мелькнуло в голове. *** Вечер выдался тёплым. Ричи плёлся домой, пиная ногой пакет с продуктами. Мысли, вроде бы, утихли — по крайней мере на время. Он остановился у дома, вытаскивая из кармана джинсов пачку сигарет. Первая затяжка сразу ударила в голову. На работе курить было нельзя, так что это ощущалось почти как глоток свежего воздуха. Тозиер смотрел в землю, стараясь насладиться моментом и не провалиться обратно в мысли. Докурив, он двинулся к дому, но по пути притормозил у почтового ящика. Письмо. «Я сделаю это и опишу свои ощущения в письме» — слова Эдди вспыхнули перед глазами. Ричи не питал особых надежд, но, заглянув внутрь, заметил конверт. — Да ну… — прошептал он, вытаскивая письмо. И, конечно же, рванул домой. Его распирало от любопытства, а улыбку он даже не пытался скрыть. Ввалившись в комнату и где-то бросив пакет с продуктами, Ричи разорвал конверт. Первым делом в руках оказалось фото Эдди в рабочей форме. Он рухнул на кровать, вытягивая фотографию перед собой. Почему-то руки слегка дрожали. Каспбрак был… чертовски милым. Лиловый цвет поло ему идеально подходил. Веснушки, аккуратный нос, усталая, но живая улыбка. Ричи буквально распирало от увиденного. Он поднёс фотографию ближе, разглядывая детали. Тёмные, глубокие глаза, смотрящие снизу вверх. Тонкие руки, обхватывающие колени. В груди разлилось тёплое чувство. Домашнее. Родное. Захотелось обнять Эдди, прижать к себе и не отпускать. — Гадёныш… — вырвалось у Ричи. Он отложил фото на подушку рядом и развернул письмо. Ну привет, Ричи Тозиер. У него почему-то скрутило живот. Надеюсь, ты изрядно помучался пару дней после нашего звонка. Иначе зачем я давал тебе такую пищу для фантазий? Ричи нахмурился, стиснув зубы. Не злость — скорее раздражающее, заводящее чувство. — Эдди, мелкий жулик… — выдохнул он. Завтра я выступаю с докладом. И, как обычно, это письмо ты получишь уже после. Я, конечно, немного переживал. Но после того, как мне удалось тебя заткнуть, это придало мне уверенности. Ричи закусил губу. Перед глазами снова вспыхнули те самые слова. Кстати, на мне и правда тогда была только рубашка. Я не соврал. Ах да, я ведь обещал описать свои эмоции? Извини, но… увы. Их было слишком много, чтобы зацепиться хотя бы за одну. Трагично, не так ли? :) Тозиер вспыхнул. Его обвели вокруг пальца, как мелкого пацана. И ещё издеваются. — Мелкий засранец, — процедил он. Как тебе моё фото? Это я на работе. Уставший… Подумал, тебе понравится увидеть меня таким. Отличный повод для издёвок: «Эй, малыш Эдди, устал от того, что долго работал своими маленькими ручками? Ай-яй, эксплуатация детского труда!» Ричи зыркнул на фотографию и закатил глаза. Когда Эдди стал таким смелым? Как он так ловко сменил роль — из вечной мишени превратился в нападающего? И, что хуже всего, будто знал, как именно ответит Ричи. Это бесило. Один раз он дал слабину — и Каспбрак уже задирает нос. Нет, идея с местью всё-таки отличная, — решил Тозиер. Забавно представлять твоё выражение лица, пока ты это читаешь. Я бы многое отдал, чтобы увидеть тебя сейчас. У Ричи снова скрутило внизу живота. Он тоже отчаянно хотел его увидеть. Вообще, твоё фото мне очень понравилось. Ты изменился. Такой красивый, высокий… Лицо вытянулось, будто ты уже не тот Ричи, которого я знал. Но каждый раз, читая твои письма и разговаривая по телефону, я убеждаю себя в обратном. Ты всё тот же придурок — просто с красивой мордашкой. (Дальше строки были зачёркнуты.) Ричи улыбнулся. Он прекрасно догадывался, что именно там было написано. Короче, не донимай меня своими шуточками. Иначе буду мстить в ответ. Понял? Один раз я победил — значит, и в следующий получится. Забавно, но я не думал, что получу от этого такое удовольствие. Бедняга Ричи — не смог сказать ни слова. Представляешь, как бы я лежал рядом, в одной рубашке? И она бы слегка сползала с плеча. А потом я такой: «Ричи, мне холодно. Может, согреешь меня?» Ричи сжал зубы, так что скулы резко обозначились. — Чёртов поганец… — выругался он. — Какого хрена ты творишь? Это что, флирт? Но мысли уже было не остановить. Он представлял Эдди: горячее тело, прижимающееся ближе, запах волос, лицо, уткнувшееся ему в грудь. — Гадство… — выдохнул Ричи. Ладно, хватит с тебя. Жду ответа. :) От малыша Эдди. Ричи утонул в собственных фантазиях. Он только начал отпускать прошлый разговор — и вот Каспбрак снова подлил масла в огонь. Он давил точно в больные точки. Как он о них узнал — Ричи не имел ни малейшего понятия. Пусть это был всего лишь шуточный флирт. Но покоя он не давал ни на секунду. Бесит. *** Тозиер стоял в торговом центре, медленно потягивая колу через трубочку. На нём была гавайская рубашка и тёмно-синие брюки-клёш, сидящие идеально. На шее поблёскивала цепочка с панцирным плетением, а очки подчёркивали чёткие черты лица. Со стороны могло показаться, что брюнет собирается на свидание. Но не совсем. Он не сводил взгляда с фотобудки, терпеливо ожидая, пока рассеется толпа и никто не будет мешать. План был прост. Заказывать фотосессию — не по карману, о фотоаппарате и речи не шло. А вот фотобудка… вполне подходящий вариант. Дождавшись момента, Ричи нырнул за ширму. Места было немного, но он знал, что делает. Расстегнул верхние пуговицы рубашки, слегка оголив ключицы, и принял максимально серьёзное выражение лица. Первое фото: Тозиер сидит расслабленно, рубашка аккуратно расправлена. Острые ключицы выходят на первый план, взгляд спокойный и уверенный. Второе фото: Брюнет придерживает шею одной рукой — пальцы не сжаты, указательный и средний слегка полусогнуты. Голова повернута влево, губы чуть приоткрыты. Другая рука оттягивает воротник, открывая небольшой участок плеча. Третье фото: Очки приспущены на кончик носа, выразительные глаза смотрят прямо в камеру — вызывающе. Обеими руками он слегка раздвигает рубашку, ровно настолько, чтобы оголить грудь. Четвёртое фото: Ричи прикусывает губу. Одна рука лежит на затылке, другая — на груди, указательный палец касается ключицы. Глаза улыбаются. Он дразнит. Пятое фото: Широкая улыбка. Слегка видны плечи. Взгляд устремлён вверх и вправо, будто в игре. Жест сердечка, сложенный двумя руками. Ричи выскочил из фотобудки, сжимая снимки, и тут же отошёл в сторону, разглядывая результат. Шикарно. — Посмотрим, что ты на это скажешь, малыш Эдди, — пробормотал он, улыбаясь. Это была война.