Красавица и чудовище: Africa Edition

Другие охотники рассказывают, что слышали шепот умерших больных и стариков в той стороне леса. Говорят, двое охотников заночевали там. Один проснулся посреди ночи от разговора, будто его друг говорил с местным сумасшедшим: тот характерно хихикал. Спросонья из памяти вылетело, что тот как с месяц умер. Наутро он обнаружил второго охотника мертвым: проклятый дух съел его язык и глазницы.

Ещё мальчишкой мне рассказывали, как Сана, та самая из легенды, столкнулась с мертвыми. Вырос, стал охотником, думал — сказка. Но однажды ночью и я заночевал в лесу. Мне такое привиделось! Как там в легенде говорилось…

***

      Сана проснулась на рассвете на берегу мертвых вод. Они тихо сливались с далеким небом в молочно розовое тело, словно жабры речного моллюска.       Вдали от людей Сана стала совсем дикой. По ночам в райском шалаше ей снилось, что она видит все глазами великой пантеры Шиты. Как она бегала по ветвям со звериной скоростью, забиралась на высоту, цепляясь за стволы острыми когтями. Шита не охотилась, так как духам не нужно было питаться. Но она была праматерью всех пантер. Их охота, стучащие сердца, Сана чувствовала их. Она просыпалась и лезла по ветвям, взбиралась на макушки деревьев и смотрела на зеленую долину.       Сана позабыла считать, сколько она пробыла в заточении мира духов. Чудовище она не видела по многу дней. Порой они встречались на водопое. Живым нужна вода: все мартышки, птицы, дикие кабаны и грызуны пили воду в одном месте.       Поскольку Чуд с ней не разговаривал, она раздумывала, а не сбежать ли ей как-нибудь незаметно. Она все чаще прогуливалась мимо исполинского баобаба, по которому её отец смог выбраться в мир живых. Нижние ветви росли так высоко, что Сане без помощи Чуда невозможно было бы запрыгнуть. Лестница? Она стала раздумывать, как построить её тихо. Вдруг чудовище сломает.       Она плела лестницу засветло, пока все джунгли спали, а потом прятала в кустах. В один день Сана притащила сломанные сухие ветви и попыталась сложить их, вскарабкаться и забросить веревки на нижнюю ветвь баобаба. Ничего не вышло: Сана свалилась и больно ударилась ногой.       Чем дольше она бывала возле баобаба, тем чаще слышала странный свист. Иногда ей мерещилось, что кто-то звал её. Сана боялась, что без других людей начинает сходить с ума.       Случилось так, что она подолгу оставалась одна. Попугай иногда прилетал, но Сана все больше погружалась в раздумья и не говорила тому о своих планах.       И вот однажды вечером, когда она перегрелась на жаре, она услышала жалобный плач. Сана вдруг решила, что если еще кто-то упал в водопад и теперь бродит одинешенек в джунглях. Она бежала вслед за плачем, пока не вышла на полянку, на которой плакала маленькая девочка.       — Что ты плачешь?       — Моя мама умерла.       — Моя тоже, — грустно поделилась Сана.       — Правда? – спросила девочка и обернулась.       Сана увидела, что изо рта девочки торчат клыки.       Проклятые души выглядели убого, как гиены. Изодранные клочками волосы на головах, горбатые спины, падальщики леса. Дети, убившие свою мать, когда им нечего было есть. Старухи, утопившие в реке младенцев. Мужчины, привязавшие своих жен в лесу и истязающие голодом, жаждой и издевательствами. Предатели, совратители, каннибалы.       Сана кричала, когда её волокли. Перед тем, как потерять сознание от ужаса, она ощутила, что многие ничем особенно не согрешившие люди, как она, умирают в муках. Ей так отчаянно захотелось жить, но было поздно: демоны тащили её навстречу гибели.       Очнулась она от боли, когда уже стемнело. Вся в укусах, раны воняли гнилью. Вокруг были полчища этих тварей, они несли её на церемониальный камень, испачканный бурыми пятнами. Сана в ужасе почувствовала, что на её лбу, груди и животе кожа разрезана и кровоточит.       Перед ней навис дух отвратительного вида и возвестил:       — Странствующая душа из мира живых. Мы как следует надавим тебе на живот, полезут кишки.                    — Пальцами мы вынем печень, — вторил другой дух поблизости.       — Расколим твою голову и достанем мозги…       Сана поняла, что угодила в страну проклятых. Повсюду простиралась пустыня с поблескивающими разноцветными камнями. Сана слышала, что рассказывали в ее деревне об этом месте: из живого человека демоны изливали кровь, и она превращалась в рубины, они извлекали мозги и те на песке рассыпались горкой алмазов, наконец печень и желудок обратятся золотом. Тело и душа поглощались демонами, и человек стирался с лица земли, пополняя сокровищницу подземного мира.       Сана смотрела на небо и мечтала сейчас съест кусочек, чтобы умереть. Она закричала, и её предсмертный крик оглушил демонов. Она кричала от ужаса и злости, что так трагично оборвется её судьба. Сана яростно билась в лапах духов из последних сил. Но рык перешёл на рев, и она осознала, что рык издавало чудовище.       Она повернула голову, распластанная на песке в ожидании, когда её разорвут на части. Чудовище возник посреди тварей словно огромный черный лев среди сотен гниющих тел проклятых, которые впивались в него зубами, рвали когтями, пускали кровь. Но он прорывался к Сане, сражаясь с такой яростью, как лев мстящий за крошку-львенка.       Сана видела, как он невероятно силен, разрывающий плоть и дробящий кости. Но твари были не способны погибнут по-настоящему. Они собирались вновь, извращенные и покалеченные, и тогда Сана поняла что Чуд может не выжить. Она выждала, пока держащие её твари отвлекутся на Чуда, грозно раскидывающих их сородичей, и ускользнула, прорвавшись ближе к спасителю.       — Держись! — крикнул ей Чуд и закинул к себе на спину как маленькую обезьянку.       Все дальше верхом на Чуде Сана неслась по долине проклятых. Ночь заканчивалась, на горизонте светлело утреннее зарево. Она чувствовала, что мадрил несется из последних сил, хромая на правую заднюю лапу.              Когда же они домчались сквозь джунгли к Баобабу, и дальше к дома Чуда, Сана почувствовала, как они оба слабеют. В конце концов он повалился на землю, она съехала с его мохнатой спины и в изнеможении уснула в траве.