Живые мёртвые

      Под утро неподвижно висевшая у спуска в тайные подземелья Миртл ощутила приближение живых. Всё время ожидания она вслушивалась в беззвучные песни камней, воды и земли, надеясь получить вести о тех, кто спустился в бездну. Услышав знакомые голоса, Миртл превратила ослепляющую повязку в привычные очки.       В туалет из трубы выпорхнула чудесная птица — феникс, что само по себе немало удивило привидение. Следом из подземелья показался изнурённый Снейп, поддерживающий под руку перебинтованную наколдованными из воздуха повязками Макгонагалл. За ними левитировал оцепеневший Флитвик и кое-как перевязанный бессознательный и окровавленный Локонс. У последнего отсутствовала кисть правой руки. Затем появился Рон, обнимавший мертвенно бледную и едва держащуюся на ногах Джинни. Последним ступил на пол туалета Гарри, грязный, изнурённый, в изорванной одежде с пятнами крови, с волшебной палочкой в одной руке и пробитым клыком василиска мокрым дневником Тома Риддла в другой.       — Гарри! Ты жив, — заметила Миртл, подлетев к мальчику. — Как ты? Очень страшно там было?       — Я? На удивление хорошо, — вымученно улыбнулся Гарри. — Учитывая, что василиск успел меня тяпнуть.       — Гарри убил василиска, — бросил Рон, гладя по плечу дрожащую Джинни. — Это нечто!       Гарри отмахнулся.       — Это профессора всё, я так, слегка помог в конце, — заскромничал Гарри. — Ну и если бы Фоукс не прилетел вовремя… в лучшем случае я выбирал бы себе кабинку. Оказывается, слёзы феникса — противоядие против змеиного яда. Фоукс и профессор Снейп спасли мне жизнь.       «Неожиданная помощь от Дамблдора спасла нас всех», — подумал мальчик.       Миртл картинно надула губки.       — Ну вот, я уже представляла, как мы разделим с тобой туалет, — томно протянула Миртл тихим голосом. — Я была бы очень рада…       Гарри криво усмехнулся.       — Шучу, Гарри, — рассмеялась девушка. — Ну, отчасти. Я рада, что ты жив.       — Так что пока ты остаёшься тут одна, — улыбаясь, добавил Гарри.       — Да к чёрту! — отмахнулась Миртл. — Хорошо, что чёртова змея больше никого не убьёт. Расскажешь, как это было, ладно?       Миртл замерцала от любопытства.       Создав вокруг входа в Тайную Комнату магический барьер, профессор Снейп скомандовал следовать за ним. Шёпотом пообещав подруге заглянуть поскорее и рассказать о битве с василиском, Гарри отправился следом за всеми.       Кажется, сегодня он проспит не меньше суток. И повезёт, если не в больничном крыле.       Когда они вышли в тёмный, пустынный коридор, Рон и Джинни поравнялись с Гарри. По лицу Джинни по-прежнему катились слёзы. Фоукс порхал впереди, освещая путь золотистым светом.       — Кажется, Миртл в тебя влюбилась! — заметил Рон.       Гарри застеснялся и отвёл взгляд.

***

      Мадам Помфри быстро вылечила травмы Минервы Макгонагалл. С Локонсом и Флитвиком дела обстояли сложнее. Первый не только лишился кисти правой руки, но и начисто потерял память. Заклятие Забвения ударило по нему самому. Однако такое удручающее обстоятельство в его ситуации оказалось скорее удачей. Пришли известия, что Златопуст Локонс объявлен в международный магический розыск за мошенничество и неоднократное незаконное вмешательство в разум. Благодаря амнезии и тяжёлой травме вместо Азкабана он получил шанс отправиться в лечебницу.       Флитвик на время присоединился к другим жертвам павшего василиска. Но вскоре драгоценное мандрагоровое зелье было готово, и один за другим несчастные пришли в себя. Мадам Помфри капала спасительное снадобье в носы пациентов при помощи специальных трубочек. Исключением стал сэр Николас: на него зелье распылили при помощи обычной магловской садовой брызгалки. Благодаря своей природе, он вернул подвижность мгновенно, остальные же приходили в себя несколько минут. Очнувшись, Флитвик так ругался, что Помфри произнесла заклинание, создававшее сферу тишины. После он засыпал вопросами присутствовавших при процедуре Макгонагалл и Снейпа.       Все радовались тому, что никто не был убит, не считая бедной кошки школьного завхоза. И, конечно, самого василиска — но его смерть вызывала исключительно положительные эмоции у всех без исключения, кроме, возможно, отдельных слизеринцев.       Прибывший в школу Дамблдор принял руководство, и жизнь вскоре обещала войти в привычное русло. Вместе с двумя угрюмыми и молчаливыми волшебниками он обследовал тайные подземелья, и обнаружил немало интересного, о чём, конечно, не рассказал никому, кроме самых доверенных.       Джинни прошла обследование в больничном крыле, где получила рекомендации лучше питаться и больше спать, а также на пару недель воздержаться от физических нагрузок и волшебства. В целом, воздействие дневника не нанесло ей большого вреда, не считая физического и психического истощения. Ей даже пообещали зачесть экзамены по результатам работы в семестре. Снейп от медицинской помощи отказался, хотя явно чувствовал себя не лучшим образом.       На следующий день, когда Гарри и Рон как следует выспались и привели себя в порядок, директор вызвал их и Гермиону на долгий разговор. Они ещё раз рассказали историю своих приключений и удостоились самых щедрых похвал. Гриффиндор получил огромное количество очков, с отрывом обеспечивающих победу в межфакультетском соперничестве текущего года. Кроме того, Гарри и Рон становились обладателями наградных табличек в Зале Славы. Заодно директор пояснил, что стоит, а что не стоит рассказывать мракоборцам, если такой разговор состоится. После Дамблдор ненавязчиво отослал Рона и Гермиону, оставшись с Гарри наедине. Он долго беседовал с юным волшебником о дневнике Тома Риддла. Как Гарри уже знал, именно Том Риддл спустя десятилетия стал известен как Лорд Вольдеморт.       — Получается, это он убил Миртл, натравив василиска, а спустя много лет — и моих родителей, — мрачно уронил Гарри, сидя в кресле напротив директора.       Сидевший на присаде из редкого дерева Фоукс принялся чистить перья. Кабинет Дамблдора, как обычно, жил своей таинственной и причудливой жизнью. Таинственные устройства выпускали облачка разноцветного дыма, тихо звенели и пощёлкивали. Прежние директора на портретах мирно спали.       — Всё так, Гарри, — спокойно подтвердил директор. — Том Риддл принёс горе, наверное, в каждую третью семью магической Британии. Так или иначе. Он и его подручные убивали от скуки и ради самоутверждения не меньше, чем преследуя политические и идеологические цели. Даже Геллерт Гриндевальд — убеждённый магический нацист, организатор массовых расправ! — называл Вольдеморта жестоким безумцем.       — Жаль, что Риддл так и не умер до конца, — бросил парень. — Но он ведь не призрак? Что он? Теперь с ним покончено?       — Об этом мы поговорим немного позднее, когда у тебя будет чуть больше знаний и опыта, чтобы верно понять услышанное, — уклончиво ответил директор. — А сейчас о другом. Ты проявил настоящие чудеса храбрости, стойкости и ряд других выдающихся качеств. Ты — пусть и не без помощи Фоукса — добил очень опасное чудовище, угрожавшее всей школе и убивавшее людей. Уничтожил крайне опасный магический артефакт, подчинивший волю бедной Джинни. Повторюсь, ваши с друзьями подвиги сделали бы честь и взрослому волшебнику. Вы оказали огромную услугу школе. Чего бы ты хотел у меня попросить за это?       Гарри ненадолго задумался. Просьба была очевидна.       — Профессор Дамблдор, мы не добрались до Тайной Комнаты, если бы не Миртл, — уверенно сказал он. — Она нашла змейку на кране. Она разгадала, кто её убил и первой прочла про василиска. Без неё ничего бы не получилось. Миртл очень тяготится тем, что привязана к канализации замка. Вы не могли бы дать ей свободу?       Дамблдор уважительно покивал головой.       — Не ошибусь, если предположу, что вы сдружились?       — Наверное, да, — чуть смутившись, ответил мальчик.       — Просить не для себя, но для друга — достойный выбор, — одобрил Дамблдор, явно чему-то обрадовавшись. — Увы, я не имею права отменять решения Подразделения Духов Отдела Регулирования Магических Популяций и Контроля над ними. Даже, на мой взгляд, неоправданные и жестокие.       Гарри понурился.       — Однако, если какой-нибудь талантливый и амбициозный студент, на должном уровне овладевший соответствующим разделом магии, освободит мисс Уоррен от связывающих её пут, я не только не буду в претензии, но, использовав свои связи и влияние, позабочусь о том, чтобы ни студент, ни мисс Уоррен не подверглись каким-либо санкциям, — улыбнулся волшебник. — Особенно, если мисс Уоррен хватит ума не мозолить глаза людям министерства, а студенту — не хвастаться успехами на каждом углу. По сравнению с сороковыми, руководство Отдела стало куда адекватнее. Да и давность дела… Замечу, что даже предполагаю, на какие учёные труды будет опираться студент в своём непростом деле.       Вытащив из стола чернильницу и перо, Дамблдор написал несколько названий и пояснений на лежавшем под рукой листе, подписал, аккуратно сложил и вручил Гарри.       — Первые две книги есть в нашей библиотеке, — прибавил Дамблдор. — Третью любопытный студент сможет приобрести в магазине по адресу, упомянутому в записке. Это руководство для сотрудников упомянутого мной Подразделения Духов. Уверен, если студент подойдёт к делу обстоятельно и с умом, у него всё получится. Некоторые вещи в них сложны для третьекурсника, но сложные задачи делают нас сильнее, не правда ли?       — Спасибо, профессор, — отозвался Гарри.       — Да, кстати! — директор взял со стола увесистый конверт и протянул Поттеру. — Это тебе.       Открыв конверт, Гарри увидел блеск золотых монет.       — Считай это директорской стипендией за внеучебные достижения и рвение в освоении магических дисциплин вне программы, — проговорил Дамблдор заговорщическим тоном. — Расходуй с умом. Впрочем, иного я от тебя и не ожидаю. Дурслям не давай.       — Спасибо большое! — обрадовался Гарри.       — А теперь отдыхай и отсыпайся, общайся с друзьями, занимайся своими делами, — Дамблдор перешёл на обычный тон. — А мне предстоит объяснить кое-кому, что пора оставить Хагрида в покое. Ишь чего удумали — в Азкабан его! И ещё нам потребуется новый преподаватель Защиты от Тёмных Искусств заместо этого мошенника. Кто откликнется в этот раз? Сумасшедший, вор, алкоголик, чернокнижник, вампир?

***

      Гарри зашёл в туалет Миртл, неся в руках магловский альбом для рисования, несколько карандашей, чернильницу и очиненные перья.       — Гарри, рада тебя видеть! — появившаяся из кабинки девушка-призрак налетела на Гарри, попытавшись обнять, но прошла сквозь.       Затормозила, повернулась и обхватила, наполовину погрузив руки в мальчика. Гарри ощутил холод, но этот холод не был неприятным, скорее бодрящим и освежающим.       — Извини, надо было раньше, но меня закрутило совсем, — Гарри почесал затылок. — Прикинь, теперь меня считают уже не Наследником Слизерина, а героем легенд в сияющих доспехах. Ребята так переменчивы! Хотя я просил не рассказывать…       Миртл тихонько засмеялась.       — Колин невыносим, но хоть Джинни почти не наседает, — поморщился Гарри. — Тяжело бремя славы.       — Не давай славе влиять на тебя, хорошо? — Миртл отстранилась и сделала круг вокруг мальчика. — Ты — это ты, всегда им будешь, я ценю тебя настоящего, а не того, каким тебя видит молва.       — Спасибо, Миртл, — Гарри вздохнул. — Вот как у тебя получается? С тобой так легко и комфортно.       — Обращайся в любое время дня и ночи, — хихикнула девушка и чуть погрустнела. — Скоро поезд?       — Завтра утром, — выдохнул Поттер. — Потому и зашёл попрощаться на ближайшие месяцы.       — Ну, заходишь последнее время ты лишь чуть чаще, так что…       Увидев насупленное лицо Гарри, Миртл расхохоталась. Гарри не выдержал и рассмеялся сам, чувствуя, что с этим смехом уходят остатки накопившегося за этот непростой год напряжения.       — Ладно, ты знаешь, я шучу.       — Принёс тебе альбом и всё прочее, как просила, — Гарри выложил принесённое в одну из кабинок и вернулся к парившей у окна подруге. — Кстати, я собрал часть из списка литературы, в которой описывается, как тебя освободить. Начал изучать. Там столько сложных рун! Но мы с тобой обязательно в них разберёмся.       Миртл склонилась в шутливом поклоне.       — Гарри, ты мой рыцарь. Отомстил за мою смерть, и теперь готовишься освободить из туалетной неволи, — сказала девушка-призрак. — Знаешь, я даже не знаю, как тебя благодарить. У меня никогда не было такого прекрасного друга, как ты. Ни при жизни, ни после. Ты потрясающий, Гарри. Просто знай это.       — Кстати, как ты чувствуешь себя после… ну, всего этого? — Гарри указал на умывальник, который вернулся в прежнее состояние.       Гарри уже рассказал ей всё, что пережил в Тайной Комнате.       — Знаешь… лучше и намного спокойнее. Василиск сдох, это прекрасно, — задумчиво проговорила Миртл. — И хотя этот Риддл ещё может дать о себе знать, я чувствую, что готова двигаться дальше.       — Миртл, только не надо…       Девушка-призрак захихикала.       — Ты что, подумал, что я собираюсь покинуть этот мир? — сквозь смех выдавила она. — Нет, не дождётесь! Да я и не могу, и не хочу ни капельки. Я сказала это в том смысле, что мне пора… оставить прошлое в прошлом.       Гарри слушал.       — Да, я умерла в четырнадцать, не успев даже сдать СОВ, не успев испытать почти ничего из того, к чему живые люди тянутся в своём существовании. Мою жизнь сломали и перемололи, я стала никому не нужной нежитью, к тому же, заточённой в туалете, нормальная человеческая жизнь для меня навсегда закрыта, хотя я её даже не попробовала, — яростно протараторила Миртл. — Но раз я уже никогда не стану счастливым человеком, я должна попробовать стать счастливым духом. Настолько, насколько у меня получится. Я не живая и никогда живой не буду, но это лишь значит, что открылись другие пути, Гарри. Ты помог мне это понять. Сэр Николас дал силу не утонуть в отчаянии, а ты подарил мне надежду.       — Рад помочь, Миртл, — Гарри посмотрел призраку в глаза, и в его взоре читалось невысказанное и волнующее. — Я уезжаю. Может, я смогу тебе писать? Знаю, что сэр Николас получает почту. Получится передавать тебе письма через него?       — Надо попробовать. Дополнительный повод мне тренироваться удерживать карандаш дольше пяти секунд, — согласилась Миртл. — Я ещё хочу научиться создавать надписи силой мысли. Возможно, это полезнее в моём случае.       Обсудив сложности переписки, друзья переключились на тему Снейпа.       — Знаешь, он ко мне подошёл недавно, поблагодарил за то, что я спустился за ними, — сказал Гарри. — Будто через силу. И потребовал, чтобы я отныне учил его предмет безупречно, иначе спуску мне ждать не придётся. Но будто он немного изменил своё ко мне отношение.       — Неудивительно! Как-никак, жизнь друг другу спасли. А Снейп успел меня насмешить, — Миртл рассказала в ответ историю. — Пока проход не закрыли, он раз десять лазал вниз и каждый раз возвращался с кучей мешков и банок. В последний заход уронил мешок в колодец и полез обратно, вот умора! Да, я бываю вредной. Василиска разобрали за запчасти, кажется. Шкура, кости, потроха — всё пойдёт в дело!       Наговорившись, Гарри и Миртл собрались расходиться.       — Буду скучать, Гарри, — понизила голос девушка-призрак.       — Я тоже, Миртл. Ничего, пара месяцев — и мы увидимся, так?       — Пожалуй.       Миртл смущённо засеребрилась.       — А чтобы ты по мне точно скучал, — Миртл подлетела ближе, зависнув почти вплотную к Гарри. — Сделаю вот так.       Гарри ощутил прикосновение ледяных призрачных губ к своей щеке. Это было внезапно и очень странно, но удивительно приятно. По коже на мгновение разлилось лёгкое онемение. Парень затаил дыхание.       Миртл отстранилась.       — Не смотри на меня так, смущаешь, — девушка-призрак поправила волосы.       — Я… это… — потрясённо уронил юный волшебник.       — Удачи, Гарри. И спасибо за всё, — тепло улыбаясь, проговорила Миртл. — До следующего учебного года?       — До… следующего года, — пробормотал Гарри и, развернувшись, вышел из туалета.       Идя по коридору, он какое-то время не различал ни встречных, ни дороги. В мыслях стояли нежный взор чудесных аквамариновых глаз и ласковая серебристая улыбка.       Когда Гарри отошёл подальше, Миртл сквозь волосы схватилась за щёки, паря посреди туалета.       — Мерлин, что же я творю? — задалась она вслух вопросом. — Может быть, я влюбилась?