МОЙ СВЕТ. ТВОЯ ТЬМА

Марсель попросил встречи у Бонни Беннет. Она была удивлена, но согласилась. — Я знаю, что мы не союзники, — начал Жерар, — но Клаус прижал меня в угол. Если я не разберусь с охотником, он разрушит мою репутацию. — Что ты хочешь от меня? — Я следил за этим Генри. Он постоянно трётся около ведьм. Я слышал, он ищет девушку. Может, вы с ним побеседуете? Вампирам он точно не доверяет. — Хорошо. Я сделаю тебе одолжение. Возможно, однажды попрошу сделать одолжение мне. Они пожали руки. Когда наступили сумерки, Аманда и Бонни отправились к охотнику в дом. Это было недалеко от ведьминского квартала. Свет из окон показывал, что хозяин внутри. Он открыл дверь. — Генри Уорд? — спросила Бонни. — Верно. — Что вам нужно от ведьм? — Входите. Дом охотника был небольшим, но уютным. Внутри пахло лавандой. Он заварил чай и пригласил дам к столу. Тёплый аромат напитка создавал уют. — Вас послал Марсель, — догадался Генри. — У нас свои интересы, — ответила Аманда. — Я знаю. Ваша дочь Дэбора пропала. Женщины смотрели на него вопросительно. Охотник продолжил: — Я тоже её ищу. Мы любим друг друга. Но Дэбора знала, что вы будете против. Она последняя из рода и должна следовать канонам. Аманда тяжело вздохнула. Сейчас она поддержала бы её в чём угодно. — Поэтому я жил тут неподалеку, чтобы иметь возможность видеться с ней. И защищать. В последнее время она говорила о каком-то плане. Я не знаю, что она задумала, Дэбора не раскрывала секрет. Говорила лишь о сделке с оборотнями. А потом пропала. По спине Бонни пробежали мурашки. — Она скрыта магией, — пояснила Аманда. — Ни одна ведьма не может её увидеть. — Вообще-то, мы можем ещё кое-кого попросить, — улыбнулась Бонни. Тем временем в особняке Майклсонов, наконец, появилась Ребекка. Она выглядела немного неряшливо, отряхивая с себя листья и пыль. Хейли бросилась к ней в объятия: — О, Ребекка! Мы так боялись за твою жизнь! Элайджа обеспокоенно спросил: — Как ты себя чувствуешь? Всё ли в порядке? Кол с искренним сочувствием смотрел на сестру. — У вас что тут, всеобщее помешательство? Вы подцепили какой-то вирус? — не понимала первородная. Младший Майклсон начал что-то подозревать: — Где ты была? — Я... ездила по делам, — явно пытаясь что-то скрыть, ответила ему блондинка. — Прошу, сестра, — присоединился Элайджа, — как можно подробнее. Сейчас не время действовать поодиночке. Ребекка сдалась и шумно выдохнула: — Одна ведьма пообещала мне лекарство. Да, не смотрите на меня так. Я отправилась по её указанию. Бродила три дня по болотам, но так ничего не нашла. Вероятно, это была чья-то злая шутка, — её голос сменился на мольбу. — Только прошу, не рассказывайте Нику, я не выдержу его злорадство на эту тему в ближайшие 100 лет. Все посмотрели на входную дверь. Там стоял Клаус, засунув руки в карманы. Его лицо оставалось спокойным, но мысли были далеко не здесь. Он думал об игре, в которой его снова переиграли. Кол громко расхохотался, резко хлопнув в ладоши: — Да она чёрт в юбке! Элайджа элегантно улыбнулся. Хейли вторила его улыбке, только более смущённо, тихонько проговорив: — Я знала, что она не способна кому-то навредить. Через некоторое время вся семья сидела за столом. Ребекка узнала новости и почувствовала власть над Клаусом. Теперь она видела его иначе — не таким всемогущим, как раньше. — Ты подставил семью. Чем ты думаешь вообще рядом с этой блондинкой? Ты снова спал с ней? Зная, что это просто опасно. Клаус резко оказался рядом над её ухом. — А я знаю, что ты спишь с Марселем, сестрёнка. И он до сих пор жив. Спишем это на остатки моей человечности. Ребекка поменялась в лице. — А что касается моей блондинки, — Клаус уже обращался ко всем, — напоминаю: у неё отключены чувства. Опасности в нашей связи нет. Клаус продолжал: — Я больше никому не могу доверять. Ни один из вас не был со мной честен! Так что, идите к чёрту, дорогая семья! Я устал бороться за тех, кто не хочет быть рядом. Вот вам моё новое решение: делайте что хотите! Ребекка удивилась: — И в чём подвох? — В том, что вы сами облажаетесь. Он взял бутылку виски и вышел, хлопнул дверью. Он ещё не понимал, как именно, но знал — так, как раньше, он больше не будет. Это не работает.