What if?

Башня Мстителей, Манхэттен. Следующий день, 08:47. Стив Роджерс стоял у панорамного окна переговорной на восемьдесят седьмом этаже, сложив руки на груди. Утреннее солнце заливало помещение резким апрельским светом, от которого хотелось прищуриться. Город внизу жил своей обычной жизнью — гудел клаксонами, дышал паром из вентиляционных шахт, спешил по тротуарам, — но здесь, наверху, тишина казалась почти стерильной. Наташа сидела в кресле, закинув ноги на край стола, и лениво листала что-то в планшете. Брюс Бэннер, в очках и с неизменной чашкой остывшего зелёного чая, расположился с ноутбуком у дальнего края стола. Роуди, опираясь на трость, разговаривал по телефону в углу — судя по тону, с кем-то из Пентагона. Тони Старк появился последним. Без пиджака, в простой чёрной футболке, с планшетом под мышкой и слегка взлохмаченными волосами — явно не спал больше пары часов. Под глазами залегли тени, но двигался он с привычной резкой энергией. Он бросил планшет на стол, тот проехался по полированной поверхности и остановился точно перед Брюсом. — Пятница, доброе утро, — бросил Тони, падая в кресло и закидывая ногу на ногу. — Что у нас по повестке, кроме моего желания выпить литр кофе и притвориться, что вчерашней ночи не существовало? — Доброе утро, босс, — отозвалась Пятница мягким, деловым тоном. — Я завершила первичный анализ перехваченных каналов, которые вы пометили как приоритетные. Также обновила сводку по активности на подпольных торговых площадках, специализирующихся на оружии и технологиях. В дополнение — доктор Бэннер запрашивал информацию по аукционам, связанным с арсеналами Гидры. Брюс снял очки и потёр переносицу. Он выглядел почти таким же уставшим, как Тони — ночи в лаборатории не проходили бесследно. — Да, я просил. После того, что мы нашли в доме Лизы Маерс в Германии, я почти уверен, что это не единственный склад. «Нексус G-30» — вещество слишком специфическое, чтобы его производили в одном месте и не пытались распродать. Гидре нужны деньги. Много денег. Аукционы — самый быстрый способ. Наташа опустила планшет и посмотрела на Брюса поверх экрана. — Согласна. Мы уже накрыли два аукциона за последние четыре месяца, но это были мелкие площадки. Лоты так себе — винтовки старого образца, пара экспериментальных гранат. А вот то, что Пятница накопала по делу Маерс, тянет на серьёзные торги. Там были не просто стволы. Там были прототипы. Тони щёлкнул пальцами. — Пятница, выведи Брюсу то, что он просил. Файлы по аукционам. И, если можно, без слайд-шоу с котятами — у нас тут серьёзное совещание. — Загружаю, — бесстрастно ответила ИИ. На голографическом экране над столом возникли три файловые папки, каждая помечена датой и кодовым названием. Интерфейс был минималистичным — только текст, временные метки и несколько фотографий низкого разрешения, явно сделанных скрытыми камерами. Брюс подался вперёд, поправляя очки. — Три аукциона, — начала Пятница. — Первый: «Каирский лот», дата проведения — три недели назад. Проданные позиции включали восемь плазменных винтовок «Молот-7», два гранатомёта «Бурелом» и ящик термобарических гранат «Смерч-М». Организатор неизвестен, площадка ликвидирована через двенадцать часов после завершения торгов. Второй: «Одесский лот», дата — десять дней назад. Проданы четырнадцать единиц огнестрельного оружия с модификациями на основе технологий Щ.И.Т.а, предположительно украденных во время падения Трискелиона. Также зафиксирована продажа одного контейнера с веществом «Нексус G-30» неизвестному покупателю. Стив нахмурился и повернулся от окна к столу. — Десять дней назад? Мы только вчера разобрали последние данные из Германии. Почему мы не знали об «Одесском лоте» раньше? — Потому что информация была закопана глубоко, Капитан, — вмешался Роуди, закончив разговор. — Эти аукционы не афишируют. Приглашения рассылают через цепочку из пяти-шести подставных лиц. К моменту, когда новость доходит до разведки, товар уже у покупателя, а площадка свёрнута. Мы просто не успеваем. Тони провёл пальцем по планшету, увеличивая одну из фотографий — зернистое изображение человека в тёмном плаще, стоящего рядом с раскрытым ящиком, внутри которого тускло мерцали знакомые обводы плазменной винтовки. — «Молот-7», — пробормотал он. — Я помню эти штуки. Их разрабатывали в начале двухтысячных, потом проект закрыли. Слишком нестабильные. Кто-то поднял архивы и довёл до ума. Плохой знак. Роуди подошёл ближе, вглядываясь в изображение. — Если они довели «Молот» до ума, значит, у них есть инженеры уровня «Stark Industries» десятилетней давности. Или доступ к нашим старым наработкам. — Вот именно это меня и бесит, — резко отозвался Тони. — Каждый раз, когда мы думаем, что подчистили все хвосты, всплывает очередной склад с моими старыми игрушками. Я начинаю чувствовать себя рождественским дедом, который раздаёт подарки направо и налево, сам того не желая. Наташа убрала ноги со стола и села прямо, бросив на Тони короткий взгляд. — Может, стоит лучше следить за своими подарками, Старк? — О, прости, Романофф, я был немного занят тем, чтобы не дать миру развалиться на куски. В следующий раз обязательно приставлю к каждому болту охранника с автоматом. — Хватит, — спокойно, но твёрдо оборвал Стив. Он перевёл взгляд на голографический экран. — Пятница, третий аукцион. — Третий файл: «Нью-Йоркский лот», — произнесла ИИ. — Запланированная дата — через четыре дня. Место проведения неизвестно, но первичные данные указывают на Манхэттен или Бруклин. Организатор скрывается под псевдонимом «Куратор». Среди заявленных лотов — оружие, созданное на основе технологий Мстителей, а также артефакты, изъятые из архивов Гидры. Конкретный список не разглашается, доступ к нему получат только подтверждённые участники за час до начала торгов. В комнате повисла тишина. Стив медленно вернулся к столу и опёрся ладонями о его край. — «На основе технологий Мстителей», — повторил он с холодной интонацией. — Это может означать что угодно. От репульсорных прототипов до сыворотки. — Или образцов тканей, — тихо добавил Брюс, не поднимая глаз. Он снял очки и начал протирать их краем рубашки — привычка, выдававшая сильное внутреннее напряжение. — Не хочу никого пугать, но если у них есть доступ к биоматериалам… даже минимальным… Мы говорим о возможном создании новых суперсолдат. Или что похуже… Наташа бросила на него быстрый взгляд. — Думаешь, у них есть образцы твоей крови, Брюс? — Я не знаю, — честно ответил он. — После разрушения Трискелиона многое пропало. Щ.И.Т. хранил образцы… на всякий случай. Если Гидра получила к ним доступ, мы можем столкнуться с чем-то гораздо худшим, чем плазменные винтовки. Тони потёр лицо ладонями. — Отлично. Просто отлично. Значит, на аукционе может продаваться всё — от моих старых чертежей до пробирки с кровью Брюса. Пятница, что по каналам связи «Куратора»? Есть возможность отследить? — Организатор использует многоуровневое шифрование и динамическую маршрутизацию через семь анонимных узлов. Прямое отслеживание займёт от трёх до пяти дней. К моменту завершения аукциона данные устареют. — Значит, классическая схема, — подвела итог Наташа. — Нам нужен человек внутри. Роуди кивнул. — Согласен. Но не просто человек. Участники таких аукционов проходят проверку. Им нужна легенда, которая выдержит даже поверхностный взгляд службы безопасности. И деньги. Много денег на депозите. Стив пересёк комнату и встал рядом с Тони. — Мы можем выйти на связь с Фьюри. У него всё ещё есть люди, способные организовать внедрение. И агенты с подходящим опытом. Тони фыркнул. — Фьюри? Да он с нас три шкуры сдерет за удовольствие поработать вместе. А потом скажет, что мы ему должны, и будет напоминать об этом до конца наших дней. — Он откинулся в кресле, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. — Но… да, в данной ситуации его паранойя — именно то, что нужно. Пятница, соедини меня с Ником. И скажи, что я звоню не для того, чтобы обсуждать его глазную повязку. — Соединяю, босс. Роуди хмыкнул.

***

Переговорная, этаж 87. 09:24. Голограмма Ника Фьюри возникла над столом — в полный рост, в своём неизменном длинном плаще, с выражением лица, которое можно было бы назвать нейтральным, если бы не лёгкий прищур единственного глаза. — Старк, — произнёс он без приветствия. — Ты испортил мне завтрак. — Я надеюсь, это были не овсяные хлопья, — парировал Тони. — Потому что я бы не хотел брать на себя вину за испорченное утро. — Говори по делу. Стив сделал шаг вперёд, беря инициативу в свои руки. — У нас аукцион в Нью-Йорке. Через четыре дня. Организатор — «Куратор». Продают оружие Гидры и, возможно, технологии Мстителей. Среди потенциальных лотов может быть что угодно — от репульсорных прототипов до биологических образцов. Нам нужен агент для внедрения. Фьюри помолчал, затем слегка кивнул. Его взгляд скользнул по лицам присутствующих — оценивающе, холодно. — Я слышал о «Кураторе». Он всплывал в сводках Интерпола пару месяцев назад. Работает чисто, следов не оставляет. Его площадки всегда одноразовые — после торгов всё сворачивается за час. Если вам нужен человек внутри, я могу предоставить Хилл. Она сейчас как раз в Нью-Йорке, заканчивает одно дело. Наташа одобрительно кивнула. — Мария подойдёт. У неё есть опыт работы на подпольных торгах. Помню, как она изображала итальянскую графиню в Макао — никто даже не заподозрил. Легенду для неё можно соорудить быстро — коллекционер из Европы, частное лицо с деньгами. — Легенда уже почти готова, — подтвердил Фьюри. — Мы использовали похожую для операции в Берне. Подкорректируем детали. Что по финансированию? Тони поднял руку. — Я обеспечу депозит. Через подставные счета, естественно. «Старк Индастриз» официально в этом участвовать не будет. Пятница уже готовит «чистую» финансовую историю для нашей европейской наследницы. Пять миллионов на счёте, ликвидные активы в швейцарском банке, пара подставных вилл в Тоскане — стандартный набор для скучающей аристократки. Фьюри едва заметно хмыкнул. — Неплохо. Но пять миллионов — это только входной билет. Если на торгах появятся серьёзные игроки, ставки могут уйти далеко за пределы этой суммы. — Если понадобится больше — добавим, — отрезал Тони. — Я не собираюсь экономить, когда на кону технологии, которые могут разнести полгорода. Или создать армию клонов Брюса. Ни то, ни другое меня не прельщает. Брюс поморщился. — Спасибо, что напомнил об этой возможности. — Всегда пожалуйста. Фьюри проигнорировал перепалку. — Хилл выйдет на связь с Романофф через два часа. Детали операции обсудите напрямую. Ей понадобится полная легенда, документы, подтверждение финансовой состоятельности и — главное — правдоподобная история интереса к подобным лотам. «Куратор» не пускает на свои аукционы случайных богачей. Ему нужны люди с репутацией в определённых кругах. — Я могу помочь с репутацией, — негромко сказала Наташа. — У меня есть контакты среди европейских коллекционеров… специфического профиля. Пара звонков — и у Марии появится «рекомендация» от человека, которому «Куратор» доверяет. Или, по крайней мере, знает. — Действуй, — кивнул Фьюри. — И, Старк… если аукцион действительно связан с Гидрой, будьте готовы к тому, что там будут не только покупатели. У них везде глаза. И уши. И, возможно, что-то ещё, о чём вы даже не догадываетесь. — Звучит как обычный вторник, — пожал плечами Тони. Голограмма погасла. В комнате снова воцарилась тишина, нарушаемая только тихим гудением серверов за стеной. Стив выдохнул и выпрямился. — Хорошо. Теперь у нас есть план. — Почти, — поправила Наташа. — План будет, когда мы поймём, что именно продаётся, кто главные покупатели и как нам незаметно вывести Хилл, если что-то пойдёт не так. Пятница, отправь все имеющиеся данные Марии. Защищённый канал. — Уже, агент Романофф. Брюс, всё это время молчавший, закрыл ноутбук и посмотрел на коллег. — Я могу попробовать отследить «Нексус G-30» по сигнатуре, если он снова появится в лотах. Но это займёт время. Вещество, которое мы изъяли в Германии, имело очень специфический изотопный след. Если я смогу сопоставить его с тем, что продали в Одессе, мы, возможно, узнаем, из какой лаборатории оно вышло. — Работай над этим, — сказал Стив. — Любая зацепка может вывести нас на того, кто стоит за «Куратором». — У нас есть четыре дня, — добавил Тони. — Не так уж и много. Но если повезёт, мы не только накроем аукцион, но и выйдем на тех, кто финансирует всю эту сеть. А это уже будет настоящая победа. Роуди постучал тростью по полу. — Тогда за работу. И, Тони… постарайся хотя бы сегодня поспать. Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик. — Приму к сведению, — усмехнулся Старк, поднимаясь. — Но сначала кофе. И, возможно, ещё один разговор с Пятницей об архивах Гидры. Он уже повернулся к выходу, но на мгновение задержался, глядя в окно. Где-то там, в лабиринте нью-йоркских улиц, люди торопились по своим делам, не подозревая, что через четыре дня в подполье их города развернётся опасная игра. Тони провёл ладонью по подбородку, прогоняя остатки усталости, и направился к двери. У него была операция, требующая внимания, и не было времени гадать, кто ещё мог заинтересоваться этим аукционом. Ответ придёт сам — на месте, когда Мария Хилл войдёт в логово «Куратора». А пока — кофе. И проверка оборудования для разведки. Пятница уже готовила список задач, и Тони знал, что день предстоит долгий. Никаких дополнительных сигналов о посторонних взломах архивов на его личную консоль не поступало. Старк просто закрыл за собой дверь переговорной, оставляя Питера Паркера — и всех остальных потенциальных игроков — в блаженном неведении о том, что их пути вот-вот пересекутся самым неожиданным образом.

***

Пока наверху обсуждали детали предстоящей операции, жизнь в башне текла своим чередом. На кухне общего пользования Ванда Максимофф заваривала себе чай — простой, с мятой, который она покупала в маленькой лавке в Бруклине. Её движения были медленными, почти медитативными. Утро в башне она любила именно за эту тишину, когда можно побыть наедине с собственными мыслями, прежде чем здание наполнится шумом шагов, голосами и вечным гулом техники Старка. Из коридора послышались шаги, и в кухню заглянул Харли Кинер. В домашней футболке с эмблемой MIT, взлохмаченный, с чашкой кофе в одной руке и планшетом в другой. Вид у него был слегка помятый — явно тоже не выспался. — Доброе утро, Ванда. Чай? — Доброе, Харли. Да, мятный. Будешь? — Не, я на кофеине уже третий час. — Он улыбнулся и прошёл к столу, ставя планшет. — Слышала, что наверху затевается? Стив сегодня на пробежку не пошёл, а это плохой знак. Ванда пожала плечами, опуская пакетик в чашку. — Я стараюсь не лезть в их дела, пока меня не позовут. Меньше знаешь — крепче спишь. — Мудрая позиция. — Харли сделал глоток кофе и поморщился. — Чёрт, остыл. Вечно забываю, что кофе не ждёт, пока я закончу читать отчёты. — Он подошёл к кофемашине, нажал пару кнопок, и та с тихим жужжанием начала наполнять новую чашку. — А ты чего так рано? Я думал, ты любишь поспать подольше. Ванда взяла чашку и поднесла к губам, наслаждаясь ароматом мяты. — Не спалось. Решила, что лучше начать день с чая, чем ворочаться в постели без толку. У тебя тоже, судя по виду, ночь была не самая спокойная. Харли усмехнулся, забирая свежий кофе. — Тони вчера завалил меня расшифровкой каких-то старых файлов. Я до двух ночи сидел, пытаясь понять, что это за шифр такой — то ли двоичный код с ошибками, то ли чья-то неудачная шутка. В итоге плюнул и пошёл спать. Утром оказалось, что это вообще был тестовый файл Пятницы, который она случайно скинула в рабочую папку. Обожаю свою жизнь. Ванда тихо рассмеялась. — Бедный Харли. Вечно ты страдаешь от технологий Старка. — Это не технологии, это его чувство юмора, — проворчал он, но без злости. — Ладно, проехали. Слушай, а ты не знаешь, куда Брюс дел старые записи по электромагнитным стабилизаторам? Тони сказал, что они где-то на сервере с пометкой «Архив-7», но Пятница молчит как партизан — говорит, доступ только по спецразрешению. А мне нужно кое-что проверить для крыльев Сэма. Ванда покачала головой. — Я не сильна в технологиях, Харли. Могу только посочувствовать. Попробуй спросить у Брюса напрямую, он обычно более сговорчив, чем Пятница. Или у Питера — он, кажется, уже получил доступ к части архивов. — У Паркера? — Харли фыркнул и присел на край стола. — Да он сейчас, наверное, закопался в своих полимерах и даже не слышит, что вокруг происходит. Я вчера полчаса звал его на обед — ноль реакции. Сидит, бормочет что-то про каскадную полимеризацию и даже не моргает. Пришлось буквально трясти за плечо, чтобы он очнулся. Ванда улыбнулась, делая глоток чая. — Он очень увлечённый. Это редкое качество. — Увлечённый — это мягко сказано. Он как бульдог, вцепившийся в кость. Но результаты у него и правда впечатляющие. Ты видела его последний отчёт по биомиметическим материалам? Я половины терминов не понял, а Пеппер уже дважды его хвалила. За две недели работы. Мне кажется, она на него молится втихаря. — Думаю, она просто рада, что в компании появился ещё один толковый инженер. — Ванда отставила чашку и потянулась за яблоком из вазы на столе. — А ты не ревнуешь? Всё-таки ты был единственным протеже Тони, а теперь появился конкурент. Харли хмыкнул. — Конкурент? Паркер? Да он даже не знает, что такое конкуренция. Он просто делает свою работу и искренне радуется, когда у него что-то получается. Это… освежает, если честно. В башне вечно все что-то доказывают друг другу — Тони спорит со Стивом, Стив спорит с Тони, Наташа смотрит на всех как на идиотов… А Питер просто работает и радуется жизни. С ним легко. Ванда задумчиво кивнула, откусывая яблоко. — Да, я заметила. Он… не такой, как все здесь. В хорошем смысле. — Вот именно. — Харли допил кофе и поставил чашку в раковину. — Ладно, пойду искать Брюса, пока Тони не начал орать, что ему срочно нужны чертежи. Если что — я в лаборатории на восемьдесят пятом. — Удачи с Пятницей, — бросила Ванда ему вслед. — Она меня ненавидит, — донеслось из коридора. — Я уверен. Ванда покачала головой, улыбаясь, и снова повернулась к окну. За стеклом шумел Нью-Йорк, а в кухне было тихо, уютно и пахло мятой. Хорошее утро.

***

Тони стоял перед голографическим интерфейсом, просматривая отчёты Пятницы. На одном из экранов висела схема защищённых каналов «Куратора» — запутанная паутина из анонимных узлов и переадресаций. На другом — сводка по перемещениям известных покупателей подпольного оружия за последние две недели. Картина вырисовывалась тревожная: в Нью-Йорк стягивались серьёзные игроки. — Пятница, обнови данные по «Одесскому лоту». Меня интересует покупатель контейнера с «Нексусом G-30». — Информация ограничена, босс. Покупатель использовал многоступенчатую систему подставных лиц. Единственная зацепка — платёж прошёл через банк в Лихтенштейне, аффилированный с несколькими подставными компаниями, зарегистрированными на Каймановых островах. — Копаем дальше. Мне нужна любая ниточка — имя, счёт, номер телефона, цвет носков покупателя. Всё, что угодно. — Принято. Ориентировочное время анализа — шесть часов. Тони вздохнул и потёр шею. Спать хотелось невыносимо, но адреналин от предстоящей операции уже начал разгонять кровь. Он бросил взгляд на часы — почти половина одиннадцатого. Через два часа Мария Хилл получит все данные и начнёт подготовку к внедрению. А значит, у него есть два часа, чтобы найти хоть что-то, что даст им преимущество на аукционе. — И ещё, Пятница. Проверь всех, кто в последние три дня запрашивал доступ к архивам по делу Лизы Маерс. Вдруг кто-то из наших слишком любопытных сунул нос куда не надо. — Список запросов: доктор Бэннер, агент Романофф, вы, босс. Также зафиксирован один автоматический запрос от системы анализа угроз — стандартная процедура после изъятия новых данных. Никаких посторонних обращений не обнаружено. — Хорошо. Значит, пока тихо. Тони откинулся в кресле и закрыл глаза — всего на минуту, просто чтобы дать отдых глазам. В голове крутились обрывки разговоров, цифры, имена, даты. Четыре дня. Четыре дня до момента, когда всё может либо решиться, либо пойти прахом.