Харуллойды мои харуллойдятся

О, если бы Хару был животным, он бы точно был кем-то плотоядным. Крупным, опасным хищником, типо акулы или волка, паука, как в той, его песне... а Ллойд бы был кем-то небольшим, кто всегда увязывается за хищниками, и иногда даже не умирает из-за этого. Он обхватил беловолосого за шею, впиваясь и сминая чужие губы своими - здесь, когда над головой есть потолок, а вокруг стены, было уже не так страшно наглеть. Ллойд залез руками под чужую рубашку, с восторгом проходясь пальцами по хорошему, подтянутому прессу... ему бы такой... Усмехнувшись, старший повалил его на скрипнувшую кровать, быстро нависая сверху и заново раздевая, пожирая голодным взглядом худое, покрытое шрамами и ожогамительце. — Идиоты эти ниндзя... — пробормотал он раздраженно, стягивая с парнишки остатки одежды, то бишь трусы. — Нечего патрулировать каждый божий день... — Ну, ты бы не стал же меня... иметь прямо там? — Ллойд поднял бровь, чуть прикрывая по инкстинкту интимные места, но Харуки не дал, раздвигая его ноги в стороны. — Кто знает. Ты слишком соблазнительно выглядишь, малыш. — слишком серьёзно, чтобы это могло быть шуткой, произнёс принц, уже открывая заранее приготовленую смазку... — Да ну... ых! Первый палец проскользнул внутрь без предупреждения, даже намёка на предупреждение. По телу волной прошлись мурашки, и Ллойд поежился, в который раз сожалея, что самостоятельно не растягивается достаточно часто... — Расслабься.— приказал Хару, другой рукой проводя по паху подростка, поддразнивая его возбуждение. У него самого в штанах была та еще "палатка", но себя он трогать не спешил, зная, что еще удовлетворится вдоволь. У них еще есть время в запасе... Стараясь расслабиться, чтобы растяжка шла безболезненной, зеленоглазый сжал простыню пальцами, тяжело дыша. Смазанные фаланги уже двух пальцев вошли глубже и задели что-то, заставив содрогнуться. Стенки вокруг них сокращались и пульсировали, стараясь вытолкнуть или же наоборот, засосать инородный объект. — Мгхм... Третий палец вошел внутрь следом, Хару явно сегодня не обладал львиным терпением, но всё же старался держать себя в руках, растягивая пальцами в стороны, растопыривая "ножницами" и проталкиваясь внутрь. Он смотрел сверху вниз на юношу, наслаждаясь чувственным процессом, но наслаждения было недостаточно... а вот если... в голову пришла странная идея, и он вдруг хмыкнул. Ллойд привстал на локтях, когда подумал, что растяжки достаточно и решительно притянул к себе парня, затягивая в поцелуй... тот вытащил пальцы из уже более эластичного отверствия, прижимая Монтгомери к себе, и младший просто стянул с него штаны, а после залез(какой наглец!) в трусы рукой, трогая пальцами чужой стояк, не придав значению тому, как Харуки снял ремень с джинс, но не отложил в сторону, как обычно. Не успел Ллойд опомниться, всё произошло очень быстро, как его, словно преступника, повязали. Руки завели за голову, наверх, вокруг запястий оказался плотно затянут ремень, и когда он уже был снова оставлен в покое, то уже стоял лицом к изголовью кровати, с руками, привязанными к прутьям и ничем не защищённой задницей.. Эксперименты любили , оказывается, не только сумасшедшие учёные... что же, не удивительно. — Погоди, я-аА! — вскрикнул он, пытаясь разобраться в произошедшем, но крик оборвался в стоне. Стены небольшого номера, расчитанного на подобных посетителей(все же в Ниндзяго были прилично так развита проституция), поплыли перед глазами, и Ллойд инкстинктивно выгнулся, ощущая длину внутри себя слишком глубоко... Игнорируя вскрик, Харуки провел по вытянутым к железным прутьям кровати рукам, словно успокаивая пассию, целуя в шею и плечи, сам же начал двигаться внутри, блаженно улыбаясь - давненько у них не было проникновения, обстоятельства не позволяли, но в этот раз мальчишке некуда деться. — Расслабься, малыш. — прошептал он тихим, хищным голосом в острое ушко Монтгомери. Подросток набрал воздуха побольше и выдохнул с очередным томным стоном, пряча выступивший на щеках румянец. План Хару сработал, как швейцарские часы - в таком положении даже уткнуться в подушку или закусить простыню не выйдет, что, конечно, радовало "альфу". Утнувшись взглядом в белые простыни, подросток поборол смущение и резко подался назад, углубляя проникновение, перед глазами на пару мгновений потемнело, а после темп движений ускорился, и частые, хаотичные толчки внутрь приближались к той самой точке. Парень сжал руки в кулаки, чувствуя болезненное, но ужасно приятное растяжение внутри, чужая плоть, раздвигающая собственную. Сама мысль о том, что это происходит вводила в краску, хотя и провоцировал в большей части такое он... — Х-Хару... Старший был всецело занят, поглощен процессом. Вбивая себя внутрь по основание, не жалея жопы Ллойда, он впился в тонкую, изогнутую шею, оставляя глубокий след. С зубами ему повезло - от природы острые, заточенные, прекрасно входили в мягкую бледную кожу, не разрывая до крови, но оставляя достаточно сильный отпечаток, чтобы от одного вида стало ясно, кому принадлежит этот парнишка. Тепло и пульсирование узкой дырочки заводили, вид на искусанную шею и плечи, спину с выпирающими лопатками, покрытую кое-где старыми шрамами, бордовые засосы и естественный запах тела, удивительно не отталкивающий, а наоборот. Прижав к себе за живот Ллойда, Харуки глубоко вдохнул чужой запах, медленно, но верно становящийся до неприличия родным и сокровенным. Опираясь о кровать, он свободной рукой ласково гладил юношу по животу с грудью, пальцами оглаживая затвердевшие от возбуждения соски, чуть сжимая их между пальцев, слушая сладкие стоны, снова кусая, гладя и лаская, пока мозг медленно растворялся в эйфории. Теперь осталось только найти правильный угол... Ллойда словно пробрало электрическим током, он вздрогнул всем телом, резко запрокидывая голову. И только остановившись на миг, чтобы пристроиться поудобнее,Харуки продолжил движение, исключительно по траектории прошлого толчка, комнату наполнили резкие, рваные от частоты толчков стоны. Ноги Монтгомери затряслись, немного разъезжаясь в стороны, а слюна, которую он забывал сглотнуть, потекла по подбородку вниз, капая на чистые простыни. Жар снизу живота усилился, стимуляция одной и той же точки беспрерывным потоком приносила такое невыносимо райское наслаждение! Глаза зелёного цвета закатились, и, чувствуя, как толчки лишь ускоряются, а собственные стоны непроизвольно становятся громче, Монтгомери впился в изголовье, как только мог, от движения назад-вперед кожа натирала запястья, но сейчас ему было плевать, лишь бы это ощущение не прекращалось! Громкие вскрики наполнили комнату, скрип кровати почти что не был слышен, заглушенный ими, и, чувствуя, как достигает того самого желанного пика, кульминации, Ллойд весь выгнулся как струнка, зажмурившись. Хотелось бы найти опору для рук, но, будучи наполовину обездвиженным, он мог только покрепче ухватиться за изголовье, не успевая дышать. Чувство неустойчивости создавало ощущение, будто стоит чуть-чуть расслабить ноги, и он просто упадет, ничем не поддерживаемый... — Ха... — с каждым толчком дыхание зеленоглазого прерывалось на миг, тело плавилось от нескончаемой грубой стимуляции. — ру... я!..я... агх! Слова застрявали во рту, превращаясь в очередной томный выдох, и расширенные зрачки глаз не могли сфокусироваться, всё плыло, теряя правильную форму, ничего не имело значения, кроме напряжения снизу живота, и вот, вот... Протяжный стон вылетел изо рта, и без того напряженные ноги задрожали. Ллойд дернулся назад, максимально насаживаясь на орган в своей заднице, и наконец-таки достиг кульминации... Сжавшиеся мышцы анального отверстия плотно обхватили, не давая выйти, стояк, и Хару, выгнувшись, кончил следом, не успев вовремя выйти, благо, беременность тут не грозит... малость отдышавшись после бурного оргазма, он крепко обнял повиснувшего на ремне подростка, прижимая к себе, целуя в затылок, шею, растрепанные волосы... — Хороший мальчик. — похвалил с усмешкой принц, оглаживая живот и грудь зеленоглазого. Харуки потянулся, с легкостью отцепив ремень от прутьев, и Монтгомери тут же рухнул на кровать лицом вниз, растекаясь лужицей по постели. — Бляя-я... ты понимаешь, что я завтра ходить не смогу? — Ллойд повернул голову, сползая тазом вниз. — Вполне... — похлопав по ягодицам, чем снова вызвал румянец, Хару предложил без зазрения совести(тоже наглый). — Продолжим? Монтгомери издал смешок, переворачиваясь на спину. — Ещё спрашиваешь... *** Как и ожидал Хару, Ллойд не протянул и до четвертого раунда, просто отрубившись. Хорошо для него - все же со сном были не маленькие проблемы, и, прибравшись малость, принц увалился спать. Конечно, маловато... но у них еще будет возможность изучить эти вопросы более досконально, может в костюмчик какой приодеть Монтгомери... усмехнувшись, Харуки закинул одну руку за голову, другой обнимая подростка, решившего в какой-то момент, что чужое плечо куда лучше подушки и мягче... а согнать его было бы безчеловечно.