𝐀𝐃𝐕𝐄𝐍𝐓𝐔𝐑𝐄𝐒 𝐈𝐍 𝐁𝐀𝐁𝐘𝐒𝐈𝐓𝐓𝐈𝐍𝐆

нежно

❀

      Пейтон и Сидни быстро сориентировались в лесу и нашли более-менее проходимую тропинку. К тому же Пейтон понимала, куда идти. Для нее и еще нескольких ребят из трейлерного парка, где жила ее мать, стало традицией ходить на свалку, где они в основном пили и употребляли различные запрещенные вещества.       Хотя Пейтон была уверена, что, забрав с собой его сестру из поля зрения, она навлечет на себя гнев Харрингтона, она была рада оказаться подальше от парней (как маленьких, так и взрослого).       — Знаешь, ты не такая злая, как я думала, — неожиданное признание Сидни нарушило молчание, в котором они шли, и блондинка ухмыльнулась. Она была рада, что ее не восприняли негативно, хотя все еще была не против пошутить по этому поводу.       — Правда? — Спросила она, небрежно бросив горсть мяса на землю и преувеличенно вздохну. — Черт, в следующий раз я буду стараться усерднее.       Сидни искренне рассмеялась, засунув трясущиеся руки глубоко в карманы, и одарила Пейтон ослепительной улыбкой:       — Серьезно… У тебя не самая лучшая репутация со слов моего брата.       — Да ладно… — Сарказм Пейтон еще не иссяк, и ее преувеличенное удивление вызвало закатывание глаз у младшего подростка. — Я и Стив? Мы лучшие друзья, — Сидни попыталась скрыть улыбку за прищуренными глазами, хотя, очевидно, это оказалось труднее, чем она думала.       — Я знаю, что он может быть придурком, так что… — Задумчивый вздох эхом отозвался хрустом веток под ее ботинками, Сидни сморщила нос, думая о поведении своего брата (по правде говоря, примерно до этого года). — Я никогда не воспринимала это. То, что он говорил о тебе.       — Эй, молодец, — улыбка Пейтон куда лучше скрывала ее истинные чувства, чем улыбка Харрингтон. Не то чтобы Пейтон считала, что тут есть чем гордиться. Умение скрывать эмоции, несомненно, было признаком того, что она выросла в дерьмовой среде, где было небезопасно показывать свои истинные чувства.       — Он слишком много говорит о тебе, чтобы на самом деле тебя ненавидеть.       Пейтон почти сразу поняла по ухмылке Сидни, что она пытается застать ее врасплох. Это даже не было такой уж откровенной ложью. И Пейтон поверила бы ей, если бы это не было одной из самых диковинных вещей, которые она слышала в жизни.       Прищурившись, Пейтон хмуро посмотрела на Сидни, как учительница, которая отчитывает ребенка, рассказывающего выдуманные сказки, чтобы произвести впечатление на своих сверстников:       — Правда? — Продолжила она своим насмешливым тоном.       — Мгм… — Промычала девочка. Собираясь вдохнуть, чтобы еще раз выразить протест против того факта, что Стив мог сказать хоть что-то о ней, Пейтон удержала замечание, готовое сорваться с ее губ, когда Сидни развернулась на каблуках и пошла задом, крепко сжимая лямки рюкзака дрожащими руками. — Почему так важно найти эту штуку?       Пейтон нервничала в тысячу раз больше, чем при просто разговоре о Стиве, и слегка замедлила шаг, позволив дистанции между ней и девочкой стать больше.       — Ну, это… может быть опасно, — откровенно говоря, Пейтон терпеть не могла лгать. Но не ей было решать, готова ли Сидни выслушать историю о том, как Уилл на самом деле потерялся в лесу… — Мы знаем, что он уже съел кошку… и теперь он стал больше, так что же помешает ему съесть что-нибудь еще?       Когда Сидни поняла, что ложь Пейтон не прекратилась, она не просто разозлилась, а почувствовала разочарование от того, что люди, которые, как она думала, заботятся о ней, хранят от нее столько секретов. Она снова повернулась к блондинке спиной, но облегчение от того, что допрос прервался, было недолгим.       — Вы со Стивом одинаково плохо врете, — застигнутая врасплох таким внезапным обвинением, Пейтон застыла рукой в ведре. — Происходит что-то, о чем никто из вас мне не говорит! — Сидни едва взглянула на Пейтон, продолжая. — Как ящерице вообще удалось пробиться сквозь стену и прорыть такой туннель? И почему единственным полицейским, которому мы можем позвонить — это Хоппер?       Пейтон вздохнула, но понимала, что лучше не продолжать лгать и попытаться убедить ее, что все в порядке.       — Послушай, малыш, — начала она, стараясь не смотреть девушке в глаза. — Все нормально.       — Я не малыш! — Настаивала младшая Харрингтон. — Я справлюсь с этим!       — Не сомневаюсь, — Эванс, наконец, взглянула в ее сторону, и сердце ее сжалось, когда она увидела, что на нее смотрят блестящие, полные слез глаза. Этот взгляд она знала слишком хорошо. Это была не просто грусть, а замешательство и гнев. Пытаясь понять, была ли ее вина в том, что они хранили секреты, она сказала: — Послушай, это просто… для твоего же блага, ладно?       — Это из-за того, что случилось в прошлом году? — Наконец задала она страшный вопрос. Пейтон был уверена, что Стив убьет ее за правдивый ответ. — Я… я слышала, как вы говорили об Уилле, — дыхание участилось, и Пейтон поняла, что это не только из-за того, сколько они прошли. — О том, что… никто на самом деле не знает, что произошло, когда он пропал без вести, — губы у Сидни дрожали, глаза остекленели, и когда-то суровое выражение Пейтон полностью исчезло при виде этого. — Но я думаю, что ты знаешь. Думаю, ты что-то видела, и что Стив тоже был там. Вы лжете, потому что думаете, что это защитит меня, хотя на самом деле вы заставляете меня бояться еще больше! — Сама едва сдерживая слезы, Пейтон думала обо всех способах, которыми она могла бы попытаться выкрутиться. Обо всех способах, которыми она могла бы попытаться уберечь Сидни от всего этого. Единственным реальным решение было отправить бедную девочку домой. Но она не знала, безопасно ли это.       — Эй, эй, — Пейтон, сняв перчатку, бросила ее в ведро, поставила его на землю и осторожно положила руки на плечи паникующего подростка. — Дыши, — Сидни кивнула, закрывая глаза и делая глубокий вдох через нос. — Выдыхай ртом, — Пейтон мягко помогала ей справиться с паникой, успокаивая стук сердца Сидни, отдававшийся у нее в ушах. — Ты права, — наконец согласилась светловолосая девушка. — Есть вещи, которых ты не знаешь, и есть вещи, о которых я не могу тебе рассказать, — она хотела, чтобы ее слова прозвучали успокаивающе, но не была уверена, что это получилось. — Это… монстр, а мы… — Замолчав, Пейтон улыбнулась. — А мы охотники на монстров. Мы должны поймать эту тварь, пока она не причинила еще больше вреда. Но сейчас самое безопасное место, независимо от того, знаешь ли ты всю историю или нет, — это быть с двумя людьми, которые раньше уже сражались с одним из этих ублюдков.       — Вы со Стивом? — Это было почти больно слышать, но это была правда. Пейтон официально стала тем, что и по сей день остается ее самым страшным кошмаром. Они со Стивом Харрингтоном были одной командой.       Она неохотно кивнула:       — И это все, что тебе нужно знать, — Сидни покачала головой, опустив взгляд в землю, когда на лице Пейтон появилась легкая усмешка. — Поверь мне, зачем бы мне еще проводить выходные со Стивом «Волосатым» Харрингтоном… — ухмылка Пейтон слегка дрогнула, когда она поняла, с кем разговаривает, и нервно хихикнула. — Эм… без обид, — но Сидни просто прищурилась, словно не понимая, что так смутило девушку.       Хмурое выражение лица сменилось ухмылкой, когда Харрингтон внезапно заявила:       — Знаешь, они не совсем естественные.       Пейтон стала еще больше сбита с толку тем, что не совсем поняла, как тема разговора полностью изменилась.       — Хмм?       — Волосы, — объяснила Сидни насмешливым тоном Пейтон, наблюдая, как на лице блондинки появилось неподдельный интерес.       — Чего?       — Это все Fabergé, — название бренда для ухода за волосами вернуло Пейтон к реальности, и она едва сдерживала смех, когда поняла, к чему клонит Сидни. Самый давний секрет Стива Харрингтона. — Fabergé Organics. И, эм, спрей от Фарры Фосетт.       — Фарры Фосетт? — Ухмыльнулась Пейтон, провожая взглядом Сидни, которая с вновь обретенной уверенностью в себе снова зашагала по дорожке.       — Ага, Фарра Фосетт, — девушке пришлось замедлить темп, чтобы Пейтон смогла догнать ее, и ухмылка Сидни стала еще шире при виде восторженного выражения лица.       — Да ты шутишь.       — Нет, — покачала головой брюнетка. — Он всегда очень странно к этому относится. Всегда настаивает, что это спрей нашей мамы, но… даже сегодня в доме пахло лаком для волос, а родителей уже несколько дней не было дома.       Пейтон кивнула, переваривая всю эту информацию с глубоким вздохом, и оглядела лес широко раскрытыми глазами ребенка в рождественский день. Мысли о новых прозвищах и подколах Стива закрутились у нее в голове:       — О, это лучшая новость, которую я когда-либо слышала в своей жизни.       Внезапно заподозрив неладное и, скорее всего, больше беспокоясь за себя, чем за Пейтон, Сидни вмешалась:       — Не говори ему, что я тебе рассказала, — в ответ она получила не слишком убедительный косой взгляд от Эванс, чьи мечты были разбиты вдребезги одной-единственной фразой.       — Я помучаю его так, чтобы он не узнал, что это ты проболталась, — эти слова прозвучали скорее как предложение, чем утверждение, но недовольного лица Сидни было достаточно, чтобы Пейтон смирилась. — Ладно, Харрингтон, мои губы на замке, — Сидни только кивнула, пропуская Пейтон вперед, давая ей возможность побыть наедине со своими мыслями. Неожиданный момент, который она пережила с девочкой, был странным. Она никогда не думала, что так легко поладит с сестрой Стива Харрингтона.       От этого осознание того, с чем им предстояло столкнуться, что ей предстояло узнать о Хоукинсе, становилось еще более невыносимым.

❀

      К тому времени, как эти Гензель и Гретель закончили разбрасывать по лесу кусочки мяса, они поняли, что солнце уже начало заходить. Мальчики добрались до свалки первыми. Потому что, конечно, они не сворачивали с пути и все такое. Очередной повод позлорадствовать для Харрингтона. Увидев парней, Сидни встала на цыпочки, вытянув руки к небу, как будто пытаясь согнать облака кончиками пальцев.       — Стив!       Ее брат перестал выкладывать мясо на землю с Паркером, и его замешательство сменилось гневным взглядом, когда он заметил самодовольное выражение лица Пейтон.       — Эй! — Окликнула она их, сунув руки в карманы, когда подошла ближе и избавилась от зловонного сырого мяса, которое лежало в ее теперь уже пустом ведре. — И каковы шансы?       Стив покачал головой, стиснув зубы, когда она подошла к нему:       — Подло, Эванс, — казалось, Пейтон была с ним согласна. Она насмешливо надула губы и подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.       — Я же просил средней прожарки! — Крикнул еще один запоздалый участник этой вечеринки. Пейтон и Стив прищурились, глядя на подростков, приближающихся на фоне заходящего солнца.       — Это кто? — Спросил Стив, бросив взгляд на Пейтон и заметив, что когда-то самодовольное выражение ее лица сменилось выражением глубокой озабоченности.       Она бы где угодно узнала младшую сестру того, кто вскоре станет очень злым и агрессивным сводным братом.       Макс Мэйфилд.       А рядом с ней Лукас Синклер.       Как будто и так не хватало подростков, вовлеченных в тему Изнанки.       — Макс? — Пейтон нахмурилась, левой рукой прикрывая глаза от солнца, в то время как правая покоилась у нее на бедре.       — Макс? — Повторил Стив, узнав это имя и бросив косой взгляд в сторону Дастина. Теперь не было секретом, что Хендерсон влюбился в дерзкую рыжеволосую девочку. В конце концов, именно Стиву он доверился и попросил совета, как произвести на нее впечатление. Пока Стив наблюдал за тем, как на лице Пейтон сменяются тревога и гнев, его осенило. Точно, парень, с которыми ей не повезло стать родственниками. — Подожди, сестра Харгроува? — Пробормотал он, наклонившись в сторону, чтобы слышала только Пейтон. Она бросила на него быстрый взгляд, надеясь, что он не читает ее насквозь. Ее гнев отчасти был маскировкой искреннего беспокойства. Не только за Макс, но и за себя. Она прекрасно знала, что маленькая Мисс Мэйфилд не должна была оставаться одна в такое время. И если она сбежала тайком, Билли рано или поздно станет для них проблемой.       Мысли Паркера блуждали где-то далеко. Он знал, какой Пейтон становилась, когда волновалась. Ее вспыльчивость превращала все нежелательные эмоции в ярость. Возможно, это худший в мире механизм эмоциональной защиты.       — О, черт… — Пробормотал он, поморщившись, когда заметил яростный взгляд сестры.       — Какого черта, Синклер? — Усмехнулась она, хотя было видно, что беспокойство просто маскируется под гнев, как и большинство ее эмоций.       Рука Паркера мягко легла ей на плечо. Единственный человек в мире, который мог хотя бы немного успокоить вспыльчивую блондинку.       — Пейтон… — Она заметно выдохнула, скрестив руки на груди, и жестом попросила Дастина и Паркера вразумить их друга. Мальчик кивнул, как бы говоря «да, без проблем» и шагнул к своему другу. — Лукас, можно тебя на секунду?       Макс в замешательстве смотрела, как трое мальчиков трусцой убегают прочь, прячась за ржавеющей красной машиной.       — Невероятно… — Пробормотала Пейтон, пиная какой-то металлолом в сторону большого автобуса, стоявшего в центре свалки. Взгляд Стива неожиданно стал сочувственным. Пейтон не знала, что чувствовать, осознавая, что Стив Харрингтон, вероятно, был одним из немногих людей на планете, который точно знал, что она переживала.       — Что тут такого?       Непонимание Сидни разбило брату сердце. Он знал, что рядом с ним ей безопаснее, чем сидеть дома одной, особенно когда на свободе разгуливает демогоргон. Но нельзя было отрицать, что теперь она стала частью чего-то, что находилось далеко за пределами ее понимания.       — Она не знает? — Нахмурилась Макс, выдавая с потрохами вопиющее нарушение правил Лукасом. Тем не мене, никто ничего не сказал.       Стив мог только смотреть на сестру, пока она с досадой не спросила:       — Знаю что?       Он был во всем виноват. Она должна была сидеть дома. Делать уроки. Смотреть телевизор. Она должна была быть в безопасности. А вместо этого оказалась здесь, в лесу, где вот-вот наступит ночь и появится демогоргон. Не было таким слов, которые могли бы все исправить, кроме правды о Хоукинсе.       — Эй, — внезапное вмешательство Пейтон вызвало у Стива волну ярости. — Помнишь, о чем мы говорили? — Он не хотел, чтобы его сестра уходила с Пейтон одна, и ему даже в голову не приходило, что она могла проболтаться. Но вместо паники, которая могла отразиться на лице девушки, Сидни охватила волна спокойствия. Глубокий вздох сопровождал кивок, который она бросила в сторону заботливой блондинки.       Девочки стали расходиться, но Стив успел схватить Пейтон за предплечье. К его удивлению, блондинка просто остановилась как вкопанная, не предприняв никаких попыток агрессивно вырваться, как он ожидал.       — Что ты ей сказала? — С беспокойством прошептал он.       — Как можно меньше, не переживай, — впервые за долго время в ответе Пейтон не прозвучало оскорбления или намека на сарказм. Возможно, их действительно что-то связывало, как старшего брата и сестру, которые практически заменяли родителей.

─────

      Разговор мальчиков затянулся гораздо дольше, чем ожидалось. Но их крепость все еще нуждалась в доработке. И раз уж Макс собиралась остаться, Пейтон могла бы воспользоваться дополнительной парой свободных рук.       Но поскольку они говорили так долго, что солнце уже начало садиться, Стив не выдержал. Ему надоело смотреть, как девочки делают всю работу, пока мальчики болтают. Схватив с земли старый металлический стул, он в два шага пересек свалку и со всей силы швырнул его в багажник машины.       — Эй! Олени! — Рявкнул он, хотя эха металла было достаточно, чтобы привлечь их внимание. Пейтон резко обернулась, удивленная его внезапной вспышкой, и на ее губах невольно появилась ухмылка. — Почему мне помогают только девочки? — Взволнованный Харрингтон едва дал им время придумать оправдание и добавил. — Через 40 минут стемнеет. За дело, — Стив уже начал уходить, оставив троих парней стоять в шоке, когда повторил гораздо громче. — За дело, я сказал!       — Ладно, придурок!       — Боже!       — Ладно, кретин!       Одновременно застонали все трое, хотя старший из их компании не обращал никакого внимания на их реплики. Пейтон бросила веселый взгляд в сторону Сидни, которая довольно устало наблюдала, как мальчики поспешно принялись за работу.       — Почти вовремя, черт возьми, — поддразнила блондинка. — Давайте, нам еще нужно заделать окна, — ухмылка стала еще шире от чересчур драматичных стонов раздраженных подростков.       С заходом солнца группа из семи человек ускорила темп и занялась рутинной работой: они катали бочки вниз по склону, передавая друг другу куски металла, а Пейтон и Сидни расположились вокруг автобуса, прибивая каждый из них на место. Блондинка выбрала лом, чтобы забить все гвозди, которые они смогли найти, в наружные стенки автобуса. Куски мяса, которые у них остались, они выложили подальше от своей металлической крепости, а Стив и Пейтон полили бензином вокруг этой кучи.       Ночь наступила так же быстро, как и ожидалось. Прошло около сорока минут, и Пейтон очень не хотелось признавать, что Стив оказался прав. Они как раз закончили подготовку, когда над свалкой опустился легкий туман, и дети гуськом вошли в автобус. Отступив от них на шаг, чтобы осмотреть проделанную работу, Пейтон, наконец, обратилась к Стиву.       — Неплохо, а, Харрингтон? — Спросила она, уперев руки в бока и позволив себе перевести дыхание. Стив медленно перевел взгляд с автобуса на товарища, и его брови сдвинулись от внезапного незнакомого чувства. Он не мог найти разумного объяснения тому, что произошло с ним в этот момент.       Когда он посмотрел на нее.       Он посмотрел на нее.       На девушку, которая сломала ему нос. Девушку, которая распустила слух, что он не так уж хорошо обеспечен. Девушку, которая сводила его с ума. Девушку, которая, черт возьми, терпеть его не могла, и которую он сам не мог терпеть.       Это была та самая Пейтон, которую он знал и ненавидел годами.       Только теперь она была девушкой, которая бросила все и побежала на помощь своему брату. Девушкой, которая часами помогала ему соорудить безопасное убежище посреди леса. Девушкой, которая была рядом с его сестрой, когда он сам не мог подобрать слов. Девушкой, которая сводила его с ума.       Ее белый топ небрежно торчал из-под укороченной кофточки, которая обнажала полоску кожи над обтягивающими джинсами, которые подчеркивали ее талию. Волосы были небрежно собраны в хвост, а светлые пряди обрамляли раскрасневшиеся щеки. Слово «красивая» пронеслось у него в голове, пока он любовался тем, как лунный свет подчеркивает ее черты. Он чувствовал себя одержимым. Будто в его мозг проникли чьи-то грязные мысли.       Стив не осознавал, как долго смотрел, пока отсутствие ответа не заставило Пейтон прервать ход его мыслей.       — Чего? — Она нахмурилась и в замешательстве вытерла лоб тыльной стороной ладони, потому что, конечно, ее первым предположением было, что Стив уставился на какую-то грязь на ее лице. Не просто на ее лицо.       — Ничего, — Стив покачал головой, словно пытаясь отогнать от себя все мысли о Пейтон. Все это не имело для него никакого смысла. Не то чтобы что-то изменилось. За те полтора дня, что они провели вместе, они умудрились наговорить друг другу больше гадостей, чем вообще общались за все предыдущие года. Ее опущенный взгляд внезапно привлек внимание Стива к ее подбородку, сияющему в лунном свете.       В внезапной панике, желая поскорее забраться в автобус и оказаться подальше от Пейтон, рука Стива скользнула по острому куску ржавого металлолома, который, по иронии судьбы, был им нужен меньше всего.       — Черт! — Громкий вопль Стива привлек внимание Пейтон на удивление быстро, его широко раскрытые глаза метнулись к нему. — Черт возьми! — Выругался он, быстрым пинком отправив ближайший к нему предмет, которым оказался пустой ржавый мусорный бак, в полет через свалку.       — Что случилось? — Отозвалась Сидни из автобуса, высунувшись из двери, чтобы проверить брата.       — Ничего, я в порядке! — Стив выдавил из себя улыбку. На лице младшей Харрингтон появилось недоверчивое выражение, но одного взгляда, которым брат встретил ее, было достаточно, чтобы понять: настаивать дальше не стоит. Будучи его младшей сестрой, Сидни знала, что лучше не спорить с этим ослом.       — А это что вообще было? — В настоящем замешательстве спросила Пейтон, указывая кончиком пальца примерно в том направлении, куда полетел мусорный бак. Девушка приподняла брови, ожидая услышать какой-нибудь ответ, но Стив лишь отвернулся. Блондинка вздохнула, роняя лом, который держала в руках, на землю. — Ладно, дай гляну, — Стив подозрительно нахмурился, отворачивая свою явно кровоточащую ладонь.       Почему она вообще пыталась помочь ему?       Что еще важнее, чувства восхищения и дружбы, которые он принял за что-то другое, больше никогда не должны были повториться. Он боялся, что любое сближение с Пейтон спровоцирует второй подобный случай того, что явно было проявлением безумия Стива.       — Я в порядке, — поморщился он, прикрывая ладонь здоровой рукой.       Не совсем уверенно Пейтон все же сделала еще один шаг к нему, указывая на его поврежденную руку:       — Стив, у тебя кровь.       — Все в порядке, — боль смешалась с замешательством от настойчивого желания блондинки помочь ему.       — Стив…       — Все в порядке! — Стив одернул руку, когда Пейтон потянулась к ней, и вздрогнул от ее прикосновения. Только растерянность Пейтон помешала ей рассмеяться, на ее лице появилось выражение одновременно недоумения и веселья.       — Ты ведешь себя нелепо, — она снова потянулась к нему, и Стив чуть не споткнулся о собственные ноги, пытаясь отойти.       — Нет!       — Стив!       — Эй! — Вскрикнул он, слегка нахмурившись из-за настойчивости и силы, с которыми Пейтон схватила его за запястье, бесцеремонно подтаскивая к себе.       — Дай мне посмотреть! — Выпалила Пейтон, ее терпение было на исходе. Окровавленный кулак Стива оставался сжатым, когда Пейтон осторожно подставила под него свою руку, не сжимавшую его запястье. Не произнеся больше ни слова, она выжидающе уставилась на него, как умеет только старшая сестра. Смирившись с поражением, Стив медленно разжал руку, драматично вздохнув и закатив глаза. Девушка прищурилась, когда внимательно осматривала рану. — Она ржавая?       — Что?       — Железяка, о которую ты порезал руку, — объяснила Пейтон, явно стараясь скрыть обычную враждебность в своем тоне. — Она ржавая?       Стив прищурился и в смятении заморгал, хотя, по мнению Пейтон, он был не менее язвительным, когда не испытывал сильной боли.       — Пейтон, на всем этом металле ржавчина.       — Тогда скажешь мне спасибо, что я не дала тебе заразиться столбняком и умереть, — отрезала блондинка, сморщив носик в слащавой улыбке, от которой у Стива кровь закипала в жилах. Но все, что он мог сделать сейчас, — это слабо улыбнуться.       — Ну и кто теперь ведет себя нелепо? — Его низкий тон и ухмылка застали ее врасплох. Похоже, он и сам от себя такого не ожидал, на мгновение отведя взгляд и проводя языком по губам. На мгновение сжав руку Стива чуть сильнее, она тут же расслабила хватку.       — Не двигайся, ладно? — На ее требование Стив ответил на удивление послушным кивком. Его рука стала такой же неподвижной, как и его взгляд.       — Ага… — Стив всегда знал, что Пейтон была, за неимением лучшего слова, оторвой. Но до сих пор ничто не удивляло его больше, чем когда миниатюрная блондинка вытащила из заднего кармана складной ножик. — Воу!       — Расслабься, Харрингтон, — успокоила Пейтон с язвительной ухмылкой, забавляясь замешательством Стива. Тем не менее, она не могла точно определить, какие эмоции выражало его лицо. Боль и замешательство затрудняли чтение в его широко раскрытых глазах.       — Что ты д… — Начал Стив, но его прервал звук рвущейся ткани, когда Пейтон разрезала ножом нижнюю половину своей белой майки. Девушка потянулась за спину, разрывая остаток ткани. — Пейтон…       — Все в порядке, — перебила блондинка. — Она и так старая, — и затем принялась за работу. От ее нежного прикосновения у Стива перехватило дыхание. Он знал, что не должен показывать, что дрожит.       Ткань раз, другой обернулась вокруг его ладони, затем вокруг запястья, и он был уверен, что если бы Пейтон задержалась на точке пульса дольше, чем на секунду, она бы ощутила, как бешено колотится его сердце. Стив никогда раньше не рассматривал ее так пристально. То, как она прикусывала губу, когда сосредотачивалась. То, как луна подсвечивала ее веснушки и золотистые искорки в ярко-зеленых глазах. Если она и заметила, что он пялится, то пока не подала виду.       Внезапная боль, вызванная тем, что Пейтон завязала узел на его ладони, заставила его ненадолго вернуться в реальность.       — Видишь? — Она улыбнулась ему, гордясь своей работой. — Как новенькая, — она медленно опустила его руку, так что Стиву стало не хватать ее прикосновения. — У меня дома есть бинты, так что… позже мы сможем нормально перебинтовать, — Стив только кивнул в знак благодарности. Он все еще не мог подобрать слов.       Он снова уставился на нее.       И на этот раз Пейтон заметила.       — Чего? — Спросила она снова, на этот раз со смущенным смешком. У Стива не нашлось подходящего ответа. Но мысль о том, что он хоть на секунду засмотрелся на нее, была настолько абсурдной, что она скорее готова была поверить, не прилетели ли к ним инопланетяне.       — Зачем ты это сделала? — Ее закатывание глаз было не менее драматичным, чем этот бессмысленный вопрос. Реальный ответ заключался в том, что она сделала бы то же самое для любого, верно же? Стив не был особенным из-за того, что она перевязывала его руку.       — Твоя кровь… — Она пожала плечами, вытирая красные пятна с рук о джинсы. — Это привлечет демогоргона.       — Разве не в этом суть? — Спросил парень, вызывав у блондинки вялый смешок.       — Нет, только если ты не хочешь, чтобы он отгрыз твою руку, когда добрался сюда, — на ее лице появилась игривая улыбка, и она легонько стукнула Стива кулаком по плечу. По-дружески. Напомнив Стиву, что несколько мгновений назад он даже не подумал бы назвать Пейтон так. Друг. Не говоря уже о чем-то большем. — Я помогла тебе, чтобы спасти собственную задницу, не накручивай себя.       И с этими словами Пейтон поднялась на борт их импровизированной крепости. Оставив Стива одного в темноте, снова наедине с его мыслями.       Он что-то с любопытством пробормотал себе под нос, легко проводя большим пальцем по узлу, который так умело завязала Пейтон. Он подумал, что, возможно, это была единственная приятная вещь, которую она когда-либо делала для него. Он подумал о том, что был бы не против, если бы она продолжала делать что-то хорошее для него, в перерывах между оскорблениями, конечно.       Крепко зажмурившись, Харрингтон покачал головой, злясь больше на себя, чем на кого-либо другого, потому что это была не ее вина. Возможно, он просто невыспался. Или, может быть, он действительно, наконец, после стольких лет, потерял свой чертов рассудок.       В любом случае, он не собирался оставаться один на холоде и думать об этом. Переступив порог, Стив здоровой рукой взялся за дверь и в последний раз внимательно оглядел свалку, прежде чем задвинуть хлипкую створку.