𝐀𝐃𝐕𝐄𝐍𝐓𝐔𝐑𝐄𝐒 𝐈𝐍 𝐁𝐀𝐁𝐘𝐒𝐈𝐓𝐓𝐈𝐍𝐆

камень и наковальня

❀

      После того как Пейтон удалось избежать смерти, парни сделали для нее подобие костыля из старой палки, которую Дастин нашел где-то в стороне от дорожки — в том месте, куда, как неоднократно говорил ему Стив, лучше не соваться. Палка была корявой и грубой, не слишком прочной, чтобы служить опорой, но все же лучше, чем ничего. Стив не мог понять, стало ли ей легче или Пейтон просто храбрилась. Ему хотелось верить, что с ней все в порядке, но каждый раз, когда он смотрел в ее сторону, в груди у него все сжималось. Тем не менее она настаивала, что ее не нужно нести на руках. Хотя ее брат держался на расстоянии, он не сводил глаз с сестры, без слов давая ей понять, что он рядом и готов помочь. Стив тоже шел всего в нескольких шагах от нее, словно обеспокоенный сторожевой пес, и следил за каждым движением.       — Это точно был Дарт? — Лукас нарушил молчание, не уверенный, что Дастин может отличить своего питомца от остальных напавших на них существ.       — Да, — настаивал дастин. — У него были желтые узоры на попе, — Паркер покачал головой и поглубже засунул руки в карманы куртки.       — Два дня назад он был крошечный, — пробормотал он, бросив на Дастина быстрый взгляд при воспоминании о том, как увидел миниатюрного демогоргона, поедающего бедного кота Дастина. Хендерсон казался невозмутимым, едва различая враждебность Паркера в темноте.       — Ну, он уже трижды линял, — ответил Дастин.       — Ленял? — Стив повторил то, что, как ему показалось, он услышал, и в его голосе прозвучала смесь замешательства и легкого ужаса. Он не был до конца уверен в том, что услышал, но слово определенно было ему незнакомо.       - Линял, — поправила его сестра, и Стив повернулся к ней лицом, явно шокированный тем, что она хоть немного понимает, о чем говорит Дастин. Хендерсон одобрительно улыбнулся осведомленности Сидни, когда она продолжила. — Сбрасывал кожу, чтобы было куда расти. Как черви, — Стив скривился от отвращения, вспомнив ту мерзость, которую они с Пейтон нашли в подвале. Он почти снова ощутил слизистую текстуру на своих пальцах. Парень боролся с этой мыслью, но она не покидала его, настойчивая и нежеланная.       — И когда он полиняет снова? — Макс содрогнулась от отвратительной мысли.       — Скоро, — заверил Дастин. — И когда это произойдет, он уже достигнет своего полного роста или будет максимально близок к этому. Как и его друзья, — в группе воцарилось беспокойное молчание, и Пейтон попыталась вспомнить что-нибудь, что угодно, что могло бы поднять им настроение.       — Ладно, — протянула Пейтон размеренным голосом, хотя на ее лице отразилось глубокое изнеможение. Изо всех сил стараясь переварить новую информацию, она взглянула на Стива, чье внимание было приковано к полу, челюсть была сжата, он глубоко задумался. — Значит, пока мы не выясним, куда они направляются, нам нужно просто… выбраться из лета и уберечь детей.       Усмешка Стива застала всех врасплох. Она была резкой и неожиданной, как раскат грома после гробовой тишины. Сидни посмотрела на него, в замешательстве нахмурив брови.       — Кто-нибудь, наградите эту девочку, — рявкнул он. В его словах сквозил сарказм, тон был совсем неуместным. То, как он защищал Пейтон после ее травмы, казалось полной противоположностью его нынешнему тону, и это заставляло всех чувствовать себя неловко.       Пейтон прищурилась, удивляясь его внезапной враждебности. Ее пальцы впились в грубую кору костыля, тело инстинктивно напряглось, хотя выражение лица осталось невозмутимым. Потому что она, черт возьми, не собиралась мириться с подобными язвительными комментариями.       — О, иди в задницу, Фарра Фосетт! — Выпалила она в ответ, каким-то чудом не повысив голос до крика. Но зато она подняла средний палец, направив его прямо в раздраженное лицо Харрингтона.       Глаза Стива расширились от ее слов, а лицо слегка покраснело. Его чрезмерное использование лака для волос было секретом, о котором Пейтон никоим образом не должна была знать. Именно по той причине, которую она только что продемонстрировала. Узнав, как Стив ухаживает за волосами, Пейтон не смогла бы удержаться от бесконечных подколов. Кто-то проговорился.       — Чт… Хендерсон! — Обвинил он мальчика, а тот невинно пожал плечами.       — Я ей ничего не говорил! — В панике настаивал Дастин, хотя Стив, казалось, не был убежден. Чего он не заметил, так это обеспокоенного взгляда, который Сидни бросила на Пейтон. Но блондинка ухмыльнулась, давая понять девчонке Харрингтон, что у нее есть план.       — Никто мне не говорил! — Возразила Пейтон, но, когда Стив сделал вдох, чтобы возразить, она перебила его. — Я нашла твою заначку в бардачке рядом с лучшими хитами Blondie, — Стив понимал, что это должно было быть намеком на его ужасный музыкальный вкус, но парень только невинно пожал плечами, уперев руки в бока.       — Дебби Гарри — малышка! — Защищался он, не меняя сердитого выражения лица, пока Пейтон вызывающе шагнула вперед.       — Как и твоя мама!       — Эй! — Ахнул Стив, и его лицо исказилось от обиды, хотя он и не мог заметить абсурдности шутки про его маму после того, как они чуть не погибли.       — Боже мой! — Наконец прервала их Сидни, вставая между ними, прежде чем оскорбления могли бы перерасти в драку. — А мы можем, пожалуйста, не делать этого прямо сейчас, а? Серьезно? — Взмолилась она, явно раздраженная постоянными спорами. — Мы только что отбились от стаи… чего бы там ни было, каких-то собачьих тварей, а теперь мы заблудились посреди чертова леса!       Стив покачал головой, выражение его лица потемнело, а руки соскользнули с бедер и плотно прижались к груди. Его взгляд остановился на Пейтон, когда он заговорил, и в его голосе прозвучало обвинение:       — И чья это вина? — Он произнес это как вопрос, но Пейтон знала, что это обвинение — резкое и язвительное, направленное прямо на нее.       — О, моя, конечно же, — саркастически парировала она. Девушка не могла понять, как Стив вообще пришел к такому выводу. Как он мог валить все на нее? Это не имело смысла. Но он все равно стоял прямо перед ней. С этим самодовольным, вызывающим выражением на лице.       — Если кто-то и виноват, так это Дастин, — вмешался Паркер, вступая на метафорическое поле битвы. Он не собирался позволять своей сестре принимать на себя весь удар на себя.       — Эй! — Запротестовал Дастин, оскорбленный тем, что его друг так быстро ткнул на него пальцем. Он посмотрел на Паркера, затем на остальных, как будто все они были в заговоре против него. Но Ньюби это не смутило.       — Это ты держал монстра-кошкопоедателя в своем аквариуме для черепахи! — Добавил он, на удивление встретив одобрительный кивок со стороны Харрингтона, в то время как Сидни и Пейтон обменялись раздраженными взглядами при мысли о том, что они вообще стали искать виноватых.       — Вивариуме, — поправил Дастин, хотя и знал, что разговор шел не об этом. В его голосе слышались нервные нотки, но его попытка защититься лишь заставила гнев Паркера смениться растерянным выражением лица.       — Как скажешь, — пробормотал Паркер тем же тоном, передразнивая Дастина, и пренебрежительно махнул рукой.       Устав от бессмысленных споров, Сидни, стоявшая в сторонке, больше не могла этого выносить. Ее раздражение вылилось в громкий вопль, который напугал всех, кроме ее старшего брата:       — Боже мой, заткнитесь!       Потрясенный, Лукас на мгновение замолчал и повернул голову к Дастину, озадаченный новой информацией:       — Погодите, монстра-кошкопоедателя? Дарт съел кошку? — Он вглядывался в лицо Дастина в поисках ответа, ожидая, что тот объяснит, что, черт возьми, происходит. Но глаза Хендерсона просто расширились от паники и ужаса.       — Нет, что? — Его голос дрогнул, когда он с трудом пытался подобрать слова. — Нет, — повторил он, на этот раз более твердо, хотя ему с трудом удавалось убедить даже самого себя. Его взгляд метнулся к остальным, но все они наблюдали за ним с разной степенью подозрительности.       На этот раз нахмурился Стив, как всегда не в силах разобрать, что происходит:       — Ты чего? Он же съел Мяуса, — заявил он как ни в чем не бывало. Его тон был небрежным, как будто он обсуждал погоду.       — Мяус? — Нахмурилась Макс. — Что за Мяус? — Дастин взглядом умолял Стива заткнуться, но тот не понял намека.       — Кошка Дастина, — Стив снова пожал плечами, не подозревая, что подливает масла в огонь.       — Стив! — Запротестовал Хендерсон, но было уже слишком поздно.       — Я так и знал! — Воскликнул Лукас, бросив на парня обвиняющий взгляд. — Ты оставил его у себя!       — Нет! — Крикнул в ответ Дастин. Его слова были откровенной ложью, и он все переводил взгляд с одного друга на другого. Паркер бросил на него неодобрительный взгляд широко раскрытых глаз, потому что не понаслышке знал, что заявления Дастина были враньем. — Нет… — Повторил он, нервно покачиваясь и крутя большими пальцами. — Нет, я… Нет, я… — Наконец, не выдержав недоверчивых взглядов своих друзеЙ, Дастин раздраженно вздохнул. — Он скучал по мне! Хотел вернуться домой!        — Чушь собачья! — Фыркнул Паркер, но Дастин продолжил отстаивать свою точку зрения. Пейтон и Стив обменялись понимающими взглядами, наблюдая за громкой перепалкой подростков, но не вмешивались.       — Я не знал, что он Демогоргон, ясно? — Он всплеснул руками, пытаясь показать свою невиновность, но было ясно, что он пытался убедить себя так же сильно, как и других.       — О, так теперь ты это признаешь? — Лукас прищурился, глядя на Дастина.       Сидни, стоявшей в нескольких шагах от парня, это надоело. Она крепко скрестила руки на груди, у нее перехватило дыхание. Теперь на ее лице ясно читалась тревога, глаза нервно бегали по сторонам, как будто она чувствовала, как на них давит темнота леса. Шелест деревьев, глубокие тени, отбрасываемые лунным светом, — от всего этого у нее по коже бегали мурашки. И теперь, когда спор продолжался, каждая минута, проведенная в неподвижности, казалась потерянным драгоценным временем.       — Ребят, какая разница? — Рявкнула она. — Нам нужно идти!       — Мне есть разница! — Лукас сверкнул глазами, первым откликнувшись на мольбы Сидни, прежде чем снова повернулся к другу. — Ты поставил всю команду под угрозу! Ты нарушил свод законов! — На этот раз лицо Дастина исказилось от резкого взгляда, когда он почувствовал жар обвинения Лукаса.       — Как и ты! — Громко выпалил в ответ Дастин, теперь уже не заботясь о том, чтобы оставаться незаметным в темном лесу.       — Что? — Синклер озадаченно нахмурился.       — Ты сказал правду чужаку! — Указывая фонариком на рыжую девочку, Дастин отчаянно пытался отвлечь внимание от своего косяка. Макс недоверчиво покачала головой. Ей была ненавистна мысль о том, что они до сих пор не считают ее своим другом.       — Чужаку? — Повторила она, сузив глаза от гнева.       — Ты тоже хотел ей сказать! — Запротестовал Лукас, но на этот раз Паркер вступился за Дастина. Как бы он ни разделял разочарование Лукаса, Дастин был прав. Они были не единственными, кто нарушил правила.       — Но мы этого не сделали, Лукас, ясно? — Огрызнулся Ньюби. — Мы ничего ей не рассказывали! — Он взглянул на рыжую девушку, как бы извиняясь за свою вспышку, в то время как Дастин виновато переводил взгляд с одного друга на другого.       — Мы оба нарушили правила, ясно? — Его попытка была встречена насмешкой, но он все равно продолжил. — Так что мы в расчете, — кивнул он. — Мы квиты, — но Лукас покачал головой, не соглашаясь.       — Нет, нет! — Настаивал он. — Мы не квиты! Даже не пытайся! Твой питомец хотел нас всех слопать!       Пейтон и Стив, стоявшие в стороне на протяжении всего спора, внезапно обернулись, услышав жуткий шорох в кустах позади них. Они медленно повернулись, сначала взглянув друг на друга, прежде чем их взгляды остановились на темном лесу. Если там что-то и было, разглядеть это было невозможно.       — Оставайтесь здесь, — настаивал Стив, обращаясь только к Пейтон, ведь его слова были достаточно тихими, чтобы дети вообще услышали. Девушка в отчаянии стиснула зубы. потому что это повторялось уже не в первый раз. Он требовал, чтобы она оставалась, например, в подвале или в автобусе, но Пейтон всегда следовала за ним. Так почему же он продолжал пытаться указывать ей, что делать.       — Ты шутишь, — усмехнулась она.       — А похоже, что шучу?       Пейтон была шокирована враждебностью в его тоне. Тем, как он мог быть таким искренне милым и волноваться за нее в одну минуту, а в следующую ненавидеть ее. Но она смотрела, как он уходит, не сказав больше ни слова, едва ли слыша о чем там спорят мальчики.       — Это была не моя вина!       — Он не собирался нас есть!       — О да, он полз, чтобы поздороваться?       Упрямство Пейтон взяло верх очень быстро. Она прислушивалась к советам Стива от силы пару раз в жизни, и то только тогда, когда уже приняла решение, а он ее об этом просил. Взглянув на единственного оставшегося ответственного человека, Пейтон просто кивнула в сторону мальчиков, когда Сидни наконец обратила на нее свой гневный взгляд. Сначала девочка Харрингтон недоуменно уставилась на нее, но потом поняла, что ее брата нет рядом. Она медленно и обеспокоенно кивнула, наблюдая, как Пейтон ковыляет прочь, чтобы догнать Стива.

─────

      Стив не успел уйти далеко, как до него донесся неприятно знакомый звук шагов Пейтон, спотыкающейся о осенние листья.       — Эй! — Окликнула она, и Харрингтон оглянулся через плечо, явно не обрадованный появлением упрямой блондинки.       — О, Господи Иисусе… — Пробормотал он, снова поворачиваясь лицом вперед.       — Ты же не оставишь меня там с этими придурками, — пошутила она, ожидая, что Стив рассмеется или хотя бы улыбнется. Но он промолчал, что резко контрастировало с его предыдущим поведением. — Ты в порядке? — Наконец спросила она с недоумением в голосе, но снова услышала лишь напряженное молчание. Почему ее вообще это волнует? — Стив?       Позади них доносились слабые отголоски ссоры подростков. Они вдвоем не углублялись далеко — всего на несколько шагов в темноту леса, в поисках источника тревожного шума.       — Нормально, — наконец буркнул Стив, даже не взглянув на Пейтон, которая с трудом поспевала за ним, опираясь на самодельный деревянный костыль. Пейтон знала, что не стоит ждать от него развернутого ответа. «Нормально» никогда не означает «нормально», даже с парнями.       Озадаченная, она поджала губы.       — Куда ты идешь? — Спросила она, в ее голосе слышались беспокойство и любопытство. Стив едва заметно пожал плечами в ответ, его безразличие было ощутимым.       — Я не знаю, — ответил он ровным тоном, который вызвал у нее волну раздражения.       — Ты… — Начала она, и в ее словах сквозило раздражение, а с губ сорвалось презрительное фырканье. — Потрясающе, — саркастически кивнула она, крепче сжимая костыль. — Ты знаешь, вернутся ли они?       — Нет, — резко парировал он, его односложный ответ был явной попыткой закончить разговор. Но Пейтон, ничуть не смутившись, продолжила.       — А в лесу безопасно?       — Нет.       — А следовать за ними хорошая идея?       — Черт возьми, Пейтон, не знаю! — Рявкнул он, чувствуя, как на поверхность всплывает разочарование, когда он повернулся, чтобы посмотреть на нее. Он знал, что лучше не кричать, чтобы не выдать их местонахождение существам, которые все еще могли скрываться в лесу. Глаза Пейтон расширились, когда они встретились взглядами. Он никогда раньше не огрызался на нее так резко. Даже когда она специально его раздражала. — Ясно? Я не знаю! — Над парой воцарилось молчание. Пейтон пристально смотрела на него, словно пытаясь прочесть его мысли.       — В чем твоя проблема? — До сегодняшнего вечера Стив, возможно, и отмахнулся бы от подобного вопроса. Но в тот момент казалось, что Пейтон спрашивала искренне.       — Чего? — Стив усмехнулся, отводя взгляд от нее в сторону кустов.       — Нет, я серьезно, — настаивала Эванс. — Почему ты меня так сильно ненавидишь?       — О, да ладно…       — Знаю, мы никогда не были друзьями, но… — Она покачала головой, нахмурив брови и не сводя с него пристального взгляда, несмотря на то, что он смотрел в сторону. — Можно было бы подумать, что после, скажем прямо, двух, а то и больше, моментов на грани смерти, мы уже вроде как должны были продвинуться дальше односложных ответов.       — Ну, — начал Харрингтон, наконец-то решившись встретиться с ней взглядом, когда ему удалось взять под контроль выражение своего лица. — Мы посреди леса, прячемся от монстров в ночи.       — Да ты гонишь, Харрингтон, — тут же парировала она, положив руку на бедро, а не на костыль. — Еще полчаса назад мы только начали терпеть друг друга! Так что же случилось?       Стив сверкнул глазами, его лицо исказилось так, что Пейтон поняла, что его следующие слова будут в высшей степени саркастичными:       — Ну, дай-ка мне минутку подумать, не случилось ли чего-нибудь важного с тех пор, и я обязательно тебе отвечу.       — Нет, это не просто адреналин и комплекс героя, Стив, скажи, что я сделала не так! — Потребовала она, и ее гнев только усилился, когда Стив пожал плечами.       — Ничего! — Его ложь была откровенной, а язвительный тон никак не скрывал его истинных чувств.       Пейтон выглядела искренне расстроенной, так что Стиву захотелось тут же отказаться от своего упрямства гнева.       — Скажи, что я такого плохого сделала, что ты теперь будешь ненавидеть меня всю оставшуюся жизнь!       — Ты… — Он замолчал, не находя слов. Мысли его лихорадочно метались, в груди нарастало раздражение. — Ты… — скажи что-нибудь, Стив, что угодно! — Ты сломала мне нос! — Выпалил он, и это было единственное, что он смог придумать в спешке. Пейтон об этом совсем не сожалела. Во всех сложностях прошлого года, когда Джонатан доверил ей и Нэнси выяснить правду о том, что случилось с его братом, возникло несколько недоразумений, связанных с неким Стивом Харрингтоном. Самым запоминающимся было его ошибочное предположение, что Нэнси изменила ему. С Джонатаном. Затем, после нескольких ярких слов из баллончика с краской, Пейтон не только ударила Стива коленом между ног, но и врезала ему прямо в нос. И «сломала» — это даже не преувеличение со стороны Стива. Она почувствовала, как хрустнула кость под ее кулаком. И у Харрингтона до сих пор остался едва заметный шрам на переносице.       — Оу… — Пейтон замолчала, опустив глаза и уставившись в пол, когда ее желудок, при неожиданном повороте событий, скрутило от чувства вины.       — Оу? — Повторил Стив, передразнивая ее беспечный тон. — Было больно! — Его слова сбивали с толку, как будто он лишь пытался убедить в этом скорее себя, чем ее. Его гнев казался пустым, как маска, которая ему не совсем подходила.       Пейтон пожала напряженными плечами. Она не была уверена, чего он от нее хочет. Извинений? Аргументов? Она понятия не имела, и это ее бесило.       — Ну… Прости меня! — Ее почти искреннее извинение, казалось, только разозлило Стива еще больше. Как только оно слетело с ее гую, она увидела вспышку разочарования, промелькнувшую на лице Стива.       — Н-нет… — В панике пробормотал он, его речь была торопливой, едва связной.       — Нет? — На этот раз насмешливо повторила Пейтон, ее глаза расширились, а голова недоверчиво склонилась набок.       — Нет! — Повторил он, решив не отступать от своей настойчивости. — Не… не делай этого! Не извиняйся передо мной! — В этот момент он сам запутался. Чем больше он говорил, тем меньше в его словах оставалось смысла. — Скажи мне, что я это заслужил! — Его голос дрогнул, и в нем было что-то отчаянное, как будто он все еще что-то скрывал от нее.       — Ты что, с ума сошел? — Пейтон нахмурила брови, на ее губах появилась невеселая улыбка.       — Я не ненавижу тебя, мы ненавидим друг друга! — Заявил он. Это была правда, которую они осознали за годы взаимных нападок. Они то и дело тянулись друг к другу, притворялись, что им все равно, и постоянно спорили. Было бы странно, если бы сейчас все изменилось. — Это что-то вроде нашей фишки! И… — Он в отчаянии вскинул руку и обвинительно указал пальцем на ту, кто обычно был более вспыльчивым из них двоих. — И ты лицемерка!       Казалось, Стив и сам уже не был уверен в том, что говорит, понимал только, что ему нужно сказать хоть что-то, чтобы успокоиться, чтобы мир снова обрел смысл. Внезапно, не в силах смириться с созданной им ситуацией, Стив начал пятиться от девушки.       — Ты… — Начала она, застыв на месте, пытаясь придумать, что бы такое сказать, что-нибудь резкое, что могло бы разрядить обстановку, но ничего не приходило в голову. — Сбиваешь меня с толку! — Наконец выплюнула она, ее слова были скорее раздраженными, чем оскорбленными.       Стив отвернулся, качая головой:       — Просто оставь меня в покое, Пейтон, — требование прозвучало скорее как мольба. Но, конечно, блондинка оставалась настойчивой. Враждебность, разочарование, жар — все это слишком сильно переплелось в ней, и она отказывалась просто уйти.       — Нет! — Процедила она сквозь стиснутые зубы, изо всех сил стараясь не отставать от его ускорившегося шага, несмотря на свою поврежденную ногу. — Нет, если мы собираемся каждый год умирать вместе, мы должны найти способ стать друзьями! Или хотя бы как-то терпеть друг друга! — На этот раз он проигнорировал ее, ускорив шаг и с легкостью пробираясь между корнями деревьев и камнями. — Эй! И перестань выбирать самый трудный путь, я все еще травмирована, ты же знаешь! — Она крепче сжала самодельный костыль, пытаясь не отставать. Боль в ноге была невыносимой, но гордость не позволяла ей остановиться. — Стив! Ст.Воу! — Пейтон непременно упала бы, если бы не ветки, которые оказались у нее под рукой. Костыль упал на землю, и Пейтон вскрикнула от боли, когда большая часть ее веса пришлась на поврежденную ногу.       — Пейтон! — Стив резко обернулся, увидев, что она потеряла равновесие, и подбежал, чтобы схватить ее, положив одну руку ей на талию, а другую под руку. Весь гнев исчез с его лица, хотя бы на мгновение. Он смотрел с искренним беспокойством, когда спросил: — С тобой все в порядке? — Девушка разочарованно вздохнула, больше из-за себя и своей неуклюжести.       — Я в порядке, — она не хотела, чтобы это прозвучало с такой враждебностью, но Стив все же отпустил ее, его руки повисли в воздухе, не касаясь ее, но будучи наготове, если она снова споткнется.       — Господи Иисусе, — вздохнул он, встретив ее возмущенный взгляд. — Я не испытываю к тебе ненависти, ты это хочешь услышать?       Пейтон озадаченно нахмурилась:       — Чт…       — И какую часть фразы «будь осторожна» тебе так чертовски трудно понять? — Спросил он, проводя руками по волосам, когда она восстановила равновесие. — Боже, ты никогда не слушаешь! Ты никогда не слушаешься, и это тебя убьет!       Застигнутая врасплох, Пейтон нахмурила брови, ее замешательство было слишком очевидным.       — Стив… — Шепот застрял у нее в горле, но все другие слова, которые она собиралась произнести, были потеряны.       Стив стал жутко серьезным, облизывая губы и тщательно подбирая каждое слово:       — Я же говорил тебе… Говорил тебе оставаться в автобусе, — но Пейтон только покачала головой, не желая извиняться за то, что решила спасти ему жизнь.       — Стив, ты бы умер…       — Ты этого не знаешь!       — Да, и я, блять, не собиралась ждать, чтобы это выяснить! — Выпалила она в ответ, ожидая еще одной реплики. Но Стив снова промолчал, впервые в жизни тщательно обдумывая свои слова. Он мог либо продолжать лгать себе и Пейтон, либо сказать ей правду. И он не был уверен, что хуже.       — Я думал, ты умрешь, — наконец признался он. Гнев Пейтон улетучился. От Стива не ускользнуло, как быстро взгляд Пейтон смягчился, и в ее глазах появилось молчаливое извинение.       — От укуса в ногу? — Ее расспросы были на удивление искренними и не вызывающими раздражения. Стив покачал головой, ужаснувшись воспоминаниям.       — Да! — Стив не ожидал, что эмоции так рано возьмут над ними верх, и когда Пейтон вздрогнула от его тона, он изо всех сил постарался успокоиться. — Вдруг там артерия или еще что-то, я не знаю! Ты чуть не потеряла сознание! — Стив никогда не был силен в биологии, сколько бы раз он ни занимался по карточкам Нэнси. Но он насмотрелся достаточно боевиков, чтобы понимать, что рана на ноге, к тому же глубокая, — это не шутки. Стив изо всех сил старался взять себя в руки, резкий тон, который он использовал до сих пор, сменился мягким бормотанием. — Пейтон, там было… так много крови, — он снова задумался, так и не встретившись с ее обеспокоенным взглядом. — На секунду я подумал… Подумал, что ты истечешь кровью в этом чертовом автобусе и… И я… — Стив покачал головой, снова отводя взгляд в сторону, слишком напуганный, чтобы произнести следующие слова, пришедшие ему на ум.       Но Пейтон все еще отчаянно нуждалась в ответах. У нее голова шла кругом от неприкрытой искренности в его словах, от осознания того, что он так долго сдерживал в себе этот страх. Она подошла на шаг ближе, ее голос был мягким, почти неуверенным, когда она спросила:       — Ты что?       Но храбрости Стива пришел конец. Он больше не хотел ничего объяснять.       — Забудь, — пробормотал он и снова зашагал по тропинке, на этот раз медленнее, на случай, если Пейтон опять последует за ним.       — Чт… серьезно? — Огрызнулась она, поморщившись, когда ее раненая нога запротестовала, но ей было все равно. — Ты не можешь просто…       — Это не имеет значения! — Его шаги снова ускорились, когда он понял, что она не последовала за ним, оставив ее стоять там, беспомощную.       — Да, это… — Пейтон все-таки последовала за ним, но он уже этого не видел. — Стив, да ладно тебе! — Она изо всех сил старалась догнать его, но с раненой ногой и без костыля у нее не было шансов. — Стив! — И снова ее встретило молчание. — Алло? — Издав раздраженный стон, Пейтон остановилась, крича ему вслед. — Отлично, снова игра в молчанку? Супер по-взрослому! — Ее слова больше не действовали. — Стив! — Ничего. — Стив! — Гнев превратился в мольбу, и она ненавидела себя за это. Щеки покраснели, в глазах стояли слезы. — Ладно! — Ее голос дрогнул, не заботясь о том, уловил ли Стив эмоции в ее тоне. — Знаешь что? Я понимаю, почему Нэнси тебя бросила! — Стив застыл на месте от ее слов, уперев руки в бока и уставившись в темноту. Он крепко зажмурил глаза, сердце бешено колотилось в груди. Чувство вины, ненависти и желания смешались вместе. — И… Мне плевать, если ты меня ненавидишь! Я пыталась быть тебе другом, но ты по-прежнему самый раздражающий, невыносимый и беспечный придурок из всех, кого я встречала за всю свою жизнь, — Пейтон так разошлась, что не заметила, как Стив остановился. Или что он развернулся и направился прямо к ней. — И я не дождусь, когда эта ночь закончится, если это значит, что мне не придется тратить еще одну драгоценную минуту своей жизни на те…       Фраза Пейтон оборвалась, когда ее застигли врасплох. Стив обхватил ладонью ее щеку, другой рукой схватился за ее куртку и притянул ее к себе, чтобы их губы соприкоснулись. Пейтон никак не могла предвидеть такого поворота событий.       Она инстинктивно ответила на поцелуй, прильнув к нему всем телом и закрыв глаза. Рука Стива ослабила хватку, его пальцы коснулись ее шеи, а большой палец — щеки. Это было приятное отличие от того, как ее лицо слишком крепко сжимали другие мужчины, с которыми ей не повезло целоваться.       До нее вдруг дошло, что происходит, и Пейтон отстранилась, разомкнув их губы, но не оттолкнув его. Стив, похоже, был так же шокирован своим поступком, как и его так называемый враг. Его хватка на ее куртке ослабла, и кожа, которую до этого он сжимал в кулаке, теперь аккуратно лежала в его дрожащих пальцах. Ей ничего не стоило оттолкнуть его. Закричать, наорать и вправить мозги самодовольному Королю Хоукинса.       Они ведь ненавидели друг друга.       Но она этого не сделала.       — Я… Мне не все равно, — его слова, произнесенные едва слышным шепотом, были отсылкой к их разговору на свалке. Пейтон не потребовалось много времени, чтобы понять, к чему он клонит. К его знаменитым советам «как заполучить девушку». К разговору с Дастином. К тем самым словам, которые она назвала бредом ранее той же ночью.       Пейтон никогда не умела выражать чувства словами, и ее взгляд метался от его глаз к припухшим от поцелуев губам. Когда она наклонила голову, их носы соприкоснулись, и у нее перехватило дыхание, потому что, черт возьми, что она вообще делала? Вместо того, чтобы поддаться своей реакции «бей или беги», вспыльчивая блондинка снова сокращала расстояние между ними.       Их второй поцелуй был мягче и медлительнее, это был бессловесный ответ на внезапное признание Стива. Замешательство и отчаяние повисли в воздухе, когда их ненависть рухнула.       Но это длилось недолго. Ни один из них не мог понять, что происходит. Всего несколько мгновений назад они были готовы вцепиться друг другу в глотки. Если бы кто-нибудь спросил Пейтон, думала ли она хотя бы на секунду о том, чтобы поцеловать Стива Харрингтона всего пять минут назад, ее ответ разительно отличался бы от тех грязных сценариев, которые приходили ей в голову теперь.       Они не находили слов, пока молча пытались понять, что происходит в голове у другого. Все, на что были способны широко распахнутые глаза Пейтон, — это отражать страстный взгляд Стива.       Смятение сменилось облегчением и отчаянным желанием снова его поцеловать. И как раз в тот момент, когда Стив вдохнул, чтобы извиниться, спросить, все ли с ней в порядке, или сказать какую-нибудь очередную глупость, которая точно испортит момент, Пейтон схватила его за ту самую куртку, из-за которой, по ее словам, он выглядел глупо, и притянула его к себе.       На этот раз поцелуй был гораздо более страстным и жадным. В этом поцелуе отчетливо читалось «да пошло оно все».       Руки шарили в темноте, и они оба споткнулись, на мгновение прервавшись, чтобы перевести дух. Вскоре Пейтон оказалась прижатой к прохладной коре ближайшего дерева. Они переглянулись, и в их взгляде читалось «Мы реально это делаем?», но затем губы Стива снова прижались к ее губам.       Бездумные, растерянные и отчаявшиеся, с мыслями о том, что они оба едва не погибли, они изнемогали от желания почувствовать что-то, что угодно, кроме страха. Прилив адреналина и окситоцина захлестнул их с новой силой.       От ноябрьского воздуха у нее похолодели руки, и Стив промычал, когда Пейтон убрала ладони с его куртки, взъерошивая ему волосы. Его руки скользнули вниз по ее фигуре, пальцы впились в талию, когда он собрал остатки самообладания, чтобы не прижать их бедра еще теснее. Он едва заметил, как рука Пейтон скользнула вниз, схватила его за запястье и заставила опуститься ниже, мимо ее талии, к бедрам. Хватка усилилась, когда кончики его пальцев скользнули по ее заднему карману джинс, а тихий одобрительный вдох Пейтон, раздавшийся у него во рту, заставил его и без того измотанный разум взбудоражиться.       Все это становилось практически невыносимым, когда…       — Что за черт?!       Пейтон резко открыла глаза, услышав пронзительный голос брата, эхом разнесшийся по лесу, словно раскат грома. Ее ладони со скоростью света врезались в плечи Стива; он чуть не шлепнулся на задницу от силы, с которой она оттолкнула его от себя.       Они больше не были одни.       На самом деле, они не так уж и далеко ушли от подростков, за которыми присматривали, чтобы заниматься тем, чем они занимались. И хотя паника Пейтон вернула ее к реальности, Стиву, по-видимому, все еще требовалось время, чтобы прийти в себя.       — Бог ты мой!       — Срань господня!       — Я так и знал!              Вокруг них раздался хор удивленных голосов, но громче всех, без сомнения, прозвучало заявление Дастина, который в очередной раз проявил себя всезнайкой.       Стив, похоже, тоже начал приходить в себя, нервно покачивая головой. Выражение его лица сменилось с шока на панику:       — Воу, воу, воу!       — Это…       — Это не то, на что похоже! — Вопиющая ложь сорвалась с его припухших от поцелуев губ, встреченная одинаково поднятыми бровями всех трех парней, которые смотрели на него с видом «ты думаешь я совсем тупой?»       — Это было. там было…       — Что-то…       — У него на лице было что-то…       — Ага, типа, твои губы? — Поддразнивала Макс, которая не смогла удержаться от насмешки над нелепостью их лжи.       — Мэйфилд! — Выругалась Пейтон, съежившись от осознания реальности своих действий. Но ухмылка рыжеволосой девочки стала еще шире, и ее веселье отразили почти все ее сверстники.       — Так что, вы типа встречаетесь или как? — Спросила Макс с ехидной ухмылкой. Пейтон рассмеялась над этой идеей и впервые почувствовала, что не лжет.       — Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, — повторяла она снова и снова. — Нет, нет, — настаивала она, с отвращением качая головой. Стив наблюдал за ней с невозмутимым видом, и внезапные саркастические нотки вернулись в его голос, когда он приподнял брови.       — Еще разок скажи «нет», Эванс, — поддразнивал он, кивая с притворным весельем. — А то они вряд ли поняли.       — Заткнись, Стив! — Пейтон поспешила возразить, хотя от ее обычной паники и сожаления о содеянном не осталось и следа. Брови Макс приподнялись в довольной улыбке, а Лукас и Дастин не смогли сдерживать смешков, переглядываясь. Странным во всем этом, как и следовало ожидать, был Паркер Ньюби, который молча кипел от ярости, обдумывая открывшуюся перед ним сцену.       Внезапная атака произошло так быстро, что ни Пейтон, ни Стив не успели среагировать. С яростным криком разъяренный Ньюби со всей силы ударил своим ботинком в самое уязвимое место парня. Туда, где, как он знал, Стиву будет больнее всего.       — Паркер! — Пейтон ахнула, но не так громко, как Стив. Лицо его побагровело, руки инстинктивно сошлись на ширинке, чтобы прикрыться. Он рухнул на колени, и все его мысли о том, чтобы когда-либо воспользоваться этой частью тела, исчезли, сменившись жгучей болью и раскаленной добела яростью.       — Господи Иисусе! — Выдавил он из себя. Его слова едва можно было разобрать сквозь стиснутые зубы. Сначала все, что он мог, это часто моргать. Затем он уставился вперед широко раскрытыми глазами, отчаянно пытаясь отдышаться.       — Ооооу! — И Лукас, и Дастин сочувственно сморщились, прикрыв рты руками. Они смотрели со странной смесью веселья и переживания, наблюдая, как подросток хватал ртом воздух, чувствуя каждую каплю его боли.       — Я тебе задницу надеру, пацан! — Взвизгнул Стив, его глаза расширились, когда он пытался испепелить взглядом бесстрашного подростка.       — Это моя сестра, придурок! — Паркер стиснул зубы, его кулаки дрожали от смеси ярости и желания защитить сестру. Он сделал шаг вперед, но Пейтон встала у него на пути.       — Эй! — Ее ладонь коснулась груди Паркера, нанося предупреждающий толчок, хотя и гораздо более нежный, чем она сделала бы с кем-либо другим.       — Стив? — Сидни присела на корточки рядом с братом, и в ее голосе послышались нотки веселья и сдавленный смех, когда ее рука коснулась его плеча. У нее даже не было времени произнести слова «ты в порядке?», прежде чем Стив покачал головой.       — Тебе не следовало этого делать! — Пейтон отругала брата резким тоном, нахмурившись. Паркер лишь фыркнул в ответ, переводя взгляд с нее на Стива и обратно. Его глаза были широко раскрыты от разочарования.       — Оу, мне не следовало этого делать? — Он насмешливо повторил ее слова. — Потому что, судя по тому, что я увидел, сегодня день противоположностей! — Он яростно указал на Стива. — И мы все можем делать, что захотим, черт возьми!       Пока брат и сестра препирались, внимание Сидни переключилось на тревожный шум, доносившийся из глубины леса. Она обернулась, медленно выпрямляясь, и, прищурившись, посмотрела на шелестящие кусты.       — Эй, ребята? — Позвала она, но ее предупреждение осталось без внимание, поглощенное густым воздухом, наполненным подростковой драмой.       — Да что с вами не так? — Простонал Стив, и это была первая связная фраза, слетевшая с его губ за последние две минуты. — Почему вы всегда бьете по яйцам? — Пейтон не смогла удержаться и закатила глаза, хотя, на удивление, все еще сочувствовала, несмотря на колкость, направленную конкретно на нее и ее брата.       — Ребята! — Снова крикнула Сидни, и на этот раз ее настойчивость прорвалась. Внимание, наконец, переключилось. Вся группа с беспокойством наблюдала за происходящим, и над ними воцарилась тишина. На этот раз шум услышали все. Пронзительный визг, раздавшийся достаточно далеко, чтобы не представлять непосредственной угрозы, но все же достаточно близко, чтобы у них мурашки побежали по спине. — Что, черт возьми, это было?       Стив, все еще стоя на коленях, стиснул зубы от боли, заставляя себя подняться:       — Пошли, — сначала он прихрамывал, как будто только учился ходить, но вскоре восстановил равновесие, снова возомнив себя лидером группы. Мальчики последовали за ним первыми. Затем его сестра. Оставались только Макс и Пейтон.       — Нет, нет, нет, — запротестовала рыжеволосая, переводя умоляющий взгляд со спин своих сверстников на девушку, которая осталась с ней. — Эй, ребята, почему вы направляетесь на звук? — Она окликнула их, но они и не думали сбавлять темп. — Алло? — Она попыталась снова, но вскоре за ее словами последовал разочарованный взгляд.       Сочувствуя младшей девочке, Пейтон положила руку ей на плечо:       — Пошли, детка, — она подтолкнула девочку вперед, и Макс перешла на бег, когда Пейтон, спотыкаясь, последовала за ней.

─────

      Когда они, наконец, выбрались из-за деревьев, открывшееся перед ними зрелище ошеломило их. Они находились высоко на холме, откуда открывался вид на весь Хоукинс.       Паркер фыркнул, когда заметил, что Пейтон снова оказалась рядом со Стивом и попытался встать между ними. Если бы Стив оправился от удара, он бы оказал больше сопротивления. Но, не желая рисковать своими яйцами снова, он оставил свои протесты при себе.       Кроме того, у них были дела поважнее.       Густой туман окутал город призрачной завесой, мягкий желтый свет уличных фонарей и окон домов мерцал сквозь туман, как крошечные маячки в ночи. Отсюда город казался мирным — Пейтон знала, что это неправда.       Дастин покачал головой, прищурившись в попытке разглядеть что-либо в темноте.       — Я его не вижу.       Лукас, более продуманный, поднес бинокль к глазам. Его пальцы слегка дрожали, пока он наводил линзы, осматривая город. И тут он увидел это. Тень, смертельно приближающуюся к краю поляны. К зданию, которое он надеялся никогда не видеть. Его тело напряглось, бинокль внезапно опустился, и его охватило глубокое чувство страха.       — Лаборатория, — произнес Лукас дрожащим голосом. — Они вернулись домой.       По телу ребят пробежал холодок, когда каждый из них осмыслил его слова.       Лаборатория.       Место, которое они все надеялись никогда не посетить. Но теперь, когда существа, с которыми они сражались, исчезли, казалось, что-то гораздо более зловещее ожидало их в том самом месте, где все началось.