𝐀𝐃𝐕𝐄𝐍𝐓𝐔𝐑𝐄𝐒 𝐈𝐍 𝐁𝐀𝐁𝐘𝐒𝐈𝐓𝐓𝐈𝐍𝐆

каскадные сбои

❀

      Команда прошла совсем немного, прежде чем оказалась на еще одной поляне — последней, которая вывела их из леса прямо к воротам лаборатории Хоукинса. Они снова услышали рычание — отдаленное, но отдающееся эхом в лесу.       Затем послышался шорох шагов.       Стив остановился первым, его ботинки вступили в мягкую землю. Он поднял руку ладонью вперед, давая остальным знак замереть. Его лицо исказилось от напряжения, взгляд метался по темной опушке леса. Раскинув руки, он встал между детьми и тем, что могло скрываться впереди. Его взгляд быстро метнулся к Пейтон, и они молча договорились. Блондинка кивнула, изо всех сил стараясь скрыть хромоту, пока они вглядывались в просветы между листьями, в зловеще мерцающие огни лаборатории.       — Ау?       Пейтон чуть не подпрыгнула от внезапного крика. Знакомого, но отнюдь не обнадеживающего.       — Кто это?       Осознание исказило черты ее лица, и она снова встретилась взглядом со Стивом; он отразил ее беспокойство и узнавание.       — Кто там?!       Крик повторился, на этот раз вопрос звучал скорее как требование. У нее не было сомнений в том, кто их звал. Когда они вышли с поляны, их ослепили фонарики, и на этот раз откликнулось два голоса.       — Стив?       Озадаченный, Стив приподнял руку, прикрывая глаза от луча света.       — Нэнси? — Облегчение и беспокойство смешались у него в животе. Он замедлил шаг, в то время как Пейтон ускорилась.       — Джонатан, — ее попытка прибавить ход исказила лицо в болезненной гримасе, и то, как ее нога волочилась по земле, не осталось незамеченным ее сводным братом, который с облегчением обнял ее. Паркер оказался рядом, и Джонатан тут же положил руку ему на затылок, проверяя, нет ли травм.       — Что… — Джонатан покачал головой, снова встретившись взглядом со сводной сестрой. — Что случилось? Что…       — Что вы здесь делаете? — Вопрос Нэнси прервал ход мыслей Джонатана, хотя по выражение его лица было ясно, что он собирался спросить их о том же.       — Что вы здесь делаете? — Повторил Стив.       — Мы ищем Майка и Уилла, — ответила Нэнси.       Лукас и Дастин обменялись испуганными взглядами, когда Паркер указал на лабораторию, спрашивая:       — Их там нет, верно?       Нэнси нахмурилась и скрестила руки на груди, с беспокойством вглядываясь в испуганные лица детей.       — Мы не уверены, — ответила она, озабоченно хмуря брови, пока Джонатан в ужасе разглядывал свою сводную сестру.       — А что? — Как только вопрос слетел с его губ, из лаборатории донесся чудовищный рев. Подростки, как младшие, так и старшие, в ужасе обернулись. Джонатан посмотрел на Пейтон, и они обменялись понимающими, испуганными взглядами.

─────

      Со странной смесью ужаса и возбуждения Дастин, Лукас и Паркер вспоминали события последних нескольких дней, пересказывая каждую душераздирающую деталь с неистовой энергией, на которую способны только подростки, подпитываемые адреналином. Электричество в лаборатории, казалось, отключилось, и единственным источником света были гаснущие фонарики и фары машины Джонатана. Они сделали все возможное, чтобы хоть как-то вразумительно объяснить все более и более обеспокоенным Джонатану и Нэнси. Но их слова вырывались прерывистыми фразами, хаотичным коллажем информации.       Как Дастин наткнулся на существо в своем мусорном баке, думая, что это просто странное животное, но обнаружил, что на самом деле это был детеныш Демогоргона.       Как оно съело его кошку.       Как им с Паркером удалось заманить его в ловушку, но только для того, чтобы оно вдвое выросло и сбежало.       Затем про засаду на свалке. Как они едва выбрались оттуда живыми. Как питомец Дастина был не единственным детенышем демогоргона, вырвавшимся на свободу в Хоукинсе. Как Стив и Пейтон встали на их защиту и каким-то образом сумели сработать вместе как команда, не убив друг друга.       Слава Богу, они опустили ту часть, где Стив и Пейтон целовались в лесу.       Пейтон надеялась, что ей удастся уйти в лабораторию, не сказав Стиву Харрингтону больше ни слова. На самом деле, она начала надеяться, что сможет прожить остаток всей жизни, не сказав Стиву Харрингтону больше ни слова. Что она сможет забыть о том, что позволила ему себя поцеловать. О том, что она с такой страстью ответила на его поцелуй. О том, что ей понравилось.       Она надеялась, что он хотел того же.       Они ведь были заклятыми врагами и все такое.       Но ее надежды и мечты рухнули, когда вышеупомянутый Харрингтон так бесцеремонно окликнул ее по имени.       — Пейтон, — начал он, сначала мягко, но блондинка просто проигнорировала его. Из общения со Стивом один на один ничего хорошего не выйдет. Не после того, что они устроили в лесу. — Пейтон! — Снова позвал он, и внезапно девушка вспомнила, каким настойчивым засранцем мог быть Стив Харрингтон. Она бы не смогла игнорировать его вечно. Особенно сейчас, когда они застряли и не могли придумать план, который позволил бы им добраться до лаборатории. Возможно, он хотел обсудить что-то другое. Продумать план. Пейтон на это надеялась. — Мы можем… поговорить? — Конечно, она ошибалась. — Ну… знаешь… о…       — О чем?       — Чт… — он ухмыльнулся. Довольная усмешка появилась на его губах при одной мысли о том, что девушка хочет забыть о том, что он целовал ее. — Да ладно, — он приподнял бровь, потому что, конечно же, тема их столь необходимого разговора была очевидна.       — Да ладно, что? — Повторила девушка, намеренно изображая дурочку, все с тем же бесстрастным выражением лица.       Но Стив все еще не сдавался. Он снова приподнял бровь.       Безмолвно он как бы спросил «Ты правда хочешь сделать это здесь?».       По правде говоря, она вообще не хотела этого делать.       Если бы сегодня ее сожрал демогоргон, она бы умерла счастливой, так и не проронив ни слова о том, что целовалась со Стивом Харрингтоном.       Но, заметив взгляды Нэнси, которые она бросала на Лукаса и Дастина, пока те в подробностях продолжали рассказ об ужасной ночи, Пейтон неохотно выдохнула. Оттолкнувшись от капота машины Джонатана, она последовала за Стивом, чтобы быть недалеко от группы, но при этом, чтобы их разговор никто не подслушал.       — Чего ты хочешь, Харрингтон? — Казалось, его совсем не удивила ее враждебность. Это была черта ее характера, с которой он давно был знаком.       Парень усмехнулся, скрестив руки на гурди.       — Тогда было довольно напряженно.       Несколько сдавшись, Пейтон театрально закатила глаза:       — Как будто твое эго и так недостаточно велико.       — Знаешь, — ухмылка Стива вызвала у Пейтон подозрения о том, что он скажет дальше. — Кажется, я припоминаю, что ты говорила что-то о моем большом… эго, — широко раскрыв глаза, вспыльчивая блондинка бросила на Стива довольно серьезный взгляд.       Что-то изменилось в его поведении после их поцелуя. Как будто само осознание того, что Пейтон хочет его, пусть даже ее самая малая часть, было достаточным удовлетворением для Короля Стива. Это было достаточно причиной для его дальнейших попыток добиться ее. Или, по крайней мере, безжалостно подкалывать.       — Мы не будем это обсуждать, — строго сказала она, понизив голос. — Это был просто глупый поцелуй, не преувеличивай, — Стив выдохнул, его самодовольная улыбка стала только шире. Но, так или иначе, Пейтон слишком хорошо знала парня, поэтому прервала его прежде, чем он успел заговорить. — И давай без шуток про преувеличения, — глаза Стива задумчиво сузились, а губы поджались. Он выглядел как ребенок, которого отругали за нецензурную брань.       — Даже не собирался.       — Собирался.       — Неа.       Широко раскрытые глаза Пейтон, выражавшие вопрос «ты, блять, прикалываешься надо мной?», на его ребяческие слова, казалось, были именно той реакцией, на которую он надеялся. Терпение Пейтон иссякло, и ее попытка пройти мимо парня была в очередной раз прервана. Остановленная довольно восторженным молодым человеком, блондинка набрала в грудь воздуха, чтобы что-то возразить, но он громко ее прервал:       — Ты поцеловала меня! — Воскликнул он с выражением, которое говорило Пейтон, что он знал, что его фраза выведет ее из себя.       И это произошло.       У Пейтон перехватило дыхание, к лицу прилила волна жара.       — Нет! — Быстро отозвалась она, указывая пальцем на его губы. Пейтон перевела взгляд на остальных, когда повысила голос. Внезапное осознание того, что один из двух новых членов команды был не только ее подругой, но и бывшей девушкой парня, с которым она решила поцеловаться, заставило ее желудок сжаться. Что еще хуже, она даже не была до конца уверена, что Стив и Нэнси действительно расстались. И хотя они с Нэнси больше не были так близки, поцелуй с ее парнем или ее бывшим парнем по-прежнему считался серьезным нарушением правил поведения девушек.       Пристыженная своим поступком, ненавидя тот факт, что она стала похожа на свою мать, Пейтон оттащила Стива подальше в сторону. На этот раз ее поправка прозвучала в виде резкого шепота:       — Это ты поцеловал меня!       Хотя он знал, что это правда, самодовольство Стива оставалось неизменным:       — А я не видел, чтобы ты сильно протестовала, — возразил он. Кривая усмешка сорвалась с ее губ, Пейтон провела языком по зубам, положив руки на талию.       — Ну, было немного трудно разговаривать с твоим языком во рту, — парировала она резким тоном, сморщив нос и приподняв брови. Губы Стива растянулись в еще более широкой ухмылке, его веселье было ощутимым. Его совершенно не смутили ее слова — во всяком случае, они, казалось, только подпитывали его высокомерное самообладание.       — Ты такая лгунья, — усмехнулся он, недоверчиво качая головой. — Но ты плохо врешь.       — Да? Что ж… — Пейтон не могла позволить себе встретиться взглядом со Стивом, безуспешно пытаясь скрыть, что она ищет в своем сознании оскорбления, но смогла только в очередной раз солгать. — А ты плохо целуешься, — слова прозвучали как вызов, Стив приподнял бровь, явно забавляясь ее дурацкой попытке задеть его за живое.       — Нет, не плохо, — усмехнулся самоуверенный Харрингтон.       На ум снова пришел титул «Король Стив».       У Пейтон скрутило живот, пока она пыталась придумать что-нибудь получше. Почему-то она не могла. Но и не собиралась признавать, что он прав. Ее разум был затуманен, и она старалась придумать что-нибудь — хоть что-то — чтобы поставить его на место.       — А откуда тебе знать? — Съязвила она. — Ты когда-нибудь себя целовал?       — Ты не убедишь меня в том, что я плохо целуюсь, — Стив лишь закатил глаза. — Пейтон, не морочь мне голову, — от того, как он это сказал, — самоуверенно и беззаботно, — ей захотелось его придушить.       — Не разговаривай со мной в таком тоне, эгоистичный придурок, — рявкнула Пейтон, убрав руку со своей талии и направив на него палец, и сделала шаг вперед.       Усмешка Стив померкла, когда она обозвала его.       — У тебя мощный хук справа, Эванс, если бы ты хотела оттолкнуть меня, черт возьми, ты сломала бы мне нос, — Пейтон закатила глаза, услышав, как он нарочито выделил эти слова. Конечно, она ломала ему нос, и он никогда ей этого не забудет, даже при том, что смирился с тем, что, возможно, заслужил это. — Ты бы так и сделала, да? — Продолжил он почти обвинительным тоном. — Но не сделала. Потому что тебе это понравилось, — Пейтон почувствовала, как к щекам приливает кровь, а в животе скручивается тошнотворный комок. — Ты возбудилась и даже не можешь в этом признаться!       — Хорошо! Да, доволен? — Снова виновато взглянув на Нэнси, Пейтон выругала себя за слова, которые прошептала. — Я поцеловала тебя в ответ! Но давай не будем забывать, кто был инициатором! — Наступило недолгое молчание, у Пейтон голова шла кругом от явной глупости того, что подростковая драма в очередной раз отвлекала ее внимание от реально жизненно важной ситуации.       Стив, казалось, не удивился.       — Ладно, и что с того? — Он пожал плечами. — Ну, я инициатор? Какое это вообще имеет значение? — Его руки скользнули в карманы джинсов, но поза до сих пор излучала прежнее высокомерие.       Глаза Пейтон сузились, губы скривились в усмешке, когда она почувствовала, что ее переполняет разочарование. Она все еще была слишком взвинчена, слишком зла на него, на себя, на то, что они устроили:       — Двадцать минут назад ты ненавидел меня!       — Ага, — выражение лица Стива не изменилось, но в его глазах появился скрытый гнев. — Ненавижу тебя, поэтому продолжаю спасать твою задницу.       Пейтон приподняла бровь, ее губы изогнулись в усмешке. Она склонила голову набок, крепче скрестив руки на груди:       — По-моему, то, что ты не дал мне умереть, — достаточно низкая планка, Харрингтон, — парировала она. — Да, ты спас мою задницу. Но это не значит, что я хотела, чтобы ты за нее ухватился, — Стив усмехнулся из-за ее слов, и в нем смешались и раздражение и веселье. Его губы растянулись в улыбке, которая не тронула глаза, но было ясно, что ему очень нравится выводить ее из себя.       — О, прости, мы, должно быть, помним все по-разному, — Пейтон застыла, уставившись на парня. Ее глаза расширились, грудь поднималась и опускалась, пока она изо всех сил старалась сохранить самообладание. От его наглости ее охватило раздражение. Не раздумывая, она подалась вперед и ткнула его пальцем в грудь с большей силой, чем требовалось.       — Ты положил руку мне на задницу! — Прошипела она тихим, но в то же время резким и сердитым голосом.       — Нет, — поправил Стив с неожиданным нажимом, копируя ее движение, когда кончик его пальца, хотя и более нежно, коснулся ее кожи. — Ты положила мою руку себе на задницу! — Вообще-то его слова были правдой. На мгновение лицо Пейтон стало непроницаемым, и единственное, что пришло ей в голову, — это повторить его детские слова, произнесенные всего несколько мгновений назад.        — Неа, — настаивала блондинка, вызывающе складывая руки на гурди. Но она не могла избавиться от ощущения, что теряет контроль, и это расстраивало ее больше всего на свете.       Стив склонил голову набок, недоверчиво приподняв брови.       — Серьезно? — Спросил он низким, полным веселья голосом. Он наслаждался этим. Наслаждался тем, как она извивалась от того, что на этот раз он одержал верх.       Пейтон перевела взгляд на Нэнси, которая теперь наблюдала за спором со смесью любопытства и неловкости. Когда ее взгляд снова встретился со взглядом Стива, она сжала губы в тонкую линию, пытаясь придумать оправдание, которое не дало бы понять, что ей понравился их поцелуй.       — Я просто… — она замолчала, избегая зрительного контакта. — Хотела тебя отблагодарить, — глаза Стива расширились, он невесело усмехнулся и наклонился вперед, каким-то образом умудрившись не повысить голос.       — В следующий раз оставь благодарственную записку! — Парировал он, не предпринимая никаких усилий, чтобы добиться хоть какого-то признания от все более разъяряющейся Эванс. Кровь Пейтон вскипела при виде его самодовольного лица, а щеки покраснели от гнева и смущения.       — Ладно, я серьезно, закончим на этом, — но опять же, когда она попыталась уйти, Стив оказался быстрее и преградил ей путь с такой скоростью, что у нее не осталось другого выбора, кроме как остановиться как вкопанной.       — Нет! — Его голос внезапно стал громче, настойчивее, в нем звучала странная смесь раздражения и чего-то более глубокого. Что-то похожее на отчаяние. — Нет, ты хотела поговорить, вот с чего все началось! Так давай поговорим!       — Я хотела поговорить, потому что ты вел себя как сумасшедший! — Огрызнулась Пейтон, стиснув зубы, и в ней снова зазвучали защищающиеся нотки в виде язвительных обвинений. — Оказывается, ты просто запал на меня, да? — Она сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними. — Как маленький мальчик, дергающий за косички девочку, которая ему нравится!       Стив моргнул, явно озадаченный пылкостью ее реакции, но быстро пришел в себя и усмехнулся:       — Не льсти себе.       Губы Пейтон изогнулись в насмешливой улыбке, а на лице промелькнула вспышка триумфа.       — А кто теперь помнит события по-другому? — Усмехнулась она, наслаждаясь тем фактом, что наконец-то снова начала выводить его из себя.       Стив закатил глаза, уперев руки в бока и раздраженно выдохнул:       — Господи, ты такая непонятливая!       — Я непонятливая? — Повторила Пейтон с невеселым смешком. — Ты сначала игнорировал меня, потом накричал, потом поцеловал, а теперь мы снова ссоримся! — Стив замолчал и покачал головой, в свою очередь отказываясь встречаться с обвиняющим взглядом девушки. Он резко выдохнул, проведя языком по зубам.       — Я не знаю, чего ты от меня хочешь, — пожал плечами побежденный подросток. Он не собирался вступать с енй в спор. По правде говоря, он совсем не жалел о поцелуе. Но чем больше Пейтон делала вид, что сожалеет, тем злее он становился.       Пейтон подошла на шаг ближе, ее голос стал холоднее, она снова собралась с духом:       — В том-то и дело, Стив, — усмехнулась она. — Я ничего от тебя не хочу. Тот поцелуй? Он ничего не значил, — Пейтон изо всех сил старалась не обращать внимания на то, как мгновенно вытянулось лицо Стива, осознавая, что ее слова могут быть слишком резкими. — Скольких девушек ты водил на Скалу Черепа, а? — Его челюсть сжалась, когда Пейтон напомнила о его прошлом. — А скольких приводил в свой большой дом с гостевой ванной и джакузи и обещал перезвонить, а потом просто игнорировал, проходя мимо в коридоре школы? — Стив покачал головой, отводя взгляд и изо всех сил стараясь скрыть свой искренний гнев.       — Это другое.       Ты другая.       Это то, что он хотел ей сказать.       Несмотря на то, что он знал, что Пейтон вряд ли поверит хоть одному его слову.       — Ну конечно, — саркастически кивнула она. — Уверена, им ты говорил то же самое, — на ее лице появилась довольная ухмылка, как будто ей просто нравилось спорить с ним. Она наслаждалась хрупкостью его эго.       — А ты ревнуешь, что ли? — Вдруг съязвил он. На его лице, которое еще недавно было виноватым, появилась ухмылка, зеркало отражающая ее собственную.       Ярость заменила ее когда-то самодовольную ухмылку, кулаки сжались, как будто она сдерживалась, чтобы не ударить его прямо сейчас.       — Да обосрись ты, Харрингтон! — Воскликнула она, почему-то забыв, что не хотела привлекать внимания к их спору.       Теперь все взгляды были прикованы к ним — все в группе замолчали, а Джонатан и Нэнси обменялись смущенными взглядами. Они были единственными, кто, казалось, не понимал, из-за чего между Стивом и Пейтон разгорелся такой ожесточенный спор. Несмотря на то, что группа была так близко от лаборатории Хоукинса, места, полного неизвестного ужаса, и все же они просто стояли и продолжали препираться, как школьники.       Разозлившись, Нэнси закатила глаза, скрестила руки на груди и сделала несколько шагов в их сторону.       — Вы, ребята, можете хотя бы на пять минут попытаться поладить? — Рявкнула она чуть более резким, чем обычно, голосом. Она переводила взгляд со Стива на Пейтон, которые стояли неподвижно, напряженные, с раскрасневшимися от гнева лицами. Но прежде чем кто-то из них успел ответить, на лице Дастина появилась знакомая озорная ухмылка.       — О, я думаю, они прекрасно ладят, — с ухмылкой заявил парень. Стив и Пейтон обернулись и посмотрели на него широко раскрытыми от злости глазами.       — Хендерсон!       — Не надо! — кричали они, перебивая друг друга. Раздражение на лице Нэнси сменилось искренним недоумением, она нахмурилась, продолжая переводить взгляд с одного на другого. Джонатан, похоже, первым понял, что происходит. Он переводил взгляд со Стива на Пейтон, и до него начало доходить: что-то случилось. Что-то изменилось.       К ужасу Пейтон, это неожиданное вмешательство каким-то образом превратило гнев Стива в самодовольство, подтвердив все оскорбления, которые она на него высыпала.       — Не делай этого, — предупредила она, прищурившись и пытаясь выровнять дыхание, чтобы не поддаться вспышке гнева.       — Не делать что? — Невинно пожал плечами Стив, делая вид, что не понимает, о чем она. Его глаза блеснули тем знакомым дерзким блеском, от которого у нее всегда закипала кровь.       — Не смотри на меня так!       Улыбка Стива стала шире, когда он заговор, слегка наклонившись вперед и понизив голос:       — Ну, и кто теперь эгоистичный?       Ноги Пейтон сами собой потянули ее вперед, и она, усмехаясь, огрызнулась приглушенным голосом.       — Вот видишь? Это? — Она указала пальцем на его рот, источник всех ее проблем в ту ночь, когда все и так шло наперекосяк. — Вот почему это, — она отчаянно провела рукой между собой и Стивом. — Никогда не случится, Стив.       — Снова… — Попытался исправить ее он.       — Заткнись… — Пейтон сжала кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Она резко вдохнула, пытаясь успокоиться, прежде чем с ее губ сорвутся новые оскорбления. — Ты меня так… бесишь, — это слово прозвучало гораздо менее враждебно, чем обычные оскорбления, которыми она осыпала Харрингтона. И почему-то оно не вызывало такого недоумения, как ее более изобретательные попытки кольнуть его.       — Да, и знаешь что, Эванс? — Стив не желал отступать. — У тебя тоже есть привычка выводить меня из себя.       Пейтон вздохнула, гнев ее в глазах стал как-то мягче, она умоляла его остановиться.       — Я серьезно, ты знаешь… это… — Она указала на себя и Стива. — Это должно прекратиться. Сейчас. Мы нехорошие люди, и совсем не подходим друг другу. Это ничего не значило, ясно? — Стив, казалось, был не согласен, но не осмелился прервать ее. — Это был… адреналин и… разочарование, и… — Пейтон сделала еще один глубокий вдох, ее пальцы коснулись затылка, пока она пыталась собраться с мыслями. — Я, честно говоря, думаю, что мы ненавидели друг друга так долго, что наш мозг просто… не в состоянии понять, что мы… из нас действительно могла бы получиться хорошая команда, — она на мгновение замолчала, ожидая, что Стив перебьет ее. Но он не стал. — Это был всего один раз. Такого больше не повторится, так что… давай просто забудем, ладно? И… — Пейтон пожала плечами, издав неуверенный смешок. — Я не знаю, типа… попробуем подружиться?       Стив был по-настоящему ошеломлен. Он несколько раз моргнул, явно обдумывая ее предложение. Нахмурив брови, он изобразил на лице замешательство и веселье.       — Попробуем… подружиться? — Он повторил ее слома медленно, как будто никогда в жизни их прежде не произносил. Пейтон снова пожала плечами, морщась от абсурдности происходящего. — Ты… — Стив указал пальцем, говоря медленно и осторожно. — Хочешь дружить с… — Он указал на себя, прижав кончик пальца к сердцу. — Со мной?       — Хочу? — Спросила Пейтон, все еще не в силах удержаться от оскорбления бедного парня, с игривой ухмылкой на лице. — Я бы сказала, что это скорее… принятие ситуации.       Стив наклонил голову, прищурил глаза и на его губах заиграла улыбка, скорее удивленная, чем сердитая:       — Ладно, — он понимающе кивнул, соглашаясь. Оскорбления доставляли гораздо больше удовольствия, когда в них участвовали обе стороны. — Ты такая милая, Пейтон, — саркастически добавил он.       — О, я уже сожалею об этом, — поморщилась она. Сарказм Стива только усилился, когда он положил руку к сердца, делая вид, что тронут ее словами.       — Правда, я… я польщен, — настаивал он, Пейтон покачала головой и прикусила щеку, стараясь не рассмеяться.       — Ты такой придурок, — но теперь ее тон был спокойным, дразнящие нотки сменили прежнюю резкость. Она повернулась и пошла прочь, обратно к ребятам, а Стив радостно последовал за ней.       — Знаешь, обычно меня бы это задело, но… — Стив пожал плечами, и его улыбка стала шире. — Я слишком дорожу нашей дружбой, чтобы злиться на тебя, Пейт, — лицо блондинки исказилось от непривычного обращения Стива.       — Заткнись, — простонала она, но уголки ее губ тронула улыбка, которую она не смогла прогнать. Потому что, так или иначе, сражение с существами из другого измерения было не самым безумным событием в ту ночь.       Безумнее было то, что Стив Харрингтон стал ее другом.

❀

      Группа не подождала и пяти минут, прежде чем Пейтон не выдержала. Если Майк и Уилл были в лаборатории, значит, там была не только Джойс, но и ее отец. И если с ним что-то случится, она никогда себе этого не простит. Это она попросила его помочь им разгадать загадку Уилла. Это она познакомила его с ужасами, скрывающимися под Хоукинсом. Если бы с Уиллом что-то случилось во время поисков Хоппера, его бы сразу доставили в лабораторию. А Боб никогда бы не отпустил Джойс одну.       Сердце Пейтон бешено заколотилось в груди. Ее нога, здоровая нога, подпрыгивала от волнения, пока она пыталась прекратить непрекращающиеся споры между подростками о том, как проникнуть в лабораторию Хоукинса. Она не могла просто сидеть и ждать, когда свет волшебным образом снова зажжется.       Она должна была что-то сделать.       Сейчас.       — О, к черту все это, — снова спрыгнув с капота, Пейтон направилась туда, где у забора стояли мальчики. Ее мышцы болели от ходьбы, от напряжения, от адреналина, который не покидал ее тело с захода солнца. В ноге предупреждающе запульсировало, но она не обратила на это внимания. Протиснувшись мимо нерешительно шаркающего Джонатана, она бросилась к забору.       Она потянулась вперед, но Стив схватил ее за запястье прежде, чем он успела хотя бы подышать на ржавый забор.       — Что, черт возьми, ты творишь? — Он уставился на нее, нахмурив брови в глубокой озабоченности. Это был взгляд, к которому она привыкла от Стива. Тот, который она еще не научилась ценить.       Пейтон обернулась, выдернув руку:       — Что? — Огрызнулась она, разочарованная тем, что ее блестящий план был так внезапно прерван.       — Он может быть под напряжением… или типа того, — заявил Стив, указывая на плетенный забор.       Пейтон удивленно приподняла бровь:       — Электричество не работает, — заявила она, но Стив кажется даже не понял этого.       — И что?       — И то, — повторила Пейтон, преувеличенно передразнивая его ошарашенный тон. — Нет электричества — нет бзззз, — она ткнула двумя пальцами ему в плечо, имитируя удар током. Стив хмыкнул, скорее от разочарования, чем от боли, стиснув зубы, явно недовольный тем, что Пейтон постоянно подвергает свою жизнь опасности.       Но прежде чем он успел возразить, Пейтон снова повернулась и схватилась за забор голой рукой.       — Нет, нет, нет, Пейтон! — Глаза Джонатана расширились от ужаса.       Ладонь Пейтон коснулась холодного, сухого металла.       В группе воцарилась тишина, как будто они ожидали худшего.       Но ничего не произошло.       Ни искры. Ни удара. Ничего.       Она приподняла бровь, усмехнувшись почти разочарованно. Ее пальцы крепко сжали прутья, доказывая свою точку зрения.       Нет электричества, нет бзззз.       Стив и Паркер пристально смотрели на нее, остальные просто стояли в шоке, не зная, храбрая она или просто глупая. В любом случае, она не теряла времени даром, не собираясь дожидаться каких-либо комментариев по поводу своих безрассудых действий. Она начала перелезать через забор, изо всех сил стараясь переносить вес тела на здоровую ногу.       Но, конечно, Стив поспешил за ней, к ее большому разочарованию.       — Что ты делаешь? — Спросила она, опуская ногу на землю, отказываясь даже допускать мысль о том, что Стив присоединится к ней в том, что вполне могло оказаться самоубийственной миссией.       — Я иду с тобой, — нагло ответил он, но его слова были встречены усмешкой.       — Нет, не идешь.       — Ты не пойдешь туда одна, — Фыркнул он в ответ.       Глаза Пейтон сузились.       Дежавю.       Как будто она говорила ему тоже самое перед тем, как он оставил их в том дурацком автобусе. Перед тем, как он ушел в одиночку, вооруженный только бейсбольной битой. Перед тем, как ей пришлось в очередной раз спасать ему жизнь.       Лицемер.       Хотя сейчас ей, казалось, не хотелось с ним спорить, учитывая, что в прошлый раз он прибегнул к поцелую, чтобы заставить ее замолчать. Сидни недоверчиво покачала головой: она уже сбилась со счета, сколько раз они сказали друг другу подобную фразу. Это было бессмысленно. Кто-то из них всегда в конечном итоге следовал за вторым.       — Горшок, — она указала на Пейтон, а потом повернулась к брату. — Чайник, — насмешливо склонила голову и опустила руку. — Наслаждаетесь обществом друг друга? — Судя по всему, сарказм передавался у них по наследству. Ее брат и Пейтон одарили ее недовольными взглядами, но ни один из них не удостоил ее ответом.       — Стив, — твердым голосом начала Пейтон. — Мне не нужна нянька.       — Это чушь собачья! — Рявкнул он, ткнув пальцев в воздух в направлении ее груди. — Ты знаешь, что могут сделать эти твари. Твоя нога и так пострадала! Тебе нужна поддерж…       — Я пойду с ней, — голос Джонатана был последним, что она ожидала услышать, спасаясь от гнева Харрингтона. Внезапное вмешательство обычно тихого парня прервало их короткий спор, и оба повернулись, чтобы уставиться на него.       Единственным человеком, которого, казалось, совершенно не удивила перемена в его тоне, была Нэнси.       Стив чуть не вздрогнул, увидев, как ее обеспокоенная рука легла на плечо Байерса.       — Джонатан… — Прошептала девушка, и парень бросил на нее мимолетный взгляд. То, как она задержала свою руку на его коже, тоже не ускользнуло от внимания, но сейчас было не время думать об этом.       — Мой брат там, — возразил Джонатан, глядя на Стива. — А твоя сестра здесь.       Стив взглянул на Сидни. Со всеми этими оборонительными постройками, сражениями с демогоргонами и походами по лесу он забыл о самом важном.       Проверять свою младшую сестру.       Бита с гвоздями, которую он вручил ей, та самая, которой он защищался, все еще была крепко зажата в ее руках. Младшая Харрингтон выгнула бровь, безмолвно умоляя старшего брата обратить на нее внимание, потому что он наконец-то посмотрел на нее.       И она выглядела испуганной.       Напуганной до ужаса.       И, действительно, растерянной.       Тем не менее, она не стала спорить.       Она хотела, чтобы Стив сам принял это решение. Ему было неприятно признавать это, но ему еще не приходило в голову, что события последних нескольких часов, должно быть, были не только ужасающими, но и совершенно сбивающими с толку.       Она ведь не понимала и половины из того, что происходит.       Он и сам-то едва ли понимал, но хотя бы боролся с подобным раньше.       Впрочем, как и Джонатан.       Возмущенный тон Паркера вернул внимание Стива:       — Вообще-то у нее тоже есть брат! — Запротестовал Ньюби, уперев кулаки в бока, голос его срывался от волнения.       Но с Пейтон было достаточно.       — Она стоит здесь, — сверкнула она взглядом, заставляя парней замолчать. — И она больше не собирается тратить время на споры по этому поводу!       И после этого все замолчали.       Что-то в тоне старшей сестры, почти материнское, заставило всех троих замолчать и уставиться на нее.       Сделав глубокий вдох, Пейтон закрыла глаза, но лишь на мгновение, прежде чем снова посмотрела на Стива.       — Просто… ты за главного. Ждите, пока мы вернемся.       Стив открыл рот, словно хотел снова возразить.       Потом что, что, если она никогда больше не вернется?       Что, если она умрет там, а он будет просто ждать снаружи?       Но он этого не сделал.       Только не с Нэнси за спиной.       Не с другими детьми, которые знали, что непреклонная решимость Стива защитить девушку была гораздо большим, чем просто какая-то дурацкая новообретенная дружба между ними.       Несмотря на жгучую боль в ноге, Пейтон начала карабкаться. Она приземлилась по другую сторону забора с большей грацией, так как здоровая нога приняла на себя большую часть ее веса. Она зашипела сквозь стиснутые зубы, в глазах вспыхнула боль, но она не оглянулась.       Джонатан опустился рядом с ней несколько мгновений спустя, более неуклюже, несмотря на то, что у него было преимущество в виде двух полностью функционирующих ног. Его рука на мгновение легла на плечо Пейтон, а фонарик в другой руке указывал направление пути.       Стиву становилось все труднее сохранять спокойствие. Он ненавидел этот недоделанный план всеми фибрами души. Что именно, по мнению Джонатана и Пейтон, должно было произойти, когда они доберутся до лаборатории без поддержки и, возможно, столкнутся лицом к лицу с еще большим количеством этих бешеных тварей?       Электричество по какой-то причине было отключено.       И Стив ничего не мог с собой поделать, но мысленно прокрутил все возможные варианты того, как все могло обернуться в самом худшем исходе.       Пока он просто не смог больше сдерживаться.       Они не успели отойти и двух шагов от забора, как он окликнул ее.       — Пейтон!       Она обернулась и посмотрела на него в замешательстве.       И что теперь?       Вряд ли она послушала бы, если бы он попросил ее остаться.       Но он должен был что-то сказать.       — Постараешься не умереть?       Лицо Пейтон исказилось в веселой гримасе, когда она передразнила:       — Постараюсь, чтобы меня больше не кусали, — Стив сжал челюсти, как будто пытался сдержать улыбку. Но в его глазах была мягкость. Беспокойство. Может быть, даже что-то еще. Что-то похуже, более опасное, чем бешеные монстры, электрические заборы, злобное правительство и перекушенные конечности. — Мы справимся, — заверила Пейтон, и ее мягкость была такой же, как у него, что удивило даже ее саму.       Они с Джонатаном переглянулись, затем повернулись и направились в лабораторию. Фонарь отбрасывал в темноте тонкие золотые конусы.       — Просто… — Снова позвал Стив и замолчал, не находя слов, не зная, что бы такое сказать, чтобы его не высмеяли младшие подростки, которые все были свидетелями того, что он на самом деле чувствовал к Пейтон. — Будь осторожна!       Пейтон не остановилась, но ее шаг замедлился. Она оглянулась через плечо, озадаченная и в то же время немного удивленная улыбка тронула уголки ее губ. Ее взгляд задержался на Стиве всего на секунду дольше, чем нужно.              Но она ничего не сказала.       Не в этот раз.       Она только снова отвернулась и исчезла в ночи вместе со старшим Байерсом. Два мерцающих огонька растворились в темноте.       Дастин приподнял брови, ухмыляясь Харрингтону.       — Будь осторожна, — насмешливо пропел он, чем заслужил суровый взгляд Стива.       — Заткнись, — резко сказал он, не обращая внимания на ухмыляющуюся сестру, стоявшую по другую сторону от него. Не помогло и то, что она, несомненно, знала его лучше, чем любой другой перепуганный подросток, окружавший забор лаборатории. Что даже в кромешной тьме она может читать его, как открытую книгу. По самодовольному выражению ее лица он мог точно сказать, о чем она думает. И если он действительно собирался стать другом Пейтон, он должен был прервать ее прямо сейчас. — Заткнись!       — Я ничего и не говорила! — Защищалась Сидни, хотя и сияла, подражая самодовольной ухмылке Дастина.       Стив недолго развлекал их. Он застыл на месте, лицом к забору, отделявшим его от девушке, о которой он слишком сильно заботился, чтобы чувствовать себя комфортно.       Он скрестил руки на груди, не отрывая взгляда от тропинки, даже после того, как Джонатан и Пейтон совсем скрылись из виду. Потому что в глубине души, когда их поглотили тени, Стив не мог избавиться от неприятного ощущения в животе, которое шептало, что она, возможно, больше не вернется.       И если это действительно произойдет…       Он не представлял, как, черт возьми, он будет с этим жить.