Спящая красавица

      Ярославль встретил их дождём.       С утра небо затянуло тучами, и когда они выехали из Суздаля, начал накрапывать мелкий, противный дождик. К моменту, когда машина въехала в город, он превратился в настоящий ливень.       — Вот это погода, — проворчал Матвей, паркуясь у гостиницы. — И как мы гулять будем?       — Под зонтом, — философски заметила Алиса. — Романтика же.       — Романтика — это когда тепло и сухо, — буркнул он. — Ладно, давай заселяться, а там посмотрим.       Гостиница оказалась современной, совсем не похожей на уютный домик в Суздале. Высокие потолки, кондиционер, мини-бар. Алисе стало немного грустно — хотелось опять той деревенской сказки.       — Нормально, — сказала она, пытаясь быть бодрой. — Чисто, сухо.       — Ага, — кивнул Матвей, но как-то рассеянно. Он снова смотрел в телефон.       — Работа?       — Ага. Там опять какие-то проблемы. Я на минуту.       Он ушёл в коридор говорить по телефону, а Алиса осталась одна в номере. Она подошла к окну, посмотрела на мокрый город. Люди бежали под зонтами, машины разбрызгивали лужи, небо было серым и низким.       — Настроение, — вздохнула она. — Ну и настроение.       Матвей вернулся через полчаса. Хмурый, уставший.       — Всё плохо? — спросила Алиса.       — Всё нормально, — отрезал он. — Решили. Пошли гулять, раз уж приехали.       — Может, пообедаем сначала? Я есть хочу.       — В кафе поедим, — он уже надевал куртку. — Пошли, пока дождь поутих.       Алиса посмотрела на его спину и почувствовала, как внутри закипает раздражение.       — Матвей, — сказала она. — Ты чего злишься? Я не виновата, что у тебя там проблемы.       — Я не злюсь, — буркнул он, не оборачиваясь.       — Злишься. И срываешься на меня.       Он обернулся. В глазах — усталость и что-то ещё, чему Алиса не могла подобрать названия.       — Лиса, давай не начинать. Просто день не задался. Погода дрянь, на работе бардак. Я хочу нормально погулять, а не стоять тут и спорить.       — А я хочу, чтобы ты со мной разговаривал нормально, — Алиса скрестила руки на груди. — А не огрызался, как будто я во всём виновата.       — Я не огрызаюсь.       — Огрызаешься.       — Слушай, — он провёл рукой по лицу. — Я устал. Очень. Давай просто пойдём куда-нибудь, поедим, выпьем кофе, и всё наладится.       — А если не наладится?       — Наладится, — твёрдо сказал он. — Я обещаю.       Они пошли гулять под дождём.       Нашли маленькое кафе в центре, заказали суп и чай. Матвей отогревался, Алиса молчала. Напряжение висело в воздухе, как тот самый дождь за окном.       — Прости, — сказал Матвей, когда они допили чай. — Я был груб. Это работа. Она иногда выбивает из колеи.       — Я понимаю, — тихо ответила Алиса. — Но когда ты такой... я не знаю, что делать. Как себя вести.       — А никак особо не надо. Просто будь рядом. Мне этого достаточно.       — Рядом — это молчать, пока ты злишься?       — Нет, — он взял её за руку. — Рядом — это быть. Даже когда я злюсь. Даже когда я устал. Даже когда я дурак.       — Ты не дурак, — улыбнулась Алиса.       — Иногда дурак, — признал он. — Простишь?       — Прощу. Но если ещё раз накричишь — получишь кастрюлей, как мама обещала.       — Договорились, — улыбнулся он в ответ.       Дождь за окном закончился так же внезапно, как начался. Выглянуло солнце, и город засверкал мокрыми крышами и лужами.       — Смотри, — Матвей кивнул на окно. — Погода наладилась.       — И мы, — сказала Алиса. — Тоже.       Они гуляли по Ярославлю до самого вечера.       Смотрели на церкви, заходили в музеи, кормили голубей на набережной. Матвей рассказывал про историю города. Матвей заранее почитал, чтобы ей показать, Алиса слушала и удивлялась, сколько всего она не знала.       — Ты как экскурсовод, — смеялась она.       — Я просто хочу, чтобы тебе было интересно, — пожал он плечами. — Чтобы ты запомнила эту поездку навсегда.       — Запомню, — кивнула она. — Уже запомнила. Даже ссору.       — Ссору лучше забыть.       — Не надо. Она тоже важная. Мы помирились. И стали ближе.       Матвей остановился и посмотрел на неё:       — Ты удивительная, знаешь?       — Знаю, — улыбнулась Алиса. — Ты мне говорил.       — Буду говорить каждый день.       Вечером они сидели в ресторане на набережной, ели местную рыбу и пили вино. За окном зажигались огни, по воде скользили теплоходы.       — Матвей, — сказала Алиса. — А давай договоримся?       — О чём?       — Когда мы вернёмся... давай не терять это. Вот это чувство. Что мы вместе, что нам хорошо. Даже когда трудно.       — Не потеряем, — пообещал он. — Я не дам.       — И я не дам.       Они чокнулись бокалами.       Завтра был последний день поездки. А послезавтра — возвращение в обычную жизнь. Но обычной она теперь уже не будет.       Никогда.