Дракула. Кровь и шёлк. Раздел 1

Предостережение Демона Он медленно поднялся с кресла и подошел к окну, за которым густела современная ночь. Огни далекого города напоминали о том, что мир изменился навсегда. — Ты не понимаешь, во что ввязываешься, — его голос стал сухим, почти резким. — Да, в тебе живет ее искра. Да, ты видела ее жизнь. Но ты — **Мина**. Ты выросла в мире электричества, книг по психологии и прав человека. У тебя есть свои привычки, свои мечты, свое будущее, которое не связано с кровью и кольями. Он резко обернулся к ней. — Елизавета была женщиной пятнадцатого века. Она умела терпеть вид казней, она жила в мире, где смерть была обыденностью. Она была закалена огнем своей эпохи. А ты? Ты упадешь в обморок от первого же крика жертвы, которую Владу придется покарать, чтобы удержать свой порядок. Потеря себя Александр сделал шаг ближе, его аура стала тяжелой, подавляющей. — Влад любит Елизавету. И если ты останешься здесь, пытаясь «спасти» его, ты начнешь медленно стирать Мину. Ты начнешь подражать мертвой женщине, чтобы соответствовать его ожиданиям. Ты превратишься в тень, в живое надгробие. Он положил руку на край стола, и дерево под его пальцами жалобно скрипнуло. — Я не хочу, чтобы через год я видел в этом замке не живую девушку, а манекен, играющий роль Княгини. Влад погубит тебя, сам того не желая. Он поглотит твою индивидуальность своим вековым горем. Сейчас — другое время. Ты имеешь право на свою собственную судьбу, не обремененную проклятием Дракона. Одиночество в тишине Мина слушала его, сжимая края одеяла так сильно, что костяшки пальцев побелели. Каждое слово Александра било в цель, заставляя ее сомневаться. Кто она теперь? Мина Мюррей или Елизавета из рода Басарабов? Где заканчивается одна и начинается другая? — Довольно, — прошептала она, закрывая глаза. — Пожалуйста, замолчи. Александр замер. Он увидел, что зерно сомнения посеяно, но также увидел и ту непреклонность, которую не смогло стереть даже время. — Уходи, Александр, — уже громче сказала она, не открывая глаз. — Я благодарна тебе за правду. За детей. За всё. Но сейчас... я хочу остаться одна. Демон склонил голову в коротком, почтительном поклоне — жесте, который он повторял тысячи раз перед ее предшественницей. — Как пожелаешь. Но помни: иногда самая большая любовь — это умение вовремя уйти. Дверь за ним закрылась с едва слышным щелчком. Мина осталась в полной тишине огромной комнаты. Она смотрела на свои руки — тонкие, современные, не знавшие тяжести парчи или холода меча. Она была Миной. Но внутри, где-то в самой глубине сердца, всё еще слышался детский смех из замка Поенари и чувствовался холодный поцелуй Влада на рассвете. Она обхватила себя руками, пытаясь понять, кто же она на самом деле, пока тени в углах комнаты медленно сгущались, словно ожидая ее окончательного выбора.