Быть к тебе ближе

Рука осторожно скользит по чужому члену, размазывая влагу по стволу. — Хорошо? — раздается неуверенный голос. — Можешь сжать посильнее, — предлагает Петя, и Илья сразу пробует, чуть выворачивает запястье, плотнее обхватывая член, чем заслуживает довольный вздох. Они сидят на кровати в номере Ильи и дрочат, как будто школьники, которые впервые полезли друг к другу в штаны из чистого любопытства. Лбы соприкасаются, они смотрят вниз на то, как старательно и немного неловко двигаются их руки. Петя уже нашёл нужный ритм и двигал в нем рукой не сбиваясь ни на секунду, внимательно вслушивался в прерывистое дыхание Ильи, который никак не мог сосредоточиться из-за того, что было слишком хорошо. — Оттяни немного вниз, — подсказывает Петя, — да, вот так, — он задыхается, когда Илья стягивает крайнюю плоть под уздечку и мягко поглаживает, — не останавливайся. Член Ильи в руке Пети мокрый, горячий, покрытый смазкой и предэякулятом, готов взорваться. Петя держит на грани, дожидаясь своего собственного оргазма. Он почему-то очень хочет кончить вместе с Ильей, возможно думая, что это помогло бы им стать еще ближе. — Хочешь поцеловаться? — осторожно спрашивает Петя, проводя подушечкой большого пальца по истекающей щели. — Хочу, — Илья отвечает не раздумывая ни секунды — целоваться с Петей было приятно, и, хоть они делали это всего пару раз за те несколько дней, что готовились к показательным, он никогда не давил, позволял наслаждаться моментом в своём ритме — это было намного ценнее любых медалей и признаний. Их руки движутся синхронно, вверх и вниз, то замедляясь, то ускоряясь, реагируя на пойманные губами стоны. Илья прижимается ближе, становится смелее, касается своим членом члена Пети, и тот просто обхватывает их своей большой красивой рукой, прижимая друг к другу, перемешивая влагу предэякулята, текущую по стволам. Илья кладет свою ладонь сверху, накрывает кончики, водя по ним ладонью. Они задыхаются в поцелуй, Илья случайно прикусывает губу Пети до крови и спешно зализывает, от чего их члены наполняются и пульсируют все сильнее. — Отпусти себя, давай, — шепчет Петя между поцелуями, сильно сжимая члены и последний раз проводя по ним короткими ногтями. Илья сбивается, кончая, в руку Пети, убирает ладонь с головки своего члена, но продолжая поглаживать чужой, доводя Петю до края, и замирает, чувствуя, как пальцы наконец покрываются горячей вязкой жидкостью. — Черт, — шепчет Илья, пытаясь отдышаться, оргазм был сильнее, чем когда он дрочил себе сам, и теперь нужно было привыкнуть к новым ощущениям, — мы и правда сделали это, да? — Как видишь, — Петя улыбается, продолжая поглаживать размягчающиеся члены, смешивая сперму, засыхающую на них. — Можно попробовать? — Зачем ты спрашиваешь? — Илья недоуменно смотрит на парня напротив. Петя только пожимает плечами: — Ну вдруг тебе такое неприятно, я ж не знаю. Мне вот интересно просто, какие мы вдвоём на вкус. — Вроде взрослый мальчик, а тащишь в рот всякую гадость, — Илья наклоняется к чужим пальцам и сам слизывает с них смешанную сперму, от чего приятные мурашки распространяются по спине, собираясь внизу живота. — В основном соленая, — говорит Илья, ненадолго отрываясь, и снова берет пальцы в рот, собирая с них остатки и выпуская с громким причмокиванием. Петя вплетает чистую руку в волосы Ильи и притягивает к себе, проводит языком по сжатым губам, раскрывая их, чтобы скользнуть внутрь. Он оказывается прав, ожидая, что Илья сохранит немного во рту специально для такого поцелуя. Они неспешно сплетаются языками, пытаясь лучше прочувствовать вкус друг друга, пока губы не начинают ныть от приятного давления. — Есть сладкое послевкусие, — замечает Петя, отрываясь от Ильи. — По мне так твердая восьмерка. В следующий раз надо есть побольше ананасов. Я где-то читал, что так слаще получается, но сам не пробовал. — В следующий раз? — Илья замирает в изумлении, не дотянувшись до влажных салфеток. — Ты больше не хочешь? — Нет, просто, — невидимые шестеренки в голове Ильи работают со скрипом, пытаясь что-то придумать, но, видимо, не получается, поэтому из его рта вылетает простое: — Ладно, не важно. — Важно, — Петя касается пальцами подбородка Ильи, заставляя повернуть голову и встретиться взглядами. — Если больше не хочешь, так и скажи. Я не твой тренер, я не толпа фанатов, я не буду заставлять тебя делать то, что тебе делать не хочется. — Ты слишком идеальный, таких людей не существует, — бормочет Илья, мотая головой и всовывая в руку Пети салфетку. — Я не знаю, когда будет этот следующий раз, и будет ли он вообще. Петя молчит. Они больше не разговаривают, заканчивают вытираться и натягивают одежду. Постельное белье сразу летит в кучу для стирки, которую позже заберут горничные. — В следующий раз, — повторяет Петя, уже стоя в дверях номера, готовясь улизнуть, как только в коридоре будет чисто, — я хочу попробовать тебе отсосать. Поэтому включи в рацион ананасы, так, на всякий случай. Илья в удивлении замирает посреди номера и кивает, пытаясь осмыслить сказанное. Петя довольно улыбается и, как только он исчезает за дверью, Илья садится на кровать, надавливает ладонями на глаза и тяжело вздыхает в пустоту номера: — Мне кажется, я начинаю в него влюбляться.