Кадр за кадром

Река устало потирает висок, потому что сегодняшний день просто пытается высосать из него последние силы. Слишком много съёмок с разными актёрами, и почти все они прошли в пузырях памяти. — Джейс, дай масла, — почти механический голос Виктора вырывает из своих мыслей. Река старается не думать, что он относится к своим актерам, как к экспонатам в музее, но всё равно в мыслях продолжает называть их ценными экземплярами своей коллекцией. Виктор — идеальный экспонат. Он говорит, что является эрудроидом, но как будто бы в его действиях, речи, мыслях читаются человеческие черты, хотя весь внешний вид говорит о том, что он состоит из металла и бесконечно движущихся механизмов. Джейс появляется рядом с ним, подаёт стаканчик с машинным маслом и буквально светится весь от радости, когда Виктор одаривает его мягкой улыбкой. — Господин Река, у меня всё готово, — Март привлекает к себе внимание, кидает стопку проводов рядом со стулом Река, и кивает в сторону расставленных камер. — Отлично, Виктор, Джейс, начинаем. Взгляд скользит по вздрогнувшему Джейсу, который как будто бы всё ещё не может привыкнуть к тому, чем он теперь занимается. Они молодые и неопытные, часто отвлекаются, где-то слишком сильно играют на камеру, и Река это немного отталкивает, но терять эрудроида в своем наборе актёров не хочется, а Виктор согласен работать только в паре с Джейсом. Река не знает, что между этими двумя. Он никогда не лезет в личные жизни своих актёров, иногда плюёт на их комфорт, но это происходит слишком редко и только со «старичками». С такими, как Джейс и Виктор нужен более мягкий подход, хотя то, в какой категории порно они часто мелькают… — Твоя частота сердцебиения поднялась. Что именно ты сейчас представляешь? — Виктор двигается элегантно, не смотря на хромоту в ноге. В повседневной жизни он носит с собой трость, а во время съёмок отказывает от неё говоря о том, что и так справится. И всегда держит слово. — Твои руки дрожат, — Джейс не отвечает прямо на вопрос, и с губ срывается вскрик. Виктор ставит его на колени, бьёт по щеке, и Март берет крупный план на механические глаза. В них видно, как перестраиваются мелкие механизмы, вероятнее всего пытаются пародировать тот самый «блеск», который часто можно увидеть у человека. Ореховый оттенок становится ярче, превращаясь в янтарный цвет. — Это не ответ на мой вопрос. Расскажи, что ты представляешь. Я чувствую, как твое сердце бьётся каждый раз всё быстрее, стоит мне ударить тебя. Боль приносит тебе удовольствие? — Виктор сжимает руку на скулах Джейса, отчего тот подаётся вперёд и тихо скулит. Река давал им заранее написанный сюжет только потому, что они не опытные, и им нужна подстраховка на случай, если импровизация пойдет по одному месту. Сейчас Виктор совсем немного, но начинает импровизировать, будто вскрывая старые раны. Река знает достаточно о них, обрывками читал статьи про знаменитых учёных, сделавших какое-то открытие. Один присвоил идею другого, и всё пошло по одному месту. Но сейчас они вновь вместе, снимаются в его видео, и не против причинять друг другу боль. — Виктор, я хочу… Джейс вдруг резко встаёт с колен и накрывает холодные губы Виктора. Зарывается в волосы, которые являются лишь имитацией, но всё равно приятные для касаний. Река удивлённо приподнимает брови и улыбается, когда в следующий момент Джейса кидают на кровать. Он похож на побитого щеночка, которого хочется обласкать, но Виктор, видимо, не проявляет большой симпатии к животным, когда садится рядом с Джейсом и давит ему на шею ладонью. — Ненавижу, когда не отвечают на мои вопросы, — тихо произносит Виктор и с улыбкой следит за тем, как Джейс закатывает глаза. Другая рука двигается вниз, залезает под резинку трусов, и в глазах что-то сверкает лишь на секунду, когда он чувствует возбуждённую плоть. — Я хочу поцеловать тебя. Представляю, что твои губы мягкие и теплые, а не холодные и металлические, — вдруг произносит Джейс и жадно хватает ртом воздух, когда Виктор убирает руку и даёт ему возможность вдохнуть. — Глупый… глупый щенок, — Виктор смакует каждое слово, которое произносит, в его глазах видно какие-то намёки на эмоции, но это ещё нужно постараться увидеть. Джейс вот умеет распознавать моменты, когда Виктор действительно начинает чувствовать. — Твой член так стоит, что мне будет достаточно сделать так, и ты кончишь. Подушечки указательного и среднего пальца давят на мошонку, несколько слабых электрических разрядов заставляют бедра Джейса подлететь вверх. Он тут же опускает руку вниз, но Виктор перехватывает ладонь и плотно прижимает к кровати всем весом. Ему совершенно не жаль Джейса — в его программе не осталось почти никаких эмоций. — Прошу, не так сил… Не удаётся договорить полностью фразу. Лицо Джейса расслабляется, ноги сами собой разъезжаются, когда Виктор откидывает белье в сторону и толкается двумя пальцами в анус, продолжая посылать немного электрических импульсов. — Ты весь дрожишь… это не холод. Это перегрузка. Внутренние стенки пульсируют вокруг моих пальцев. — Виктор двигается медленно, старается дать привыкнуть Джейсу к ощущениям, хотя у самого желание наплевать на все чувства партнёра и развлечься, выкручено на максимум. — Е-ещё, — хрипит в ответ Джейс и неуверенно подмахивает бёдрами, насаживаясь на пальцы. Но Виктору это не нравится, он поджимает губу и не замечает, как переносит вес на вторую руку. Джейс хлопает по ней, распахивая от боли глаза, ведь его запястье уже порядком покраснело, и не хочется, чтобы ему тут что-то сломали. На механическом лице проскальзывает тень недовольства, но Джейсу все равно позволяют вытащить руку. — Ты стонешь, как шлюха, Джейс. Это не оскорбление — это факт. Твои стоны записаны на уровне 68 децибел. Продолжай, мне нравится, когда ты теряешь контроль. К двум пальцам присоединяется третий и тело пробивает мелкой дрожью, потому что Виктор включает режим вибрации. Река ухмыляется и складывает руки на груди, наблюдая скорее за Март, чем за Джейсом и Виктором. Та идеально ловит нужные кадры, вовремя замирает на месте, чтобы не потерять их зрительный контакт, приближает в особо важные моменты, и даже не брезгует подходить достаточно близко. — Виктор… — Джейс закатывает глаза и перестаёт стонать на какое-то мгновение. Виктор тут же перестает двигаться. — Ш-ш-ш… не торопись кончать. Я ещё не закончил сбор данных. Твой оргазм — это финальный тест. И ты пройдёшь его только по моей команде. Ты ведь хороший мальчик, Джейс? — Тихий всхлип разносится по комнате, и заставляет Виктора испытать жар в области груди. Будто бы шестерёнки начинают слишком быстро крутиться, вот-вот сотрутся друг о друга. Короткие волосы Джейса лезут ему в лицо, в глазах стоит влага, а член прижимается головкой к вздрагивающему животу. В его пальцах гудит желание прикоснуться к себе, но щека всё ещё не перестала гореть от тяжёлого удара Виктора. — Смотри, как красиво ты растягиваешься вокруг меня. — Виктор раздвигает широко пальцы и заглядывает между ног Джейса, чем ужасно смущает его. Щёки заливает румянец, с губ срывается протяжный стон, а пальцы всё-таки тянутся вниз. Но Виктор действует быстрее и обхватывает сочащийся смазкой член в кулак. Его поза максимально сейчас неудобна, поэтому он садится ближе к бёдрам Джейса, вытягивая больную ногу в сторону. Даже в этом теле не смог избавиться от этого, но не обязательно кому-то знать о его прошлом. Пусть все думают, что он просто эрудроид, который плохо понимает человеческие эмоции. — Твои бёдра сами раздвигаются шире, когда я вхожу. Тело умнее тебя, оно уже сдалось. Когда сдастся разум? Джейс покрывается мурашками от улыбки на лице Виктора, они будто замирают на секунду, просто любуясь друг другом. Старые обиды всегда будут с ними, но иногда хочется отбросить всё это в сторону. Джейс прикусывает губу и с придыханием стонет, когда рука на члене сжимается сильнее. Стимуляция с двух сторон заставляет его потеряться: он словно плывет по кисельной реке и тонет в этом сладком густом напитке. Пальцы Виктора начинают вибрировать как на члене, так и внутри, отчего Джейс пытается просто сбежать от такой сверхстимуляции. В глазах натурально темнеет, сердце готово остановиться в любую секунду, но ему одновременно с этим так хорошо, что хочется просто расплакаться. Он перестаёт понимать речь Виктора, выдыхает глухой стон и кусает до крови губу, привлекая внимание глаз напротив. Виктор следит за ним, буквально поглощает каждый момент приближающегося оргазма и наконец-то перестает мучить Джейса, когда тот запрокидывает голову. Кадык дёргается, грудь поднимается вверх от крупного вдоха, ноги разъезжаются в стороны, а сперма густыми каплями стекает с живота на постель. В тишине комнаты слышен гул механизмов внутри Виктора, который явно словил перегрузку вместе с Джейсом, и теперь тоже приходит в себя. — Вы молодцы, кадры получились шикарные, — Март первой начинает говорить, подаёт Джейсу стакан воды, и тот не может даже нормально ухватиться за стакан, поэтому его берет Виктор. — Господин Река, на сегодня все. — Спасибо Март. Виктор, Джейс в порядке? — у Река, честно признаться, нет никаких сил что-то говорить, поэтому он просто хлопает в ладоши и довольно улыбается, ведь материал вышел действительно качественным. Он смотрит на Джейса, который приподнимается на локтях, а затем вновь падает обратно. — В порядке. — Коротко отвечает Виктор, спускаясь ногами на пол. Они с Джейсом стараются не смотреть друг на друга, будто стесняются остальных в комнате. — Замечательно, хорошо поработали. Номер забронирован до утра, поэтому, при желании, можете остаться здесь. Джейс не уверенно скользит ладонью по руке Виктора недалеко от себя, на него тут же обращают внимание. Они словно понимают друг друга без слов. — Мы останемся. — Джейс открывает пачку салфеток, выуживает оттуда сразу несколько и вытирает себе живот, переставая смотреть на Виктора. Река кивает ему и старается не думать о том, что они могут ещё натворить за эту ночь, и какие жалобы придут ему от отеля.