Кадр за кадром

— Её воспоминания такие яркие! — Лебедь говорит медленно, хмыкает и облизывается, будто бы только что вкусно поужинала. Река ковыряет закуски, поднимая глаза, пока она садится перед ним, и взгляд вполне осознанно падает сразу же на декольте. — Охотишься за моей добычей? — Он опирается подбородком на кулак, слегка наклоняется вперёд и прикусывает себе язык, потому что Лебедь остро проезжается носком туфли по щиколотке. Задирает штанину, царапает кожу и оставляет там красноватый след за собой. Лебедь окунает кончик указательного пальца в стоящий перед ней коктейль, подносит к губам и с удовольствием слизывает, наблюдая за Река. — А если и так, то что ты мне сделаешь? Обычно они обращаются друг к другу на «вы». Но иногда эта вежливость совершенно игнорируется, и уже не до этого. Река кладет в её тарелку кусочек обжаренной рыбы и ворует оливку, накалывая на шпажку. Лебедь дует губы и смотрит в сторону танцпола. Их столик находится на втором этаже, отсюда очень удобно разглядывать Галлахера с Цифер, которые спорят о чем-то с барменом. Как бы до драки не дошло. Там и Март оживлённо разговаривает с Раппой и Бутхиллом, вскидывает руки, поправляет волосы и машет на себя ладонями, пытаясь хоть как-то остыть. Они с Лебедь на секунду пересекаются взглядами, и затылок простреливает электрическим разрядом. Река внимательно наблюдает за этой сценой, и от удовольствия ему хочется закричать. — Вы очень сексуально танцевали, мне понравилось, — Река решает проигнорировать вопрос Лебедь. В какой-то степени ему плевать, он занимается своим делом, пусть и не самым любимым. Его мечтой было снимать фильмы, просто в следующий раз он будет чётче формулировать свои желания. — Хочется почувствовать, каково это? — Лебедь сладко выдыхает и мычит от мягкого вкуса рыбы. Она редко появляется на людях, чаще занята делами где-то в своём пространстве, но благодаря Река, который только подножки ставить умеет, у неё теперь есть желание иногда заглядывать в человеческий мир. Река откидывается на кресле, делает несколько глотков шампанского и кривится от кислого привкуса. Указательный палец касается подбородка, брови поднимаются вверх, будто бы он прокручивает перед глазами то, что видел несколькими минутами ранее. Он бросает короткий взгляд на Лебедь и сразу понимает — ему можно. Звук падающей туфли никто не слышит при таком шуме, но Река и без этого понимает, что к чему. Оголенные пальцы ноги касаются его щиколотки, и перед глазами тут же всё затуманивается. Вряд ли это от алкоголя, он его выпил так мало, что ещё даже способен машину вести с закрытыми глазами, скорее, дело в степени опьянения Лебедь и в том, насколько для неё это яркое воспоминание. Кожа Март влажная, Река ощущает её жар, и пальцы тянутся к галстуку, чтобы ослабить его. Приходится откинуть голову назад, сделать вдох поглубже, и его сильнее погружают в воспоминания. По телу проносится импульс, когда Март резко бьёт бёдрами в бёдра Лебедь, будто бы хочет сбить ту с ног. Но на лице ощущается улыбка, Река копирует эту эмоцию и сжимает пальцы в кулаки. Ладонь Лебедь скользит по пояснице Март, притягивает ближе, а потом отпускает ровно настолько, чтобы Март могла развернуться и прижаться спиной к её груди. Дыхание обжигает бледную шею, Река в этот момент облизывается настолько сексуально, что Лебедь теряется, и связь на мгновение прерывается. — Ещё, — судорожный шёпот едва можно услышать, но Лебедь лишь маниакально улыбается и садится рядом с Река, прижимаясь ладонью к его щеке. Поворачивает за лицо к себе и смотрит. В глазах напротив шальной блеск возбуждения и наслаждения, на секунду мелькает кончик язык между губами, и Лебедь погружает Река в воспоминания ещё раз. — Сколько пожелаешь, — последнее, что успевает услышать Река перед тем, как его вновь захватывает в водоворот эмоций. Лебедь следует за каждым движением Март: когда та откидывает голову назад, Лебедь уже рядом. Руки спускаются ниже по бедру, сжимают и отпускают, пока Март выдыхает с тихим стоном. Лёгкий тремор овладевает телом Река, который вытягивает ноги под столом так сильно, что их вот-вот сведёт судорогой. Март почти полностью ведёт танец, Лебедь подстраивается и каждый раз добавляет что-то своё. То лёгким изгибом руки подзывает к себе, то касается пальцами внутренней стороны бёдер, улавливая вздох, что звучит, как стон. Жар трущихся друг о друга тел разливается зудом в каждой конечности, хочется снять с себя одежду, продолжая кружиться бездумно в разные стороны, возможно, даже не попадая в ритм музыки. Река широко открывает глаза, отрывается от спинки дивана и упирается руками в стол, пытаясь отдышаться. Лебедь сидит рядом, её аромат можно почувствовать, и он позволяет себе жадно раздувать ноздри, будто бы не может насытиться этим запахом. — И вправду сексуально, — хриплый смех сопровождается широкой улыбкой, Река смотрит на танцпол, где Март танцует уже вместе с другими людьми из их съёмочной команды. У него самого нет такого большого штата сотрудников, их выделила им компания, чтобы снять порно-фильм. Обычно Река справляется сам или при помощи Март. Но съёмки выдались очень хорошими, результат определенно стоил того, пока они все буквально работали на износ. В конце концов весь этот вечер посвящен именно их окончанию, Лебедь здесь «плюс один» от Река. Как он мог не позвать свою коллегу просто расслабиться и забыть о том, кем они являются на самом деле, и что у них есть обязанности, которые время от времени нужно выполнять? — И почему она такая аппетитная, — Лебедь дует губы и наклоняется в сторону, чтобы рассмотреть поднимающуюся к ним Март. Та лавирует между людьми, шатаясь так сильно, что ещё немного и свалится по лестнице обратно. — Ты все равно намного вкуснее, — Река умеет красиво флиртовать, но иногда у него нет на это сил, как, например, сейчас. Особенно после того, что он увидел, поэтому Лебедь только противно кривится на этот неудачный подкат и качает головой. Март идёт к их столу уверенно. Простоять, протанцевать и ещё умудриться ходить по лестнице на такой платформе достойно аплодисментов. Иридисцентный топ едва прикрывает её грудь, тонкие бретельки скользят по плечам, ткань переливается розово-голубым, как жидкий металлик, облепляя соски так, что они проступают сквозь материал. Река сжимает пальцы в кулаки, когда взгляд опускается на такую же мини-юбку. Она сидит низко на бедрах Март, идёт волной и блестит, подчёркивая каждый шаг. Она смеётся сама с собой, падает напротив них и чуть ли не клюёт носом тарелку. Поднимает взгляд и поочередно рассматривает сначала Река, который сидит слишком зажато, будто бы его только что чем-то испугали. Потом на Лебедь, которая наматывает на палец локон своих волос, разглядывая саму Март. — Господин Река, а вы вообще что-то пили сегодня? — На её щеках румянец, который та старательно прячет за такими же розовыми волосами. Почти получается при таком тусклом освещении, но Река чувствует всем своим телом лёгкую нотку нервозности в Март. Она что-то задумала, и ему это нравится. — Немного того, немного этого и чуть-чуть вон того, — Река оглядывает стол, кивает на различные бутылки алкоголя. Натурально врёт в лицо Март, которая удивлённо округляет глаза и хлопает ресницами. — А ты не устала танцевать? Погляди на себя, вся промокла насквозь. Март делает глубокий вдох, берет в руку вилку и пожимает плечами, будто бы в данный момент не поведется на эти яркие заигрывания. Но Река видит, как бегло она бросает взгляд на него, как пальцы дрожат, пытаясь удержать кусочек мяса на вилке, как ухмылка лишь на секунду появляется на лице, образуя ямочки, а потом вновь исчезает. — Госпожа Лебедь меня закружила сегодня, — непринужденно выдыхает в ответ Март, наконец-то кидая в рот кусок еды. Прожёвывает медленно, косо поглядывает на них и пытается нормально рассмотреть, но, кажется, алкоголь начинает брать своё. Хочется ещё веселиться, танцевать, делать глупости, кричать во всё горло песни. — Я закружила? Март, за тобой ещё нужно постараться поспеть, — Лебедь смеётся, прикрывая рот ладонью. Она наблюдает за пьяным взглядом Март, пока рукой тянется за бутылкой с вином, которую весь вечер даже никто не трогал. — Пожалуй, тебе хватит. Пойдём, я подвезу тебя до дома, — Река толкает Лебедь в бедро, чтобы та дала ему выйти. Март дует губы, складывает руки крест-накрест. Река подходит к ней, рассматривая с нового ракурса. Ключицы видно ярче, цепочка со звёздами красиво изгибается на выпирающих косточках. Одна лямка топа спадает с плеча, ткань складывает, и видно кусочек розового соска. Волосы растрепались, и теперь вместо дорогой прически из салона там просто пучок с серебристым крабиком. Март смотрит вверх на Река, который непозволительно долго стоит рядом и разглядывает её. Чувство, что она сейчас полностью раздета перед ним, не покидает, с губ слетает судорожный вдох, а глаза тут же опускаются на ширинку брюк. Март прикрывает глаза и мотает головой. Ей отключаться нельзя, как бы сильно не хотелось сейчас одного единственного, нужно быть в реальности и контролировать себя. Но одна мысль о том, что она сейчас не отдаёт себе отчёта, что Река спокойно может воспользоваться моментом и трахнуть её, снять на видео и показать утром, заставляет нижнее белье промокнуть насквозь. Вряд ли она даже вспомнит об этом, вряд ли как-то будет сопротивляться. Март опирается локтем на стол, прячет горящее лицо в широко раскрытой ладони и пытается дышать ровно. — Подвези и меня, мой дом по пути, — Лебедь вешает себе на плечо маленькую фиолетовую сумочку, которая как раз идеально подходит к её черному коктейльному платью. Река бегло оглядывается и хмурится, поднимая Март за руки. Та неровно встаёт на ноги, опираясь на него. — У тебя ведь нет дома, — сквозь зубы цедит Река. Он не против компании Лебедь, но у него были другие планы на сегодня. Особенно на Март. Лебедь пожимает плечами, залпом допивает коктейль и тяжело выдыхает, но сказать ничего не удаётся, Река успевает уже сделать несколько шагов в сторону лестницы. — У госпожи Лебедь нет дома? — Март поднимает голову и тут же роняет её обратно, всё начинает кружиться. Видимо, не стоило думать чёрт знает о чём, вот и состояние ухудшилось от поднявшегося жара в теле. — Не слушай этого идиота, он любит говорить всякий бред. Река на это только закатывает глаза, осторожно спускаясь с лестницы. Приходится на секунду оторваться от Март и поблагодарить ещё раз их съёмочную группу. Прощание затягивается, поэтому, когда он оборачивается назад, то видит, как Лебедь под руку с Март выходят из бара. Выглядит это немного комично, потому что Лебедь сама почти не стоит на ногах, она в целом могла протрезветь по щелчку пальца, а могла и вовсе не пьянеть, но, видимо, перед людскими удовольствиями она совсем немного слаба. Он догоняет их возле своей машины, открывает переднюю дверь и усаживает туда Март, которая уже перестает держать голову прямо. Лебедь падает на заднее сиденье, тут же ложится на спину и выдыхает весь воздух из лёгких. — Обожаю такие моменты своего существования. Я не понимала, почему ты бо́льшую часть времени проводишь среди людей, но сейчас… — она говорит размеренно, медленно, голос похож на тягучий мёд, который льется на уши и стекает по плечам, пачкая своей липкостью. Река быстро пристёгивается, хмыкает на её слова и выезжает с парковки. Машина мягко набирает скорость, огни Пенаконии размываются по стеклу. Этот город никогда не спит, с каждым днём становится только лучше, и Река не готов его променять на что-либо другое. Взгляд скользит на Март, та тихо сопит, наклонившись в сторону двери, обе бретельки топа съехали, отчего, ещё немного, и можно будет увидеть оголенную грудь. А юбка задирается всё сильнее с каждым разом, когда Март съезжает ниже. Река бросает взгляд в зеркало заднего вида на Лебедь. Та лежит, вытянувшись на заднем сиденье, рассматривает свой маникюр и улыбается. — Ты сегодня была почти, как человек, — Март от голоса немного двигается, сводя колени вместе. Река на это даже немного обижается, в голову тут же лезут ужасные мысли. — Пришла со мной на праздник, пила, танцевала. Я думал, что ты не любишь подобное. Лебедь хмыкает, опускает руки на груди и поворачивает голову в его сторону. Он сам этого не видит, но слышит по легкому скрежету кожаного сиденья. — Не любила. Да и не сказать, что всё ещё люблю, ты ведь знаешь. Тут слишком шумно, много запахов, слишком много всего, что хочется попробовать, — Лебедь облизывает губы, смотря на Март. — Но, знаешь, иногда хочется почувствовать, как это, быть просто телом среди других тел, без всяких «миссий» и так далее. Лебедь сейчас похожа на обычную женщину, которая просто хорошо провела время. Река пока не сильно понимает, нравится ему это или нет. Он усмехается уголком рта, а пальцы на руле чуть сжимаются. — Я наоборот не могу без этого. Привык уже. К своей работе, к людям, которые меня окружают, к какой-то вседозволенности, которую могу себе иногда позволить. Это как воздух. Без него задыхаюсь. — Поэтому ты так заинтересован в ней? — Лебедь хватается за спинку его сиденья и приподнимается, кивая на Март. — Она живая. Мы с тобой вечные, идеальные, а она просто человек. Её можно… испортить. — О чем вы, чёрт возьми, говорите? — Март подаёт слабые признаки жизни, перекидывает голову на другую сторону и стреляет пьяным взглядом в Река. Тот ухмыляется, убирает одну руку с руля и касается края задравшейся юбки. — Ни о чём, просто обсуждаем жизнь. Река замечает, как дёргается нога Март, будто бы тянется к появившемуся теплу, она откидывает голову назад и смеётся. — Философствуете… — на удивление, у неё получается выговорить всё слово полностью. Вместе с тяжёлым выдохом мешается тихий стон, ноги раздвигаются сильнее, и Лебедь с интересом наблюдает за ними. — Бля, только не здесь… или здесь. Река не знает, почему именно Март. Может, попалась под руку, так как они работают не первый год, может, потому что в ней есть что-то такое… потаённое. Обычный человек даже не стал бы оператором видео для взрослых. Хочется исследовать её изнутри, увидеть всё, о чём она думает, как мыслит, что чувствует. Река прикусывает губу, упирается пальцами во влажные трусики и без сильного давления скользит указательным пальцем по половым губам. Но Март реагирует остро. Громко стонет, двигает бёдрами навстречу, усиливая трение. Река кидает взгляд на видеорегистратор, и внизу всё сводит истомой. Он отодвигает нижнее бельё в сторону и старается держать лицо уверенно. В конце концов, ему ещё нужно за дорогой следить. — Тише, тише. Будь хорошей девочкой, сними трусики. Лебедь с интересом наблюдает за ними, её взгляд становится ярче, когда она понимает, что задумал Река, и пальцы слегка напрягаются. Март прикрывает глаза, снимает с себя нижнее бельё, но оно всё равно остаётся висеть на щиколотке, ногу она закидывает на сиденье. Река облизывает губы, напрягается и сбавляет скорость. Эксперимент опасный в такой обстановке, но вряд ли его уже что-то может остановить. Перед глазами Март крутятся различные картинки, Река будто бы выбирает, что именно ей показать, и останавливается на одной единственной, которая сейчас как нельзя кстати подходит. У него немало воспоминаний с Лебедь, все они яркие и красочные, поэтому Март сейчас так остро ощущает, как Лебедь касается её шеи. Или это шея Река? В таком состоянии становится труднее что-то понять, но так приятно ощущать пальцы внутри себя. Река двигается в ней медленно. Хочется, чтобы он ускорился, но перед глазами плывёт. Март стонет, дышит тяжело и пытается проморгаться, чтобы понять окружающую обстановку. Но ей кажется, будто Лебедь ласково обводит языком ушную раковину. По коже тут же пробегает стайка мурашек. Ноги неосознанно сдвигаются, но их тут же разводят в стороны, пока чужие воспоминания окутывают вокруг. — Лебедь… — с придыханием проговаривает Март, сжимая руку Река до боли. Тот собирает всю свою выдержку в кулак, чтобы продолжать наблюдать за дорогой и лишь изредка кидать взгляд на видеорегистратор, который продолжает записывать. Март извивается под его пальцами, но ей не дают кончить так сразу. Ей кажется, будто это делает Лебедь, потому что Река показывает ей свои воспоминания. Свои ощущения. Как у него собирается возбуждение внизу живота, как кожа горит от засосов, как губы покалывает от поцелуев. Март запрокидывает голову назад, будто её вытаскивают наружу, она тут же видит взгляд Лебедь на заднем сидении, и тело действует быстрее, чем она успевает что-то сказать. Река притормаживает на красном свете светофора, его резко отрывают от дела, когда Март отстегивает ремень безопасности и перелезает назад. Немного неуклюже, возможно, не сексуально, но ей всё равно удаётся оказаться там, где сейчас нужно. Март всё ещё чувствует мягкие прикосновения на коже и опускается к Лебедь, как мартовская кошка, трётся о бёдра клитором, опираясь ладонями на сиденье и дверь. — Какая красота, — тихо произносит Лебедь и хватает Март за голову. Скидывает крабик куда-то на пол, тянет её вниз, чтобы увлечь в поцелуй, пока рука оказывается между раздвинутых бёдер. Река не смотрит на них, вместо этого он касается нижнего угла сенсорного экрана панели. Тот коротко мигает, переключаясь на салонную камеру. Потолочный объектив моментально выдает чёткую картинку: Март сидит верхом на Лебедь и приподнимает бёдра, насаживаясь на пальцы. Юбка полностью задралась, они жадно целуются, отчего в салоне становится слишком жарко. Инфракрасная подсветка делает кожу прозрачно-белой, глаза в её свете — горящие точки. — Не так быстро, дай зрителю посмотреть на тебя, — Март глупо моргает, когда отрывается от Лебедь. Голос Река для неё звучит словно из ниоткуда, но она улыбается и откидывается назад, упираясь руками в колени Лебедь. В машине трахаться неудобно, но им явно сейчас не до этого. Лебедь придерживает Март за одну ногу, пока второй рукой двигается с прежним быстрым темпом, массируя большим пальцем клитор. Грудь вывалена из топа, и это выглядит пиздецки пошло. Река сжимает руль до скрипа, аккуратно поворачивает на перекрёстке, продолжая наблюдать иногда за тем, что происходит на экране. — Даже сейчас он снимает, — смеётся Лебедь, наслаждаясь ситуацией. Она сама возбуждена от такой картины, поэтому хочется получить свой лакомый кусочек. — Развернись ко мне спиной. Пальцы выходят, и Март тихо стонет, алкоголь немного выветривается, но она всё ещё плохо осознаёт, в чём дело. Изначально ведь ей дрочил Река, так почему она сейчас с Лебедь? Влажный язык скользит по промежности, и все вопросы тут же исчезают из головы. Лебедь раздвигает свои ноги, насколько это возможно, и нагибает Март вниз, та тут же упирается носом во влажную ткань, начинает посасывать и тяжело дышать от того, как ей сейчас хорошо. Когда она вообще занималась таким сексом? В студенческие годы это было что-то новое и неизведанное, но ощущения с тем, что происходит сейчас, никак нельзя сравнивать. Ей слишком хорошо. Они с Лебедь двигаются рассинхронно. Март быстро скользит языком по клитору, словно собачка. А Лебедь действует более размеренно, толкается пальцами внутрь и слизывает стекающую влагу. Река делает дыхательную гимнастику, на секунду прикрывает глаза, чтобы вновь открыть их и увидеть всё ту же горячую картину перед глазами. Лебедь кончает первой в тот момент, когда Март прекращает хоть как-то двигаться и просто падает ей на колени. Двигает слабо бёдрами, быстро-быстро дышит и стонет. — Река, Река, Река… — она не соображает, кто и где, с кем она и точно ли её сейчас трахают, а не она сама себе мастурбирует. Река удивлённо смотрит на экран и улыбается. Март кончает достаточно тихо, обмякает в руках Лебедь, которая тяжело выдыхает и пытается принять удобную для них позу. Лучше не думать о том, как они вообще помещаются здесь, главное, что обеим хорошо. — И как мы теперь её до дома доведём? — Непринужденно произносит Река, поглядывая через экран на влажные бёдра Март и спустившийся топ. — Ты первый начал, — Лебедь вытирает тыльной стороной ладони губы, окончательно смазывая помаду. — Опять я виноват. Река цокает, но всё равно улыбается, потому что такого в его коллекции ещё нет. Снимать секс в машине достаточно трудно, потому что тут невозможно его присутствие, но сейчас оно вполне стало возможным. Март скидывает ноги на пол, а головой падает на бёдра Лебедь, которая только успевает ровно сесть. — Это было интересно, — голос Лебедь сквозит любопытством, Река не может с ней не согласиться. Он с Март воспоминаниями никогда не делился, пару раз входил в её, но чтобы вот так… Это действительно интересно.