Ради истины

- Три… Два… Один… Выход. В одно мгновение, матово серый корпус «Арэтэ» вспорол коллапсирующую реальность. Короткая пульсация пространства смолкла. Одна единственная светлая точка в чернильной тьме – лишь немногим больше атома – дрожа, исторгла из себя мириады мерцающих проекций корабля. Переливаясь невозможными цветами, которые человеческие чувства не были способны воспринять, призраки звездолета медленно сближались друг с другом, ни на секунду не прекращали движения. Лишь слившись в целое, все грани одного и того же образа обрели материальность. Множественные, гипотетические вариации реальности вплелись в законы пространства и времени. Физические свойства «Арэтэ», до сих пор находившиеся в постоянном движении, наконец, достигли равновесия и закрепились в твердых рамках нормальной действительности. Невообразимые скорости, которые корабль развивал мгновения назад, сменились простым реактивным ускорением, типичным для его модели; плотность и масса снова обрели значимость. Экипаж, на долю секунды распавшийся во фрактале собственных отражений, вернул себе идентичность и обрел парадигму бытия. Райнхард прочистил горло и невесело произнес: – Мы в системе Спес. Поздравляю. Мгла, в которой отсутствовало само понятие света, объяла судно. Не было ни расстояний, ни времени, ни ориентиров; одна только пустота, наполненная небытием. Два светила – две тусклые звезды, образующие скопление «Надежда» – тускло блестели вдалеке, ничем не отличаясь от прочих белых точек. Увы, невооруженным глазом нельзя было уловить даже их: лишь корабельные локаторы могли определить истинное местоположение «Арэтэ». И они подтвердили: звездолет плавно скользил по орбите самой дальней планеты системы. Спустя час, показался и он сам. Зеленоватый, будто бы заплесневелый, газовый шардаже в отделении виделся громадным – размером с гору. Монументальная и безликая, сфера подавляла, вбирала в себя реальность, не оставляя поля зрения для других объектов. Такой же непреодолимой была и его тяжесть:корабль даже не пытался вырваться из притяжения Спес-7; заложив ловкий вираж, Райнхард вывел судно на траекторию гравитационного маневра. Оно легко соскочило с трамплина магнитного поля гиганта, устремляясь в бездну. «Арэтэ» следовал дальше. Еще через несколько часов, окончательно миновав завесу сжатого газа и пыли, корабль проплыл мимо следующего мира: снежно-белого, сверкающего Спес-6. Лишь при приближении можно было различить внутренние завихрения и штормы: седые кудри завивались в верхних слоях атмосферы планеты. Россыпь ледяных глыб вокруг него искрилась в отблесках по-прежнему крошечного солнца. Шнайдер вновь исполнил свой прием: плавно войдя в орбитальное пространство, он закончил выводить S-образную кривую. «Арэтэ» снова получил разгон благодаря всемогущей гравитационной силе: Спес-6 выплюнул судно вдаль. Короткий прыжок на реактивных двигателях – и звездолет еще глубже ушел в недра системы, приближаясь к рыжеватой звезде. – Мои комплименты, штурман. – Тибо поднял бокал красного вина. – Мы уже почти у цели. Райнхард проворчал что-то невразумительное в ответ. – …никогда не заканчивается ничем хорошим… – донеслось до капитана. Лукреций молча улыбнулся. Вдруг, штурман напрягся. Часами созерцая его спину, Тибо давно научился определять, когда что-то неладно. – В чем дело, Райнхард? – Черт его знает. – бросил тот в ответ. – Пара ближних зондов поймали какое-то скопление металлических тел. Оно лежит облачком, прямо перед нами… – Металлических тел? – Тибо приподнялся в кресле, оставив кагор. – Мы можем определить состав? – Мгногосоставное. Здесь и титан, и свинец, и цинк… И куча мелких примесей… Даже какие-то остатки биосигнатур – вкрапления, не более. Пока не получим внятной картинки, точнее сказать не смогу. – А зонды не передают изображения? – Какая-то дьявольщина глушит сигналы. Я даже сканы дальнего диапазона не вижу. Глушение? Физическое явление или след человеческой работы? Были бы сбои техники следствием активности звезд – Шнайдер заметил бы это еще при подлете к Спес-6 – с ее-то отражательной способностью, фотонная бомбардировка была бы просто ураганной. Да и само излучение гигантов – что первого, что второго – не мешало работать аппаратуре «Арэтэ». Значит, техногенный фактор? – Входим в облако. – глухо сообщил Райнхард. – Всем палубам: на связи ваш незаменимый капитан. – напряженно проговорил Тибо в рацию. – Мы входим в зону дрейфа массы неидентифицированных тел. Живому экипажу: приготовиться к возможному столкновению. На панорамном экране мостика появилось новое изображение. Колеблющаяся, заслоняемая помехами коричневая точка – следующая планетарная цель. Потенциально живой мир. Спес-5. – Черт меня раздери… Райнхард прильнул к командной панели. Тибо выгнул бровь. – Соизволишь поделиться? – Это, поднять меня да прихлопнуть, остовы кораблей! Лукреций медленно потянулся за бокалом. Визуализаторы «Арэтэ» соединили все снимки внешних камер, чтобы получить внятное изображение «облака». Разделенные огромными пространствами вакуума, тонкой цепочкой на пути корабля лежали переломанные пополам, разорванные, развороченные корпуса массивных звездолетов. – Готов поклясться, что не видал такой армады с самого Шеду! – ошарашенно выдавил штурман. – Столько кораблей… – И не гражданских. – добавил Тибо, прищуриваясь. – Такое бронирование должно защищать не от метеоров и радиации. – Целая эскадра! – Тип фрегатов напоминает стандарты секторального флота Орфея. Это… регион Калипсо. Шнайдер, впервые за разговор, оторвался от панелей и повернулся к капитану. – Хотите сказать, это бывшая флотилия тех коротышек? – Дорогой Райнхард: я говорю только то, что говорю: эти суда – напоминают мне корабли их ближайших соседей. Очевидно, что калипсианцы уже не одно столетие живут без всякого подобия звездоплавательных аппаратов. И, тем не менее, это могут быть остатки экспедиции, которую посылали к Спес их далекие предки… – Не удивительно, что теперь местные играют с Калипсо в молчанку. – пожал плечами Райнхард. – Если от них вообще что-то осталось. – Но что произошло с флотом?.. – задумчиво протянул Тибо. – Мы можем попытаться высадиться на один из этих остовов? Было бы весьма занимательно отсмотреть их «черные ящики» … Штурман не успел ответить. Полыхнула белая вспышка. Ее мощь заслонила собой оба далеких светила, планету, звезды. Тяжелая энергетическая волна ударила в «Арэтэ». Дальние экраны снесло, будто бы в них врезалась приливная волна. Скрип каркаса и треск внутренней обшивки потряс отсеки корабля. За первым взрывом последовали другие: чуть дальше. Одна за другой, вспышки расцветали цепью, терзая и расшвыривая обломки старых космических чудовищ. Град обломков испещрил вмятинами и пробоинами корпус корабля, когда отказали и ближние щиты. Мостик закачался и задрожал: панорамный экран отключился, андроиды разлетелись в стороны. Капитанское кресло рухнуло, придавив собой распластавшегося на палубе Тибо. Струи газа и топлива вырвались из пробитых щелей. Антивещество в баках подверглось экстренной заморозке и герметизации, но водородное топливо в маневровых двигателях сдетонировало – судно дважды рвануло из стороны в сторону, и оно устремилось в пустоту, не переставая бешено вращаться. Одна из опорных балок рубки задрожала, переломилась и рухнула. Райнхард растянулся под ней, и мундир его стал постепенно становиться влажным и багровым. Генератор отключился. На мгновение, мостик погрузился в кромешную тьму. Зажглись аварийные лампы. По коридорам прокатился глухой гул. В следующий миг, Тибо почувствовал, как тяжесть придавившего его кресла стала таять: он сам повис в сантиметрах над жестяным полом. Антигравитация вышла из строя. Скрип. Дрогнула еще одна балка. Крепежные винты полетели во все стороны – один из них с силой врезался в голову капитана Лукреция. Невесомость была непривычной для нее. Отсутствие тяжести казалось чем-то большим, чем просто потеря веса. Это – потеря всех привычных чувств. Верх и низ. Прямо и криво. Быстро и медленно. Плавно и резко. Все эти категории переставали иметь значение или менялись до неузнаваемости. Даже организм протестовал против необычной легкости: органы словно подпрыгивали при каждом движении. Во время катастрофы – чем бы она ни была – Элизабет удалось отделаться лишь парой царапин. Когда она только услышала предупреждение Тибо, то сразу же приняла все меры предосторожности, какие были предписаны техникой безопасности: убрала металлические и острые предметы, закрепила мебель и легла на койку, затянув ремни безопасности. Бриджес нравилось думать, что именно обыкновение следовать правилам уберегло ее. Вооружившись фонариком и аптечкой, она плавала в темном, обесточенном коридоре. Откуда-то доносился запах гари и паленой проводки. Бухгалтер по памяти пыталась пробраться к шлюзам, соединявшим палубы – лифтом, очевидно, сейчас было не воспользоваться. В голове была только одна мысль: необходимо найти Эдуарда. Найти, где бы он ни был, и доставить к пострадавшим. Остальное Элизабет выбросила из головы. Она не паниковала и не металась. Она знала, что делает. Знала, что будет, если не принять необходимых мер. Кто-нибудь может умереть. Возможно, это будет Тибо. Единственный человек, способный доставить ее домой. Домой… Мутный образ колыхался в груди. Дом… Домом сейчас казалось любое место, кроме этой проклятой системы. Она знала, что подвергает себя опасности. За каждой переборкой ее мог ждать разгерметизированный отсек. Каждый коридор мог внезапно обрушиться, оставив ее под завалами. Каждый обнаженный кабель мог запросто спалить ее заживо. Но Элизабет – кабинетный, тихий бухгалтер – почему-то не боялась. Она знала, что должна сделать, а все остальное казалось мелочным и неважным. Она должна найти Фогеля. Легкая, глянцевая переборка показалась впереди. Датчики движения, как и практически вся электроника корабля, не работали; Элизабет легко подбросила фонарик в воздух и раздвинула створки двери руками. Сломались аккуратно подпиленные ногти. Бриджес вбежала на мостик. Внутри все купалось в зеленоватом сумраке. Аварийное освящение позволяло увидеть лишь темные силуэты: Тибо, паривший в воздухе; Райнхард, в окружении капель собственной крови, прижатый к стене; громила-Роббс, осматривающий андроидов; и Фогель. Врач склонился над штурманом, обрабатывая огромную, рваную рану медицинским гелем. В воздухе повис запах больницы. Элизабет выдохнула и выключила фонарик. – Мисс Бриджес! Рад, что вы целы! – весело сказал Тибо, но голос его был тихим и болезненным. Из затянутой жгутиками раны на лбу капитана то и дело вылетали красные бусинки крови. – Вашими стараниями. Эдуард! Нужна какая-нибудь помощь? – Пригляди за Шнайдером! – бросил медик, отплывая к Калебу. – У него тяжелая рана. – Я вижу. Что произошло?.. – Мы нарвались на минное поле, милая Элизабет. – проговорил Лукреций, потирая лоб. – Вероятно, довольно древнее. Антивещестные мины с датчиками, настроенными на сложные электронные сигналы – прямо как те, что издают наши сканеры. Райнхард уже имел с такими дело. – Чтоб мне провалиться… – сквозь зубы процедил старик. – Я знал, что они могут прятаться в обломках, но… – Помолчи. – так мягко, как только могла, сказала Бриджес. Штурман умолк; Элизабет поняла, что он, в очередной раз, потерял сознание. – Эдуард! – Вижу. Он потерял много крови. Доктор как раз закончил работать над переломом руки Калеба. – Что мы будем делать?.. – Судя по автодиагностике… Повреждения судна весьма довольно тяжелые. – откликнулся Тибо. – Хуже всего то, что мы не можем использовать основные двигатели и генераторы, под страхом их детонации. Без них не станет работать и мета-пространственный двигатель. – Мы здесь заперты?! – Увы! По крайней мере, пока не сможем починить основные генераторы или перенаправить энергию от аварийных. – Мы могли бы использовать запчасти этих развалюх. – пробасил Калеб. – Вокруг нас чертова туча металлолома. Бухгалтер вопросительно посмотрела на капитана. Тот развел руками: – Ваше предсказание сработало, мисс Бриджес. На борту нет тех, кто способен работать с таким оборудованием, даже если мы его достанем. Я мог бы просто перенаправить энергию, но… – Но? – ледяным голосом переспросила Элизабет. – Но тогда мы рискуем вывести из строя последние работающие компоненты системы жизнеобеспечения. Пробоины в корпусе мы легко залатаем, но нам нужен человек, способный отремонтировать основные генераторы. Его у нас нет. – И что вы планируете предпринять, месье Тибо? В голосе бухгалтера прозвучал вызов. Капитан некоторое время помолчал, оттирая кровь от кружевного платка. – Найти такого человека.